АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Самара ***
Суд апелляционной инстанции по уголовным делам *** областного суда в составе
председательствующего судьи ***,
при секретаре ***,
с участием: прокурора ***,
осужденного *** и его защитника — адвоката Л.О.В.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного *** и адвоката Виноградова А.И. на приговор *** районного суда г. *** от *** в отношении ***
Председательствующий судья, изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, проверив материалы уголовного дела, выслушав выступления осужденного *** и адвоката Л.О.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора ***, полагавшей, что приговор суда следует изменить,
УСТАНОВИЛ:
Приговором *** районного суда г. *** от *** ***, ДАТА года рождения, уроженец …, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: АДРЕС, проживающий по адресу: АДРЕС, имеющий высшее образование, женатый, имеющий на иждивении малолетних детей ***, ДАТА года рождения, ***, ДАТА года рождения, не судимый, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года.
В соответствии со ст.53 УК РФ *** установлены следующие ограничения: не менять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, а именно г.о. Самара, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
На ***Н. возложена обязанность являться 1 раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении *** оставлена прежней до вступления приговора в законную силу.
В соответствии с чч.3, 3.4 ст. 72 УК РФ зачтено *** в срок отбывания наказания в виде ограничения свободы время его задержания в порядке ст. 91 УПК РФ с 3 по *** включительно, а также время его нахождения под домашним арестом с *** по *** включительно.
По делу разрешена судьба вещественных доказательств.
*** признан виновным в совершении *** незаконных приобретении, хранении боеприпасов по адресу: *** в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Виноградов А.И. в интересах осужденного *** выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным.
Полагает, что суд первой инстанции допустил нарушение принципа состязательности сторон, придав судебному следствию обвинительный уклон, поскольку судом не устранены существенные сомнения, а именно — не установлено соответствие количества участвующих в следственном действии лиц и количество подписей на отрезках бумаг, которыми были опечатаны упаковки с патронами и оружием. При этом суд отказал стороне защиты в устранении сомнений путем осмотра вещественных доказательств и истолковал эти сомнения в пользу стороны обвинения.
Указывает, что суд необоснованно отказал стороне защиты в вызове для допроса эксперта ***, незаконно, в нарушение требований п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ огласив показания ***, данные им в ходе предварительного следствия.
Отмечает, что понятая П. (Ш.), которая была допрошена в суде, не соответствует той девушке, которая ДАТА принимала участие в осмотре квартиры *** в качестве понятой.
Обращает внимание, что суд не зачел в срок наказания *** время его нахождения в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях для производства судебной экспертизы – ГБУЗ ***, в период с ДАТА по ДАТА
Считает, что суд первой инстанции необоснованно не признал протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от ДАТА недопустимым доказательством, поскольку сотрудники полиции формально указали не те статьи закона и в целом провели не обследование жилища, а другое процессуальное действие, разрешение на которое они не получали.
Анализируя протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от ДАТА, отмечает, что протокол не содержит отметки о разъяснении *** его прав, при этом ошибочно сделан вывод о том, что подпись от имени *** в данном протоколе осмотра выполнена ***, руководствуясь вероятностными выводами заключения эксперта №НОМЕР от ДАТА о тождестве подписи *** и подписи в протоколе осмотра от ДАТА
Утверждает, что суд первой инстанции необоснованно не признал протокол осмотра места происшествия от ДАТА недопустимым доказательством, поскольку у сотрудников ОУР ОП по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре отсутствовали основания для проведения осмотра жилища, так как осмотр жилища *** был начат ДАТА в 08 часов 30 минут, а рапорт оперуполномоченного *** об изъятии оружия в КУСП зарегистрирован в 16 часов 05 минут.
Ссылаясь на положения ч.2 ст. 14 УК РФ, постановления Пленума ВС РФ, определение Конституционного Суда РФ, отмечает, что *** обвиняется в незаконном хранении 19 патронов калибра 7,62 мм., с 1983 года является охотником, имеет 4 действующих разрешения на хранение и ношение гражданского оружия, являясь охотником и владельцем гражданского оружия. более 40 лет каких-либо неправомерных действий, связанных с использованием оружия, не совершал, ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства и работы, имеет награды во время службы в рядах МВД. Учитывая его состояние здоровья и наличие малолетних детей, как смягчающие наказание обстоятельства, полагает, что можно сделать вывод об отсутствии той степени общественной опасности, которая определяет инкриминируемое *** деяние, как уголовное преступление.
Отмечает, что в ходе судебного следствия не было установлено ни одного доказательства, указывающего на причастность подсудимого к преступлению.
Указывает, что допрошенный в ходе судебного следствия *** пояснил, что якобы изъятые у него патроны калибра 7,62×54 и впоследствии признанные экспертом боевыми, ему никогда не принадлежали, у него на самом деле не изымались, а действия сотрудников полиции считает провокацией. Настаивает, что у *** имелись только охотничьи патроны калибра 7,62х54R, которые он приобретал в специализированных охотничьих магазинах г. Самары на основании своих разрешений на оружие.
Просит признать недопустимыми доказательствами протокол осмотра местности, жилища. иного помещения от ДАТА, протокол осмотра места происшествия от ДАТА, отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный приговор. В случае, если суд апелляционной инстанции не придет к выводу о вынесении оправдательного приговора, просит прекратить уголовное дело на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, ввиду его малозначительности.
В апелляционной жалобе осужденный *** выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным.
Полагает, что у судьи *** сразу сложилось ошибочное мнение о его причастности к совершению преступления на основе фальшивых доказательств и его якобы антиобщественного поведения. Указывает, что судья высказала свое мнение о его виновности в совершении преступления в постановлении от ДАТА о помещении его под домашний арест, тем самым был грубо нарушен конституционный принцип о беспристрастности судей.
Обращает внимание, что экспертиза ДАТА началась раньше, чем так называемая опергруппа покинула его квартиру, а именно в 12.00 часов. Выражает недоумение, каким образом. указанные 19 патронов были доставлены и переданы эксперту в белом неопечатанном мешке.
Указывает на несоответствие количества лиц, участвовавших при осмотре места происшествия, и количества подписей, имеющихся на упаковке.
Полагает, что П. (Ш.), которая была допрошена в суде, визуально и по возрасту отличается от той девушки, которая ДАТА принимала участие в осмотре его квартиры в качестве понятой.
Выражает несогласие с отказом суда в его ходатайствах о проведении биллинга телефона П. и Ш., показания которых разнятся в части времени проведения переупаковки и доставления патронов эксперту ДАТА
Считает, что П. и остальные трое свидетелей дают неправдивые показания, однако, ему было отказано в проведении очной ставки между П. и П., а также в проведении почерковедческой экспертизы в отношении обеих понятых.
Ссылаясь на показания специалиста ***, считает доказанным тот факт, что подписи в актах сделаны не им.
Приводя содержание рецензии специалиста *** от ДАТА на заключение эксперта ***, приходит к выводу о том, что экспертом использована устаревшая методика 2008 года, что указывает на прямой умысел со стороны эксперта *** скрыть факт о реальной принадлежности патронов к боеприпасам.
Отмечает, что эксперт не отправил патроны на рентгеновское исследование, а просто отстрелял (уничтожил) представленные патроны, чем нарушил действующее законодательство.
Обращает внимание, что по инициативе стороны защиты ДАТА была проведена металловедческая экспертиза сердечников на спектрометре ДФС-НОМЕР в лаборатории, данная экспертиза была принята судом вместе с рецензией от ДАТА, однако, какой-либо оценки ей суд не дал.
Полагает, что суд необоснованно отказал ему в приобщении вещественного доказательства — остальных двух охолощенных патронов 188 90 к делу, проведении необходимого рентгеновского исследования, допросе ***, ***, в качестве свидетелей и ***, *** в качестве экспертов.
Считает, что в отношении него была совершена провокация, так как была попытка представить патроны 12 калибра, как патроны 20 калибра. Обращает внимание, что оборудование прицела ночного видения частично было утрачено, было изуродовано дорогое раритетное ружье «Г.», которое является семейной реликвией.
Указывает, что З. написал рапорт в 16.05 часов ДАТА, в связи с чем *** не мог отвезти на экспертизу патроны и оружие ранее указанного времени, а экспертиза не могла начаться в 12.00 часов ДАТА
Ссылаясь на решения Верховного суда РФ, считает, что уголовное дело подлежит прекращению, поскольку *** до проведения ОРМ добровольно выдал сотрудникам МВД все патроны и оружие, хранящиеся у него, при этом дело носит малозначительный характер, так как подсудимый хранил свои патроны в сейфе в сравнительно небольшом количестве, при этом *** с 1988 года является владельцем гладкоствольного охотничьего ружья, а с 1993 года — огнестрельного оружия с нарезным стволом, у него имелись 4 действующие лицензии на хранение и ношение гражданского оружия, ранее он к административной и уголовной ответственности не привлекался.
Обращает внимание на личность ***, который ранее не судим, положительно характеризуется по месту работы и службы, был уволен из МВД в связи с получением ранений при участии в боевых действиях в условиях ЧС в Республиках Северного Кавказа, имеет награды и благодарности, является инвалидом 2 группы, воспитывает двух несовершеннолетних детей, на учетах у нарколога и психиатра не состоит. Считает, что срок нахождения его в психиатрическом стационаре подлежит включению срок наказания.
Указывает на несоответствие протокола судебного заседания его аудиозаписи в части показаний свидетелей П., П..
Просит признать все акты осмотра и псевдоэкспертизу недопустимыми доказательствами, полученными с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального закона, просит приговор суда отменить и оправдать его.
Проверив участников материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Суд первой инстанции с достаточной полнотой исследовал все имеющиеся доказательства, правильно установив фактические обстоятельства дела.
Выводы суда о виновности *** в совершении указанного преступления основаны на совокупности доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и получивших объективно исследованных в судебном заседании, подробно приведенных в приговоре, и надлежащую оценку в соответствии со ст. 88 УПК РФ.
В судебном заседании осужденный *** вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, пояснив, что изъятые ДАТА в ходе осмотра его квартиры *** патронов ему не принадлежат.
Вместе с тем вина *** в незаконном приобретении, хранении боеприпасов подтверждается:
— показаниями свидетелей *** и *** – оперуполномоченных ОП по Октябрьскому району У МВД России по г. Самаре о том, что ДАТА они производили осмотр жилища ***, расположенного по адресу: *** в присутствии *** и двух понятых — *** и ***, с участием сотрудника кинологической службы и со служебной собакой. В одной из комнат было обнаружено 2 сейфа, в первом сейфе находились 4 предмета, похожих на ружья, из второго сейфа *** достал предметы, похожие на патроны в коробках, различного калибра. Далее ***Н. открыл верхний ящик шкафа (антресоль), дверцы которого были закрыты на навесной замок, в котором находился сейф, в котором находились: предмет, похожий на пистолет «P.», предмет, похожий на магазин пистолета черного цвета, без маркировки, предметы, похожие на патроны различных калибров в различной упаковке, а именно: калибр 7,62х39 — 59 штук, предметы похожие на патроны под сигнальный пистолет с маркировкой на донце «90» — 9 штук, калибр 8 мм — 8 штук, 7,62х54 мм- 25 штук, калибр 12 мм 88 штук, калибр 20 мм — 5 штук, калибр 9 мм — 20 штук, предмет похожий на пулю с маркировкой «НОМЕР», 1 предмет похожий на штык-нож черного цвета. Все выданные предметы похожие на патроны, были пересчитаны, был составлен протокол осмотра местности, жилища, иного помещения, в который были внесены все вышеперечисленные изъятые предметы, и в котором все участвующие лица, в том числе ***, поставили свои подписи. Все предметы, похожие на патроны и предмет похожий на пулю, были упакованы в черный полиэтиленовый пакет и опечатаны отрезком бумаги с оттиском печати № НОМЕР, на котором все участвующие лица, поставили свои подписи. Предметы, похожие на ружья в количестве 4 штук, оптический прицел, штык-нож были упакованы в черную сумку с желтыми надписями и опечатаны отрезком бумаги белого цвета с оттиском печати № НОМЕР, на котором все участвующие лица, поставили свои подписи. Затем они вместе с понятыми вернулись в отдел полиции по Октябрьскому району г. Самары, где в кабинете № НОМЕР при понятых был вскрыт черный полимерный пакет, в котором были упакованы предметы, похожие на патроны. Указанные предметы были еще раз пересчитаны, общее количество составило 339 штук, а именно: 22 калибр 73 штуки, калибр 90-9 штук, 7,62×39 — 59 штук, 8 калибр — 8 штук, калибр 9 мм — 20 штук, 20 калибр — 5 штук, 12 калибр — 120 штук, 7,62×54 — 45 штук, 1 предмет похожий на пулю 16 калибра. Среди предметов похожих, на патроны калибра 7,62х54, были обнаружены 19 предметов, похожие на патроны с маркировкой отличной от остальных, а также на 15 из них имелась красная окантовка на середине донной части. Указанные 19 предметов, похожие на патроны были упакованы в белый непрозрачный полиэтиленовый пакет, горловина которого была опечатана отрезком бумаги белого цвета с оттиском печати № НОМЕР, на котором понятые поставили свои подписи. Остальные предметы, похожие на патроны были обратно помещены в черный полимерный пакет. Затем были назначены 3 баллистические экспертизы. Согласно заключению эксперта, 19 патронов являются винтовочными 5 патронами калибра 7,62 мм заводского изготовления, предназначенными для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм, пригодны для производства выстрела:
— показаниями свидетелей *** и *** о том, что в январе 2024 года они участвовали в качестве понятых при обследовании квартиры ***, расположенной на АДРЕС. *** добровольно открыл 2 сейфа и достал из первого сейфа 4 предмета, похожих на оружие, из второго сейфа достал патроны в количестве около 300 штук. Затем из еще одного сейфа были извлечены патроны, револьвер, похожий не пистолет в разобранном виде. Все обнаруженные предметы были упакованы и опечатаны. Также был составлен протокол, в котором все участвующие лица расписались. Затем они проследовали в отдел полиции, где в их присутствии вскрыли пакеты, пересчитали все предметы, а затем снова упаковали их;
— показаниями свидетеля *** — супруги *** о том, что ДАТА двое сотрудников полиции с участием двух девушек-понятых зашли в их квартиру, где *** открыл сейф с оружием и добровольно выдал патроны в заводских коробках. Оружие было изъято и упаковано, был составлен акт осмотра;
— показаниями свидетеля *** — инспектора ЦЛРР Управления Госгвардии по Самарской области о том, что следователем ему были предоставлены для ознакомления заключения эксперта патроны. По результатам экспертизы было указано, что данные патроны являются боевыми, это патроны СУ 7,62х54. Было 14 патронов с пулей со стальным сердечником, 4 патрона тоже со стальным сердечником, 1 трассирующий, 4 патрона винтовочных. Исходя из заключения эксперта, данные патроны относятся к категории боевых, оборот которых относится к числу запрещенных, в магазинах их нельзя купить;
— показаниями эксперта *** о том, что он производил экспертизу по представленным ему 19 патронам, которые исследовались в ходе производства экспертизы № НОМЕР от ДАТА На донных частях гильзы патронов имеются маркировочные обозначения: на 14 патронах «188 90», на 4 патронах «60 И», на 1 патроне «188 85». Первые цифры в маркировочных обозначениях, обозначает номер завода изготовителя, остальные цифры, а также буква «И» обозначают год изготовления. Патронами калибра 7,62х54 можно произвести выстрел из винтовки образца 1891/30г., калибра 7,62 мм (7,62х54), номера 302618, 1942г.в.;
— заключением эксперта №НОМЕР от ДАТА, согласно которому представленные на исследование 14 патронов с маркировочными обозначениями «188 90» являющиеся винтовочными патронами (с пулей со стальным сердечником) калибра 7.62 мм (7,62х54) заводского изготовления; 4 патрона с маркировочными обозначениями «И60» являющиеся винтовочными патронами (с пулей «ЛПС» со стальным сердечником) калибра 7,62 мм (7,62×54) заводского изготовления; 1 патрон с маркировочными обозначениями «188 85» являющийся винтовочным патроном (с трассирующей пулей) калибра 7,62 мм (7,62х54) заводского изготовления, предназначенные для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм (7,62- мм ПК и его модификации, винтовки СВД, СВТ обр. 1940г., винтовки обр. 1891/30 г. и др. с аналогичными характеристиками ствола и патронника), 19 патронов пригодные для производства выстрела; заключением эксперта №НОМЕР от ДАТА, согласно которому подписи от имени *** в протоколе осмотра местности, жилища, иного помещения от ДАТА, опросе *** от ДАТА, вероятно выполнены самим ***;
— протоколом осмотра местности, жилища, иного помещения от ДАТА, согласно которому в ходе обследования жилища *** по адресу: *** и изъяты выданные *** 19 патронов калибра 7,62х54 мм, хранящиеся в комнате в верхнем ящике шкафа;
— протоколом осмотра места происшествия от ДАТА, согласно которому в ходе осмотра изъятого оружия и патронов у ***, 19 патронов калибра 7,62х54 мм, с маркировкой. отличающийся от остальных, были помещены в белый пакет и опечатаны;
— протоколом осмотра предметов и документов от ДАТА, согласно которому осмотрены 19 гильз от винтовочных патронов калибра 7.62 мм (7,62х54); — протоколом выемки от ДАТА, согласно которому у обвиняемого *** изъяты документы, на которых проставлена его подпись;
— постановлением начальника отдела полиции по Октябрьскому району Управления МВД России по городу Самаре от ДАТА о предоставлении дознавателю результатов ОРД В отношении ***;
— постановлением *** районного суда г. *** от ДАТА об удовлетворении ходатайства о разрешении проведения оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участка местности и транспортного средства», согласно которому судом предоставлено разрешение проведения в рамках оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участка местности и транспортного средства». обследование жилого помещения *** по месту проживания по адресу: ***;
— ответом на запрос суда из отдела полиции по Октябрьскому району У МВД России г. Самара от *** (с приложениями), согласно которому ДАТА оперуполномоченным ОУР отдела полиции по Октябрьскому району Управления МВД России по г. Самаре ***А. изъятые у *** предметы (патроны, оружие, указанные запросе) осмотрены в помещении служебного кабинета № НОМЕР отдела полиции по Октябрьскому району Управления МВД России по г. Самаре. В ходе осмотра 19 патронов были переупакованы общей массы в отдельный пакет и опечатаны. После проведения осмотра, ДАТА указанные патроны и оружие были переданы эксперту 4 отделения ЭКО Управления МВД России по г. Самаре ***Н. для производства экспертиз. Из
Оценив собранные по уголовному делу доказательства в совокупности, с соблюдением правил, перечисленных в ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ, суд, правильно установив фактические обстоятельства по делу, обоснованно признал *** виновным по предъявленному ему обвинению.
Данные выводы суда в приговоре достаточно мотивированы и никаких сомнений законности и обоснованности не вызывают. Оснований для признания доказательств, на которых основаны данные выводы суда, недопустимыми по уголовному делу не имеется, так как нарушений уголовно-процессуального закона при их получении суд не установил, как и объективных данных, свидетельствующих об оговоре осужденного свидетелями и экспертом при даче показаний, полученных с соблюдением ст. ст. 189, 190 УПК РФ.
Суд апелляционной инстанции не находит оснований сомневаться в правдивости приведенных в приговоре показаний свидетелей ***, ***, ***, ***, ***, ***, эксперта ***, поскольку их показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, последовательны, существенных противоречий не содержат, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, а те незначительные противоречия, которые были выявлены в ходе судебного следствия, устранены путем оглашения показаний соответствующих свидетелей, данных ими в стадии предварительного расследования и подтвержденных в судебном заседании. При этом существенного значения для правильной юридической оценки действий осужденного эти противоречия не имели.
Оснований для оговора осужденного *** свидетелями обвинения судом не установлено, как не усматривается и в настоящее время. Оснований для иной оценки показаний свидетелей, признания их недопустимыми доказательствами, как о том указано в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку они логичны, непротиворечивы, согласуются с другими доказательствами, при этом перед допросом свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.
Достоверность результатов оперативно-розыскной деятельности, а также допустимость сформированных на их основе доказательств проверены судом и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают, поскольку оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых выявлена противоправная деятельность осужденного, проведены в соответствии с требованиями ст.ст.2,7 Федерального закона РФ от 12.08.1995г. №144-ФЗ «Об оперативно — розыскной деятельности», их результаты представлены следователю в установленном законом и соответствующему инструкции порядке. Данные о наличии по делу судебных решений, разрешающих проведение указанных мероприятий, в материалах дела представлены. Полученные в ходе оперативно-розыскной деятельности сведения были проверены уголовно-процессуальными средствами и подтверждены протоколами следственных действий, заключениями экспертов, показаниями свидетелей и другими собранными по делу доказательствами. Они были надлежащим образом исследованы в ходе судебного разбирательства и получили оценку в приговоре.
Содержащиеся в материалах дела протоколы осмотров и выемки отвечают требованиям, указанным в ст. 166 УПК РФ. Вопреки доводам апелляционных жалоб, все осмотры и выемки по делу произведены надлежащими уполномоченными должностными лицами и надлежащим образом, что подтверждается соответствующими протоколами, в которых указано, где, когда, кем изъяты данные предметы, каким образом упакованы и опечатаны, присутствие при производстве следственных действий лиц. Осмотры изъятого имущества производились в соответствии с положениями УПК РФ, и нет заслуживающих внимания оснований для признания протоколов осмотра предметов недопустимыми доказательствами, как о том указано в апелляционных жалобах.
Как следует из материалов уголовного дела, следственные и оперативные действия, их содержание, ход и результаты, и фиксация приведены в соответствии с требованиями уголовнопроцессуального закона, оснований для признания их недопустимыми доказательствами суд апелляционной инстанции не находит.
Доводы осужденного и его защитника о признании осмотра жилища, проведенного в квартире *** ***, и производных от него доказательств недопустимыми, нарушении его права на защиту, судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, так как указанное следственное действие проведено, соответствующий протокол составлен и доказательства, в том числе изъятые в ходе осмотра, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, о чем суд указал в приговоре, приведя соответствующие мотивы по каждому доказательству, взятому за основу обвинительного приговора.
Вопреки утверждениям апелляционных жалоб, судом установлено, что осмотр жилища квартиры, принадлежащей осужденному ***, произведен на основании постановления *** районного суда г. *** от ***, полученного в порядке, установленном действующим законодательством, при наличии достаточных данных полагать, что по адресу ***. могут находиться незарегистрированное огнестрельное оружие и боеприпасы.
Судебные экспертизы по делу назначены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, проведены экспертами, имеющими высшее профильное образование и специальную подготовку, обладающими специальными знаниями в соответствующих разделах науки и техники, имеющими достаточный опыт экспертной деятельности, незаинтересованными в исходе дела. Их заключения научно обоснованы, противоречий не содержат, согласуются с другими доказательствами, собранными по делу, получены в результате исследований, проведенных с соблюдением требований закона.
При производстве судебных экспертиз нарушений уголовно-процессуального закона, а также иных правил производства экспертиз по уголовным делам, влекущих признание этих доказательств недопустимыми, не допущено.
Вопреки мнению стороны защиты, оснований для признания изложенных в них выводов недостоверными, а самих экспертных заключений недопустимыми доказательствами, а также для проведения повторных либо дополнительных экспертиз, не имеется.
Оснований ставить под сомнение независимость и квалификацию эксперта ***, имеющего высшее образование, спец, крим, подготовку и стаж работы по экспертной специализации «Баллистическая экспертиза» с 2012 года, предупрежденного об ответственности по ст.307 УК РФ, или не доверять выводам произведенного им экспертного исследования, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Суд первой инстанции проверял доводы защиты о нарушении прав осужденного при производстве экспертизы экспертом ***, и обоснованно пришел к выводу об их несостоятельности, установив, что заключение эксперта полностью соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Оснований сомневаться в выводах экспертного заключения №НОМЕР от ДАТА не имеется, поскольку судебная баллистическая экспертиза проведена в соответствии с требованиями главы 27 УПК РФ экспертом, обладающим соответствующим стажем экспертной работы, заключение составлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы. Показания эксперта *** были оглашены в судебном заседании на основании п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ, и в своих показаниях эксперт подтвердил выводы, изложенные в заключении, в также подробно пояснил порядок проведения судебной экспертизы. Таким образом, суд первой инстанции правомерно взял за основу заключение эксперта, которое оценил в совокупности с другими доказательствами по данному делу.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, в приговоре нашли оценку как доказательства, представленные стороной обвинения, так и доказательства, на которые ссылалась сторона защиты, а выводы суда о виновности осужденного основаны на их совокупности. Суд надлежаще мотивировал в приговоре свое решение по каждому исследованному доказательству. Основания сомневаться в выводах суда отсутствуют.
Представленное по ходатайству стороны защиты письменное заключение специалиста (рецензию) *** от ДАТА суд апелляционной инстанции оценивает критически. поскольку оно содержат собственное мнение на поставленные стороной защиты вопросы, в связи с чем не опровергают заключение эксперта *** и не свидетельствует о недостоверности его выводов.
Высказанное специалистом *** субъективное мнение сводится по существу к правовой оценке заключения эксперта №НОМЕР от ДАТА и использованной экспертом *** методики, при этом не опровергает имеющегося в деле экспертного заключения, положенного в основу обвинительного приговора.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что представленные стороной защиты заключения специалиста *** от ДАТА и специалиста *** от ДАТА не отвечают требованиям допустимости доказательств, поскольку специалисты, не проводя по уголовному делу самостоятельных исследований в рамках процедуры, предусмотренной уголовно-процессуальным законом, фактически дали рецензии на предмет достоверности заключений экспертов, то есть вышли за пределы предоставленных им уголовно-процессуальным законом полномочий.
Оценивая показания специалиста ***, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные показания сводятся к несогласию с выводами почерковедческой экспертизы, проведенной в период предварительного расследования, содержат их оценку, и по существу направлены на оспаривание заключения эксперта №НОМЕР от ДАТА., положенного в основу приговора, что является недопустимым и не входит в компетенцию специалиста, при этом каких-либо бесспорных доказательств о допущенных нарушениях при проведении экспертизы, её несоответствия методикам и нормам процессуального права, способных поставить под сомнения результаты, не представлено.
Собственная оценка стороной защиты отдельных доказательств, противоречащая установленным фактическим обстоятельствам дела, без их сопоставления друг с другом, является ущербной, поскольку основана на защитной позиции осужденного и адвоката, в связи с чем отвергается судом апелляционной инстанции.
Ссылка стороны защиты на информацию, полученную, в том числе, из ГУ МВД РФ по Самарской области, не влияет на правильность выводов суда о виновности осужденного *** и квалификацию его действий.
Следует отметить, что исходя из сведений, представленных ГУ МВД РФ по Самарской области, по результатам проведенной проверки по обращению *** сотрудниками УУР ГУ УМД России по Самарской области нарушений действующего законодательства сотрудниками ОУР отдела полиции по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре не установлено.
Судебная коллегия приходит к выводу о том, что нарушений норм уголовно-процессуального закона органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, как и принципов презумпции невиновности и состязательности сторон, влекущих изменение или отмену приговора, по делу не установлено, дело расследовано и рассмотрено полно, всесторонне и объективно.
Каких-либо нарушений прав осужденного во время расследования, и рассмотрения дела судом первой инстанции, либо обвинительного уклона, допущенного при расследовании, либо рассмотрении дела по существу, судебная коллегия, вопреки доводам жалобы, не усматривает.
Вопреки доводам стороны защиты, органами предварительного следствия при возбуждении и расследовании уголовного дела нарушений норм уголовно-процессуального закона не допущено, обстоятельства, на которые указано в апелляционной жалобе, были известны суду первой инстанции и получили оценку в приговоре, с которой судебная коллегия соглашается по следующим основаниям.
Нарушений требований ст. ст. 15, 244 УПК РФ о состязательности судебного процесса и равенстве сторон, в ходе судебного разбирательства не допущено. Стороны в полном объеме пользовались предоставленными им правами, активно участвовали в исследовании доказательств, их самостоятельном получении и представлении суду. Все ходатайства осужденного и его защитника в ходе судебного разбирательства первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.256, 271 УПК РФ рассмотрены. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем, неполном или необъективном судебном следствии не имеется.
Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, с выяснением всех юридически значимых для его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию, с исследованием доказательств и проверкой доводов, приведенных сторонами. В ходе рассмотрения уголовного дела сторонам были созданы все необходимые условия для исполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных законом прав, которые суд не ограничивал.
Каких-либо объективных сведений, подтверждающих нарушение судом уголовно-процессуального закона, в том числе ст.240 УПК РФ, предусматривающей непосредственное исследование доказательств в судебном заседании, в апелляционной жалобе не содержится. Утверждение автора апелляционной жалобы о том, что о таком нарушении свидетельствует тот факт, что вещественные доказательства не были осмотрены в ходе судебного разбирательства непосредственно судом, следует признать несостоятельными.
Согласно протоколу судебного заседания, ДАТА в судебном заседании были исследованы постановления о приобщении изъятых в ходе осмотров, выемок предметов в качестве вещественных доказательств, а также протоколы их осмотра. На указанные документы имеются ссылки в приговоре. Оснований для непосредственного осмотра всех вещественных доказательств у суда не имелось.
Доводы защитника о том, что судом не установлено соответствие количества участвовавших в следственном действии лиц количеству подписей на отрезках бумаг, которыми были опечатан упаковки с патронами и оружием, не нашли своего подтверждения. Эти доводы опровергнуты показаниями лиц, участвовавших в осмотре жилища и изъятии патронов из квартиры ***, протоколом осмотра предметов, ответом на запрос из ОП по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре, которыми подтверждена законность хранения вещественных доказательств.
Согласно материалам дела, изъятие предметов в ходе осмотра жилища было проведено с соблюдением требований УПК РФ, при этом изъятые предметы были упакованы соответствующим образом, исключающим доступ к их содержимому без нарушения целостности упаковки. К моменту производства осмотра в порядке ст. ст. 176, 177 УПК РФ целостность упаковки не была нарушена.
Кроме того, как следует из материалов дела, при ознакомлении с материалами дела по окончании предварительного следствия, ни осужденный, ни его защитник не ссылались на ненадлежащую упаковку и хранение вещественных доказательств, в связи с чем заявление защитника о возможности доступа к этим предметам посторонних лиц, является его голословным предположением.
Показания осужденного о том, что изъятые в его квартире патроны ему не принадлежат, также его версия о возможном «подбрасывании» ему патронов, судом первой инстанции верно оценены критически, так как они противоречат фактическим обстоятельствам, совокупности исследованных судом доказательств и расценены, как способ защиты.
Не проведение биллинга сотовых телефонов П. и Ш., не проведение очной ставки между П. и П., непроведение почерковедческой экспертизы в отношении понятых, на что обращено внимание в апелляционной жалобы осужденного ***, не имеет правового значения для выводов о виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему преступления.
Суд обоснованно признал несостоятельными доводы защиты о наличии оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, в том числе протокола осмотра местности, жилища, иного помещения от ДАТА, а также протокола осмотра места происшествия от ДАТА, поскольку нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении и приобщении к материалам уголовного дела не допущено.
Противоречий, либо предположительных суждений в выводах суда, изложенных в приговоре. не содержится. Все доводы стороны защиты о непричастности *** к преступлению, а также о недопустимости доказательств, положенных в основу приговора, были предметом исследования в судебном заседании, в приговоре они опровергнуты с подробным изложением мотивов принятого решения. Оснований подвергать сомнению правильность выводов суда суд апелляционной инстанции не усматривает.
Личная оценка осужденным и защитником исследованных доказательств лишь каждого в отдельности не подвергает сомнению выводы суда и не свидетельствуют о наличии оснований для иной оценки приведенных в приговоре доказательств. Приговор постановлен на допустимых доказательствах с соблюдением ст. ст. 303 — 309 УПК РФ. В приговор не включено формулировок, носящих характер предположений.
В описательно — мотивировочной части приговора в соответствии со ст. 307 УПК РФ приведено описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий. Данные выводы суда в приговоре достаточно мотивированы и никаких сомнений в законности и обоснованности не вызывают. Оснований полагать, что уголовное дело было расследовано, а судом рассмотрено неполно, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного, в том числе права на защиту, из материалов уголовного дела не усматривается.
***Н. по факту незаконного приобретения и хранения боеприпасов — 14 патронов с маркировочными обозначениями «188 90», являющихся винтовочными патронами (с пулей со стальным сердечником) калибра 7.62 мм (7,62х54) заводского изготовления; 4 патронов с маркировочными обозначениями «НОМЕР», являющихся винтовочными патронами (с пулей «ЛПС» со стальным сердечником) калибра 7,62 мм (7,62х54) заводского изготовления; 1 патрона с маркировочными обозначениями «188 85», являющегося винтовочным патроном (с трассирующей пулей) калибра 7,62 мм (7,62х54) заводского изготовления, предназначенных для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия калибра 7,62 мм (7,62-мм ПК и его модификации, винтовки СВД, СВТ обр. 1940г., винтовки обр. 1891/30 г. и др. с аналогичными характеристиками ствола и патронника), пригодные для производства выстрела, судом были квалифицированы по ч.1 ст. 222 УК РФ.
Суд пришел к обоснованному выводу о том, что поскольку боеприпасы к огнестрельному оружию были обнаружены при проведении оперативно-розыскного мероприятия, то оснований для освобождения *** от уголовной ответственности в соответствии с примечанием 1 к ст. 222 УК РФ не имеется.
Также суд первой инстанции не нашел оснований для признания деяния *** малозначительным в соответствии с ч.2 ст. 14 УК РФ, указав, что сам факт хранения боеприпасов, независимо от цели хранения, всегда содержит все признаки состава преступления.
Между тем такой вывод суда первой инстанции не основан на нормах закона, поскольку наличие в деянии родового объекта, указанного в разделе ІХ Уголовного кодекса Российской Федерации — общественная безопасность само по себе не является препятствием в применении положений ч. 2 ст. 14 УК РФ, иные конкретные фактические обстоятельства, которые бы свидетельствовали об общественной опасности действий ***, в судебном решении не приведены.
Согласно ч.2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного названным Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. По смыслу уголовного закона при решении вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь ввиду, что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления, должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.
В силу правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2013 года № 1162-0, вышеприведенная норма позволяет отграничить преступления от иных правонарушений и направлена на реализацию принципа справедливости, в соответствии с которым наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Тем самым обеспечивается адекватная оценка правоприменителями степени общественной опасности деяния, зависящая от конкретных обстоятельств содеянного.
В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2002 года № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» дано разъяснение о том, что при оценке степени общественной опасности содеянного и назначении наказания следует учитывать цели и мотивы действий виновного, источник и способ завладения, вид, количество, боевые свойства и стоимость похищенного огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств.
Отвергая доводы о малозначительности совершенного осужденным деяния, суд первой инстанции сослался на то, что диспозиция ч.1 ст. 222 УК РФ не предусматривает причинение существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.
Между тем, суд не принял во внимание все фактические обстоятельства дела *** в приобретении и хранении винтовочных патронов в небольшом количестве — 19 штук, в верхнем ящике шкафа, расположенного в комнате, что исключало доступ к ним посторонних лиц и не создавало угрозы причинения вреда обществу, государству или другим гражданам.
Кроме того, суд должным образом не учел, что *** ранее к административной и уголовной ответственностям, в том числе за правонарушения в сфере незаконного оборота оружия и боеприпасов, не привлекался, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, имеет на иждивении двоих малолетних детей, оказывает посильную помощь троим совершеннолетним детям, имеет хронические заболевания и инвалидность 2 группы, участвовал в боевых действиях на Северном Кавказе в 1995 году, имеет многочисленные положительные характеристики с предыдущих мест работы, с места прохождения военной службы, от депутата Самарской ГД ***, с 1992 года является членом охотничье-рыболовной секции, охотником и владельцем гражданского оружия. На момент совершения инкриминируемого ему деяния *** имел 4 действующих разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного пневматического или огнестрельного оружия ограниченного поражения и патронов к нему, которые выдаются лишь после прохождения соответствующей подготовки, следовательно, у *** имелись навыки безопасного обращения с оружием и боеприпасами.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что сведений о том, что *** имел цель использовать боевые патроны для причинения вреда себе или иным лицам, обществу или государству, материалы дела на содержат, убедительных доводов о действительном наличии реальной опасности причинения вреда в результате хранения боеприпасов судом первой инстанции не приведено.
При таких обстоятельствах, с учетом особенностей предмета преступного посягательства и положительных данных о личности ***, в том числе наличия у него положительных характеристик и наград во время службы в рядах МВД, охотничьего билета, выданного Самарской региональной организацией общественного-государственного объединения Всероссийского физкультурно-спортивного общества «Динамо», удостоверения охотинспектора Государственного охотнадзора Самарской области, именных лицензий от Охотдепартамента Минсельхоза России и других разрешительных документов на охоту, следует признать, что имеющиеся у него оружие и боеприпасы к нему он использовал исключительно для целей охоты.
Инкриминируемое осужденному деяние с учетом количества хранимых патронов, мотивов и цели их хранения, не только не причинило, но в силу своего содержания не могло причинить вреда охраняемым уголовным законом интересам, то есть не представляло общественной опасности, что свидетельствует о его малозначительности, исключающей, в соответствии с ч.2 ст. 14 УК РФ привлечение совершившего это деяние лица к уголовной ответственности.
С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда о том, что общественная опасность содеянного *** не позволяет применить к нему вышеуказанные положения уголовного закона.
Таким образом, приговор в отношении *** подлежит отмене с прекращением производства по уголовному делу по ч. 1 ст. 222 УК РФ на основании п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи подпись с отсутствием состава преступления, ввиду его малозначительности, с признанием за *** права на реабилитацию.
Вопрос о вещественных доказательствах разрешается в порядке ст. 81, 82 УПК РФ, 19 гильз от патронов, как не представляющие ценности, подлежат уничтожению.
Мера пресечения, избранная в отношении *** в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.13-389.20, 389.21 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор *** районного суда г. *** от *** в отношении *** отменить.
Уголовное дело по ч.1 ст. 222 УК РФ прекратить на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, ввиду его малозначительности.
Признать за *** право на реабилитацию в порядке главы 18 УПК РФ.
Меру пресечения *** в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.
Вещественные доказательства — 19 гильз от патронов, хранящиеся в камере хранения отдела полиции по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре, уничтожить.
Апелляционные жалобы осужденного *** и адвоката Виноградова А.И. удовлетворить частично.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в *** кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения. В случае подачи кассационной жалобы *** вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (И).
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.
