г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Апелляционная жалоба на приговор суда по ч. 4 ст. 159 УК РФ (образец)

В судебную коллегию

по уголовным делам

Самарского областного суда

443099, г. Самара, ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката НО “Самарская областная

коллегия адвокатов” Антонова А.П.,

рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: 443080,

г. Самара, проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 619, тел. 8-987-928-31-80

В защиту интересов Л.,

Уголовное дело №

 

Апелляционная жалоба

на приговор Промышленного районного суда г. Самары от ДАТА

 

Приговором Промышленного районного суда г. Самары от ДАТА Л. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и ей назначено наказание в виде 3 (трёх) лет лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Также приговором суда с осужденной Л. в пользу ООО «Р» (переименованное название ООО «Ф «Л») в счет возмещения материального ущерба взысканы денежные средства в размере СУММА рублей, а также компенсация услуг представителя в размере СУММА рублей, итого — СУММА рублей.

Суд пришел к выводу, что подсудимая Л. имела единый умысел на хищение денежных средств, совершая хищение денег в единый период времени с апреля 2012 года по август 2014 года, из одного источника (денежные средства ООО «Ф «Л»), одним способом, используя свое служебное положение главного бухгалтера указанной организации, путем внесения заведомо ложных сведений в финансовые и бухгалтерские документы, похищая денежные средства в течение длительного периода времени, при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле Л. совершить хищение в особо крупном размере.

С приговором суда в части признания Л. виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, я не согласен, считаю приговор в данной части незаконным и необоснованным, вина Л. в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере — достоверно не установлена, в связи с чем приговор суда должен быть изменен, по следующим основаниям.

Выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, показания потерпевшего и заинтересованных свидетелей противоречивы.

По смыслу закона при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе, и событие преступления. При этом, совокупность полученных доказательств, должна с достоверностью свидетельствовать о том, что общественно — опасное деяние действительно имело место, и именно обвиняемая причастна к его совершению. Оценивая доказательства по делу, защита приходит к выводу, что имеются обоснованные сомнения в том, что вменяемое Л. общественно — опасное деяние в своей совокупности имело место.

В ходе рассмотрения уголовного дела Л. вину в инкриминируемых ей преступлениях (ст.159 ч.4, 159 ч.3, 159 ч.3, ст.201 ч.1 УК РФ) признала частично, указав, что она не совершала хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, все действия по движению денежных средств в организации осуществлялись с ведома и по указанию руководства, все обязательства главного бухгалтера перед работодателем ею были выполнены, умысла и каких-либо действий, направленных на хищение чужого имущества, у неё не было, денежные средства организации она не присваивала, лишь в одном случае ее действия подпадают под самоуправство, когда она перевела со счета организации на свой счет денежные средства в сумме СУММА рублей.

Л. с ДАТА по ДАТА работала в должности Главного бухгалтера в ООО «Ф«У», которое в 2012 году переименовано в ООО «Ф «Л».

С 2011 года учредителем указанного НАЗВАНИЕ является М., а фактическим владельцем бизнеса — её супруг М., что подтверждается показаниями свидетелей и самого  М. Из анализа учредительных документов видно, что владельцами бизнеса являются семьи М-х и М-х (размер долей учредителей в уставном капитале:М. -…%, М.. — …%, А. — …%). Номинальным директором ООО «ФЛ» была М.

Вину в предъявленном Л. обвинении в совершении хищения денежных средств организации путем обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, под предлогом возврата денежных средств по соглашениям о предоставлении финансовой помощи и договорам займов, в особо крупном размере в сумме СУММА рублей, а также  в совершении хищения денежных средств организации путем внесения в расчетные ведомости заведомо ложных сведений о начислении на лицевой счет заработной платы, в сумме СУММА рублей, — Л. не признала, при этом пояснила суду, что для сокрытия перед бюджетом реальных доходов в организации по указанию руководства применялась схема, суть которой сводилась к следующему: часть денежных средств, полученных в качестве выручки от клиентов клуба, по распоряжению владельца бизнеса (М.) аккумулировалась в кассе без отражения в регистрах бухгалтерского учёта, затем по мере необходимости легальных денежных средств для проведения безналичных расчетов данные денежные средства по приходно-кассовому ордеру вносилась в кассу организации по основанию — временная финансовая помощь от учредителя М. После чего из кассы легализованные таким образом денежные средства вносились в банк на расчетный счет организации, далее эти денежные средства расходовались по своему прямому назначению — часть из них перечислялась на банковские карты сотрудников в качестве официальной заработной платы, а другая часть переводились на расчетный счет аффилированных лиц и компаний, а также для снятия наличными с целью последующего возврата займа полученного якобы ранее по договорам о временной финансовой помощи от М.Э.С. Однако эти денежные средства передавались супругу М. — реальному владельцу бизнеса М. и расходовались последним по его усмотрению, в том числе на выплату неофициальной части заработной платы работникам.

Тем самым оборот денег в организации обеспечивался без демонстрации доходности Фа, что позволяло компании экономить на уплате налогов значительные суммы. Нарушение ведения бухгалтерского учета являлось непременным атрибутом наличия в организации “черной” и “белой” кассы и обязательным условием работы, поставленной собственником бизнеса. Все денежные потоки строго контролировались реальным собственником бизнеса -М., которому еженедельно предоставлялись все отчеты по фактическому движению денежных средств в организации, а также по официальному состоянию дебиторской и кредиторской задолженности, где в том числе отражалась сумма задолженности организации перед учредителями по возврату временной финансовой помощи. Факт еженедельных отчетов о финансовом состоянии в организации и проведения еженедельных совещаний для решения текущих финансовых вопросов не отрицался М.

Таким образом, в организации усматривается грубое нарушение порядка ведения кассовой дисциплины (выдача денег из кассы осуществлялась лицам, не являющимися по кассовым документам получателями денежных средств, без идентификации личности и сверки подписей, выдавались деньги из “второй” кассы Г. и М. без наличия кассовых ордеров), что подтверждается материалами уголовного дела и свидетельскими показаниями кассиров клуба Р., А.

При соблюдении порядка кассовой дисциплины и не отражении данной кассовой операции в бухгалтерском учете организации можно было бы говорить о хищении денежных средств. Однако из материалов уголовного дела усматривается наличие второй (черной) кассы, что подтверждает постоянный строгий контроль денежных потоков организации со стороны учредителей.

Представитель потерпевшей организации А. в судебном заседании подтвердила, что с 2013 г. в  ООО «ФЛ» экономическими вопросами занимались М. и непосредственно М.

Со слов К., все решения в организации принимал М.

Сам владелец бизнеса М. в судебном заседании дал показания, что в 2009 году им фактически было учреждено ООО «Ф «У», а учредителем и директором был оформлен его родственник Г., который фактически организацией не руководил. Сам же М. является фактическим владельцем указанного общества и всегда руководил данной организацией. В апреле 2010 года на работу в ООО «ФЛ» в качестве главного бухгалтера им была принята Л., которая подчинялась директору ООО, а фактически отчитывалась о своей работе и всей финансовой деятельностью перед ним и соучредителем организации М.

На вопрос защиты М. о том, поступали ли от него Л. непосредственно, посредством телефонных звонков или электронной почтой распоряжения или согласования о перечислении денежных средств ООО «ФЛ» контрагентам или выдачи денежных средств по каким-либо основаниям, М. пояснил, что поступали, хоть и очень редко, в основном это были устные распоряжения раз в неделю, на совещаниях.

Таким образом М. (спустя 4 года) подтвердил, что он еженедельно давал Л. устные распоряжения  финансового характера.

Показания М. о том, что он денежных средств (по основанию — возврат временной финансовой помощи М.) от Л. не получал опровергаются показаниями, данными в ходе судебного следствия свидетелями М. (М. неоднократно давал Л. на совещаниях указания приносить определенную сумму денег, и она приносила); Р. (о том что М. получал денежные средства из кассы), А. о том, что М. приходил в бухгалтерию и забирал определенную сумму денег.

Прошу обратить внимание на явные противоречия в показаниях М., который утверждал, что никогда никакие денежные средства в ООО «Л» не получал, ни от Л., ни от кого-либо из сотрудников, и в показаниях М. (директора) и Р.(кассира), которые утверждают, что лично передавали М. денежные средства и были свидетелями того, что Л. по распоряжению М. приносила ему какие-то денежные средства.

Факт выплаты Л. сверх оговоренных в трудовых договорах сумм, несмотря на отрицание в суде «владельца бизнеса» М., подтвержден показаниями свидетелей, в том числе других бухгалтеров предприятия. При этом в обществе нет ни Положения о премировании, ни какого-либо иного документа, подтверждающего выплаты премий работникам организации.

Кроме того, на первичных документах — расходно-кассовых ордерах, вмененных Л. как «фактические» суммы похищенного, стоят подписи директора М. и кассиров М. или Р.. Следовательно, директор знала и допускала данные выплаты. Следовательно, выдачи данных денежных средств были легальными, разрешенными руководством и лично М.

При всём этом, несмотря на свидетельские показания, суд доводы подсудимой Л. о том, что она в течении своей работы неоднократно выдавала М. по его указанию из кассы организации наличные денежные средства, передачу которых оформляла как возврат денежных средств по договору займа, признает надуманными, так как свидетель М. данный факт отрицает, и в некоторых расходных кассовых ордерах подписи получателей отсутствуют.

Кроме того, сами показания свидетеля М. не последовательны: допрошенная в качестве свидетеля ДАТА (том 4 л.д.215) М. сообщила, что она по просьбе мужа М. дала займ ООО «Л» в размере СУММА рублей, а  ДАТА (т.6 л.д.113) М. вспомнила, что еще дополнительно передала в качестве займа СУММА рублей. При этом она поясняет, что денежные средства для внесения займа ей передал бывший муж М., при этом представленные суду выписки из федеральной базы службы судебных приставов свидетельствуют, что в указанный период М. имел задолженность по исполнительному производству в размере СУММА рублей, и не имел финансовой возможности передавать такие суммы для внесения их в кассу.

И со слов свидетеля М. его доход формируется из дивидендов, выплачиваемых ему по итогам работы предприятий, в составе которых он является учредителем, и из получаемой заработной платы. В указанное время М. не являлся учредителем каких-либо предприятий, и числился заместителем директора. Таким образом, он фактически законно не мог обладать свободными миллионными  денежными средствами.

Из показаний свидетеля Г. следует, что он весной 2012 года оказал финансовую помощь ООО «ФЛ» в качестве инвестиций в размере СУММА рублей, а летом 2012 передал еще СУММА рублей. В июле 2012 года он уволился из ООО «ФЛ», денежные средства, которые он вносил на счет организации в общей сумме СУММА рублей, ему не были возвращены. При этом и с требованиями к ООО «ФЛ» о возврате ему денег, почему-то четыре года не обращался. Это свидетельствует только об одном — что возврат внесенных ранее в качестве займа денежных средства по бухгалтерии был произведен, при этом фактически данные денежные средства были переданы Л. М. и Г. не имел никаких претензий по возврату данных денежных средств.

Подсудимая Л. свою вину по эпизоду хищения со счета организации денежных средств в сумме СУММА рублей не признала, перевод денежных средств со счета организации на личный счет Л. необходимо квалифицировать не как хищение, а как самоуправство, в связи с чем просила переквалифицировать её действия по данному эпизоду на ст. 330 ч.1 УК РФ. При этом суд счел её доводы необоснованными, надуманными, так как по мнению суда они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку основанием перечисления денежных средств указала возврат по договору займа Л., а наличие договора документально не подтверждено. С данным выводом суда я не согласен по следующим основаниям.

Л. объясняет перевод на ее личный счет в банке денежных средств с расчетного счета организации в размере СУММА рублей как возврат задолженности по ранее достигнутой устной оговоренной с М. о выплате заработной платы, сверх оговоренных в трудовом договоре сумм. Указанное в платежном поручении назначение платежа «возврат денежных средств по договору займа» трактуемое следствием, как составной элемент мошенничества, Л. объясняет как способ снижения налогооблагаемой базы предприятия, так как на выплачиваемые премии начисляются дополнительные налоги, а на возврат займа — не начисляются, так как возврат по договору займа в отличие от заработной платы не облагается налогом.

Из показаний М. следует, что кроме окладной части, в ООО «Р» (ранее ООО «Ф «Л»), работникам начислялись премии.

А. (К.) дала показания, что размер ее заработной платы составлял СУММА руб. в месяц.

М. дал показания, что размер заработной платы Л. составлял примерно СУММА рублей в месяц.

Следовательно, доводы Л. о том, что ей полагалась премия, фактически подтверждается показаниями данных свидетелей, и перечисление денежных средств на личный счет являлось ничем иным как перечислением полагавшейся Л. премии за предыдущий период времени.

Показания Л. логичны, последовательны, подтверждаются показаниями допрошенных свидетелей. Следствием, а затем и судом данные показания переоценены, допущено ряд искажений фактических обстоятельств дела. Так в приговоре суда указано, что Л. “с выводами бухгалтерской экспертизы согласна, а с выводами почерковедческой экспертизы не согласна”, на самом деле всё обстоит совершенно наоборот.

Вывод в заключении судебно-бухгалтерской экспертизы № НОМЕР от ДАТА о выявленных фактах, свидетельствующих о хищении денежных средств аудитор может сделать только после проведения аудиторского расследования, которое фактически не проводилось, документально не подтверждено. Таким образом, данный вывод аудитором сделан с нарушением Закона “Об аудиторской деятельности”, следовательно, не является надлежащим доказательством, и на его основании нельзя выносить обвинительный приговор.

Кроме того, договоры на проведение аудиторской проверки заключены с ООО «Р» (ранее ООО «ФЛ») в лице директора М., которая отчет даже не видела, однако со слов аудитора К-на С., отчет ею предоставлен М., что нарушает пункт 7 Правил (стандарта) № 30 «Выполнение согласованных процедур в отношении финансовой информации», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 сентября 2002 г. № 696 (ФПСАД № 30), согласно которым отчет предоставляется только тем сторонам, которые дали свое согласие на проведение указанных процедур, так как другие стороны, не знающие причин проведения этих процедур, могут неверно истолковать их результаты.

Из того же отчета аудиторов, исходя из  показателей доходов и расчетов за 2012-2014 годы, следует, что практически все расходы поглощали доходы, прибыли практически не было, и, следовательно, утечки неучтенных денежных средств быть не могло. В то же время судя по предоставленным в качестве доказательств хищения расходным кассовым ордерам в месяц совершалось хищение денежных средств в сумме до СУММА рублей, хищение денежных средств в таких огромных суммах незаметно осуществить в текущей финансовой ситуации организации невозможно. Подробно сравнительный анализ показателей был предоставлен подсудимой, надлежащая оценка которому судом не дана, доводы Л. судом мотивированно не опровергнуты.

Проведение инвентаризации регулируется следующими нормативными актами: ФЗ № 402 «О бухгалтерском учёте» от 6.12.2011; «Положением по ведению бух.учета …», принятым Приказом Минфина РФ №34н от 29.07.1998; «Методическими указаниями по инвентаризации имущества …», ратифицированными Приказом Минфина РФ №49 от 13.06.1995.

Согласно ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» случаи инвентаризации, ее порядок и сроки, а также перечень подлежащих инвентаризационной проверке объектов определяются руководством организации, кроме ситуаций обязательной инвентаризации. В п.22 Указаний по бухучету и в п.27 Положения № 34н перечисляются случаи, когда инвентаризационная проверка обязательна.

К обязательным случаям инвентаризации относится ситуация выявление фактов хищения, порчи или злоупотребления имуществом. Однако инвентаризация кассы в ООО «Р» (ранее ООО «Ф»), на основании которой можно было бы сделать вывод о недостаче и впоследствии определить размер ущерба, не проводилась, что косвенно подтверждает отсутствие фактического хищения в обществе.

В балансах за 2012, 2013, 2014, 2015 годы также нет отражения фактов, свидетельствующих о недостаче.

Таким образом, основываясь на официальных документах, напрашивается закономерный вывод, что факта хищения денежных средств и не было. Данный вывод подтверждается и показаниями свидетелей Р. о том, что она знала, что денежные средства предназначались для М., свидетелем М. в том, что он давал указания приносить денежные средства М. и Л. приносила ему денежные средства, А. о том, что М. приходил в бухгалтерию и забирал определенную сумму денег.

Кроме того, в заключении эксперта №НОМЕР от ДАТА имеется исследованный на предмет подписи Л. в расходно-кассовом ордере № НОМЕР от ДАТА на сумму СУММА рублей, по которому сделан вывод эксперта, что подпись сделана не Л.

Наличие мотива для оговора М. Л. подтверждает судебный спор 2015 года о невыдачи трудовой книжки и выплате компенсации и заработной платы. Судебная коллегия по гражданским делам в Апелляционном определении от ДАТА на основании данных, предоставленных ПФР и ИФНС установила, что среднедневной заработок Л. составляет СУММА рублей в 2014 году. И вынесла определение о взыскании с ООО «Р» (ранее ООО «ФЛ») заработка, не полученного в результате задержки трудовой книжки в размере СУММА руб.

Из апелляционного определения Самарского областного суда от ДАТА (гражданское дело № НОМЕР), судом установлено, что заработок Л. составляет СУММА рублей  в день. Таким образом, расчет заработной платы Л. за период с ДАТА по ДАТА в общей сумме составляет СУММА рублей, которые Л. перечислила себе как недополученную ранее разницу в заработной плате на законных основаниях.

Таким образом, все обвинение построено на голословных и противоречивых показаниях потерпевшего и заинтересованных свидетелей обвинения; суд необоснованно отнёсся критически к показаниям обвиняемой, а также незаконно и необоснованно отверг представленные стороной защиты доказательства; фактически не разобрался в обстоятельствах дела.

Представленные стороной защиты многочисленные доказательства остались без внимания суда, суд не дифференцировал предприятие и физических лиц как отдельных субъектов права.

Также, в судебном заседании стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении из доказательств следующих документов, составленных следователем П.:

— постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДАТА,

— постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДАТА,

-протокол осмотра предметов (документов) от ДАТА,

-протокол осмотра предметов (документов) от ДАТА,

-постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДАТА.

Перечисленные поддельные документы содержат поддельные подписи следователя, в связи с чем не могут быть признаны допустимыми, и на их основании нельзя выносить приговор.

Однако, суд критически относится к Акту экспертного исследования №НОМЕР от ДАТА, так как по мнению суда он не может свидетельствовать о подлоге либо фальсификации документов и выполнении подписей от имени следователя П. другим лицом, в связи с тем, что сама следователь П., допрошенная в судебном заседании, данный факт отрицает и утверждает, что подписи в указанных в Акте документах выполнены именно ею, а не кем-то другим. Суд на слово верит словам П., и не доверяет почерковедческой экспертизе, для цели устранения противоречия независимую экспертизу не назначает, в удовлетворении соответствующего ходатайства защиты о проведении экспертизы отказывает. Также суд не учитывает заинтересованность П. (в связи с возможными в последующими негативными последствиями) в сообщении суду ложных сведений о том, что подписи в данных процессуальных документах выполнены не ею, а иным лицом. Также суд не учитывает категоричность выводов эксперта о том, что подписи в исследованных документах однозначно выполнены не следователем П., а иным лицом с подражанием подписи следователя П. В таких условиях единственным разумным действие суда является назначение повторной почерковедческой экспертизы для устранения сомнений, однако суд отклонил соответствующее ходатайство стороны защиты о проведении экспертизы.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения приговора в апелляционном порядке является неправильное применение уголовного закона.

Согласно требованиям ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен отвечать требованиям о законности, обоснованности и справедливости. Приговор признаётся таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно п. 1 ст. 380 УПК РФ, приговор признаётся несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Кроме того, как требует действующее законодательство, судам следует исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года №19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» не могут быть признаны преступными деяния должностного лица, связанные с использованием служебных полномочий, повлёкшие причинение вреда охраняемым законом интересам, если они были совершены во исполнение обязательного для него приказа или распоряжения (статья 42 УК РФ).

В соответствии с нормами УПК РФ, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимой в совершении преступления достоверно доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены (ст. 302 УПК РФ).

Следует неукоснительно соблюдать принцип презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

По смыслу закона в пользу подсудимой должны быть истолкованы не только неустранимые сомнения в её виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и т.д.

В то же время для оправдания подсудимой, как вытекает из требований закона, достаточно лишь сомнений в её виновности. А оснований для таких сомнений в настоящем уголовном деле достаточно.

Защита считает, что ни в ходе предварительно следствия, ни в судебном заседании причастность Л. к хищению чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенным лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, то есть к совершению преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, не нашла своего подтверждения, в связи  с чем по обвинению в совершении хищения денежных средств организации путем обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения, под предлогом возврата денежных средств по соглашениям о предоставлении финансовой помощи и договорам займов, в особо крупном размере в сумме СУММА рублей, а также по обвинению в совершении хищения денежных средств организации путем внесения в расчетные ведомости заведомо ложных сведений о начислении на лицевой счет заработной платы, в сумме СУММА рублей,-  Л. должна быть полностью оправдана, а эпизод с перечислением со счета организации на личный счет Л. СУММА рублей должен быть квалифицирован по ч.1 ст.330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.369, 389.1 – 389.3, 389.6, 389.15-389.16  УПК РФ,

ПРОШУ СУД:

Приговор Промышленного районного суда г.Самары от ДАТА в отношении Л.., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 4 УК РФ, — изменить: по обвинению в присвоении денежных средств с использованием соглашений о предоставлении финансовой помощи и договоров займов, а также по обвинению в совершении хищения денежных средств организации путем внесения в расчетные ведомости заведомо ложных сведений о начислении на лицевой счет заработной платы — оправдать по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в её действиях состава преступления; по обвинению в совершении хищения денежных средств путем перевода  денежных средств в размере СУММА рублей — переквалифицировать действия Л. на ч.1 ст.330 УК РФ, вынести с учетом личности подсудимой справедливое минимальное наказание, с применением ст. 73 УК РФ.

Приложение: Копия приговора Промышленного районного суда г.Самары от ДАТА.

Адвокат ___________________________ А.П. Антонов

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — юридическая помощь в Москве, Самаре
Если Вам необходима консультация адвоката - не оттягивайте решение данного вопроса, просто перезвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
Наша практика
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости