г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71
г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Уголовная ответственность за репосты. Что нового сказал Верховный Суд РФ

Постановлением от 20.09.2018 Пленум Верховного Суда РФ внес ряд изменений в постановление от 28.06.2011 №  11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» (далее — Постановление № 11). Новые разъяснения Пленума посвящены преимущественно особенностям квалификации и доказывания по уголовным делам о возбуждении ненависти либо вражды, а также об унижении человеческого достоинства, совершаемых с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети интернет.

ПРИЧИНА ДОПОЛНЕНИЯ ПОЗИЦИЙ ПЛЕНУМА

Перед тем как сформулировать новые позиции, ВС РФ обобщил судебную практику по уголовным делам о преступлениях, связанных с возбуждением ненависти или вражды, экстремистскими призывами. В ходе изучения материалов практики Пленум учел и поручения Президента РФ, которые прозвучали по итогам программы «Прямая линия с Владимиром Путиным», состоявшейся 07.06.2018.

Отметим, что в 2010 и 2011 годах при подготовке проекта Постановления № 11 ВС РФ также проводил изучение и обобщение правоприменительной практики. Однако на тот момент практика говорила о том, что действиям, направленным на возбуждение ненависти либо вражды, а также унижение человеческого достоинства, не так часто были присущи публикации и размещение информации в сети интернет либо в других информационно-телекоммуникационных сетях. Кроме того, на тот момент использование указанных сетей не было специально прописано в статьях Особенной части Уголовного кодекса РФ в качестве признака составов преступлений экстремистской направленности. Наконец, данный вопрос не имел широкого освещения в научных исследованиях и не вызывал дискуссий в обществе в целом.

МЕЖДУНАРОДНЫЕ И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ОСНОВЫ БОРЬБЫ С ВОЗБУЖДЕНИЕМ ВРАЖДЫ

В Постановлении №  11 Пленум предусмотрел универсальные разъяснения, в том числе на случаи совершения преступлений с использованием сети интернет или иных сетей. Пленум учел, что в соответствии с международными стандартами в области прав человека и Конституцией РФ возбуждение ненависти и вражды запрещено. Это прямо следует из ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 4 Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации и ст. 29 Конституции.

В международных документах обращается внимание на то, что в целях обеспечения фундаментального принципа свободы слова в национальном законодательстве и практике его применения необходимо четко определить и истолковать ограничения для установления ответственности за возбуждение ненависти и вражды. Это необходимо сделать таким образом, чтобы исключить возможность произвольного и широкого применения уголовной ответственности за возбуждение ненависти и вражды. В частности, по смыслу ч. 2 ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти должно быть запрещено законом только при условии, если такое выступление представляет собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию.

Исходя из предписаний Международного пакта о гражданских и политических правах, изложенных выше, в п. 7 Постановления № 11 Пленум изначально предложил понимать под действиями, направленными на возбуждение ненависти либо вражды, в частности, высказывания, обосновывающие и (или) утверждающие необходимость геноцида, массовых репрессий, депортаций, совершения иных противоправных действий, в том числе применения насилия в отношении представителей какой-либо нации, расы, приверженцев той или иной религии. Как видно, это опасные действия, представляющие серьезную угрозу основам конституционного строя РФ. При этом как в изначальном тексте Постановления № 11, так и после внесенных в него изменений Пленум подчеркивает, что простая критика политических организаций, общественных и религиозных объединений, политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды.

Конституционный Суд РФ в своих определениях неоднократно отмечал, что ст. 282 УК устанавливает уголовную ответственность не за любые действия, а только за те, которые совершаются с прямым умыслом, направленным на возбуждение ненависти или вражды, унижение достоинства человека или группы лиц (определения КС РФ от 19.02.2009 № 134-О-Ои от 22.04.2010 № 564-О-О2).

В определениях от 08.07.2017 №  1502-О и №  1503-О, от 26.10.2017№  2315-О и других КС РФ, в частности, указал, что ст. 282 УК не противоречит нормам и принципам международного права, а равно Конституции РФ. Она не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать противоправность своих поступков и предвидеть наступление ответственности за их совершение и которая препятствовала бы единообразному пониманию и применению данной нормы правоприменительными органами.

ИЗМЕНЕНИЯ В УГОЛОВНОМ КОДЕКСЕ

В 2014 году УК были внесены изменения, которые закрепили новый способ совершения отдельных преступлений экстремистской направленности в качестве признака их составов3. В статьях 280 и 282 УК появились указания на такой альтернативный способ совершения преступления, как использование информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети интернет. Этот же способ, наряду с использованием средств массовой информации или электронных сетей, был предусмотрен и в ст. 280.1 УК об ответственности за публичные призывы к совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ4. При этом в ст. 280 и 280.1 УК использование СМИ или сетей предусмотрено в качестве квалифицирующего признака, а в ст. 282 УК — в качестве признака основного состава преступления.

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА

Как уже было сказано выше, внесению изменений и дополнений в Постановление № 11 предшествовало изучение судебной практики. ВС РФ выявлял трудности в применении положений уголовного закона, в том числе вызванных его новеллами. Один из таких вопросов связан с квалификацией деяния.

Из практики. Президиум Верховного Суда Республики Татарстан постановлением от 22.04.2015 отменил приговор Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 02.12.2014 и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Татарстан от 30.01.2015 в отношении Б. и прекратил уголовное дело производством за отсутствием состава преступления.

Б. был признан виновным в том, что умышленно, с целью возбуждения ненависти и вражды, а также унижения достоинства группы лиц по признакам расы, национальности, языка, происхождения, принадлежности к социальной группе распространил на своей странице «ВКонтакте» сети интернет, доступной для других пользователей сети, фотоальбом из 35 изображений под названием «Белый букварь», который ранее был признан экстремистским материалом. Согласно заключению специалиста данный материал содержал призывы к экстремистской деятельности, к насильственным действиям по мотивам национальной, расовой, религиозной розни. В нем имелись высказывания, выражающие негативное отношение к группам лиц; высказывания, в которых создаются положительные образы скинхедов, лиц, ассоциирующихся с фашистской идеологией.

В кассационной жалобе адвокат просил судебные решения отменить и производство по делу прекратить за отсутствием в действиях осужденного состава преступления. Адвокат указал, что никакого умысла на возбуждение ненависти и вражды он не имел, такую цель не преследовал.

Президиум нашел жалобу адвоката подлежащей удовлетворению вследствие существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, допущенных по делу. В обоснование своего решения Президиум, в частности, сослался на Постановление №  11, где сказано, что преступление, предусмотренное ст. 282 УК, совершается только с прямым умыслом и с целью возбудить ненависть или вражду. Вопрос о том, является ли массовое распространение экстремистских материалов преступлением или административным правонарушением, предусмотренным ст. 20.29 КоАП, должен разрешаться в зависимости от направленности умысла.

Осужденный пояснил, что увидел в открытом доступе в сети интернет смешные картинки со стихами, сохранил их на своей странице для себя, чтобы прочитать. Он не знал, что это запрещенный материал, а когда узнал, удалил, не прочитав до конца. Ссылки на этот альбом для того, чтобы ознакомились другие, не делал.

Суд в приговоре установил, что фактически Б. поместил на своей странице экстремистский материал, осознавая, что его страницу могут посетить другие лица, что при доказанности умысла на распространение экстремистских материалов могло быть квалифицировано как административное правонарушение, предусмотренное ст. 20.29 КоАП. Вопрос об умысле осужденного на возбуждение ненависти и вражды суд не исследовал, доказательств такого умысла в приговоре не привел, отсутствовали они и в материалах дела.

Вернувшись со службы в армии, Б. устроился на работу, поступил в институт и, как он пояснил суду, никакие экстремистские течения не поддерживает, в подобных организациях не состоит, что подтверждено показаниями оперуполномоченного ФСБ России. Следовательно, наличие умысла на возбуждение ненависти и вражды — необходимого элемента состава преступления, предусмотренного ст. 282 УК, явилось лишь предположением, что повлекло необоснованное применение судом уголовного закона (постановление Президиума Верховного Суда Республики Татарстан от 22.04.2015 по делу №  44-У-96).

ПОЗИЦИИ ПЛЕНУМА ВС РФ 2016 ГОДА

В 2016 году Пленум ВС РФ уже дополнял Постановление № 11. Постановление Пленума ВС РФ от 03.11.2016 № 415 содержало изменения, одновременно вносимые в два постановления Пленума: Постановление №  11 и постановление от 09.02.2012 №  1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности»6. Дополнение преимущественно было призвано учесть значительные изменения уголовного законодательства в части усиления мер обеспечения общественной безопасности и повышения эффективности противодействия терроризму и экстремизму.

В новом абзаце 2 п. 8 Постановления №  11 было разъяснено, что «при решении вопроса о направленности действий лица, разместившего какую-либо информацию либо выразившего свое отношение к ней в сети интернет или иной информационно-телекоммуникационной сети, на возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение достоинства человека либо группы лиц следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, контекст, форму и содержание размещенной информации, наличие и содержание комментариев или иного выражения отношения к ней». Это разъяснение было призвано сориентировать суды на то, что размещение той или иной информации экстремистского толка, пусть даже и признанной экстремистским материалом, в сети интернет само по себе еще не означает наличие всех признаков состава преступления и не подтверждает, что лицо осознавало сущность размещаемых сведений и стремилось возбудить ненависть или вражду, унизить человеческое достоинство, призвать к тем или иным действиям экстремистского характера. Поэтому для правильной квалификации необходимо исследовать весь комплекс объективных и субъективных обстоятельств содеянного, чтобы избежать проявлений объективного вменения. Именно это и подчеркивалось в указанном разъяснении Пленума, которое в полной мере относится и к применению ч. 2 ст. 280 и ч. 2 ст. 280.1 УК.

ПОЗИЦИИ ПЛЕНУМА ВС РФ 2018 ГОДА

По данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, по ст. 282 УК в 2014 году было осуждено 301 лицо, в 2015-м — 444 лица, в 2016-м — 502 лица и в 2017‑м — 571 лицо. При этом из материалов уголовных дел о таких преступлениях следует, что в 2017 году более 90% из них совершено с использованием сети интернет. При этом большинство уголовных дел о преступлениях экстремистской направленности, предусмотренных ст. 280, 280.1, 282–282.3 УК, суды рассматривают в особом порядке при признании обвиняемым своей вины и после его обязательной предварительной консультации с защитником (в 2016 году — более 50%, а в 2017-м — более 60% таких дел).

При разработке постановления Пленума ВС РФ от 20.09.2018 №  32, помимо результатов обобщения судебной практики, были приняты во внимание и обсуждены критические замечания, предложения и рекомендации, высказанные на экспертном совещании Общероссийского общественного движения «Народный фронт „За Россию“». Кроме того, были учтены предложения и замечания, высказанные на заседании рабочей группы, в которой приняли участие представители Уполномоченного по правам человека в РФ Совета при Президенте РФ по правам человека и развитию гражданского общества, Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей, Федеральной палаты адвокатов, Генеральной прокуратуры РФ, Минюста, ФСБ и МВД России, а также Следственного комитета РФ, ведущих образовательных и научно-исследовательских учреждений.

УЧЕТ МЕЖДУНАРОДНЫХ НОРМ

Новые разъяснения Пленум ВС РФ подготовил с учетом положений, закрепленных в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, ч. 3 ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также в других международных правовых актах. Указанные нормы гарантируют свободу мысли и слова, а также право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом и могут быть ограничены только в исключительных случаях, прямо закрепленных в федеральном законе в той мере, в какой это необходимо в демократическом обществе.

Такие ограничения являются обоснованными, если они производятся в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, территориальной целостности. Об этом и идет речь в новом абзаце, которым был дополнен п. 1 Постановления № 11.

Содержание приведенного выше и других новых разъяснений Пленума ВС РФ, данных в постановлении от 20.09.2018 №  32, также основано на положениях Рекомендации Комитета министров Совета Европы N R (97) 20 «О вопросах разжигания ненависти» от 30.10.1997, Резолюции Совета по правам человека ООН 16/18 от 24.03.2011, Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, от 05.10.2012 (далее — Рабатский план действий) и Кемденских принципов по свободе выражения мнения и равенству (Art. 19, апрель 2009 года).

Изменения и дополнения, внесенные в Постановление № 11, также учитывают правовые позиции Европейского суда по правам человека, содержащиеся в решениях от 09.05.2018 по делу «Стомахин против России» (жалоба №  52273/07), от 03.10.2017 по делу «Дмитриевский против России» (жалоба №  42168/06) и от 28.08.2018 по делу «Савва Терентьев против России» (жалоба №  10692/09).

ТЕСТ ДЛЯ УСТАНОВЛЕНИЯ В ВЫСКАЗЫВАНИЯХ ПРИЗНАКОВ ЭКСТРЕМИЗМА

При разработке изменений, внесенных в п. 8 Постановления № 11, и его нового п. 8.1 были приняты во внимание предложенные в Рабатском плане действий шесть частей (пунктов) теста для определения высказываний, подлежащих преследованию в уголовном порядке.

Контекст. Важно учитывать контекст, относящийся к намерениям и (или) причине, имеющий значение для оценки того, действительно ли конкретные высказывания побуждают к дискриминации, вражде или насилию. Контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось.

Оратор. Положение (статус) говорящего (автора информации) в обществе, в частности положение данного лица или организации по отношению к искомой аудитории высказывания.

Намерение. Статья 20 Международного пакта о гражданских и политических правах предполагает наличие умысла. Халатность и безрассудство не являются достаточными основаниями для применения этой нормы международного права, для которой требуется «пропаганда» и «возбуждение ненависти», а не просто распространение. Это предполагает наличие треугольника отношений между объектом высказывания, субъектом высказывания и аудиторией.

Содержание и форма. Содержание высказывания является одним из основных объектов судебного рассмотрения и главная составляющая возбуждения ненависти. Поэтому его анализ предполагает выяснение того, насколько прямым и провокационным было высказывание, а также рассмотрение формы и стиля, характера выдвинутых оратором аргументов, сбалансированность аргументации и т. д.

Степень публичности. Степень публичности включает в себя такие элементы, как доступность высказывания, характер адресата, значительность и размер аудитории, а также дальнейшие соображения относительно того, является ли высказывание публичным, каковы средства его распространения. Необходимо также принимать во внимание, распространялось ли высказывание посредством единственной листовки, или путем вещания в СМИ, или через сеть интернет, каковы были частота, количество и ширина охвата, имела ли аудитория возможность действовать в соответствии с провокационными призывами, распространялось заявление (или произведение искусства) в узком кругу или было общедоступным.

Вероятность реализации намерений. Возбуждение ненависти по определению является «преступлением в зародыше», поэтому для признания высказывания преступным не является обязательным совершение действия, к которому оно побуждает. Однако в какой-то степени должен быть определен потенциальный риск причинения вреда. То есть суды должны устанавливать, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие против целевой группы, отдавая себе отчет в том, что в данном случае должна быть указана достаточно прямая причинно-следственная связь.

Оправдательные аргументы в судебной практике

Оправдательные приговоры по уголовным делам по ст. 282 УК очень редки. В 2017 году суды оправдали только троих обвиняемых, в отношении еще двоих суды прекратили дела по реабилитирующим основаниям, в отношении 65 — по другим основаниям. За рамками судебной статистики остаются данные о числе возвращенных уголовных дел прокурору в порядке ст. 237 УПК, которые затем так и не вернулись в суд.

Узнать аргументы, по которым суд не соглашается с обвинением, затруднительно не только из-за скудной статистики, но и по вполне объективной причине: суды не публикуют на своих сайтах решения ст. 282 УК, как и по другим составам экстремистских преступлений, которые могут невольно привлечь внимание к экстремистским материалам. Более того, по таким делам на сайтах судов скрыта информация не только о предъявленном обвинении (наименование статьи УК), но и фамилия обвиняемого.

В оправдательном приговоре Фрунзенский районный суд г. Владимира от 27.02.2018 по делу №  1–3/2018 указал, что С., не являясь автором экстремистских материалов «…» и «Письмо…» и не обладая специальными познаниями в области лингвистики, не имел возможности оценить их как объекты, возбуждающие ненависть и вражду, а также унижающие достоинство группы лиц по признакам расы, национальности и религии. По мнению суда, эти и другие данные указывали на то, что при размещении на своей интернет-странице соответствующих файлов у него отсутствовал прямой умысел и цель возбудить ненависть и вражду, а также унизить достоинство группы лиц по признакам расы, национальности и религии.

Кроме того, суд указал на контекст размещенной информации. А именно что она находилась на интернет-странице подсудимого, содержавшей разноплановые материалы, а не только экстремистские. При этом последние составляли незначительную часть от всего объема видео-, аудио-, фото- и текстовых материалов, имевшихся на странице С. Данная интернет-страница была лишь отражением его интересов и увлечений и не являлась специальным ресурсом, целью которого было бы возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства.

Однако апелляционная инстанция, Владимирский областной суд, определением от 19.04.2018 по делу №  22–776/2018 отменила оправдательный приговор суда и направила дело на новое рассмотрение. Апелляция согласилась с прокурором в том, что наличие у С. прямого умысла и направленности деяния на возбуждение ненависти или вражды подтверждаются тем, что на протяжении длительного периода времени он проявлял интерес к националистическим взглядам и идеям. Кроме того, С. ранее привлекался к административной ответственности по ст. 20.29 и 20.3 КоАП РФ.

К сожалению, приговор суда после нового рассмотрения дела найти не удалось.

ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСТАНОВЛЕНИЕ УМЫСЛА

Учитывая вышеприведенные рекомендации, в новом абзаце 2 п. 8 Постановления № 11 Пленум ВС РФ разъяснил, что размещение лицом в сети интернет или иной информационно-телекоммуникационной сети, в частности на своей странице или на страницах других пользователей материала (например, видео-, аудио-, графического или текстового), созданного им самим или другим лицом, включая информацию, ранее признанную судом экстремистским материалом, может быть квалифицировано по ст. 282 УК только в случаях, когда установлено, что лицо, разместившее такой материал, осознавало направленность деяния на нарушение основ конституционного строя, а также имело цель возбудить ненависть или вражду либо унизить достоинство человека или группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии либо принадлежности к какой-либо социальной группе. Здесь отражена рекомендация из п. «Намерение» приведенного выше теста. Важным уточнением здесь является указание на то, что факт предварительного признания размещенной информации экстремистским материалом сам по себе вне установления необходимых умысла и цели не должен предопределять наличие основания для уголовной ответственности по ст. 282 УК.

Отметим, что количество материалов, признанных судами экстремистскими, постоянно увеличивается. По состоянию на 29.09.2018 в Федеральном списке экстремистских материалов значилось 4507 позиций. В части из них указано на исключение материалов из этого списка, например в позициях 4258–4270. Это связано с различными обстоятельствами, в том числе с обнаружением повторяющихся материалов, признанных экстремистскими в разное время. Поэтому лицо, разместившее такую информацию в сети интернет, далеко не во всех случаях может осознавать ее характер и факт ее включения в такой список.

В абзаце 3 (бывшем абзаце 2) п. 8 Постановления № 11 Пленум ВС РФ разъяснил, что при решении вопроса о наличии или отсутствии у лица прямого умысла и цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети интернет или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного. В частности, суд должен учесть не только указанные ранее обстоятельства, но также:

— факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения;

— содержание всей страницы данного лица;

— сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в том числе о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и пользовательской аудитории;

— данные о его личности (в частности, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности);

— объем информации, частоту и продолжительность ее размещения, интенсивность обновлений.

В абзаце 3 п. 8 учтены рекомендации из п. 1, 2, 4 и 5 теста из Рабатского плана действий. Также уточнено, что комментарии к размещенной информации, на которые следует обращать внимание суду, должны быть оставлены самим подсудимым.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, УЧИТЫВАЕМЫЕ ПРИ ОЦЕНКЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ОПАСНОСТИ ДЕЯНИЯ

Новый п. 8.1 Постановления № 11 основан на п. 5 и 6 теста Рабатского плана действий. В этом пункте Пленум ВС РФ обращает внимание судов на то, что при правовой оценке действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по соответствующим признакам, суд должен исходить из характера и степени общественной опасности содеянного. Кроме того, суд должен учитывать положения ч. 2 ст. 14 УК о том, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. При этом Пленум разъяснил, что при решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, то есть не представляющим общественной опасности, суду нужно учесть, в частности, размер и состав аудитории, которой соответствующая информация была доступна, количество просмотров информации, влияние размещенной информации на поведение лиц, составляющих данную аудиторию. Тем самым Пленум ВС РФ констатировал, что не во всех случаях размещение в сети интернет информации, направленной на возбуждение ненависти либо вражды, а также унижение человеческого достоинства, содеянное способно нарушить основы конституционного строя государства, поскольку изначально в силу указанных факторов не могло побудить кого-либо к дискриминационным действиям.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

Пленум ВС РФ дополнил Постановление № 11 новым п. 2.1 и новым абзацем, внесенным в п. 23, которые содержат разъяснения по процессуальных вопросам, связанным с рассмотрением уголовных дел об экстремистских преступлениях.

Рассмотрение жалобы в порядке ст. 125 УПК. Новый п. 2.1 посвящен вопросу рассмотрения судом жалобы в порядке ст. 125 УПК на законность и обоснованность возбуждения уголовного дела по ст. 282 УК. Пленум рекомендовал судам тщательно проверять наличие не только повода, но и основания для возбуждения дела. Это предполагает, что следователь обязан представить в суд материалы, содержащие достаточные данные, указывающие на признаки соответствующих преступлений. С учетом содержания диспозиции ст. 282 УК РФ к таким данным относится не только сам факт размещения в сети интернет или иной информационно-телекоммуникационной сети изображения, аудио- или видеофайла, содержащего признаки возбуждения вражды и ненависти, унижения достоинства человека либо группы лиц по признакам, указанным в данной статье, но и иные сведения, указывающие на общественную опасность деяния, мотив его совершения. Если по результатам проверки суд установит отсутствие на момент возбуждения уголовного дела либо на момент рассмотрения жалобы достаточных данных, указывающих на признаки преступлений экстремистской направленности, то решение о возбуждении уголовного дела о таких преступлениях признается незаконным и (или) необоснованным.

Оценка заключения эксперта. Пленум ВС РФ дополнил п. 23 Постановления № 11 в связи с тем, что зачастую именно заключения экспертов ложатся в основу обвинительных приговоров по делам о преступлениях по ст. 280, 280.1 и 282 УК. Однако Пленум специально подчеркнул, что заключение эксперта по делам данной категории не должно иметь заранее установленной силы и приоритета по отношению к другим доказательствам. Вопрос о том, являются те или иные действия публичными призывами к осуществлению экстремистской деятельности или к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ, а также возбуждением ненависти либо вражды, унижением человеческого достоинства, относится к компетенции суда. Из этого разъяснения следует, что даже если эксперт признает в том или ином материале наличие экстремистского контента, то это не означает, что лицо, разместившее такой материал в информационно-телекоммуникационной сети, во всех случаях совершает преступление. Для правильной квалификации содеянного нужно установить и другие обстоятельства, свидетельствующие о том, что действия лица направлены на возбуждение ненависти либо вражды, унижение человеческого достоинства.

В завершение напомним, что новые разъяснения Пленума ВС РФ, приведенные в Постановлении № 11, в полной мере относятся к квалификации и доказыванию преступлений, предусмотренных как ст. 282, так и ст. 280 и 280.1 УК. Кроме того, они сохранят актуальность и при возможной реализации предложений о введении административной преюдиции для действий, в настоящее время предусмотренных ч. 1 ст. 282 УК. Поскольку даже и при его возможном отнесении к административным правонарушениям также потребуется устанавливать наличие умысла и цели. При этом, как представляется, вопрос о разграничении размещения в сети интернет каких-либо экстремистских материалов и действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, унижение человеческого достоинства, будет актуальным и после того, как законодатель внесет изменения в УК и предусмотрит административную преюдицию по таким деяниям.

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — юридическая помощь в Москве, Самаре
Если Вам необходима консультация адвоката - не оттягивайте решение данного вопроса, просто перезвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
Наша практика
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
Приказ Минприроды России от 29.06.2018 N 302 "Об утверждении порядка и способов подачи заявления о проведении аукциона на право заключения договора аренды лесного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, или договора купли-продажи лесных насаждений, заключаемого в соответствии с частью 4 статьи 29.1 Лесного кодекса Российской Федерации, требований к формату указанного заявления в случае подачи в электронной форме" (вместе с "Требованиями к формату заявления о проведении аукциона на право заключения договора аренды лесного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, или договора купли-продажи лесных насаждений, заключаемого в соответствии с частью 4 статьи 29.1 Лесного кодекса Российской Федерации, для заготовки древесины при подаче его в электронной форме")
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости
Свежие комментарии