top-menu
г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
г. Москва, ул. Верхняя Красносельская, д.11а, оф.29
menu-mobile

Мошенничество в сфере компьютерной информации: анализ судебной практики

Главная Профессиональные новости Мошенничество в сфере компьютерной информации: анализ судебной практики

Л.М. БОЛСУНОВСКАЯ

Мошенничество в сфере компьютерной информации рассматривается судами как новая форма хищения, как это и предусмотрено законодательством, и большинство криминалистов разделяют данный подход.

Федеральным законом от 29 ноября 2012 г. N 207-ФЗ Уголовный кодекс дополнен нормой об ответственности за мошенничество в сфере компьютерной информации. В пояснительной записке к проекту авторы законопроекта так обосновали предложения о дополнении уголовного закона указанной нормой: «Предлагается также выделить в самостоятельный состав преступления мошенничество в сфере компьютерной информации (статья 159.6 законопроекта), когда хищение или приобретение права на чужое имущество сопряжено с преодолением компьютерной защиты имущества (имущественных прав) и осуществляется путем ввода, удаления, модификации или блокирования компьютерной информации либо иного вмешательства в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей. Подобные преступления совершаются не путем обмана или злоупотребления доверием конкретного субъекта, а путем получения доступа к компьютерной системе и совершения вышеуказанных действий, которые в результате приводят к хищению чужого имущества или приобретению права на чужое имущество» <2>.

———————————

<2> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 апреля 2012 г. N 6 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта Федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и иные законодательные акты Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».

Способом совершения преступления в ст. 159.6 УК РФ названы такие действия, как ввод, удаление, блокирование, модификация, иное вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей. Таким образом, обман и злоупотребление доверием способами совершения компьютерного мошенничества не являются. Следовательно, законодатель предусмотрел ответственность за новую форму хищения.

Н., находясь в торгово-развлекательном центре, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, обратился с просьбой к С. воспользоваться его банковской картой с целью установления интернет-обслуживания. При этом Н. дезинформировал С., который, не подозревая о преступных намерениях Н., осуществил в банкомате с использованием своей карты операции, продиктованные Н., и предоставил ему две выданные банкоматом квитанции с данными о своей банковской карте и о находящихся на ней денежных средствах. Завладев конфиденциальной информацией, Н. перевел денежные средства в размере 12 тыс. руб. с банковской карты С. на банковскую карту своего знакомого З. через Интернет. Далее Н., используя банковскую карту З., получил похищенные денежные средства в банкомате. В результате тайного хищения потерпевшему С. причинен значительный ущерб.

Президиум Алтайского краевого суда переквалифицировал действия Н. с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 2 ст. 159.6 УК РФ, в обоснование своего решения указав следующее.

Судом действия Н. квалифицированы по ч. 2 ст. 159 УК РФ как хищение чужого имущества, совершенное путем обмана, с причинением значительного ущерба потерпевшему. Решение кассационной инстанции о переквалификации действий Н. с ч. 2 ст. 159 УК РФ на ч. 2 ст. 158 УК РФ следует признать ошибочным. Судебная коллегия мотивировала свои выводы тем, что действие осужденного по изъятию денежных средств является тайным, а обман потерпевшего явился средством облегчения совершения хищения. При этом коллегией не учтен особый способ совершения хищения, выделенный законодателем в отдельный состав преступления и являющийся специальной нормой по отношению к ст. 159 УК РФ.

Как установлено судом, осужденный путем обмана завладел информацией о реквизитах банковской карты потерпевшего, после чего получил возможность посредством электронной системы через Интернет управлять счетом С. и перевел с его банковской карты денежные средства на другой счет. Таким образом, описанный способ хищения свидетельствует о вмешательстве в функционирование средств хранения, обработки, передачи компьютерной информации, что подпадает под действие ст. 159.6 УК РФ <3>.

———————————

<3> Постановление президиума Алтайского краевого суда от 3 сентября 2013 г. по делу N 44у224/13 // СПС «КонсультантПлюс».

Приведенный пример показывает, что обман как способ совершения хищения не характерен для компьютерного мошенничества <4>. Обман выступил не способом изъятия и обращения чужого имущества в пользу виновного, а способом завладения конфиденциальной информацией, которая в последующем выступила средством совершения компьютерного мошенничества. В данном случае обман находился за рамками объективной стороны компьютерного мошенничества, он относится к подготовительной стадии хищения, а потому на квалификацию деяния не влияет. Само же хищение обоснованно признано оконченным не в момент получения виновным в банкомате наличных денег со счета З., а с момента зачисления их на указанный счет, когда денежные средства еще не обрели вещественную форму и потому не могли согласно доктрине и сложившейся судебной практике рассматриваться как предмет кражи.

———————————

<4> Для краткости мы используем криминологическое понятие компьютерного мошенничества, которое с содержательной точки зрения отлично от уголовно-правового мошенничества в сфере компьютерной информации.

ФИО1 обвинялся в том, что в период с декабря 2011 г. по ноябрь 2012 г., используя приложение ICQ (централизованная служба для мгновенного обмена сообщениями в сети Интернет), установленное на своем мобильном телефоне («Нокиа-Е52»), знакомился и устанавливал доверительные отношения с пользователями ICQ с целью совершения мошенничества — хищения чужого имущества путем обмана. В дальнейшем ФИО1 под различными предлогами получал от пользователей ICQ доступ к их учетным записям в данном мобильном приложении, после чего рассылал от имени этих лиц другим пользователям ICQ сообщения в виде просьб о перечислении денежных средств на телефонные номера оператора сотовой связи «Билайн». После поступления денежных средств на подконтрольные ФИО1 абонентские номера он распоряжался ими по своему усмотрению. Действия ФИО1 квалифицированы судом как мошенничество в сфере компьютерной информации с причинением значительного ущерба гражданину, совершенное путем обмана и злоупотребления доверием, т.е. как преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 159.6 УК РФ <5>.

———————————

<5> Приговор суда г. Дагестанские Огни Республики Дагестан по делу N 1-28/2013 // https://www.gcourts.ru/case/22900134 (дата обращения: 01.01.2015).

В данном случае, на наш взгляд, уголовный закон применен неверно. Деяние, совершенное ФИО1, подпадает под признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ, поскольку способом совершения преступления выступил мошеннический обман. Именно обман, который по форме являлся электронным текстовым сообщением, а по содержанию представлял собой искаженные сведения, воспринимаемые потерпевшими как истинные, и послужил способом введения их в заблуждение, и как результат такого заблуждения повлек передачу имущества виновному.

В отличие от первого примера в данном деле обман являлся обязательным признаком объективной стороны мошенничества. Даже если считать, что ввод компьютерной информации и иное вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации со стороны ФИО1 имели место, то они относились не к объективной стороне завладения чужим имуществом, а опять-таки к его подготовительной стадии.

Согласно приговору Х., имея умысел на тайное хищение чужого имущества, а именно денежных средств ОАО АКБ «ХХХ» в крупном размере, приискал для совершения преступления необходимые комплектующие и материалы, из которых изготовил два приспособления. Первое устройство позволяло получать (перехватывать) информацию, вводимую держателями карт посредством клавиатуры банкомата, а именно ПИН-коды банковских карт, а второе обеспечивало получение (перехват) информации с магнитных полос банковских пластиковых карт.

Для реализации своих преступных намерений Х. прибыл в дополнительный офис ОАО АКБ «ХХХ», где под видом монтажа устройства, контролирующего доступ в помещение с банкоматом, установил на входную дверь изготовленное им приспособление для получения (перехвата) информации с магнитных полос банковских пластиковых карт. Таким образом, Х. умышленно создал условия, при которых доступ к банкомату дополнительного офиса ОАО АКБ «ХХХ» стал возможен лишь после копирования компьютерной информации с магнитной полосы банковской пластиковой карты в память указанного устройства. Второе изготовленное им приспособление Х. установил непосредственно над экраном лицевой панели банкомата для получения (перехвата) информации, вводимой клиентами банка с клавиатуры банкомата, а именно ПИН-кодов банковских карт, после чего с места преступления скрылся.

Для прохода к банкомату в вышеуказанном офисе клиенты ОАО АКБ «ХХХ» сканировали свои банковские карты через установленное на входной двери Х. приспособление, в результате чего записанная на магнитной полосе пластиковых карт компьютерная информация копировалась в память устройства. Остаток денежных средств на счетах, к которым были прикреплены сканированные карты, варьировался от нескольких рублей до нескольких сот тысяч рублей и составил в общей сумме 487521 (четыреста восемьдесят семь тысяч пятьсот двадцать один) рубль 10 копеек.

При попытке демонтировать установленные им устройства для того, чтобы использовать скопированную и сохраненную в их памяти компьютерную информацию с магнитных полос банковских карт и ПИН-коды к ним с целью тайного хищения в крупном размере находящихся на счетах денежных средств, принадлежащих ОАО АКБ «ХХХ», Х. был задержан и потому довести свой преступный умысел до конца не смог по независящим от него обстоятельствам. Х. осужден за приготовление к краже в крупном размере, а также за неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, повлекший копирование компьютерной информации, совершенный из корыстной заинтересованности (ч. 1 ст. 30 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 272 УК РФ) <6>.

———————————

<6> Приговор Московского городского суда от 24 апреля 2013 г. по делу N 10-2268/2013 г. // СПС «КонсультантПлюс».

Обоснованность подобной квалификации вызывает сомнения в части квалификации по ст. 158 УК РФ. Попутно отметим, что деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 272 УК РФ (по признаку «совершенное из корыстной заинтересованности») оценено судом верно как оконченное преступление вне зависимости от того, появилась ли у субъекта преступления реальная возможность воспользоваться неправомерно скопированной компьютерной информацией, преступление окончено согласно конструкции состава в момент наступления одного или нескольких из указанных в законе последствий, в нашем случае имело место копирование информации.

Что же касается посягательства на собственность, то в данном случае имел место прямой неконкретизированный (неопределенный) умысел. Виновный, стремясь похитить как можно больше денежных средств, не мог наверняка знать, каким будет преступный результат: скольким потерпевшим и в какой сумме им будет причинен ущерб. Исходя из теории квалификации, при наличии неконкретизированного прямого умысла содеянное квалифицируется по фактически наступившим последствиям <7>. Если при неконкретизированном умысле последствия не наступили по причинам, не зависящим от воли виновного, то его общественно опасное поведение следует квалифицировать как приготовление (покушение) на причинение наименее опасного из всех желаемых вредных последствий <8>. Такое правило квалификации при неконкретизированном умысле вытекает из принципа необходимости толкования любого сомнения в пользу обвиняемого <9>.

———————————

<7> Корнеева А.В. Теоретические основы квалификации преступлений: Учеб. пособие / Отв. ред. А.И. Рарог. 2-е изд. М.: Проспект, 2012. С. 69 — 70.

<8> Там же. С. 96.

<9> Там же.

Если бы субъект преступления довел свой умысел до конца, то потерпевшим стала бы кредитная организация при условии, что физические лица, со счетов которых были бы похищены денежные средства, успели бы воспользоваться правом, закрепленным в п. п. 11 и 12 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161 «О национальной платежной системе» <10>. Но предположим, что кто-то из держателей пластиковых карт не успел своевременно оповестить кредитную организацию о неправомерном списании денежных средств, в таком случае потерпевшими будут и ООО АКБ «ХХХ», и указанное физическое лицо, которому банк, стало быть, не возместит утраченные средства. Как видно, квалификация будет зависеть от конкретных обстоятельств дела и фактически наступивших последствий.

———————————

<10> Здесь указывается, что «в случае утраты электронного средства платежа и (или) его использования без согласия клиента клиент обязан направить соответствующее уведомление оператору по переводу денежных средств в предусмотренной договором форме незамедлительно после обнаружения факта утраты электронного средства платежа и (или) его использования без согласия клиента, но не позднее дня, следующего за днем получения от оператора по переводу денежных средств уведомления о совершенной операции» (п. 11), тогда как «после получения оператором по переводу денежных средств уведомления клиента в соответствии с частью 11 настоящей статьи оператор по переводу денежных средств обязан возместить клиенту сумму операции, совершенной без согласия клиента после получения указанного уведомления» (п. 12).

Допустим, что в рассматриваемом нами случае виновному удалось достичь преступного результата он сумел получить доступ к неправомерно скопированной компьютерной информации, а затем, используя специальное техническое устройство «инкодер», подключенное к персональному компьютеру, а также соответствующее программное обеспечение, изготовил дубликаты банковских карт их владельцев и, имея ПИН-коды, получил в банкомате денежные средства. В этом случае охраняемая законом компьютерная информация, скопированная с магнитных полос банковских карт, выступила бы средством совершения преступления, а ввод ПИН-кода с клавиатуры банкомата выступил бы способом хищения.

В этом случае число самостоятельно квалифицируемых преступных эпизодов зависело бы от числа потерпевших. Если потерпевшим оказывается только банк, то все операции по введению информации имели бы результатом причинение ущерба лишь одному потерпевшему банку <11>. Стало быть, содеянное образовывало бы единое продолжаемое преступление, совокупности здесь не будет. В этом случае содеянное квалифицировалось бы по ч. 1 ст. 159.6 УК РФ, так как крупный размер хищения должен превышать один миллион пятьсот тысяч рублей <12>. Однако если потерпевшими в силу приведенных выше причин окажутся и банк, и физические лица, то содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 159.6 УК РФ. Поскольку же криминальная деятельность лица была пресечена на подготовительном этапе, то его ответственность по ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 159.6 УК РФ исключается (с учетом, как обосновано нами выше, правил квалификации при неконкретизированном умысле) в силу ч. 2 ст. 30 УК РФ <13>.

———————————

<11> Согласно абзацу 2 п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» «От совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника (выделено мной. — Л.Б.), объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление».

<12> См.: примечание к ст. 159.1 УК РФ.

<13> Даже если бы у лица в сходной ситуации был установлен прямой конкретизированный умысел (он точно знал бы, какая сумма у кого из потерпевших находится на счете), то уголовная ответственность с учетом направленности умысла за приготовление к преступлениям, предусмотренным ч. 2 и ч. 3 ст. 159.6 УК РФ, также исключалась бы в силу того же положения закона (ч. 2 ст. 30 УК РФ).

ПИН-код был получен не посредством неправомерного доступа к компьютерной информации, а с помощью камеры, установленной над экраном лицевой панели банкомата. Следовательно, эти действия находились за рамками объективной стороны состава мошенничества в сфере компьютерной информации, предшествовали ей и требуют дополнительной квалификации.

Но даже если предположить, что неправомерный доступ к компьютерной информации охватывается таким признаком преступления, предусмотренного ст. 159.6 УК РФ, как иное вмешательство в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации, и является способом совершения данного преступления (мошенничества в сфере компьютерной информации), такой доступ, при условии, что он повлек указанные в ст. 272 УК РФ последствия, нуждается в самостоятельной уголовно-правовой оценке, поскольку данное деяние (хищение из банкомата) посягает на два различных объекта уголовно-правовой охраны.

Сравнение санкций ст. 272 УК РФ и ст. 159.6 УК РФ показывает, что неправомерный доступ является более общественно опасным преступлением. Следовательно, хищение из банкомата нуждается в дополнительной квалификации со ст. 272 УК РФ. Подавляющее большинство криминалистов сходятся во мнении, что объективная сторона мошенничества в сфере компьютерной информации не охватывает собою действия (бездействие), закрепленные в гл. 28 УК РФ <14>.

———————————

КонсультантПлюс: примечание.

Статья О.С. Гузеевой «Квалификация мошенничества в российском сегменте сети Интернет» включена в информационный банк согласно публикации — «Законность», 2013, N 3.

<14> См.: Третьяк М.И. Правила квалификации компьютерного мошенничества и преступлений, предусмотренных гл. 28 УК РФ // Уголовное право. 2014. N 4. С. 69 — 74; Гузеева О.С. Квалификация мошенничества в Российском сегменте сети Интернет // Законы России: опыт, анализ, практика. 2014. N 6. С. 74 — 77; Шеслер А. Мошенничество: проблемы реализации законодательных новелл // Уголовное право. 2013. N 2. С. 70 — 71.

Судами мошенничество в сфере компьютерной информации рассматривается как новая форма хищения, как это и предусмотрено законодательством, и большинство криминалистов разделяют данный подход <15>. И потому, по верному замечанию М.И. Третьяк, Верховному Суду в Постановлении Пленума от 27 декабря 2007 г. N 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» необходимо пересмотреть позицию в части квалификации хищения из банкомата посредством поддельной платежной карты, признав, что в данном случае совершается не кража, а мошенничество в сфере компьютерной информации <16>.

———————————

<15> Хилюта В.В. Хищение с использованием компьютерной техники или компьютерное мошенничество? // Библиотека криминалиста. 2013. N 5 (10); Шумихин В.Г. Седьмая форма хищения чужого имущества // СПС «КонсультантПлюс».

<16> В международной классификации подвидов компьютерного мошенничества, предложенной рабочей группой Интерпола, анализируемое деяние, связанное с хищением наличных денег из банкомата, также относится к компьютерному мошенничеству. См. об этом: Комаров А.А. Интернет-мошенничество: проблемы детерминации и предупреждения: Монография. М., 2013. С. 12.

Пристатейный библиографический список

КонсультантПлюс: примечание.

Статья О.С. Гузеевой «Квалификация мошенничества в российском сегменте сети Интернет» включена в информационный банк согласно публикации — «Законность», 2013, N 3.

1. Гузеева О.С. Квалификация мошенничества в Российском сегменте сети Интернет // Законы России: опыт, анализ, практика. 2014. N 6.

2. Комаров А.А. Интернет-мошенничество: проблемы детерминации и предупреждения: Монография. М., 2013.

3. Корнеева А.В. Теоретические основы квалификации преступлений: Учеб. пособие / Отв. ред. А.И. Рарог. 2-е изд. М.: Проспект, 2012.

4. Третьяк М.И. Правила квалификации компьютерного мошенничества и преступлений, предусмотренных гл. 28 УК РФ // Уголовное право. 2014. N 4.

5. Хилюта В.В. Хищение с использованием компьютерной техники или компьютерное мошенничество? // Библиотека криминалиста. 2013. N 5 (10).

6. Шеслер А. Мошенничество: проблемы реализации законодательных новелл // Уголовное право. 2013. N 2.

7. Шумихин В.Г. Седьмая форма хищения чужого имущества // СПС «КонсультантПлюс».

Дата актуальности материала: 13.11.2016

Чтобы записаться на консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Оставьте здесь свой отзыв о нашей работе!
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — качественная юридическая помощь по всей России. Ваш регион не имеет значения!
Подготовим для Вас любой процессуальный документ по Вашим материалам (проект иска, жалобы, ходатайства и т.д.)! Недорого! Для заказа просто напишите нам сообщение в диалоговом окне в правом нижнем углу страницы либо позвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
Каждому Доверителю гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Подписывайтесь на наши новости в Телеграмме
Telegram-канал
Оплачивайте юридическую помощь прямо с сайта
Оплата по QR-коду
Добавляйтесь к нам в друзья
Подписывайтесь на наш канал

КонсультантПлюс: "Горячие" документы

ПРАВО.RU

ГАРАНТ: Новости

Свежие комментарии

s-top-menu--fixed