Постановление Седьмого КСОЮ от 19.01.2024 № 77-39/2024

СЕДЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 19 января 2024 г. N 77-39/2024

Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в составе председательствующего Завьялова А.В.

при секретаре М.А.,

с участием прокурора Кузьминой О.В.,

адвоката Дудчака В.Н.,

осужденного М.Б.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Дудчака В.Н. в интересах осужденного М.Б. на приговор мирового судьи судебного участка N 2 Лангепасского судебного района Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 10 мая 2023 года и апелляционное постановление Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 11 сентября 2023 года, в соответствии с которыми

М.Б., <данные изъяты> года рождения, уроженец <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 327 УК РФ (2 преступления) к обязательным работам на срок 250 часов за каждое,

на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к обязательным работам на срок 350 часов.

В апелляционном порядке приговор изменен, постановлено:

считать М.Б. осужденным по 2 преступлениям, предусмотренным ч. 5 ст. 327 УК РФ с назначением по ним наказания:

по эпизоду использования диагностической карты от 6 января 2022 года <данные изъяты> по ч. 5 ст. 327 УК РФ в виде обязательных работ на срок 250 часов,

по эпизоду использования диагностической карты от 6 января 2022 года <данные изъяты> по ч. 5 ст. 327 УК РФ в виде обязательных работ на срок 250 часов.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний считать окончательно назначенным М.Б. наказание в виде обязательных работ сроком 350 часов.

Исключить ссылку на ст. 317 УПК РФ из резолютивной части приговора.

В остальном приговор оставлен без изменения.

Изложив обстоятельства дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы, возражений; заслушав выступления адвоката Дудчака В.Н. и осужденного М.Б., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Кузьминой О.В., возражавшей против удовлетворения жалобы, суд кассационной инстанции

установил:

М.Б. осужден за использование заведомо подложных документов.

Преступления совершены в период с 6 января 2022 года по 13 января 2022 года в г. Лангепас ХМАО — Югры при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Дудчак В.Н. выражает несогласие с судебными решениями. Считает, что состав преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 327 УК РФ, в действиях М.Б. отсутствует. Выводы суда содержат противоречия, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, доказательства обвинения носят предположительный характер, при этом суд не привел основания, по которым при наличии противоречий принял одни доказательства и отверг другие. По мнению адвоката, не установлено, что М.Б. изготовил и оформил диагностические карты на автомобили, был осведомлен об их подложности, обстоятельства выдачи карт, ее законность или незаконность, судом не проверены. Полагает, что о недоказанности вины М.Б. также свидетельствуют использованные судом формулировки «в неустановленном месте, при неустановленных обстоятельствах, более точное время в ходе дознания не установлено». Подчеркивает, что диагностическая карта не является официальным документом, предоставляющим права и освобождающим от обязанностей, носит информационный характер. Указывает на отсутствие доказательств того, что М.Б., зная о подложности диагностических карт, предоставил их инспектору ГИБДД в качестве подлинных с целью получения конкретных прав или освобождения от каких-либо обязанностей. Отмечает, что являющиеся предметом по данному уголовному делу диагностические карты не были признаны недействительными и подложными, в установленном порядке не аннулированы, совершенные М.Б. регистрационные действия также не были признаны незаконными и не аннулированы. Кроме того, диагностическая карта в отношении автомобиля «Лада Калина» была использована И., предоставлена в ГИБДД с целью постановки на учет транспортного средства, данное регистрационное действие также не было признано незаконным, не аннулировано. По ходатайству стороны защиты были приобщены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по факту изготовления диагностических карт, согласно которым диагностическая карта не является официальным документом. По мнению адвоката, имеет место противоречие, заключающееся в том, что диагностические карты не были признаны подложными, по факту их изготовления приняты решения об отказе в возбуждении уголовного дела, при этом М.Б. осужден за их использование. Полагает, что установленные судом апелляционной инстанции 21 октября 2022 года нарушения, послужившие основанием для отмены первоначального приговора, при повторном рассмотрении уголовного дела не устранены, дополнительные доказательства виновности М.Б. не представлены, специалисты <данные изъяты> по обстоятельствам выдачи ими диагностических карт не допрошены. Обращает внимание на наличие в деле постановления от 29 декабря 2022 года об отказе в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции кассационного представления прокурора на апелляционное постановление от 21 октября 2022 года. Считает, что поскольку данные диагностические карты не были признаны подложными, основания для возбуждения уголовного дела в отношении М.Б. отсутствовали. Просит судебные решения отменить, возвратить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В возражениях государственный обвинитель помощник прокурора г. Лангепаса ХМАО — Югры К. просит судебные решения в отношении М.Б. оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Дудчака В.Н. — без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы кассационной жалобы, возражений, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Выводы о виновности М.Б. в совершении преступлений, за которые он осужден, сделаны на основе всестороннего исследования доказательств, которым дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 87 — 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности для правильного разрешения уголовного дела.

Требования п. 2 ст. 307 УПК РФ при вынесении приговора соблюдены. Выводы суда, в соответствии с которыми были признаны одни доказательства и отвергнуты другие, являются убедительными. Обстоятельства, свидетельствующие о необъективности суда при исследовании и оценке представленных доказательств, данных о личности осужденного, не установлены. Судом была дана оценка доказательствам, представленным, как стороной обвинения и защиты. Версия стороны защиты, в том числе об отсутствии в действиях М.Б. состава инкриминированного преступления, в том, что доказательства обвинения носят предположительный характер, диагностическая карта не является официальным документом, в целом соответствующая кассационной жалобе, ранее была проверена судами первой и апелляционной инстанций и мотивированно признана несостоятельной. Данная версия защиты опровергается совокупностью доказательств, правильно признанных допустимыми и достоверными, положенными в основу приговора.

Виновность М.Б. и обстоятельства совершения указанных преступлений подтверждаются показаниями свидетелей <данные изъяты> исследованными письменными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, выемки, осмотра документов, заявлениями М.Б., из которых следует, что с целью совершения регистрационных действий с транспортными средствами М.Б. представил в ОГИБДД ОМВД России по г. Лангепасу ХМАО — Югры подложные диагностические карты; показаниями свидетелей <данные изъяты> согласно которым М.Б. совершались действия по купле-продаже и регистрации указанных автомобилей, передавались диагностические карты.

Оснований не доверять вышеуказанным показаниям у суда не имелось, поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются последовательными, непротиворечивыми, согласуются как с вышеуказанными, так и иными доказательствами по уголовному делу. Причины для оговора М.Б. у допрошенных по настоящему уголовному делу лиц не установлены.

Вопреки кассационной жалобе, вывод об умышленном использовании М.Б. заведомо подложных диагностических карт в целях совершения регистрационных действий по постановке на государственный учет транспортных средств является верным и обоснованным. С учетом того, что М.Б. было предъявлено обвинение и он был осужден за совершение преступлений, предусмотренных именно ч. 5 ст. 327 УК РФ, доводы стороны защиты о том, что диагностические карты не являются официальными документами, являются несостоятельными. Совершение незаконных действий в отношении официального документа М.Б. не вменялось.

Ссылки в жалобе на то, что в указанный период времени данные диагностические карты не были официально признаны незаконными, не аннулированы, не были допрошены <данные изъяты> подписавшие диагностические карты, а также не установление места, времени и способа приобретения данных диагностических карт, на правильность выводов суда о виновности М.Б. и квалификации его действий, допустимость и достаточность доказательств не влияют.

Исходя из положений ч. 5 ст. 327 УК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2020 года N 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 — 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», к заведомо подложным документам относятся любые поддельные документы, удостоверяющие юридически значимые факты, за исключением поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей (например, подложные гражданско-правовой договор, диагностическая карта транспортного средства).

При этом в отношении ч. 5 ст. 327 УК РФ под использованием заведомо поддельного (подложного) документа понимается его представление по собственной инициативе или по требованию уполномоченных лиц и органов в соответствующее учреждение либо должностному лицу, иным уполномоченным лицам в качестве подлинного в целях получения (подтверждения) права, а равно освобождения от обязанности. Использование данного заведомо поддельного (подложного) документа квалифицируется как оконченное преступление с момента его представления с целью получения прав или освобождения от обязанностей независимо от достижения данной цели.

На основе совокупности исследованных доказательств установлено, что представленные М.Б. диагностические карты обладали признаками подложного документа, с учетом указанных времени и места прохождения технического осмотра транспортных средств — 6 января 2022 года в г. Липецке и г. Санкт-Петербурге, а также места фактического нахождения в указанное время данных автомобилей в г. Лангепасе. В связи с тем, что наличие диагностической карты, сведений о ней в единой автоматизированной информационной системе технического смотра является одним из условий получения государственной услуги по регистрации транспортного средства, она способствует получению лицом определенных прав.

Обстоятельства, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также противоречия или неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, и ставящих под сомнение доказанность вины М.Б. в совершении указанных преступлений, не установлены.

С учетом изложенного, выводы о виновности М.Б. и квалификация его действий являются верными и мотивированными. Законных оснований для иной юридической оценки действий осужденного либо его оправдания не имелось.

При назначении М.Б. наказания суд руководствовался требованиями уголовного закона, в том числе положениями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ. Судом учтены характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения, личность осужденного, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельства, влияющие на назначение наказания, в том числе характеризующие личность, были учтены надлежащим образом и в полном объеме. Какие-либо обстоятельства, которые не были учтены, но в случае учета могли повлиять на размер назначенного наказания, не установлены. Законных оснований для смягчения назначенного наказания не усматривается.

Вопросы о наличии исключительных обстоятельств и применения в отношении М.Б. положений ст. 64 УК РФ были обсуждены, выводы об отсутствии оснований для применения указанных статей Уголовного кодекса РФ являются верными и сомнений не вызывают.

Обстоятельства, свидетельствующие о существенных нарушениях уголовного и уголовно-процессуального закона, как в ходе предварительного расследования, так и судебного разбирательства, повлиявших на исход дела, законность и обоснованность обжалуемых судебных решений, не установлены. Уголовное дело было рассмотрено судом с соблюдением принципов уголовного судопроизводства, в том числе состязательности, равноправия сторон. Судом были проверены доказательства, представленные как стороной обвинения, так и защиты.

Проверка законности и обоснованности приговора судом второй инстанции проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Апелляционное постановление отвечает требованиям ст. 389.28 УПК РФ, содержит мотивы принятого решения.

Вместе с тем, обжалуемые судебные решения подлежат изменению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 240 УПК РФ из приговора подлежат исключению ссылка как на доказательство на показания свидетеля <данные изъяты> данные им в ходе судебного заседания 29 апреля 2022 года (т. 3 л.д. 33-42), которые, согласно протоколу, в судебном заседании не исследовались.

Данное обстоятельство не влияет на законность и обоснованность приговора в целом, не ставит под сомнение выводы о виновности М.Б. и квалификации его действий, которые подтверждаются совокупностью исследованных доказательств, анализ которых приведен в приговоре. Сомнений в их достаточности для правильного рассмотрения дела не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, суд кассационной инстанции

постановил:

приговор мирового судьи судебного участка N 2 Лангепасского судебного района Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 10 мая 2023 года и апелляционное постановление Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 11 сентября 2023 года в отношении М.Б. изменить:

исключить ссылку на показания свидетеля <данные изъяты> в судебном заседании 29 апреля 2022 года (т. 3 л.д. 33-42), как на доказательство виновности М.Б.

В остальном те же судебные решения оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Дудчака В.Н. — без удовлетворения.

Кассационное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

​​​​С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры». (А)

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.