г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Обзор судебной практики кассационной и апелляционной инстанций по уголовным делам Приморского краевого суда за 12 месяцев 2014 года

Утверждён президиумом

Приморского краевого суда

30 января 2015 года

 

 

Обзор судебной практики кассационной и апелляционной инстанций по уголовным делам Приморского краевого суда за 12 месяцев 2014 года

В судебную коллегию по уголовным делам Приморского краевого суда за 12 месяцев 2014 года на рассмотрение суда апелляционной инстанции с учётом остатка поступило 7938 уголовных дел и материалов, что на 243 уголовных дел и материалов больше, чем за аналогичный период 2013 года.

За отчётный период судом апелляционной инстанции рассмотрено 6940 уголовных дел и материалов в отношении7268 лиц, что на 438 уголовных дел и материалов больше, чем за 12 месяцев 2013 года. Из них окончено производством:

на приговоры и иные судебные решения по существу дела2026 уголовных дел, что на 19 уголовных дела меньше, чем за 12 месяцев 2013 года;

на судебные решения, вынесенные на стадии судебного производства71 материал, что на 42 материала меньше, чем за 12 месяцев 2013 года;

на судебные решения в порядке судебного контроля2345 материалов, что на 412 материалов больше, чем за 12 месяцев 2013 года;

на судебные решения по вопросам, связанным с исполнением приговора2498 материалов, что на 87материалов больше, чем за 12 месяцев 2013 года.

По результатам рассмотрения уголовных дел и материалов судом апелляционной инстанции за 12 месяцев 2014 года:

оставлено без изменения приговоров и решений по существу дела в отношении 1809 лиц или 78 % от общего числа обжалованных, что на 150 лиц больше, чем за аналогичный период 2013 года;

отменено приговоров в отношении 105 лиц или 4,5% от числа обжалованных, что на 41 лицо меньше, чем за 12 месяцев 2013 года;

изменено приговоров в отношении 402 лиц или 17,3% от числа обжалованных, что на  98 лиц меньше, чем за аналогичный период 2013 года;

отменено оправдательных приговоров в отношении 4 лиц, за 12 месяцев 2013 года отменено оправдательных приговоров в отношении 6 лиц;

отменено или изменено  постановлений о прекращении уголовного дела в отношении 7 лиц, что на 2 лицабольше, чем за 12 месяцев 2013 года;

— в отношении 2 лиц отменены постановления о применении принудительных мер медицинского характера или 0,1 % от общего числа обжалованных. В 2013 году также были отменены в отношении 2 лиц постановления  о применении принудительных мер медицинского характера.

В кассационной инстанции Приморского краевого суда за 12 месяцев 2014 года рассмотрено 3989 жалоб и представлений, что на 2488 жалоб и представлений меньше, чем за 12 месяцев 2013 года.

Судом кассационной инстанции Приморского краевого суда за 12 месяцев 2014 года рассмотрено 260 уголовных дела в отношении 289 лиц, что на 236 дел меньше, чем за аналогичный период 2013 года.

По результатам рассмотрения уголовных дел судом кассационной инстанции Приморского краевого суда:

отменено приговоров в отношении 30 лиц, что на 4 лица меньше, чем за 12 месяцев 2013 года;

изменено приговоров в отношении 124 лиц, что на 133 лица меньше, чем за 12 месяцев 2013 года.

Ошибки при применении норм Уголовного закона

 

Вопросы квалификации преступлений

От совокупности преступлений следует отличать продолжаемое хищение, состоящее из ряда тождественных преступных действий, совершаемых путем изъятия чужого имущества из одного и того же источника, объединенных единым умыслом и составляющих в своей совокупности единое преступление.

Приговором Первореченского районного суда г.Владивостока от 15 мая 2014 года Р. осуждён наряду с иными преступлениями за совершение двух краж, то есть тайных хищений имущества Г. с причинением значительного материального ущерба последнему.

Судом Р. осуждён за то, что он, находясь в квартире Г., после совершения убийства потерпевшего, 17 июня 2013 года тайно похитил сотовый телефон, золотую цепочку, мужское золотое кольцо, ноутбук, жесткий диск и банковскую карту, принадлежащие Г.

Кроме того, в вину Р. вменено, что он 18 июня 2013 года тайно похитил денежные средства в сумме 32000 рублей, принадлежащие Г. и находящиеся на банковской карте, похищенной им накануне в квартире потерпевшего.

Как следует из установленных судом обстоятельств, банковская карта Г. находилась в чехле, на котором был написан пин-код, что при хищении банковской карты видел осуждённый.

Изменяя состоявшееся судебное решение, суд апелляционной инстанции указал, что, исходя из имеющихся обстоятельств дела, видно, что данные кражи имущества Г. носили однотипный характер, в отношении имущества, принадлежащего одному и тому же потерпевшему, объединены единым умыслом на завладение чужим имуществом, и совершены из корыстных побуждений, в связи с чем, данные хищения являются единым продолжаемым преступлением.

Поэтому, действия Р. переквалифицированы с п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ и п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ на единое преступление, предусмотренное п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Незаконным приобретением без цели сбыта наркотических средств, растений, содержащих наркотические средства, надлежит считать их получение любым способом, в том числе путем сбора дикорастущих растений и их частей на земельных участках, если эти растения не высевались и не выращивались.

 Приговором Шкотовского районного суда от 29 апреля 2014 года Т. осуждён по п.«в» ч.2 ст.231 УК РФ за незаконное культивирование в особо крупном размере растений, содержащих наркотическое средство, и по ч.2 ст.228 УК РФ за незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического средства, совершенные в особо крупном размере.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 10 июля 2014 года приговор оставлен без изменения.

Состоявшиеся судебные решения в отношении Т. изменены постановлением президиума Приморского краевого суда с исключением квалифицирующего признака «приобретение наркотического средства в особо крупном размере» по ч.2 ст.228 УК РФ, со снижением размера назначенного наказания, в связи с тем, что судом первой инстанции установлено, что Т. приобрел наркотическое средство – каннабис путём сбора выращенных им же кустов конопли на земельном участке в лесном массиве.

При указанных обстоятельствах, с учётом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ №14 от 15 июня 2006 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», обвинение Т. в приобретении наркотического средства в особо крупном размере без цели сбыта является излишним, поскольку указанные действия полностью охватываются составом преступления, предусмотренным ч.2 ст.231 УК РФ.

 

В соответствии с пунктом 1 примечания к статье 228 УК РФ лицо, совершившее данное преступление, добровольно сдавшее наркотические средства, освобождается от уголовной ответственности за данное преступление.

Приговором Первореченского районного суда г.Владивостока от 10 апреля 2014 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 03 июня 2014 года, Л. (П.) осуждён по ч.1 ст.228 УК РФ к 1 году лишения свободы; на основании ст.73 УК РФ назначенное наказание определено считать условным с испытательным сроком 1 год.

Постановлением президиума Приморского краевого суда приговор и апелляционное определение отменены, уголовное преследование в отношении Л. (П.) прекращено с разъяснением права на реабилитацию, в связи с отсутствием в действиях осуждённого состава преступления.

Принимая вышеуказанное решение, суд кассационной инстанции указал, что согласно пояснениям осуждённого Л. (П.), он находился на лавочке со знакомым В., у которого в руках находилась бутылка пива, когда подошли сотрудники ППС, обратившиеся к В. по поводу совершения им административного правонарушения. После этого, на вопрос сотрудников полиции Л. (П.) сообщил, что у него в кармане брюк находится наркотическое средство, которое он собирается отнести участковому.

Из показаний свидетелей Т. и С. следует, что они заступили на службу по охране общественного порядка, осуществляли патрулирование в районе Океанского проспекта в г.Владивостоке и обратили внимание на парней, сидящих на лавочке, у одного из которых в руках было пиво; сделав замечание о недопустимости распития спиртных напитков в общественном месте, в отношении В. составили протокол об административном правонарушении; после этого задали вопрос о наличии запрещенных предметов у парней, на что Л. (П.) сообщил, что имеет при себе в левом кармане брюк наркотическое средство, которое сразу им выдал.

При рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд, признавая законным приговор, указал на отсутствие у Л. (П.) реальной возможности распорядиться наркотическим средством, однако, данный вывод суда апелляционной инстанции не соответствует фактическим обстоятельствам по делу, поскольку внимание сотрудников полиции привлёк не осуждённый Л. (П.), а его знакомый – свидетель В., в связи с противоправным поведением, выразившимся в распитии спиртных напитков в общественном месте.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о законных основаниях у сотрудников полиции для производства личного досмотра Л. (П.) при отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, в материалах уголовного дела не имеется.

Таким образом, президиум Приморского краевого суда пришёл к выводу о добровольности выдачи осуждённым Л. (П.) наркотического средства сотрудникам полиции, в связи с чем, в отношении него подлежало применению примечание к статье 228 УК РФ, содержащее в пункте 1 основание для освобождения виновного лица от уголовной ответственности.

 

Вопросы назначения наказания

Согласно части 3 статьи 60 УК РФ  при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Приговором Ленинского районного суда г.Владивостока от 25 апреля 2013 года Щ. осуждён по ч.1 ст.105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 05 августа 2013 года приговор оставлен без изменения.

При рассмотрении настоящего уголовного дела президиумом Приморского краевого суда, установлено, что в качестве смягчающих наказание Щ. обстоятельств суд первой инстанции в приговоре признал активное способствование раскрытию преступления и состояние здоровья осуждённого, применив к нему положение ч.1 ст.62 УК РФ, согласно которому при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок и размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, что по ч.1 ст.105 УК РФ составляет 10 лет лишения свободы (15 лет : 3 х 2).

Таким образом, признание судом иного смягчающего наказание обстоятельства в виде состояния здоровья осуждённого, фактически не повлияло на срок наказания, так как Щ. определен максимально возможный к назначению срок наказания в виде лишения свободы при наличии и минимального предела санкции статьи за совершение вышеуказанного преступления в размере 6 лет лишения свободы.

Поэтому, суд кассационной инстанции состоявшиеся судебные решения по делу изменил, снизив размер назначенного Щ. наказания.

В соответствии с частью 2 статьи 62 УК РФ в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктом «и» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса.

В силу части 4 статьи 62 УК РФ в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, если соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, эти виды наказания не применяются. При этом срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего кодекса.

Приговором Дальнереченского районного суда от 02 сентября 2013 года А. осуждён по ч.1 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к 8 годам лишения свободы; на основании ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору назначено 8 лет 3 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 13 января 2014 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Приморского краевого суда приговор и апелляционное определение изменены со снижением А. назначенного наказания по следующим основаниям.

А. признан виновным в совершении неоконченного преступления, предусмотренного ч.1 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции от 01 марта 2012 года), в связи с чем, в соответствии с требованиями ч.2 ст.66 УК РФ срок или размер наказания не могли превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ за оконченное преступление, что составляло 10 лет лишения свободы (20 лет : 2).

Уголовное дело в отношении А. рассмотрено в особом порядке, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ, в связи с заключенным с осуждённым досудебным соглашением о сотрудничестве.

В связи с наличием в действиях А. отягчающего обстоятельства в виде особо опасного рецидива преступлений, в отношении осуждённого не могли быть применены положения ч.2 ст.62 УК РФ.

Однако, при этом на него распространяются требования ч.4 ст.62 УК РФ, согласно которым срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего кодекса.

Тем самым, наказание А. не могло превышать 6 лет 8 месяцев лишения свободы (10 лет : 3 х 2).

Учитывая, что судом первой инстанции А. по приговору назначено наказание с применением положений ст.64 УК РФ, президиум Приморского краевого суда назначил А. наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ (в редакции от 01 марта 2012 года), с применением ст.64 УК РФ в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

В соответствии с частью 2 статьи 68 УК РФ срок наказания при любом виде рецидива преступлений не может быть менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, но в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части настоящего кодекса.

Приговором Чугуевского районного суда от 08 мая 2014 года Л. осуждён за совершение преступления,предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судья Приморского краевого суда, изменяя в апелляционном порядке состоявшееся по уголовному делу решение суда первой инстанции, указал, что доводы защиты о суровости назначенного судом наказания заслуживают внимания, так как в описательно-мотивировочной части приговора судом указано на необходимость назначения Л. минимально возможного размера наказания.

Однако, назначенное осуждённому наказание таковым не является.

Так, в силу ч.5 ст.62 УК РФ при рассмотрении настоящего уголовного дела в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, срок или размер наказания, назначаемого осуждённому, не могли превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление, что соответствует при совершении Л. преступления, предусмотренного п.п.«а», «б» ч.2 ст.158 УК РФ, 3 годам 4 месяцам лишения свободы (5 лет лишения свободы : 3 х 2).

Поэтому, в соответствии с требованиями ч.2 ст.68 УК РФ минимально возможным к назначению Л. наказанием в виде лишения свободы является 1 год 1 месяц лишения свободы (3 года 4 месяца : 3 х 1), до пределов которого суд апелляционной инстанции снизил назначенное Л. наказание.

 

В случае назначения осуждённому лишения права управления транспортным средством в качестве дополнительного наказания за совершение им  преступлений, предусмотренных частями 2, 4 или 6 статьи 264 УК РФ, необходимо выяснять вопрос о возможном назначении аналогичного наказания в виде лишения права управления транспортным средством в административном порядке за управление осуждённым транспортным средством в алкогольном опьянении в связи с этим же дорожно-транспортным происшествием. 

Приговором Первомайского районного суда г.Владивостока от 18 марта 2014 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением судьи Приморского краевого суда от 15 мая 2014 года, Б. осуждён по ч.4 ст.264 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 года.

Назначая дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортным средством, суд не учёл разъяснения, содержащиеся в п.12.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2009 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Из материалов дела усматривается, что на основании постановления мирового судьи судебного участка №9 Первомайского района г.Владивостока Приморского края от 28 октября 2010 года Б. за совершение правонарушения, предусмотренного ст.12.8 КоАП РФ, лишен права управлять транспортным средством на срок 1 год 6 месяцев за управление им транспортным средством в алкогольном опьянении. При этом из-за нарушений правил дорожного движения в данном алкогольном опьянении им совершено дорожно-транспортное происшествие, повлекшее по неосторожности смерть человека, за что Б. осуждён вышеуказанным приговором.

Согласно справке старшего инспектора группы по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Приморскому краю наказание в виде лишения права управления транспортным средством по постановлению мирового судьи Б. отбыто.

Таким образом, суду следовало зачесть отбытый Б. срок лишения права управлять транспортным средством в связи с административным производством в срок отбытия назначенного по уголовному делу дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортным средством.

Поэтому состоявшиеся по уголовному делу судебные решения в отношении Б. в данной части изменены президиумом Приморского краевого суда с зачётом дополнительного наказания.

По смыслу статей 389.9, 389.15, 389.18 и 389.24 УПК РФ при повторном рассмотрении уголовного дела, положение осуждённого не может быть ухудшено и не может быть усилено наказание, либо назначено более строгое, чем по первому приговору, если первоначальный приговор не отменялся за мягкостью назначенного наказания или в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей.

Приговором Уссурийского районного суда от 24 июля 2014 года М. осуждён по ч.4 ст.111 УК РФ к 13 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от 25 сентября 2014 года приговор изменен со снижением осуждённому М. назначенного наказания по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела следует, что ранее 19 декабря 2012 года Уссурийским районным судом в порядке ч.5 ст.247 УПК РФ было рассмотрено настоящее уголовное дело с вынесением приговора в отсутствии подсудимого М. с назначением ему наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, в виде 8 лет лишения свободы.

Постановлением президиума Приморского краевого суда от 24 января 2014 года приговор Уссурийского районного суда от 19 декабря 2012 года отменен в соответствии с требованиями ч.7 ст.247 УПК РФ в связи с устранением обстоятельств, указанных в ч.5 ст.247 УПК РФ.

По основаниям мягкости назначенного осуждённому наказания приговор не отменялся, в связи с чем, при новом рассмотрении уголовного дела суд не мог усилить осуждённому наказание и тем самым ухудшить его положение.

Однако, в нарушение требований закона, при новом рассмотрении уголовного дела суд назначил М. наказание за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, в виде 13 лет лишения свободы.

Кроме того, при первоначальном рассмотрении данного уголовного дела, судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства было признано активное способствование расследованию преступления. Между тем, при постановлении приговора от 24 июля 2014 года, суд данное обстоятельство смягчающим не признал, чем также ухудшил положение осужденного.

В связи с этим, суд апелляционной инстанции признал в действиях М. смягчающим наказание обстоятельством активное способствование расследованию преступления, смягчив осуждённому наказание до 8 лет лишения свободы.

Аналогичная ошибка допущена при вынесении приговора Уссурийским районным судом 30 июня 2014 года в отношении О.

Как установлено апелляционным судом, по результатам нового рассмотрения данного уголовного дела после отмены в кассационном порядке приговора Уссурийского районного суда от 27 марта 2013 года (с учётом изменений, внесенных апелляционным определением от 30 мая 2013 года) наказание осуждённому О. усиленно с 5 лет 11 месяцев до 6 лет лишения свободы.

Между тем, поводом отмены приговора от 27 марта 2013 года явилась кассационная жалоба осуждённого О., в отсутствии которого было вынесено судебное решение. Вопросы об усилении наказания осуждённому на основании его чрезмерной мягкости в суде кассационной инстанции не ставились, а приговор по данным обстоятельствам не отменялся.

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда по вышеизложенным основаниям снизила размер назначенного О. наказания до 5 лет 11 месяцев лишения свободы.

Виды  исправительных учреждений для осуждённых к лишению свободы

 

В соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК РФ мужчинам, осуждённым к лишению свободы  за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осуждённый ранее отбывал лишение свободы, назначается исправительная колония строгого режима.

Приговором Спасского районного суда от 19 сентября 2014 года Я. осуждён по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы; на основании ст.70 УК РФ по совокупности с приговором Спасского районного суда от 16 августа 2013 года к отбытию назначено 1 год 7 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судьи Приморского краевого суда от 03 декабря 2014 года приговор изменен с определением осуждённому отбывания наказания в исправительной колонии общего режима по следующим основаниям.

Суд первой инстанции, мотивируя основания определения осуждённому отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, указал, что в действиях Я. имеется рецидив преступлений, и ранее он реально отбывал наказание в виде лишения свободы.

Как установлено из материалов уголовного дела, Я., 02 января 1990 года рождения, ранее был осуждён по приговорам Спасского городского суда от 11 февраля 2005 года, от 17 октября 2005 года, от 02 марта 2006 года, от 31 марта 2006 года, от 02 июня 2006 года за совершение им преступлений в несовершеннолетнем возрасте, с назначением окончательного наказания по ч.5 ст.69 УК РФ к реальному лишению свободы, которое Я. отбывал в воспитательной колонии, а впоследствии — в исправительной колонии общего режима.

Кроме того, Я. осуждён приговором Спасского районного суда от 16 августа 2013 года за совершение преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ, к наказанию в виде 1 года исправительных работ с удержанием 5% из заработка в доход государства.

Тем самым, в действиях Я. имелся рецидив преступлений при наличии не снятой и не погашенной судимости по приговору Спасского районного суда от 16 августа 2013 года, однако, по данному приговору им не отбывалось наказание в виде реального лишения свободы, так как данным приговором было определено наказание, не связанное с лишением свободы.

При этом, Я. считается лицом, ранее отбывавшим наказание в виде лишения свободы по приговорам за совершение преступлений в несовершеннолетнем возрасте,  в связи с указанным обстоятельством в силу ч.4 ст.18 УК РФ данная судимость не учитывается при определении рецидива преступлений в действиях осуждённого.

Таким образом, Я. не имеет единую судимость, которая бы соответствовала требованиям, установленным п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ (наличие рецидива преступлений при отбывании осуждённым по данной судимости наказания в виде лишения свободы).

Поэтому, в соответствии с требованиями п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ  Я., как лицу, ранее отбывавшему лишение свободы, для отбывания назначенного наказания судом апелляционной инстанции определена исправительная колония общего режима.

В соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 58 УК РФ мужчинам, осуждённым к пожизненному лишению свободы, а также при особо опасном рецидиве преступлений, отбывание лишения свободы назначается в исправительной колонии особого режима.

Приговором Ленинского районного суда от 23 сентября 2013 года У. осуждён по ч.2 ст.162 УК РФ к 3 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

При рассмотрении кассационной жалобы осуждённого президиумом Приморского краевого суда установлено, что на момент совершения преступления У. имел две судимости за совершение тяжких преступлений по приговорам Ленинского районного суда г.Владивостока от 12 октября 2007 года и Первореченского районного суда г.Владивостока от 28 ноября 2007 года. Однако, окончательное наказание У. по приговору Первореченского районного суда г.Владивостока от 28 ноября 2007 года определено на основании ч.5 ст.69 УК РФ, в связи с совершением преступления по данному приговору до постановления приговора Ленинского районного суда г.Владивостока от 12 октября 2007 года.

Тем самым, данные приговоры образует единую судимость, поэтому на момент совершения преступления, за совершение которого У. осуждён приговором Ленинского районного суда г.Владивостока от 23 сентября 2013 года, он имел одну непогашенную и не снятую судимость за совершение тяжкого преступления, в связи с чем, в его действиях судом кассационной инстанции установлено в силу п.«б» ч.2 ст.18 УК РФ наличие лишь опасного рецидива, что повлекло снижение назначенного по приговору наказания.

Согласно п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ при наличии в действиях осужденного опасного рецидива преступлений, мужчине, ранее отбывавшему наказание в виде реального лишения свободы, отбывание наказания определяется в исправительной колонии строгого режима, в связи с чем, президиумом Приморского краевого суда внесены в приговор соответствующие изменения.

Ошибки в применении норм Уголовно-процессуального закона

 

Доказательства в уголовном судопроизводстве

 

В соответствии со статьей 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определённом УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 75 УПК РФ показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, адвоката, включая случаи отказа от защитника, и не поддержанные подозреваемым, обвиняемым в суде, являются недопустимыми. 

Приговором Хорольского районного суда от 12 августа 2014 года С. осуждён по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч.2 ст.228 УК РФ к 4 годам лишения свободы; в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний назначено 5 лет лишения свободы; на основании ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору Хорольского районного суда от 23 сентября 2011 года назначено 6 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Суд апелляционной инстанции, изменяя определением от 13 октября 2014 года приговор, указал, что из материалов уголовного дела следует, что оперуполномоченный полиции П. выезжал на место происшествия и доставлял осуждённого С. в отделение полиции п.Ярославский, где оперуполномоченный полиции Б. принял объяснение от осуждённого и составил протокол явки С. с повинной о совершении им кражи, а следователь З. в период с 15 января по 23 января 2014 года осуществляла расследование по данному уголовному делу.

Данные лица допрашивались в качестве свидетелей по ходатайству прокурора, и суд привел их показания в приговоре в качестве доказательств вины С., при этом данные свидетели лишь воспроизводили события производства по уголовному делу и ставшие им известными из объяснений С., данных им во время производства предварительного расследования в отсутствие защитника, и не подтверждённые им впоследствии в судебном заседании.

Положения ч.5 ст.246 и ч.3 ст.278 УПК РФ, предоставляющие государственному обвинителю право ходатайствовать о вызове в суд свидетелей и допрашивать их, а также ч.3 ст.56 УПК РФ, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключают возможность допроса дознавателя и следователя, проводивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий.

Вместе с тем, эти положения, подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя или следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний, вопреки закрепленному в п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ правилу.

Тем самым, закон, исходя из положений ст.50 Конституции РФ исключает возможность любого, прямого или опосредованного использования содержащихся в ранее данных показаниях подозреваемого или обвиняемого сведений, которые в силу требования закона являются недопустимыми.

Учитывая, что исключение показаний свидетелей Б., П., и З. из приговора не повлияло на доказанность вины С. в совершении им преступлений, предусмотренных п.«а» ч.3 ст.158, ч.2 ст.228 УК РФ, судебная коллегия, исключив из приговора данные доказательства, как недопустимые, в остальной части приговор оставила без изменения.

По аналогичным основаниям в апелляционном порядке изменен приговор Дальнереченского районного суда от 22 апреля 2014 года в отношении К.

Подсудность уголовных дел

 

Согласно статье 32 УПК РФ уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 статьи 32 УПК РФ, а также статьей 35 УПК РФ.

Приговором Первореченского районного суда г.Владивостока от 21 мая 2014 года Е. осуждён по ч.4 ст.264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 года.

Апелляционным постановлением судьи Приморского краевого суда от 05 августа 2014 года приговор отменен по следующим основаниям.

Конституция РФ, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свободы (ч.1 ст.46), возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебного решения.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст.47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Аналогичное требование закона закреплено в ч.3 ст.8 УПК РФ.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.228 УПК РФ по поступившему в суд уголовному делу судья должен выяснить, подсудно ли уголовное дело данному суду.

Как следует из материалов, настоящее уголовное дело в отношении Е. поступило в Первореченский районный суд г.Владивостока 29 апреля 2014 года, каких-либо препятствий для назначения дела к судебному разбирательству судом не установлено.

Вместе с тем, при принятии уголовного дела к производству, судом первой инстанции не принято во внимание, что в обвинительном заключении местом совершения преступления указан район дома №38 по ул.Некрасовской в г.Владивостоке, при этом обвинительное заключение утверждено прокурором Ленинского района г.Владивостока с указанием о передаче уголовного дела по подсудности в Ленинский районный суд г.Владивостока.

Рассмотрение уголовного дела с нарушением правил подсудности является фундаментальным нарушением требований уголовно-процессуального закона, что повлекло отмену приговора.

Аналогичное нарушение допущено при постановлении приговора Первореченским районным судом г.Владивостока 29 мая 2014 года в отношении Р. и Р., осуждённых за вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере.

Отменяя вышеуказанное судебное решение, суд апелляционной инстанции указал, что по смыслу ст.163 УК РФ, вымогательство считается оконченным с момента предъявления требования о передаче имущества под угрозой причинения вреда потерпевшему или его близким.

Согласно вмененному в вину осуждённым обвинению Р. и Р. предъявили потерпевшему требование о передаче имущества в с.Андреевка Хасанского района Приморского края.

Тот факт, что осуждённые Р. и Р. были задержаны в г.Владивостоке при передаче им документов на автомобиль потерпевшего, не свидетельствует об окончании преступления в г.Владивостоке. Из описания преступного деяния не следует, что Р. и Р. при встрече с потерпевшим в г.Владивостоке на ул.Снеговой, 9 продолжали непосредственно высказывать потерпевшему требования с применением насилия либо угрозой его применения. Согласно обвинению, потерпевший в данном случае действовал, опасаясь реализации ранее высказанных в его адрес угроз со стороны Р. и Р.

Поэтому в нарушение требований ч.2 ст.32 УПК РФ настоящее уголовное дело Первореченским районным судом г.Владивостока рассмотрено с нарушением правил территориальной подсудности, так как преступление, предусмотренное ст.163 УК РФ, было совершено и окончено в Хасанском районе Приморского края, что явилось основанием для отмены состоявшегося по делу судебного решения.

Нарушение права на защиту

 

Согласно части 6 статьи 49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

Установленное в указанной норме правило, предусматривающее отвод защитника в случае оказания им юридической помощи лицам, чьи интересы противоречат друг другу, не только не ограничивает право подозреваемого и обвиняемого на защиту, а, напротив, устанавливает дополнительные гарантии его реализации, поскольку направлено на исключение со стороны защитника каких-либо действий, могущих прямо или косвенно повлиять на неблагоприятный для его подзащитного исход дела.

Приговором Дальнереченского районного суда от 20 мая 2014 года  осуждены С. и Г. за совершение ими преступлений, связанных с незаконной рубкой лесных насаждений, организованной группой, в особо крупном размере.

Суд апелляционной инстанции отменил приговор с направлением уголовного дела на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

В обоснование данного решения судебная коллегия указала, что, как следует из материалов уголовного дела, защитником С. был назначен адвокат Б., который представлял интересы С. в ходе предварительного расследования при задержании последнего в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания и приговора следует, что адвокат Б. представлял в судебном заседании интересы осуждённого Г.

При этом, допрошенный в качестве подозреваемого и обвиняемого Г. пояснял, что осуждённый С. являлся лицом, организовавшим незаконную рубку леса, под чьим руководством действовали все соучастники данного преступления, фактически предоставив следствию доказательства вины С.

Осужденный С. вину в предъявленном обвинении не признавал.

Тем самым, интересы осуждённых противоречили друг другу, поэтому вне зависимости от волеизъявления осужденного Г. о необходимости защиты его интересов именно адвокатом Б., данный адвокат не вправе был осуществлять защиту интересов Г. в суде.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства в связи с неявкой адвоката Щ., осуждённому С. был назначен адвокат В., который в ходе предварительного расследования осуществлялся защиту интересов подозреваемого О., указывавшего в своих пояснениях о причастности С. к организации незаконной рубки леса.

Тем самым, осуждённому С. был назначен адвокат, ранее осуществляющий защиту интересов иного подозреваемого, чьи интересы противоречат интересам осуждённого С.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия, в связи с нарушением права осуждённых Г. и С. на защиту, отменила состоявшийся по делу обвинительный приговор, направив уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии со статьей 18 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика.

Если в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством следственные или судебные документы подлежат обязательному вручению подозреваемому, обвиняемому, а также другим участникам уголовного судопроизводства, то указанные документы должны быть переведены на родной язык соответствующего участника уголовного судопроизводства или на язык, которым он владеет.

Приговором Артёмовского городского суда от 30 мая 2014 года К. осуждён по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Отменяя состоявшийся приговор первой инстанции, судебная коллегия указала, что в соответствии с положениями частей 3 и 4 ст.47 УПК РФ обвиняемый вправе защищать свои права и законные интересы, вправе знать, в чём он обвиняется, в том числе, путем получения копии постановления о привлечении его в качестве обвиняемого.

Согласно ч.6 ст.172 УПК РФ следователь вручает обвиняемому и его защитнику постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

В соответствии с требованиями ч.3 ст.18 УПК РФ следственные документы, подлежащие обязательному вручению обвиняемому, должны быть переведены на родной язык обвиняемого.

Вместе с тем, из материалов уголовного дела усматривается, что К., являющийся гражданином Республики Армения, недостаточно владеет русским языком. В целях обеспечения его права на защиту в полном объеме, постановлениями следователей ему были назначены переводчики.

Согласно материалам копия постановления от 01 ноября 2013 года о привлечении К. по настоящему делу в качестве обвиняемого и предъявлении ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.п.«а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, была вручена К. в этот же день 01 ноября 2013 года.

Однако, сведений о вручении К. копии постановления от 01 ноября 2013 года о привлечении в качестве обвиняемого, переведенного на армянский язык, либо об осуществлении устного перевода содержания указанного постановления на родной язык обвиняемого, материалы уголовного дела не содержат. В последующем обвинение в иной редакции К. не предъявлялось.

Не имеется в материалах настоящего уголовного дела и текста постановления о привлечении К. в качестве обвиняемого от 01 ноября 2013 года, переведенного на армянский язык.

Иных сведений, подтверждающих выполнение органами предварительного расследования вышеуказанных предписаний уголовно-процессуального закона, не представлено.

Утверждения прокурора об отсутствии нарушений прав К., поскольку осуждённым заявлялось о получении в местах содержания под стражей процессуальных документов, переведенных на армянский язык, наименование которых он не смог назвать, а также в связи с наличием достоверных данных о получении осуждённым обвинительного заключения, переведённого на армянский язык, не освобождает орган предварительного расследования от обязанности вручения обвиняемому копии постановления о привлечении его в качестве обвиняемого, переведённого на родной язык.

Тем самым, судом апелляционной инстанции указано на нарушение в досудебном производстве гарантированных законом прав обвиняемого на защиту, что явилось основанием для отмены состоявшегося приговора с возвращением уголовного дела прокурору г.Артёма для устранения препятствий рассмотрения дела судом.

 

Нарушения порядка постановления приговора

 

В соответствии с требованиями частью 3 ст.14 УПК РФ все сомнения, возникшие по поводу виновности и объема обвинения, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

Приговором Артёмовского городского суда от 10 апреля 2014 года П. осуждён по ч.1 ст.105 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно описательно-мотивировочной части приговора суд установил, что П. нанёс потерпевшему Р. один удар ножом в область  грудной клетки, чем причинил ему телесные повреждения в виде трёх ссадин боковой поверхности лица, ссадины передней поверхности грудной клетки справа и одной проникающей колото-резанной раны поверхности грудной клетки слева с ранением левого легкого.

Из материалов уголовного дела достоверно установлено собранными по делу доказательствами, что П. нанёс потерпевшему один удар ножом в левую область грудной клетки. Факт причинения им иных телесных повреждений не подтверждается ни показаниями осуждённого, ни показаниями допрошенных по делу свидетелей.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст.14 УПК РФ исключил из описательно-мотивировочной части приговора указание на причинение П. потерпевшему телесных повреждений в виде трёх ссадин боковой поверхности лица, ссадины передней поверхности грудной клетки справа, что повлекло снижение размера назначенного осуждённому по приговору наказания.

В соответствии с требованиями статьи 73 УПК РФ дата совершения преступления подлежит обязательному доказыванию органами предварительного расследования.

Приговором Красноармейского районного суда от 23 января 2014 года, постановленным в особом порядке принятия судебного решения без исследования доказательств по делу, К. осуждён за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере, совершенные 06 сентября 2013 года, а также за незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, совершенные 21 ноября 2013 года.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значения для данного уголовного дела. По смыслу закона, данные обстоятельства должны соответствовать доказательствам, которые приводит следователь в обвинительном заключении, и которые содержатся в материалах дела.

Как следует из материалов уголовного дела, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении указано, что К. обвиняется в преступлении, предусмотренном ч.1 ст.228 УК РФ, совершенном 21 октября 2013 года, хотя в приводимых в обвинительном заключении доказательствах отражена иная дата, а именно 21 ноября 2013 года, что основано на материалах уголовного дела.

Таким образом, время совершения деяния, указанное в постановлении о привлечении К. в качестве обвиняемого и обвинительном заключении, противоречит материалам дела, что в силу положений п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ свидетельствует о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Суд, при вынесении приговора в особом порядке, в нарушение требований закона установил иное время совершения преступления, отличающиеся от установленных органами предварительного следствия, без приведения соответствующих мотивов принятия данного решения.

В связи с этим, президиум Приморского краевого суда отменил состоявшееся по уголовному делу судебное решение и направил уголовное дело прокурору Красноармейского района для устранения препятствий  рассмотрения уголовного дела в суде.

В соответствии с частью 7 статьи 241 УПК РФ приговор провозглашается в открытом судебном заседании. Оглашение вводной и резолютивной частей приговора допускается на основании определения или постановления суда в случае рассмотрения уголовного дела в закрытом судебном заседании или в случаях рассмотрения уголовного дела о преступлениях в сфере экономической деятельности, а также о преступлениях, предусмотренных статьями 205-206, 208 частью 4 статьи 211, частью 1 статьи 212, статьями 275, 276, 279 и 281 УК РФ.

Приговором Фокинского городского суда от 02 июля 2014 года Л. оправдан по предъявленному обвинению в совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

Как установлено судом апелляционной инстанции при рассмотрении представления государственного обвинителя, судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено в открытом судебном заседании, каких-либо процессуальных документов, подтверждающих проведение судебного разбирательства в закрытом порядке, в материалах уголовного дела не имеется.

Согласно постановлению о рассмотрении замечаний государственного обвинителя на протокол судебного заседания суд провозгласил лишь вводную и резолютивную части оправдательного приговора.

В связи с данными обстоятельствами, суд апелляционной инстанции усмотрел грубейшее нарушение требований ст.241 УПК РФ со стороны суда, допущенное при провозглашении приговора, что повлекло отмену состоявшегося приговора с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

 

Обжалование действий и решений должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство

 

В соответствии с требованиями статьи 125 УПК РФ при рассмотрении жалоб на постановление о возбуждении уголовного дела следует проверять соблюден ли порядок вынесения данного решения, обладало ли должностное лицо, принявшее данное решение, соответствующими полномочиями, имеются ли поводы и основания к возбуждению уголовного дела, нет ли обстоятельств, исключающих производство по делу. 

Постановлением Уссурийского районного суда от 26 августа 2014 года признано необоснованным постановление следователя СО ОМВД России по г.Уссурийску от 01 июля 2014 года о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, в отношении Д. по факту реализации им автомашины юридическому лицу, руководителем которого он являлся, по завышенной стоимости, с возложением на должностное лицо органов предварительного расследования обязанности устранить допущенные нарушения.

Принимая вышеуказанное решение, суд первой инстанции указал, что размер ущерба от преступления органами предварительного расследования при возбуждении уголовного дела определен неверно, при этом не выяснено мнение потерпевшего относительно причиненного ущерба.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал, что ущерб от преступления может быть определен исходя из разницы между сумой сделки и фактической стоимостью автомашины, установленной экспертным путем, то есть при установлении размера выгоды в денежном выражении от мошеннических действий, чем органы предварительного расследования не располагали на момент возбуждения уголовного дела.

Тем самым, судами в рамках рассмотрения жалобы, поданной в порядке ст.125 УПК РФ, в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства, дана оценка собранным правоохранительными органами материалам относительно содержания сведений, имеющих значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию в ходе проводимого предварительного расследования.

При указанных обстоятельствах президиум Приморского краевого суда состоявшиеся по жалобе судебные решения отменил с направлением материалов на новое судебное рассмотрение.

Ошибки в рассмотрении гражданских исков, заявленных в рамках рассматриваемых уголовных дел

 

Постановлением Арсеньевского городского суда от 06 мая 2014 года уголовное дело в отношении М. прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования за совершенное им преступление, предусмотренное ч.1 ст.199 УК РФ.

Не согласившись с принятым решением по уголовному делу, государственным обвинителем принесено представление, в котором указывалось, что суд, отменив обеспечительные меры в виде ареста, наложенного в ходе предварительного расследования на имущество подсудимого, не разрешил по существу гражданский иск.

Апелляционным постановлением судьи Приморского краевого суда от 01 июля 2014 года постановление суда первой инстанции изменено, с указанием на оставление гражданского иска без рассмотрения с признанием за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

Принимая данное решение, суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции в резолютивной части постановления о прекращении уголовного преследования действительно не указал на принятое решение по гражданскому иску, однако, данное обстоятельство не влечёт безусловную отмену постановления суда, поскольку при прекращении уголовного дела и уголовного преследования суд был лишен возможности разрешить гражданский иск, заявленный в рамках данного уголовного дела, без проведения судебного разбирательства.

Разрешение гражданского иска в соответствии со ст.239 УПК РФ при решении вопроса о прекращении уголовного дела законом не предусмотрено. Между тем, суд первой инстанции должен был указать о дальнейшей судьбе заявленного по уголовному делу гражданского иска, что повлекло изменение решения суда первой инстанции.

Приговором Артёмовского городского суда от 30 июля 2014 года В. осуждён по ч.1 ст.111 УК РФ к 4 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Гражданский иск потерпевшего о компенсации морального вреда оставлен без рассмотрения с разъяснением потерпевшему права обратиться за его разрешением в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Принимая решение в части заявленного гражданского иска, суд в приговоре указал, что гражданский истец не представил суду доказательства, подтверждающие те обстоятельства, на которые он ссылается, а именно: медицинские документы, подтверждающие утрату потерпевшим Б. трудоспособности, факт невозможности работы по профессии, а также факт изменения материального положения его семьи.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам от 24 сентября 2014 года приговор изменен в части разрешения гражданского иска, с осужденного в пользу потерпевшего Б. взыскано в счет компенсации причиненного ему морального вреда 500 000 рублей.

Принимая вышеуказанное решение, судебная коллегия указала, что в соответствии с требованиями ст.151 ГК РФ под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.).

В силу ч.3 ст.1099 ГК РФ компенсация морального время осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, и индивидуальные особенности потерпевшего.

Тот факт, что осуждённый В. признан виновным и осуждён за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Б. предполагает причинение потерпевшему физических страданий, при наличии посягательства на принадлежащие потерпевшему нематериальные блага (жизнь и здоровье), которые сомнений не вызывают и в отдельном доказывании данных обстоятельств не нуждаются.

Таким образом, у суда первой инстанции были все необходимые доказательства, позволяющие рассмотреть гражданский иск о взыскании морального вреда по существу. При этом, истец не лишен права обращения в суд с иском о возмещении вреда, в связи с утратой им заработка, из-за утраты трудоспособности и невозможности работы по специальности, в порядке гражданского судопроизводства с предоставлением суду необходимых доказательств об этом.

Поэтому судебная коллегия с учётом требований разумности и справедливости, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, материального положения осуждённого, удовлетворила гражданский иск частично в сумме 500 000 рублей.

Анализ приведенных ошибок свидетельствует о том, что судам следует обратить внимание на неукоснительное выполнение требований Уголовного и Уголовно-процессуального законов, для чего необходимо своевременно и тщательно изучать изменения в законодательстве, а также имеющуюся судебную практику.

  

Обзор подготовила

член президиума Приморского

краевого суда

Демидова Е.В.

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — юридическая помощь в Москве, Самаре
Если Вам необходима консультация адвоката - не оттягивайте решение данного вопроса, просто перезвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
Приказ Минфина России от 17.12.2018 N 272н "Об утверждении требований к складским помещениям и технических условий в области хранения при осуществлении деятельности по производству и обороту (за исключением розничной продажи) алкогольной продукции (за исключением пива, напитков, изготавливаемых на основе пива, сидра, пуаре и медовухи), расфасованной в потребительскую тару (упаковку), и спиртосодержащей продукции (за исключением спиртосодержащих лекарственных средств и медицинских изделий), расфасованной в потребительскую тару (упаковку)" (вместе с "Требованиями к складским помещениям, используемым для хранения при осуществлении деятельности по производству и обороту (за исключением розничной продажи) алкогольной продукции (за исключением пива, напитков, изготавливаемых на основе пива, сидра, пуаре, медовухи), расфасованной в потребительскую тару (упаковку), и спиртосодержащей продукции (за исключением спиртосодержащих лекарственных средств и медицинских изделий), расфасованной в потребительскую тару (упаковку)", "Техническими условиями в области хранения алкогольной продукции (за исключением пива, напитков, изготавливаемых на основе пива, сидра, пуаре, медовухи), расфасованной в потребительскую тару (упаковку), и спиртосодержащей продукции (за исключением спиртосодержащих лекарственных средств и медицинских изделий), расфасованной в потребительскую тару (упаковку), для организаций, имеющих лицензию на осуществление деятельности по производству и обороту (за исключением розничной продажи) алкогольной и спиртосодержащей продукции, расфасованной в потребительскую тару (упаковку)")
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости