Цессия в спорах об интеллектуальных правах: как суды пресекают обход Указа № 322

Главная
Профессиональные новости
Цессия в спорах об интеллектуальных правах: как суды пресекают обход Указа № 322

В спорах о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав для бизнеса появился новый риск. Если иностранный правообладатель из «недружественной» юрисдикции передает требование российской компании, суд теперь оценивает не только сам факт уступки, но и ее цель. Когда уступка используется лишь затем, чтобы обойти специальный порядок расчетов, установленный Указом Президента РФ от 27.05.2022 № 322, такую сделку могут признать ничтожной. В результате российский цессионарий рискует потерять статус надлежащего истца и получить отказ в иске.

Эта линия уже прослеживается в практике Суда по интеллектуальным правам и нижестоящих судов. Для участников спора это означает одно: к договору цессии в подобных делах больше нельзя относиться как к чисто техническому инструменту.

Почему уступка требования стала проблемной

Указ № 322 ввел временный порядок исполнения денежных обязательств перед рядом иностранных правообладателей. Речь идет, в частности, о платежах, связанных с осуществлением и защитой исключительных прав, включая компенсацию за их нарушение.

Смысл механизма в том, что российский должник не должен перечислять такие суммы напрямую иностранному правообладателю. Вместо этого деньги подлежат зачислению на специальный рублевый счет типа «О», открытый в уполномоченном банке на имя правообладателя.

Поскольку указ направлен на защиту публичных интересов и экономической безопасности, его обход суды рассматривают не как частную формальность, а как нарушение публичного порядка. Отсюда и гражданско-правовое последствие: сделка, совершенная в обход такого регулирования, может быть квалифицирована как ничтожная по пункту 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии признаков недобросовестности также через статью 10 ГК РФ.

Именно на этом фоне цессия оказалась в зоне особого внимания. На практике иностранные правообладатели начали передавать требования российским компаниям, после чего взыскателем формально становилось уже российское лицо. Такой подход позволял вывести спор из режима специальных счетов, по крайней мере внешне. Суды, естественно, заметили этот нехитрый фокус.

С чего начался новый подход

Отправной точкой стало дело, в котором иностранная компания из Республики Корея, обладавшая правами на товарный знак и произведения изобразительного искусства, предъявила иск к российскому ответчику о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав.

Во время процесса право требования было уступлено российской компании. Апелляционный суд требования удовлетворил. Однако в дальнейшем спор попал в Суд по интеллектуальным правам, который занял более жесткую позицию.

СИП указал, что нижестоящие суды не исследовали принципиальный вопрос: не была ли уступка использована как инструмент обхода Указа № 322. В связи с этим постановление апелляции было отменено, а дело направлено на новое рассмотрение.

Ключевой вывод СИП состоял в следующем: если договор уступки заключен именно для обхода требований Указа № 322, такая сделка не создает правовых последствий. Иначе говоря, цессионарий не приобретает спорное требование и не может считаться надлежащим истцом. В такой ситуации возможно процессуальное возвращение к фигуре первоначального кредитора, а к этому механизму суд допустил применение по аналогии части 1 статьи 48 АПК РФ.

Этот подход отражен в постановлении СИП от 02.06.2025 по делу № А45-22754/2023.

Что показывает дальнейшая практика

После возвращения дела на новое рассмотрение апелляция в итоге все же удовлетворила требования. Но это не отменяет общего тренда: в аналогичных спорах суды уже стали признавать уступку ничтожной и отказывать в иске, если видят в ней способ обойти президентский указ.

Таким образом, сейчас в практике заметны два сценария.

Первый сценарий неблагоприятен для цессионария. Если суд приходит к выводу, что уступка была направлена исключительно на обход Указа № 322, договор признается ничтожным. Тогда российская компания утрачивает право требовать компенсацию, а иск остается без удовлетворения. Такой подход прослеживается, например, в решениях Арбитражного суда города Москвы от 07.11.2025 по делу № А40-193064/2024.

Второй сценарий возможен, если истец докажет, что конкретный иностранный правообладатель подпадает под исключения из режима Указа № 322. В этом случае суд может не усмотреть обхода публичных ограничений и признать уступку допустимой. Такой подход отражен, в частности, в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2025 по делу № А45-22754/2023.

Что это меняет для ответчиков

Для ответчика в споре о взыскании компенсации теперь недостаточно спорить только о факте нарушения, размере требований или сходстве обозначений. Нужно отдельно проверять, распространяется ли на иностранного правообладателя режим Указа № 322.

Прежде всего следует установить страну инкорпорации правообладателя и понять, относится ли она к числу «недружественных» государств. Затем надо проверить, должен ли был использоваться специальный счет типа «О» и соблюден ли такой порядок.

Что важно для цессионариев

Для российских компаний, которые получили требование по договору уступки, главная задача теперь не просто предъявить договор цессии, а объяснить, почему он не нарушает публичные ограничения.

Но рассчитывать на это исключение без доказательств бессмысленно. Бремя доказывания лежит на истце. Значит, в материалы дела нужно заранее готовить документы, подтверждающие реальную и продолжающуюся хозяйственную активность правообладателя в России. Это могут быть:

действующие договоры о предоставлении прав на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на территории РФ;
документы, подтверждающие исполнение таких договоров;
сведения о ввозе и продаже в России оригинальной продукции с согласия правообладателя.

Что учитывать самим иностранным правообладателям

Для иностранных правообладателей риск состоит в том, что попытка упростить взыскание через российского цессионария может привести не к ускорению процесса, а к его осложнению.

Если уступка будет признана недействительной, российский цессионарий не сможет надлежащим образом вести спор. Тогда первоначальному правообладателю придется либо самостоятельно предъявлять иск, либо входить в уже начатое дело и восстанавливать процессуальную конструкцию. Это создает дополнительные расходы, затягивает рассмотрение и увеличивает вероятность проигрыша по формальным основаниям.

Поэтому перед заключением договора уступки необходимо заранее оценить две вещи: подпадает ли правообладатель под режим Указа № 322 и есть ли убедительный набор доказательств для применения исключений.

Главный практический вывод

Судебная практика перестала воспринимать цессию в таких делах как нейтральную гражданско-правовую сделку. Теперь это объект отдельной проверки на предмет обхода публично-правовых ограничений.

Для ответчика это открывает новый сильный процессуальный аргумент: можно оспаривать не только само требование, но и право истца на его предъявление.

Для цессионария и иностранного правообладателя ситуация обратная: одной лишь ссылки на договор уступки уже недостаточно. Нужно быть готовыми доказать экономическую и юридическую самостоятельность сделки, а также отсутствие цели обойти специальный порядок расчетов.

Именно в этом и состоит новый судебный тренд: формальная смена кредитора больше не спасает, если за ней суд видит попытку нейтрализовать ограничения, установленные в публичных интересах.

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (Р).

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.

С дополнительной информацией по вопросу Вы можете ознакомиться по указанным ниже ссылкам:

Дата актуальности: 03.04.2026