г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Обзор судебной практики по гражданским делам за апрель 2015 года

Вопросы применения норм материального права

Закон не исключает возможности обеспечения задатком предварительного договора, предусматривающего определенные обязанности сторон по заключению в будущем основного договора и применения обеспечительной функции задатка

Стороны  заключили  соглашение  о задатке,  в  соответствии с  которым  сособственники   квартиры   Ш.  и  К.  получили  от  А.,  действующей  также  в интересах своих детей  Я.  и С.,  задаток  в  сумме  50  000 рублей  в счет причитающихся  с  них  платежей по  предстоящему   договору  купли —  продажи.

Дело  инициировано  иском  А. о  взыскании  с   Ш.  и  К.    двойной  суммы  задатка  в размере  100 000 рублей,  ссылаясь  на  то, что  ответчики  уклонились  от  заключения  с нею  договора   купли- продажи квартиры и  продали  ее третьим   лицам.

Решением  суда  исковые  требования  истицы  удовлетворены  частично, суд,  посчитав  переданную истицей  ответчикам  сумму в  размере   50 000 рублей  в качестве  аванса,  суд взыскал эту  сумму  с  ответчиков  в  пользу  истицы.

В   апелляционной  жалобе  А.  просит  отменить  решение, ссылаясь на нарушение судом норм материального права.

Оценив представленные сторонами доказательства, в соответствии с требованиями ст. ст. 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применив нормы материального права, содержащиеся в ст. ст. 380, 381 Гражданского кодекса РФ, суд пришел к правильному выводу  о том, что  соглашение  о  задатке   является  предварительным  договором,  поскольку  в  нем  указаны  все  условия,  предусмотренные  ст.  429  ГК  РФ,  необходимые  для  предварительного  договора.  Этот   вывод  решения  сторонами  не  оспаривается.   

В  соответствии  со ст. 380 ГК  РФ, задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. В силу п. 2 ст. 381 ГК РФ, если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

Удовлетворяя требование истицы о взыскании с  ответчиков  переданной  им  суммы  50 000 рублей,  суд  посчитал  установленным  тот  факт, что   указанная  сумма  была  передана  истицей  ответчикам. Это обстоятельство  не  оспаривалось   ответчиками в судебном  заседании  и  не  обжалуется  ими  решение  суда  в    части взыскания  этих  денежных средств.  В  то  же  время  суд посчитал, что эта  сумма  не  может  быть  признана  задатком,  поскольку между  сторонами  не  заключался  основной  договор  купли – продажи,   исходя  из  чего,   переданная  сумма может  быть  признана только  авансом, подлежащим   возврату.

С  таким  выводом   нельзя  согласиться.  Доводы  апелляционной  жалобы  о   необоснованности   отказа  в  иске  о  взыскании с  ответчиков  двойной  суммы  задатка, являются  убедительными. 

Задаток является, согласно ст. 329 ГК РФ, одним из способов обеспечения исполнения обязательств. Основная цель задатка — предотвратить неисполнение договора. ГК РФ не исключает возможности обеспечения задатком предварительного договора (ст. 429 ГК РФ), предусматривающего определенные обязанности сторон по заключению в будущем основного договора и применения при наличии к тому оснований (уклонение стороны от заключения основного договора) обеспечительной функции задатка, установленной п. 2 ст. 381 ГК РФ — потеря задатка или его уплата в двойном размере стороной, ответственной за неисполнение договора.

Из текста  соглашения  о  задатке, имеющегося в деле, усматривается, что стороны определили  стоимость  квартиры   в  размере   1 900 000 рублей, которая  является  окончательной  и  пересмотру  не  подлежит ( п.1). Покупатель  обязуется  внести  оплату   цены  квартиры  до  15.11.2014  года. Пункт  1  соглашения   также  предусматривает, что  задаток  передается  в счет  будущих  платежей по  предстоящему  договору   купли — продажи  квартиры  и в  доказательство  заключения   договора  и  обеспечения  его  исполнения. Таким  образом, переданный  задаток   имеет  платежную  и  обеспечительную  функцию по  заключению  основного  договора.

Выводы  решения  о  том, что нормы ГК РФ о задатке не могут быть применены к обязательствам, вытекающим из предварительного договора, так как договор купли-продажи квартиры сторонами заключен не был и основное обязательство денежного характера отсутствует, судебная коллегия признает не основанными на законе.

Исходя  из  вышеизложенного, судебная  коллегия  отменила   решение  и  приняла  новое,  которым  удовлетворила  иск  А. о  взыскании  с   ответчиков   двойной  суммы  задатка в  размере  100 000 рублей.

В договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспеченного залогом. В нем должно также содержаться указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество

Договор о залоге должен быть заключен в письменной форме

12 сентября 2012 года Г. обратилась  в банк с заявлением на получение кредита на приобретение автомобиля, на основании которого ей был предоставлен банком кредит на сумму 595 309,82 руб. на срок до 13.09.2017 года, с уплатой процентов в размере 15% годовых. Условиями договора предусматривалась уплата неустойки в размере 0,5% от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки.

В   заявлении  о  предоставлении  кредита  ею  было указано  о  передаче  в залог приобретенного автомобиля Nissan Juke, 2012 года выпуска.

После  заключения   договора заемщиком   произведено  отчуждение  заложенного  имущества. В настоящее время автомобиль зарегистрирован за Б. на  основании  договора  купли- продажи  от 07.12.2013  года.

Банк инициировал обращение в суд с иском о взыскании с Г. задолженности по кредиту в размере 749 746,04 руб. Просил  также  взыскать  уплаченную госпошлину и обратить взыскание на предмет залога — автомобиль , установив начальную продажную цену заложенного имущества на торгах в размере 319 060,80 руб. В  обоснование  своих  требований   банк  сослался  на ненадлежащее исполнение  заемщиком  обязательств   по  возврату   кредита  и  уплаты  процентов.

Решением суда исковые требования ЗАО «Юникредит Банк» признаны обоснованными в части.

Суд взыскал с Г. в пользу ЗАО «Юникредит Банк» задолженность по кредитному договору.

В удовлетворении требований об обращении взыскания на предмет залога – автомобиль, принадлежащий Б., а также взыскании с Г. госпошлины в размере 5 749,65 руб. – отказано.

Решение отменено в части по следующим основаниям.

В соответствии со ст.ст.329, 334 ГК РФ, ст.ст. 1,4 ФЗ «О залоге»,  действующем  на  момент  заключения  договора, залог является способом обеспечения исполнения обязательства, при котором кредитор – залогодержатель приобретает право в случае неисполнения должником обязательства получить удовлетворение за счет заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами за изъятиями, предусмотренными законом.

Пункт 4 ст.10 ФЗ «О залоге» предусматривает, что условие о залоге может быть включено в договор, по которому возникает обеспеченное залогом обязательство. Такой договор должен быть совершен в форме, установленной для договора о залоге.

В силу ч.1 ст.339 ГК РФ в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспеченного залогом. В нем должно также содержаться указание на то, у какой из сторон находится заложенное имущество.

Договор о залоге должен быть заключен в письменной форме (ч.2 ст.339 ГК РФ).

Вывод  решения  о  том, что договор залога  не  заключен в надлежащей  форме и в нем не согласованы все его существенные условия не  соответствует  изложенным  выше пунктам 3, 5.2, 16 заявления Г. о предоставлении кредита, а также п.3.3, п.3.5 Общих условий предоставления банком  кредита на приобретение автомобиля и передачи приобретенного автомобиля  в залог. В  этих  пунктах  предусмотрены  существенные  условия   договора  залога:  предмет  залога; его стоимость; существо, размер и срок исполнения обязательства обеспеченного залогом;  а также  указаны  сведения  о  том, у  какой  стороны   находится  заложенное  имущество. В  соответствии с  п. 5.2  заявления   банк  принял  в  залог  автомобиль, направив  Г. 13.09.2012 года  Письмо — извещение, полученное ею в тот же день, в котором   указано, что банк принимает в залог упомянутый  автомобиль Nissan Juke по залоговой  стоимости 793 244 руб. в обеспечение обязательства по договору о  предоставлении кредита в сумме 595 309,82 руб.  на срок  до  13.09.2017 года  заключенному  между  залогодателем  и  банком  13.09.2012 года.    

Согласно ст. 348 ГК  РФ, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этого имущества, залог  сохраняется (ст.  353 ГК  РФ).

Реализация заложенного имущества, на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке (ст.350 ГК  РФ)

При таких обстоятельствах, решение суда в части отказа в  удовлетворении требований банка  об  обращении  взыскания  на  автомобиль   не  соответствует  обстоятельствам  дела  и  требованиям  закона,  в связи  с чем подлежит отмене (п.п.1,4 ч.1 ст.330 ГПК РФ). Судебная коллегия  вынесла  новое решение, которым удовлетворить  требования  банка  в  этой  части  и  обратить  взыскание  задолженности  по кредитном у договору на автомобиль.

В случае заключения одним из супругов сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, указанных в  п. 2 ст. 45 СК Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга

Стороны с 04.06.2011 г. по 09.01.2013 г. состояли в браке.

04.02.2012 г. Т. и ВТБ 24 (ЗАО) заключен кредитный договор на сумму 604 100 руб. Семейные отношения сторонами прекращены с 09 января 2013г.

Т. инициировал дело предъявлением иска, в котором просил признать его долговые обязательства, возникшие по кредитному договору от 04.02.2012 г., заключенному с Банком ВТБ 24 (ЗАО), общим долгом супругов, взыскать с ответчика в его пользу оплаченную сумму долга по кредитному договору за период с 09.01.2013 г. по 15.06.2014 г. в размере 136580руб. 49коп. и расходы по оплате госпошлины в сумме 3961руб. 61коп.

Решением суда иск признан обоснованным.

Признаны долговые обязательства Т., возникшие по кредитному договору от 04.02.2012 г., заключенному с ВТБ 24 (ЗАО), общим долгом супругов.

С Р. в пользу Т. взыскана денежная сумма в размере 136 580 руб. 49 коп., расходы по уплате госпошлины в сумме 3961 руб. 61 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 14 000 руб., а всего – 291 122 руб. 59 коп.

Решение отменено по следующим основаниям.

Признавая обоснованными требования о разделе долгов супругов по обязательствам, возникшим у Т. перед ВТБ 24 (ЗАО) по кредитному договору от 04.02.2012 г., суд первой инстанции, признал долговые обязательства Т. общим долгом супругов, ввиду доказанности расходования полученных по указанному договору денежных средств в период брака в интересах семьи, а именно на оплату по договору аренды, на приобретение товара, оплату страховых взносов, и взыскал с Р. в пользу Т. 1/2 доли погашенного им общего долга бывших супругов по данному договору за период с 09.01.2013 г. по 15.06.2014 г.

По смыслу п. 3 ст. 39, п. 2 ст. 45 СК Российской Федерации долги, возникшие по инициативе супругов в интересах семьи, являются общим обязательством супругов.

П. 2 ст. 35 СК Российской Федерации, п. 2 ст. 253 ГК Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Однако, положения о том, что такое согласие предполагается также в случае приобретения одним из супругов долговых обязательств, действующее законодательство не содержит. Напротив, в силу п. 1 ст. 45 СК Российской Федерации допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

Поэтому в случае заключения одним из супругов сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п. 2 ст. 45 СК Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга, в данном случае на Т.   

Как следует из материалов дела, кредитный договор от 04.02.2012 г. заключен Т. с ВТБ 24 (ЗАО), Р. стороной указанного договора не являлась, следовательно, данное обязательство является обязательством одного из супругов – Т.   

Для признания этого обязательства общим долгом супругов материалы дела должны содержать достоверные доказательства использования кредитных денежных средств на нужды семьи.

Вместе с тем, таких доказательств в деле не имеется.

Р. отрицала факт расходования денежных средств, полученных по данному кредитному договору, на нужды семьи.

Убедительных доказательств, достоверно подтверждающих расходование указанных денежных средств в интересах семьи, а именно для открытия торговой точки в торговом центре «Арбат» с целью реализации непродовольственных товаров, Т. суду не представлено.

Что касается оплаты обеспечительского взноса по договору аренды нежилого помещения, аренды нежилого помещения за январь 2012 г., то данные платежи произведены Т. 11.01.2012 г. и 27.01.2012 г., т.е. до заключения кредитного договора от 04.02.2012 г.

Факт оплаты Т. 20.06.2012 г., по его утверждению из кредитных денежных средств, страховых взносов по обязательному пенсионному страхованию, подтверждает исполнение им своих личных обязательств перед пенсионным фондом и не может относиться к общим обязательствам супругов. 

Бесспорных доказательств, свидетельствующих о произведении оплаты за аренду помещения за февраль 2012 г. и март 2012 г. в общей сумме 23160 руб. 11201 руб.+259 руб.+11700 руб.) исключительно из кредитных денежных средств, а не из иного дохода истца, материалы дела не содержат.

Иных доказательств, свидетельствующих о расходовании кредитных денежных средств в интересах семьи, Т. суду не представлено.

При таком положении вывод суда первой инстанции о расходовании Т. полученных по кредитному договору денежных средств в сумме 604 100 руб. в интересах семьи является ошибочным.

Закон предусматривает систему гарантий соблюдения прав налогоплательщиков при реализации процедуры принудительного исполнения налоговой обязанности, предусматривающую обязательное направление требования об уплате налога с установлением в нем срока для добровольного погашения возникшей недоимки

Расчетный метод применяется исключительно в том случае, если налоговый орган в силу бездействия налогоплательщика лишен возможности достоверно установить размер налога подлежащего уплате

В рамках проведения Межрайонной ИФНС России  мероприятий налогового контроля за период с 01.10.2013г. по 01.01.2014г. в отношении ООО «Протэкт» установлено, что со счета №****  в адрес получателя Г. перечислены денежные средства в размере 2850000 рублей; основание платежа — договор оказания услуг.

Сведения о доходах, выплаченных Г. и размере удержанного налога на доходы физических лиц в налоговую инспекцию за 2013 год от ООО «Протэкт» не поступали. Г. налоговую декларацию с указанием суммы налога на доходы физических лиц, подлежащих уплате  в бюджет, в отношении полученных ею доходов и сведений об уплате налога с дохода в налоговый  орган не представила.

Требования инспекции предоставить налоговую декларацию по налогу на доходы физических лиц (3-НДФЛ) за 2013 год, задекларировать доход, полученный от налогового агента ООО «Протэкт», а также представить пояснения по поводу правильности исчисления налога, Г. не исполнены. 

Межрайонная ИФНС России  обратилась с иском, в котором просила взыскать с Г. недоимку по НДФЛ за 2013 год в сумме 370 500 рублей (2 850 000 рублей х 13%); пени по НДФЛ в сумме 11 920,84 руб. за каждый день просрочки платежа.

Решением суда с Г. взыскана недоимка по налогам на доходы физических лиц за 2013 год в сумме 370 500 руб., пени по НДФЛ в сумме 11 920,84 руб.     

Решение отменено по следующим основаниям.

Как следует из статьи 57 Конституции Российской Федерации, пункта 1 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ) каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

Неисполнение обязанности по уплате налога является основанием для применения мер принудительного исполнения обязанности по уплате налога, предусмотренных настоящим Кодексом (пункт 6).

Принудительный порядок взыскания недоимки налога с физических лиц осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 48 НК РФ.

В соответствии с приведенной нормой закона в случае неисполнения налогоплательщиком (плательщиком сборов) — физическим лицом, не являющимся индивидуальным предпринимателем, в установленный срок обязанности по уплате налога, сбора, пеней, штрафов налоговый орган, направивший требование об уплате налога, сбора, пеней, штрафов, вправе обратиться в суд с заявлением о взыскании налога, сбора, пеней, штрафов за счет имущества, в том числе денежных средств на счетах в банке, электронных денежных средств, переводы которых осуществляются с использованием персонифицированных электронных средств платежа, и наличных денежных средств, данного физического лица в пределах сумм, указанных в требовании об уплате налога, сбора, пеней, штрафов, с учетом особенностей, установленных настоящей статьей (пункт 1).

Заявление о взыскании подается в суд общей юрисдикции налоговым органом в течение шести месяцев со дня истечения срока исполнения требования об уплате налога, сбора, пеней, штрафов (пункт 2).

Требование о взыскании налога, сбора, пеней, штрафов за счет имущества физического лица может быть предъявлено налоговым органом в порядке искового производства не позднее шести месяцев со дня вынесения судом определения об отмене судебного приказа.

Исходя из изложенного, НК РФ предусматривает систему гарантий соблюдения прав налогоплательщиков при реализации установленной статьей 48 процедуры принудительного исполнения налоговой обязанности, предусматривающую обязательное направление требования об уплате налога с установлением в нем срока для добровольного погашения возникшей недоимки, что также вытекает из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного суда РФ от 04.06.2009 г. № 1032-О-О.

Таким образом, законодатель предусмотрел досудебный порядок урегулирования спора путем предъявления требования об уплате налога, сбора, пеней, штрафов.

Указанный вывод также основан на положениях статей 45 и 46 Конституции РФ, по смыслу которых решение налогового органа может быть в установленном порядке обжаловано в вышестоящий налоговый орган или суд.

Данная процедура Межрайонной ИФНС России № 3 по Белгородской области не соблюдена. Доказательств направления Г. требования о взыскании недоимки по налогу и пени, равно как и обращения в суд заявлением о выдаче судебного приказа материалы дела не содержат.

В суде апелляционной инстанции представитель налогового органа не оспаривала факт не направления ответчику Г. требования о взыскании недоимки по налогу и пени, обосновывая законность своих действий тем, что исчисление суммы НДФЛ расчетным путем исключало возможность соблюдения досудебного порядка.

Судебная коллегия с данным мнением согласиться не может.

В соответствии с пп. 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках в случае отказа налогоплательщика допустить должностных лиц налогового органа к осмотру производственных, складских, торговых и иных помещений и территорий, используемых налогоплательщиком для извлечения дохода либо связанных с содержанием объектов налогообложения, непредставления в течение более двух месяцев налоговому органу необходимых для расчета налогов документов, отсутствие учета доходов и расходов, учета объектов налогообложения или ведения учета с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налог.

Исходя из содержания названной нормы, расчетный метод применяется исключительно в том случае, если налоговый орган в силу бездействия налогоплательщика лишен возможности достоверно установить размер налога подлежащего уплате.

Согласно пункту 4 статьи 226 НК РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога на доходы физических лиц непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Исчисление и уплату налога в соответствии с пп. 4 пункта 1 статьи 228 НК РФ производят физические лица, получающие доходы, при получении которых не был удержан налог налоговыми агентами, — исходя из сумм таких доходов.

Поскольку у налогового органа имелись сведения о полученном Г. доходе от ООО «Протэкт», позиция истца о необходимости определения размера задолженности по налогу расчетным методом, противоречит фактическим обстоятельствам.

Согласно статье 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не соблюдение установленного законом досудебного порядка урегулирования спора является основанием для оставления заявления без рассмотрения.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права (пункт 4 части 1 статьи 330 ГПК РФ), с оставлением искового заявления Межрайонной ИФНС России  без рассмотрения.

Процессуальные вопросы

Определяя  размер расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах,  следует учитывать, что расценки, предусмотренные Постановлением Совета адвокатской палаты, не  являются   обязательными для лиц, не имеющих  статуса адвоката

Вступившим в законную силу решением Белгородского районного суда удовлетворена жалоба Ч. о признании незаконными действий судебного пристава-исполнителя по отказу в возбуждении исполнительного производства в отношении должника Т. Отменено постановление об отказе в возбуждении исполнительного производства. На Белгородский районный отдел судебных приставов-исполнителей возложена обязанность принять к исполнению исполнительный лист в отношении должника Т.

Ч. обратился в суд и просил взыскать с УФССП по Белгородской области расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 рублей, ссылаясь на то, что для защиты своих прав, он вынужден был обратиться за оказанием юридической помощи, и понес убытки в указанном размере.

Определением суда требования удовлетворены в части. В пользу Ч. на оплату услуг представителя взыскано 10 500 рублей.

Определение отмененов апелляционном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах, следовательно, суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым — на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Как установлено судом, представитель заявителя составила жалобу на действия судебного пристава-исполнителя, участвовала в подготовке дела к судебному разбирательству и в судебном заседании суда первой инстанции .

Удовлетворяя требования в сумме 10 500 рублей, суд посчитал, что указанный размер наиболее отвечает принципу разумности и соотносимости с объектом судебной защиты по конкретному делу и сослался на Постановление Совета адвокатской палаты Белгородской области от 05.02.2007 года с изменениями от 04.04.2013 года, согласно которому минимальное вознаграждение за один день занятости адвоката в гражданском деле в суде первой инстанции составляет 4 500 рублей.

Судебная коллегия не согласилась  с данным выводом, а именно применением к спорным отношениям тарифов установленных адвокатской палатой.

В силу положений ч.ч. 1,3 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее-ФЗ «Об адвокатской деятельности») адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленным законом физическим и юридическим лицам. Не является адвокатской деятельностью юридическая помощь, оказываемая участниками и работниками организаций, оказывающих юридические услуги, а также индивидуальными предпринимателями.

Обязанности адвоката закреплены в статье 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности» и предусматривают: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами; постоянно совершенствовать свои знания и повышать свою квалификацию; соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции; ежемесячно отчислять за счет получаемого вознаграждения средства на общие нужды адвокатской палаты в порядке и в размерах, которые определяются собранием (конференцией) адвокатов адвокатской палаты соответствующего субъекта Российской Федерации (далее — собрание (конференция) адвокатов), а также отчислять средства на содержание соответствующего адвокатского кабинета, соответствующей коллегии адвокатов или соответствующего адвокатского бюро в порядке и в размерах, которые установлены адвокатским образованием.

Статус адвоката может приобрести лицо, которое имеет высшее юридическое образование, полученное по имеющей государственную аккредитацию образовательной программе, либо ученую степень по юридической специальности. Указанное лицо также должно иметь стаж работы по юридической специальности не менее двух лет либо пройти стажировку в адвокатском образовании, должно быть допущено к квалификационному экзамену и сдать его (ст.ст. 9-12 ФЗ «Об адвокатской деятельности»).

Согласно статье 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. При этом определение критериев, соблюдение которых свидетельствует о должном уровне квалификации лиц, оказывающих гражданам юридическую помощь, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, относится к компетенции федерального законодателя (Определение от 8 ноября 2005 года N 439-О и др.).

Таким образом, статус адвоката служит гарантией на оказание квалифицированной юридической помощи, наличие у поверенного определенных юридических знаний, профессиональных навыков и квалификации необходимых на получение статуса, а также определенных затрат по оплате членских взносов на нужды адвокатской палаты. Указанные денежные средства необходимы для выплаты заработной платы работникам аппарата адвокатской палаты, материальное обеспечение деятельности адвокатской палаты, а по решению совета адвокатской палаты — также расходов на оплату труда адвокатов, оказывающих юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно, и иные расходы, предусмотренные сметой адвокатской палаты (пункт 2 статьи 34).

Расценки, предусмотренные Постановлением Совета адвокатской палаты, сделаны, в том числе с учетом вышеупомянутых ежемесячных членских взносов, являющимися обязательными для наличия статуса адвоката.

Как следует из материалов дела, интересы заявителя в суде первой инстанции осуществляла Ш., которая согласно материалам дела не обладает статусом адвоката, не является членом адвокатской палаты, а является индивидуальным предпринимателем, поэтому при определении размера подлежащих компенсации расходов, суд не обоснованно применил вышеупомянутые расценки.

Кроме того, необходимо указать, что указанные расценки предусматривают оплату труда адвоката не ниже 4 500 рублей за один день занятости адвоката, что подразумевает полный рабочий день.

Как усматривается из общедоступной информации, размещенной на сайте Белгородского районного суда, досудебная подготовка была назначена на 11-00 часов, а следующее судебное заседание у судьи, проведшего подготовку, было назначено на 14-00 часов, то есть подготовка с учетом обеденного перерыва не могла продолжаться более двух часов. Судебное заседание согласно протоколу было начато в 11 часов 40 минут и окончено в 12 часов 50 минут, то есть продолжалось 01 час 10 минут. Указанные временные периоды существенно меньше средней продолжительности рабочего времени за один день.

Как было указано ранее, судебные расходы должны отвечать критерию разумности, который является оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусмотрены. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

При этом, процессуальное законодательство не ограничивает право суда на оценку представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При указанных обстоятельствах, исходя из объема проделанной работы, судебная коллегия считает существенно завышенными расходы на представителя, взысканные судом первой инстанции и полагает обоснованным учесть, что при обращении в суд не требовалось сбора большого объема доказательств (к жалобе приложено оспариваемое постановление судебного пристава и заявление взыскателя о возбуждении исполнительного производства), время которое мог бы затратить представитель на подготовку материалов, продолжительность рассмотрения дела и определить их в размере по 1 000 рублей за каждое процессуальное действия в виде составления жалобы, участия в досудебной подготовке и в судебном заседании, что будет отвечать критериям разумности и справедливости, как того требует статья 100 ГПК РФ.

В случае  подачи  лицами, участвующими в деле, заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование судебного постановления, не подлежащего обжалованию в порядке надзора,  суд отказывает в его  принятии

Вступившим в законную силу решением Красногвардейского районного суда Белгородской области, отказано в удовлетворении исковых требований П. к О., администрации Красногвардейского района о признании недействительным решения о согласовании перепланировки квартиры, возложении обязанности по приведению жилого помещения в соответствии с техническим паспортом и взыскании компенсации морального вреда.

Определением судьи Белгородского областного суда от 26 марта 2013 г. в передаче кассационной жалобы П. на состоявшиеся по делу судебные постановления для рассмотрения в президиум Белгородского областного суда отказано.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20 мая 2013 г. отказано в передаче кассационной жалобы П. на состоявшиеся по делу судебные постановления для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации 28 ноября 2013 г. с указанным определением от 20 мая 2013 г. согласился и не нашёл оснований для вынесения определения о его отмене в порядке части 3 ст. 381 ГПК РФ.

Исчерпав возможности для обжалования состоявшихся по делу судебных постановлений в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ, Пашнева обратилась в районный суд с заявлением о восстановлении ей процессуального срока для подачи жалобы в порядке статьи 391.11 ГПК РФ.

Определением суда в удовлетворении заявления отказано.

В соответствии с частями 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

В то же время суд апелляционной инстанции на основании абзаца второго части 2 ст. 327.1 ГПК РФ вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме, выйдя за пределы требований, изложенных в апелляционных жалобе, представлении, и не связывая себя доводами жалобы, представления.

Под интересами законности с учетом положений статьи 2 ГПК РФ следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских правоотношений.

Судебная коллегия в интересах законности, в целях защиты прав и законных интересов участников гражданских правоотношений, считает необходимым проверить обжалуемое определение в полном объеме и не может признать соответствующим закону разрешение по существу судом первой инстанции вопроса о восстановлении срока на обжалование в порядке надзора.

Согласно части 1  ст. 391.1 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные постановления, указанные в части 2 ст. 391.1 ГПК РФ, могут быть пересмотрены в порядке надзора Президиумом Верховного Суда Российской Федерации по жалобам лиц, участвующих в деле, и других лиц, если их права, свободы и законные интересы нарушены этими судебными постановлениями.

В соответствии со статьей 391.11 ГПК РФ Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации по жалобе заинтересованных лиц или по представлению прокурора вправе внести в Президиум Верховного Суда Российской Федерации представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях устранения фундаментальных нарушений норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на законность обжалуемых судебных постановлений и лишили участников спорных материальных или процессуальных правоотношений возможности осуществления прав, гарантированных настоящим Кодексом, в том числе права на доступ к правосудию, права на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон, либо существенно ограничили эти права.

Жалоба или представление прокурора могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления обжалуемых судебных постановлений в законную силу.

Статья 391.11 ГПК РФ не перечисляет, на какие судебные постановления может быть внесено представление в Президиум Верховного Суда Российской Федерации. Очевидно, что именно на указанные в части 2 ст. 391.1 ГПК РФ.

Положения части 2 ст. 391.1 ГПК РФ содержат исчерпывающий перечень судебных постановлений, которые могут быть предметом пересмотра в порядке надзора Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, к числу которых решения районных судов, апелляционные определения судов субъекта Российской Федерации, не относятся.

Таким образом, правовые и фактические основания для рассмотрения вопроса о восстановлении П. установленного частью 2 ст. 391.11 ГПК РФ срока на подачу жалобы Председателю Верховного Суда Российской Федерации или заместителю Председателя Верховного Суда Российской Федерации на состоявшиеся по настоящему делу судебные постановления отсутствуют, поскольку отсутствует судебный акт, который в силу положений статьи 391.1 ГПК РФ может быть предметом обжалования в порядке надзора.

Учитывая, что в данном случае заявительнице не предоставлено право на обжалование судебных постановлений в порядке надзора, судебная коллегия находит, что вопрос о восстановлении срока на подачу надзорной жалобы не подлежал рассмотрению по существу судом первой инстанции.

В нормах действующего ГПК РФ не урегулирован вопрос о том, как должен поступить суд в случае подачи лицами, участвующими в деле, заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование судебного постановления, не подлежащего обжалованию в порядке надзора.

В силу части 4 ст. 1 ГПК РФ, в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действуют исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

Исходя из изложенного, суду первой инстанции следовало отказать в принятии заявления о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу надзорной жалобы в соответствии с частью 4 ст. 1, пункта 1 части 1 ст. 134 ГПК РФ.

Принимая во внимание, что суд первой инстанции, вопреки требованиям закона, принял к своему производству заявление П., судебная коллегия находит, что в данном случае по аналогии подлежит применению абз. 2 ст. 220 ГПК РФ, в соответствии с которым суд прекращает производство по делу, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части 1 ст. 134 ГПК РФ.

Неприменение судом первой инстанции норм процессуального права, подлежащих применению, привело к вынесению незаконного определения, что в соответствии с пунктом 4 части 1, части 3 ст. 330 ГПК РФ является основанием к его отмене.

Отменяя определение суда первой инстанции, коллегия в соответствии с пунктом 2 ст. 334 ГПК РФ находит возможным разрешить вопрос по существу, прекратить производство по заявлению о восстановлении пропущенного процессуального срока.

При рассмотрении заявления о выдаче дубликата исполнительного листа  суд должен установить факт утраты, выяснить причины утраты исполнительного листа, проверить, не истек ли срок, установленный для предъявления исполнительного листа к исполнению, не был ли уже исполнен судебный акт, на основании которого выдавался утраченный исполнительный лист

Решением суда от 02.07.2014 исковые требования К. к ООО «СК «Согласие» о взыскании страховой выплаты удовлетворены, взыскана страховая выплата в сумме 207320 рублей. Решение вступило в законную силу 30.09.2014.

05.11.2014 года К. выдан на руки исполнительный лист на указанную сумму.

25.12.2014 К. подано заявление о выдаче дубликата исполнительного листа по причине его утраты при пересылке.

Определением суда  в удовлетворении заявления К. о выдаче дубликата исполнительного листа отказано.

Определение отменено в апелляционном порядке.

Частью 1 статьи 430 ГПК Российской Федерации предусмотрено право суда, в случае утраты подлинника исполнительного листа, выдать по заявлению взыскателя его дубликат.

Согласно ч. 3 ст. 430 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении заявления о выдаче дубликата исполнительного документа суд выясняет обстоятельства, свидетельствующие об утрате исполнительного документа, и исследует доказательства, подтверждающие его утрату.

Исходя из содержания вышеприведенных норм, при рассмотрении заявления о выдаче дубликата исполнительного листа, суд должен установить факт утраты, выяснить причины утраты исполнительного листа, проверить, не истек ли срок, установленный для предъявления исполнительного листа к исполнению, не был ли уже исполнен судебный акт, на основании которого выдавался утраченный исполнительный лист.

Отказывая заявителю в выдаче дубликата исполнительного листа, суд первой инстанции исходил из того, что К. не представлено надлежащих, убедительных доказательств, подтверждающих факт утраты исполнительного листа. Так, суд указал, что сведений о том, что исполнительный документ не находится у взыскателя, либо в службе судебных приставов, либо в числе невостребованной почтовой корреспонденции К.  при обращении в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа не представлено, также не подтвержден  факт обращения им в почтовое отделение с целью поиска почтового отправления либо установления факта его утраты.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

В ходе рассмотрения заявления в суде апелляционной инстанции К. представлены его письменные обращения в Управление федеральной службы судебных приставов по Москве, в отдел Судебных приставов  Восточного округа г. Белгорода, в ФГУП «Почта России» Белгородский почтамт, в ООО «Страховая Компания «Согласие» и ответы на них.

Из представленных документов следует, что в настоящее время местонахождение исполнительного листа неизвестно, на исполнении у должника либо судебных приставов-исполнителей он отсутствует, что свидетельствует о его утрате.

С учетом отсутствия доказательств недобросовестности К. при подаче заявления о выдаче дубликата исполнительного листа, судебная коллегия полагает, что в данном случае необходимо исходить из факта утраты исполнительного документа, поскольку иное не доказано.

Требования по исполнительному листу  должником не исполнены, срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек, оснований для отказа в выдаче дубликата исполнительного листа не имеется.

При таких обстоятельствах, определение суда первой инстанции подлежит отмене с разрешением спорного вопроса  и удовлетворения заявления о выдаче дубликата исполнительного листа К., в котором он значится взыскателем.

Перечень оснований, по которым  суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренный статьей 426 ГПК РФ,  является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит

Решением третейского суда Приволжского  округа  при  Некоммерческом   партнерстве Центр   правовой  помощи предпринимателям   «Деловая  практика» с  П. в пользу ООО «Белгород-Семена» взыскана задолженность в сумме  1 506 491,5  рублей  и судебные  расходы  в сумме  25 245,44 рублей. 

Конкурсный управляющий ООО «Белгород-Семена» инициировал обращение в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа  на принудительное исполнение указанного решения третейского суда о взыскании с П.  задолженности и  судебных расходов.

Определением Свердловского  районного суда г. Белгорода  в  удовлетворении  заявления    конкурсного  управляющего  отказано.

Определение отменено в апелляционном порядке.

Разрешая  спор,  судом  неправильно  установлены   юридически  значимые  обстоятельства  и   применены  нормы  процессуального  права,  предусмотренные  ст.  56 ГПК РФ,  что  является  основанием  для  отмены  определения (п.п.1,4 ч.1  ст.  330 ГПК  РФ).

В  соответствии с ч.1  ст. 423  ГПК  РФ, вопрос о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда рассматривается судом по заявлению стороны третейского разбирательства, в пользу которой принято решение третейского суда.

Согласно ст. 426 ГПК  РФ, суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда только в случаях, если сторона третейского разбирательства, против которой принято решение третейского суда, представит доказательство того, что: третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом;  сторона не была уведомлена должным образом либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения; решение третейского суда принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения; состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали третейскому соглашению или федеральному закону; решение еще не стало обязательным для сторон третейского разбирательства или было отменено судом в соответствии с федеральным законом, на основании которого было принято решение третейского суда.  Суд также отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что:  спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом; решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

При  рассмотрении заявления конкурсного  управляющего судом  о  выдаче  исполнительного  листа  по  принудительному  исполнению решения  третейского  суда,  суд  посчитал    установленным, что   П.  не  был  уведомлен об   избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда.  При  этом, суд  исходил  из  его пояснений,  достоверность которых   суду  не  представилось  возможным  проверить, ввиду  того, что     запрос  суда   о  представлении  дела,   третейский  суд  не  исполнил.

Указанный  вывод  не  соответствует  материалам  дела  и   требованиям  процессуального  законодательства. 

Заявителем  представлены  доказательства надлежащего  уведомления   П. об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда. Указанное   обстоятельство  установлено  решением   третейского  суда,  из  которого  следует, что  о  дате, времени и  месте  заседания  третейского  суда  ответчик  извещен определением   от  29.08.2014  года,  которое  вручено ему   с  нарочным  под  расписку, что  подтверждается  его  подписью.  Ненадлежащее  извещение   стороны   третейского  разбирательства  является,    в силу  п.2 ст. 421  ГПК  РФ, основанием  для  отмены   решения  третейского  суда по  заявлению  стороны,  в соответствии  со ст.ст.  418,  419  ГПК  РФ. Однако, П. не  ставил  вопрос об  отмене  судебного  решения  по  этим  основаниям  и  не  представил  доказательств,  согласно ст.  56 ГПК  РФ,  в  обоснование  своих доводов  о  ненадлежащем  его  уведомлении   третейским  судом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе, о времени и месте заседания третейского суда.

Иных  оснований, предусмотренных  ст. 426 ГПК РФ,  для  отказа  в  выдаче   исполнительного  листа   из  материалов  дела  не  усматривается и  П.  на  них  не  ссылался. При  таких  обстоятельствах,  заявление  ООО «Белгород-Семена»  о  выдаче   исполнительного  листа  на  принудительное  исполнение решения  третейского  суда подлежит  удовлетворению.

Заявитель вправе обратится в суд в порядке искового производства по вопросу разрешения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое наложен арест, при этом, иск об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) должен предъявляться к должникам и взыскателям. Судебный пристав-исполнитель  привлекается к участию в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельный требований относительно предмета спора

На основании договора купли – продажи транспортного средства К. приобрел у П. автомобиль марки ВАЗ 21093.

11.02.2015 года К. обратился в суд с иском об устранении препятствий в пользовании и распоряжении названным транспортным средством, отмене постановления судебного пристава-исполнителя, которым наложено ограничение на регистрацию указанного транспортного средства, по исполнительному производству в отношении должника П., являющегося бывшим собственником автомобиля.

Определением судьи К. отказано в принятии заявления.

Определение отменено по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих», если в заявлении оспаривается решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, очевидно не затрагивающее права и свободы заявителя, судья отказывает в принятии заявления на основании пункта 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из содержания жалобы и материалов искового заявления следует, что заявитель указывает на принадлежность ему транспортного средства ВАЗ 21093,  на регистрацию которого оспариваемым постановлением судебного пристава-исполнителя наложены ограничения, нарушающие его права собственности на указанный автомобиль.

Отказывая в принятии искового заявления К, суд, квалифицировав, его обращение по предмету требований, как поданное в порядке главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,  на основании пункта 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу, что оспариваемым постановлением судебного пристава-исполнителя не затрагиваются права, свободы или законные интересы заявителя.

При этом суд исходил из того, что в приложенной копии страхового полиса ОСАГО, в качестве собственника автомобиля указан С. 

При рассмотрении дела в порядке главы 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вопросы прав на имущество (принадлежности имущества) не могут быть разрешены, однако заявитель вправе в соответствии с частью 2 статьи 442 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обратится в суд в порядке искового производства по вопросу разрешения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое наложен арест, при этом, иск об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) должен предъявляться к должникам и взыскателям. Судебный пристав-исполнитель  привлекается к участию в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельный требований относительно предмета спора.

К. обратился в суд с исковым заявлением, содержащим  обстоятельства, на которых заявитель основывает свои требования.

Установление же круга лиц, участвующих в деле, уточнение заявленных требований, исходя из положений статьи 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, осуществляется в порядке подготовки дела к судебному разбирательству.

При указанных обстоятельствах, оснований для отказа в принятии искового заявления в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации у судьи не имелось, в связи с чем оспариваемое определение отменено.

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — качественная юридическая помощь по всей России. Ваш регион не имеет значения!
Подготовим для Вас любой процессуальный документ по Вашим материалам (проект иска, жалобы, ходатайства и т.д.)! Недорого! Для заказа просто напишите нам сообщение в диалоговом окне в правом нижнем углу страницы либо позвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
Наша практика
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости
Свежие комментарии