top-menu
г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
г. Москва, ул. Верхняя Красносельская, д.11а, оф.29
menu-mobile

Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 04.06.2020 по делу № 77-808/2020. Признавая, что согласия защиты на оглашение показаний свидетеля не было, суд апелляционной инстанции принял решение об исключении из приговора ссылки на оглашение показаний данного свидетеля с согласия сторон, но сами показания из приговора не исключил.

Главная Профессиональные новости Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 04.06.2020 по делу № 77-808/2020. Признавая, что согласия защиты на оглашение показаний свидетеля не было, суд апелляционной инстанции принял решение об исключении из приговора ссылки на оглашение показаний данного свидетеля с согласия сторон, но сами показания из приговора не исключил.

ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 4 июня 2020 года № 77-808/2020

Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Бакулиной Л.И.

судей Москаленко А.В., Комаровой И.С.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановым В.В.

с участием прокурора Белова Е.А.

осужденных А., К.М.АА.

адвокатов Климовой О.Л., Юношева О.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Климовой О.Л. в интересах осужденного А.

на приговор Нагатинского районного суда г. Москвы от 21 августа 2019 года и апелляционное определение Московского городского суда от 11 декабря 2019 года.

Приговором Нагатинского районного суда г. Москвы от 21 августа 2019 года

А., родившийся * в **, несудимый,

осужден по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к четырем годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

А. изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, он взят под стражу в зале суда.

Отбывание наказания постановлено исчислять с 21 августа 2019 года, с зачетом на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы времени задержания и содержания под стражей с 25 сентября по 25 января 2019 года и с 21 августа 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

К.М.АБ., родившийся * в **, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 33, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ к трем годам шести месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Отбывание наказания постановлено исчислять с 21 августа 2019 года с зачетом на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы времени содержания К.М.АА. под стражей с 24 января 2018 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением Московского городского суда от 11 декабря 2019 года приговор в отношении А. и К.М.АА. изменен, из описательно-мотивировочной части приговора исключены ссылка на т. 1 л.д. 172-176 при изложении показаний К.М.АА., данных в ходе предварительного расследования; показания свидетеля Р*; ссылка на то, что показания свидетеля С* оглашены с согласия сторон, в остальном приговор суда оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Комаровой И.С., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы, выступления осужденного А. и его защитника адвоката Климовой О.Л., полагавших дело направить на новое апелляционное рассмотрение; мнение осужденного К.М.АА. и его защитника адвоката Юношева О.С., поддержавших доводы жалобы адвоката А.; выступление прокурора Белова Е.А., также полагавшего отменить апелляционное определение и дело направить на новое апелляционное рассмотрение, судебная коллегия

установила:

по приговору суда А. признан виновным в краже автомашины А* ***, совершенной в г. Москве в сентябре 2017 года группой лиц по предварительному сговору в крупном размере с причинением потерпевшей значительного ущерба в сумме *** рублей.

В кассационной жалобе адвокат Климова О.Л. в интересах А., оспаривая законность и обоснованность принятых решений, указывает, что судами допущены нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Ссылаясь на решения Конституционного суда РФ указывает, что при возвращении дела на дополнительное расследование органы следствия не вправе восполнять неполноту произведенного предварительного следствия, но суд первой инстанции исследовал в судебном заседании доказательства, содержащиеся в томах 5 и 6, которые были получены после возвращения дела прокурору. Отмечает, что после возвращения дела прокурору, на основании вновь собранных доказательств, было существенно изменено обвинение, предъявленное А., а именно, появился новый участник преступления, указано новое место совершения преступления, изменена сумма ущерба. В ходе дополнительного допроса свидетель С* существенно дополнил и расширил ранее данные им показания об обстоятельствах проведения ОРМ, указал новые факты распределения ролей соучастников, месте и времени задержания, приобщил стенограмму по сводке за 22 сентября и 21 сентября 2017 года, несмотря на то, что ранее утверждал, что стенограммы отсутствуют, так как прослушивание телефонных переговоров в эти дни не проводилось. Обращает внимание, что постановление о признании стенограмм от 21 и 22 сентября 2017 года вещественными доказательствами вынесено до их осмотра, их выемка не производилась и происхождение не известно. Суд первой инстанции не дал должную оценку доказательствам, полученным в ходе доследования, на предмет законности их получения, но положил их в основу приговора. Считает, что показания свидетеля С* основаны на предположении и не должны были учитываться судом. Указывает, что в момент непосредственного похищения автомобиля А., согласно детализации телефонных соединений, находился на Ореховом Бульваре д. 28 г. Москвы (т. 2 л.д. 248-307), но суд выявленные противоречия не устранил; существо показаний А. и доказательства, свидетельствующие о его непричастности к краже, в приговоре не раскрыты, не проверено алиби А. 22 сентября 2017 года, когда А. находился в г. Москве на Ореховом бульваре некто двигался на похищенной машине по Бесединскому шоссе г. Москвы. Утверждает, что все уголовно-наказуемые манипуляции А. осуществлял уже после похищения автомобиля, когда объективная сторона преступления была выполнена. Доказательств тому, что А. вступил в сговор с участниками группы до похищения автомобиля, не представлено. Указывает, что преступление окончено 22 сентября 2017 года, когда похитители могли распоряжаться машиной по своему усмотрению, но момент окончания ни в приговоре, ни в апелляционном решении четко не определен. При выполнении требований ст. 217 УПК РФ не были представлены вещественные доказательства, не обозревались они и в судебном заседании. При приобщении стенограммы от 22 сентября 2017 года не выполнены требования ст. 122 УПК РФ, не разрешены ходатайства А. Стенограмма от 22 сентября 2017 года имеет неоговоренные исправления. К.М.АБ. постоянно менял показания и очевидцем кражи не являлся, но суд, признавая его показания достоверными, не учел этих обстоятельств. При назначении наказания А. не в полной мере учтены требования ст. 62 УК РФ, а именно заболевание самого А. и его мамы. Возмещение ущерба суд учел формально, поскольку, как полагает защитник, на назначение наказания это не повлияло. Противоречия между доказательствами обвинения и защиты не оценены и не разрешены, что, по мнению адвоката, свидетельствует о нарушении ст. 15 УПК РФ. В апелляционной инстанции допущенные судом первой инстанции нарушения не устранены. Прокурор, заявляя ходатайство о приобщении постановления о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и постановление о предоставлении результатов ОРМ от 15 февраля 2019 года, не объяснил, почему эти доказательства не были представлены суду первой инстанции. Считает, что данное обстоятельство нарушает право осужденных на защиту, так как на стадии следствия их не знакомили с этими доказательствами. Суд не проверил доводы А., указанные в дополнительной апелляционной жалобе, а именно о нарушении ст. 171 УПК РФ при предъявлении обвинения, что затрудняет реализацию права на защиту. Дата окончания преступления не определена, что влияет на квалификацию преступления. Суд первой инстанции не применил закон, подлежащий применению, а именно ч. 1 ст. 175 УК РФ. Просит приговор и апелляционное определение отменить производство по делу прекратить.

В возражениях на жалобу адвоката Климовой О.Л. государственный обвинитель Поляков М.В. считает, что суд правильно установил фактические обстоятельства происшедшего, дал верную юридическую оценку действиям осужденного, и предлагает жалобу оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнение сторон, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

По настоящему делу помимо А. осужден К.М.АБ., в отношении которого приговор не обжалуется.

Согласно ч. 2 ст. 401.16 УПК РФ, если по уголовному делу осуждено несколько лиц, а кассационные жалоба или представление принесены только одним из них или в отношении некоторых из них, суд кассационной инстанции вправе проверить уголовное дело в отношении всех осужденных.

В силу приведенных положений закона и в целях исправления допущенной нижестоящими судами ошибки и улучшения положения осужденного К.М.АА., в отношении которого принято и вступило в силу неправосудное решение, судебная коллегия проверяет уголовное дело в отношении обоих осужденных.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения закона были допущены по настоящему уголовному делу судом апелляционной инстанции.

Согласно ст. 389.28 УПК РФ апелляционное определение должно содержать краткое изложение доводов лица, подавшего жалобу, мотивы принятого решения с указанием оснований, по которым доводы жалобы признаны необоснованными.

Анализ материалов уголовного дела свидетельствует о том, что судом апелляционной инстанции не в полной мере были выполнены процессуальные обязанности по проверке обоснованности обжалуемого постановления, то есть о допущенных судом апелляционной инстанции существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на исход дела.

Как установлено судом в приговоре, А. в неустановленное следствием время, в неустановленном следствием месте вступил в преступный сговор с Л. и Б. (уголовное дело, в отношении которых выделено в отдельное производство) и неустановленным следствием лицом, имея умысел на совершение кражи автомашины, распределив при этом роли. Не позднее 19:30 21 сентября 2017 года Л., приискал с целью последующего хищения автомашину марки ***, стоимостью *** рублей, принадлежащую потерпевшей А* После этого, действуя с корыстной целью, согласно распределению ролей в период времени с 19:30 21 сентября 2017 года до 01:43 22 сентября 2017 года А., Б., Л. и неустановленное следствием лицо подошли к указанной машине, припаркованной на стоянке у **, неустановленное следствием лицо, используя неустановленный следствием предмет, разбило стекло задней правой двери автомобиля ***, а А. заранее приисканным для совершения преступления электронным ключом осуществил запуск двигателя автомобиля, в то время как Л., Б. и неустановленное следствием лицо наблюдали за окружающей обстановкой с целью предупреждения А. о появлении сотрудников полиции, после чего уехали с места совершения преступления, временно переместив указанный автомобиль в ** с целью укрытия указанного автомобиля от возможного обнаружения сотрудниками полиции и сокрытия следов совершенного преступления. Далее Л., действуя согласно распределению ролей примерно в 01:16 23 сентября 2017 года привлек в качестве пособника в совершении тайного хищения чужого имущества, а именно автомобиля А* ***, К.М.АА., который достоверно зная, что вышеуказанная машина добыта преступным путем, согласился содействовать А., Б., Л. и неустановленному следствием лицу в совершении кражи автомобиля ***. В целях дальнейшего сбыта имущества, добытого преступным путем, К.М.АБ., находясь в *, наблюдал за автомашиной ***, предоставлял Л. информацию, необходимую для сокрытия предмета преступного посягательства, сообщая об окружающей обстановке и возможном появлении сотрудников полиции, то есть осуществлял пособничество А., Б., Л. и неустановленному следствием лицу в совершении тайного хищения чужого имущества. Также К.М.АБ. с целью сокрытия следов преступления, препятствуя обнаружению автомашины, снял с нее государственный регистрационный знак, создав, таким образом, необходимые для выполнения преступных действий условия, способствующие совершению кражи автомашины ***, а также дальнейшему сбыту похищенного имущества. После этого Б. 23 сентября 2017 года в 04:13 переместил похищенную автомашину в **, **. Далее А., действуя согласно распределению ролей, с целью заправки топливом похищаемого автомобиля осуществил покупку бензина, создавая условия для сбыта похищенного имущества. 25 сентября 2017 года, получив информацию об обстановке, позволяющей осуществить перемещение машины для сбыта, А. открыл водительскую дверь, имея при себе приисканный для запуска двигателя электронный ключ, Б. и Л. в это время наблюдали за окружающей обстановкой, когда и были все задержаны сотрудниками полиции, а похищенная автомашина изъята.

Действия А. и К.М.АА., исходя из установленных фактических обстоятельств, квалифицированы судом соответственно по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (А.) и по ч. 5 ст. 33, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ (К.М.АБ.).

По смыслу закона приговор по уголовному делу постановляется после разрешения судом на основании оценки собранных по делу доказательств вопросов, указанных в ст. 299 УПК РФ, то есть после исследования всех обстоятельств, касающихся предъявленного и поддержанного государственным обвинителем обвинения. Если суд придет к выводу, что обвинение подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, то он в соответствии со ст. 302 УПК РФ постановляет по делу обвинительный приговор, в котором, согласно положениям ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Согласно ч. 5 ст. 33 УК РФ пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления.

При этом в силу действующего уголовного закона хищение следует считать оконченным, если имущество изъято, и виновный имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им.

Вместе с тем из описания преступного деяния, признанного судом апелляционной инстанции доказанным, следует, что в момент привлечения К.М.АА. к наблюдению за машиной, а именно 23 сентября 2017 года на стоянке в ** хищение продолжалось, в связи с чем, его действия квалифицированы как пособничество в краже.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая уголовное дело по апелляционным жалобам, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о виновности А. и К.М.АА. в преступлениях, за которые они осуждены, привел в определении суждения общего характера, но по существу доводы, имеющие существенное значение для исхода дела, не рассмотрел.

Так, в апелляционной жалобе А. обращал внимание на то, что суд первой инстанции не установил обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, а именно время и место совершения преступления, но эти доводы оценки в решении суда апелляционной инстанции не получили, хотя имеют существенное значение для решения вопроса о квалификации действий осужденных.

Не привел суд апелляционной инстанции и мотивов о несогласии с доводами осужденного К.М.АА. о непричастности к краже автомашины.

Вывод суда о том, что осужденный К.М.АБ. в ходе следствия подробно рассказал об обстоятельствах хищения автомобиля и участии в преступлении А. также указывает на то, что вопрос о времени окончания преступления судом не разрешен, так как в отмеченных показаниях К.М.АБ. не сообщал, что являлся очевидцем перемещения автомашины со стоянки у дома на **, где ее припарковала собственница, а увидел автомобиль *** только на территории ** в Московской области в распоряжении А. и лиц, в отношении которых дело выделено в отдельное производство, — Л. и Б.

Кроме того, признавая, что согласия защиты на оглашение показаний свидетеля С* не было, суд апелляционной инстанции принял решение об исключении из приговора ссылки на оглашение показаний данного свидетеля с согласия сторон, но сами показания из приговора не исключил.

Суд апелляционной инстанции признал, что показания сотрудника полиции свидетеля С* об обстоятельствах проведения разработки преступной группы, занимающейся кражами автомобилей, установлении ее участников и их ролей, в том числе А. и К.М.АА., оглашены в соответствии с положениями ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, так как в результате предпринятых мер, установить место нахождения свидетеля С* не представилось возможным, а в предыдущих стадиях производства по делу у стороны имелась возможность оспорить показания свидетеля в ходе очной ставки, а также при допросе С* в судебном заседании, состоявшемся до возвращения дела прокурору.

Вместе с тем в материалах уголовного не имеется данных о том, что между осужденными А. и Косогоем с одной стороны и сотрудником полиции С* с другой проводились очные ставки.

Как видно из приговора суд сделал вывод о виновности А. и К.М.АА. в краже автомашины на основании оглашенных показаний С*, находящихся в томе 6 на листах дела 49-53, которые даны 18 февраля 2019, то есть после 8 октября 2018 года, когда дело было возвращено прокурору.

Кроме того, согласно ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ решение об оглашении показаний свидетеля может быть принято судом, если в результате предпринятых мер установить местонахождение свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможных.

Однако в представленных материалах уголовного дела нет данных о том, что судом первой инстанции предприняты исчерпывающие меры для вызова свидетеля обвинения — сотрудника полиции С* в судебное заседание, не приведены они и в апелляционном определении.

В деле имеется лишь раппорт судебного пристава Д* о том, что свидетель С* отсутствует по месту службы, что трудно признать достаточным для вывода о невозможности вызова свидетеля в судебное заседание.

Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ по результатам рассмотрения дела суд оценивает все собранные доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Принимая решение об исключении из приговора показаний свидетеля Р*, суд апелляционной инстанции не обсудил вопрос о достаточности собранных по делу доказательств для вывода о виновности А. и К.М.АА.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 3 мая 1995 года N 4-П, Определениях от 8 июля 2004 года N 237-О, 25 января 2005 года N 42-О и других, требования справедливого правосудия и эффективного восстановления в правах применительно к решением вышестоящих судебных инстанций предполагают обязательность фактического и правового обоснования принимаемых ими решений; мотивировка решения суда должна основываться на рассмотрении конкретных обстоятельств дела, а также на нормах материального и процессуального права, — иначе не может быть обеспечено объективное и справедливое разрешение уголовного дела.

Поскольку апелляционная инстанция недостаточно обосновала вынесенное решение, чем допустила существенное нарушение уголовно-процессуального закона, на основании ст. 401.15 УПК РФ определение суда не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением материалов дела на новое апелляционное рассмотрение.

В связи с отменой апелляционного определения из-за допущенных процессуальных нарушений иные доводы кассационной жалобы адвоката на данной стадии процесса обсуждению не подлежат, но могут быть учтены судом при новом апелляционном рассмотрении дела.

Принимая во внимание, что А. и К.М.АБ., осужденные к лишению свободы за совершение умышленного тяжкого преступления, могут скрыться от суда и таким образом воспрепятствовать производству по делу в разумные сроки, судебная коллегия в соответствии со ст. ст. 97, 108, 255 УПК РФ избирает в отношении них меру пресечения в виде заключения под стражу.

Руководствуясь ст. ст. 401.14, 401.15, 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

кассационную жалобу адвоката Климовой О.Л. в интересах осужденного А. удовлетворить частично.

апелляционное определение Московского городского суда от 11 декабря 2019 года в отношении А. и К.М.АА. отменить, уголовное дело направить на новое апелляционное рассмотрение в Московский городской суд в ином составе.

Избрать в отношении А., родившегося * в ** и К.М.АА., родившегося * в ** меру пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 4 августа 2020 года.

Председательствующий
Л.И. Бакулина

Судьи
А.В. Москаленко
И.С. Комарова

Чтобы записаться на консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Оставьте здесь свой отзыв о нашей работе!
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — качественная юридическая помощь по всей России. Ваш регион не имеет значения!
Подготовим для Вас любой процессуальный документ по Вашим материалам (проект иска, жалобы, ходатайства и т.д.)! Недорого! Для заказа просто напишите нам сообщение в диалоговом окне в правом нижнем углу страницы либо позвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
Каждому Доверителю гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Подписывайтесь на наши новости в Телеграмме
Оплачивайте юридическую помощь прямо с сайта
Добавляйтесь к нам в друзья
Подписывайтесь на наш канал

Наша практика

КонсультантПлюс: "Горячие" документы

ПРАВО.RU

ГАРАНТ: Новости

Свежие комментарии

s-top-menu--fixed