В судебную коллегию по уголовным делам Самарского областного суда
443099, г. Самара, ул. Куйбышева, д. 60
(через Октябрьский районный суд г. Самары
443056, г. Самара, ул. Мичурина, д. 125 А)
от адвоката АБ “Антонов и партнеры” Виноградова А.И., рег. № 63/3500 в реестре адвокатов
Адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара, проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 614, тел. …
адрес эл.почты: …
В интересах подсудимого Г.П.Н.
АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на приговор Октябрьского районного суда г. Самары от …
Приговором Октябрьского районного суда г. Самары от … (далее-Приговор) — Г.П.Н. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года.
В соответствии с ч.3, 3.4 ст. 72 УК РФ зачтено Г.П.Н. в срок отбывания наказания в виде ограничения свободы время его задержания в порядке ст. 91 УПК РФ с .. по … года включительно, а также время его нахождения под домашним арестом с … по … включительно.
Сторона защиты с указанным Приговором суда не согласна, считает его незаконным и необоснованным.
1. Судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона.
1.1. Судом первой инстанции нарушены требований п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ и ч.3 ст. 14 УПК РФ.
Сторона защиты в ходе судебного следствия ввиду:
1)Несоответствия времени проведения экспертизы (экспертиза №… начата … в … час. … мин) (т…. л.д. …) и протокола осмотра места происшествия (осмотр начат … в … час. … мин.) (т…. л.д….)
2) Несоответствия количества подписей на отрезке бумаг, которым опечатана упаковка с патронами (в протоколе осмотра (т…. л.д….) участвовало 4 человека, а эксперт описывает 2 подписи на отрезке бумаги (т…. л.д. …), ходатайствовала перед судом о вызове в судебное заседания для допроса эксперта Т.А.Н.
Суд в ходе судебного следствия отказал в вызове Т.А.Н. и огласил его показания в соответствии с п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ (стр. 11 Приговора), а также в приговоре указал: «Вопреки доводам защитника подсудимого — адвоката Виноградова А.И, о недостоверности заключения эксперта №… от … (т…. л.д….) ввиду указания экспертом неверного времени начала производства экспертизы, указанное обстоятельство устранено судом путем оглашения показаний эксперта Т.А.Н., указавшего о возможно возникшей технической ошибке во времени производства экспертизы, а также показавшего, что производство данной экспертизы он начал сразу после того, как она поступила в экспертное подразделение».
В соответствии с п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ суд может огласить показания свидетеля в случае, если в результате принятых мер установить место нахождения свидетеля для вызова в судебное заседание не представилось возможным.
В ходе судебного следствия в суд поступило письмо от начальника экспертно-криминалистического центра, согласно которому эксперт Т.А.Н. с … по … будет находится в Московском университете МВД России имени В.Я.Кикотя (г.Москва).
Следовательно, и местонахождение эксперта Т.А.Н., и время его возвращения в г. Самару суду было достоверно известно, вместе с тем, суд не отложил судебное заседание для обеспечения явки свидетеля и вопреки несогласию стороны защиты незаконно огласил показания свидетеля-эксперта Т.А.Н.
Более того, суд первой инстанции, вопреки требованиям ч.3 ст. 14 УПК РФ неустранимое и обязательное, предусмотренное п.1 ч.1 ст.204 УПК РФ обстоятельство — время производства экспертизы, истолковал в пользу обвинения и использовал данное обстоятельство в качестве доказательства вины Г.П.Н.
Таким образом, суд первой инстанции нарушил требования п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ и ч.3 ст. 14 УПК РФ.
1.2. Суд первой инстанции допустил нарушение принципа состязательности сторон, предав судебному следствию обвинительный уклон.
1) Судом первой инстанции не устранены существенные для признания Г.П.Н. виновным сомнения, а именно — подписи на отрезках бумаг, которыми были опечатаны упаковки с патронами и оружием.
Как следует из протокола осмотра жилища Г.П.Н. (т…. л.д. …), у последнего были изъяты патроны различного калибра, которые упакованы в черный полиэтиленовый пакет, горловина которого опечата отрезком бумаги с оттиском печати №1 и ружья и штык, которые упакованы черную сумку с желтыми надписями и опечатаны отрезком бумаги с оттиском печати №1.
Участвовало в осмотре жилища 5 человек: Г., Ш., З., П. (Ш.), А..
Учитывая, что согласно показаниям Г.П.Н., он ничего не подписывал, на отрезках бумаг должно быть по 4 подписи: 2 оперативников и 2 понятых.
После осмотра места происшествия в кабинете и переупаковки патронов (т…. л.д….) мы получаем ТРИ новых упаковки:
1) Непрозрачный полимерный пакет белого цвета (какая — либо надпись на пакете отсуствует) — с 19 патронами;
2) Черный полимерный пакет — с 325 патронами;
3) Чехол черного цвета — с ружьями и штыком.
Как следует из протокола осмотра места происшествия от … (т….л.д….), в ходе осмотра принимали участие: Ш., З., П. (Ш.), А., следовательно, если участвующие лица ставили подписи на отрезках бумаги, то должно быть по 4 подписи на каждом отрезке бумаги.
В действительности же, НИ НА ОДНОЙ БИРКЕ НЕТ 4 ПОДПИСЕЙ.
Далее обращаемся к заключениям экспертов, которые исходя из материалов уголовного дела по хронологии являются следующими действиями с упаковками.
Заключение эксперта … т…. л.д. … — Объект поступил упакованным в пакет, выполненный из непрозрачной полимерной пленки белого цвета с машинописной надписью красного цвета. Горловина пакета завязана на узел и опечатана отрезком бумаги белого цвета, на котором имеются оттиск круглой печати «№1» ОП №4 (Октябрьский район) У МВД России по г. Самаре * МВД России и ДВЕ ПОДПИСИ
Заключение эксперта … т…. л.д…. — Объект упакованный в пакет из полимерного материала черного цвета, горловина которого перетянута отрезком нити белого цвета, концы которой оклеены отрезком бумаги белого цвета. На отрезке бумаги имеются два оттиска печати «№1» ОП №4 (Октябрьский район) УМВД России по г. Самаре МВД России и ШЕСТЬ ПОДПИСЕЙ
Заключения экспертов … и … т…. л.д. … и л.д…. соответственно — Объект на исследование поступил с нарочным, упакованным в прямоугольный чехол черного цвета с машинописными надписями «…», застежка которого перетянута отрезком нити белого цвета, концы которой оклеены отрезком бумаги белого цвета. На отрезке бумаги имеются оттиска печати «№1» ОП №4 (Октябрьский район) У МВД России по г. Самаре МВД России и ПЯТЬ ПОДПИСЕЙ
В целях устранения противоречий количества подписей на бирках и количества участвующих лиц, стороной защиты в соответствии со ст. 284 УПК РФ было заявлено ходатайство об осмотре вещественных доказательств в судебном заседании, в удовлетворении которого суд отказал.
Далее, по логике, имея сомнение, которое суд отказался устранять путем осмотра вещественных доказательств, в соответствии с ч.3 ст. 14 УПК РФ, суд должен был истолковать их в пользу подсудимого, а на деле — обратная ситуация.
Фактически, суд первой инстанции ссылается на показания свидетелей, поясняющих, что все присутствующие лица поставили подписи, вместе с тем остался неразрешенным вопрос: «Почему на разных отрезках бумаги разное количество подписей, если все участвующие лица ставили свои подписи?»
Вышеуказанное сомнение также могло быть устранено путем допроса эксперта Т.А.Н., однако суд отказал в его вызове, с чем сторона защиты не согласна по основаниям, изложенным в предыдущем пункте настоящей апелляционной жалобы.
Таким образом, судом проведено судебное следствие с обвинительным уклоном, нарушающим принцип равенства сторон, поскольку суд отказал стороне защиты в устранении сомнений путем осмотра вещественных доказательств и истолковал эти сомнения в пользу стороны обвинения.
2) Здесь же хотелось бы отметить, что в ходе судебного следствия подсудимый Г.П.Н. пояснил суду, что понятая П.(Ш.), которая была допрошена в суде, не соответствует той девушке, которая … принимала участие в осмотре его квартиры в качестве понятой.
В связи с данным обстоятельством, подсудимым было заявлено ходатайство об истребовании у операторов сотовой связи сведений о биллинге понятой П. (Ш.) за …, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано, что также нарушило принцип состязательности сторон, поскольку подсудимый был лишен возможности обосновать свою позицию об отсутствии допрошенной в ходе судебного заседания П. (Ш.) … у него дома в качестве понятой.
Таким образом, судом первой инстанции допущено нарушение принципа состязательности сторон.
1.3. Суд не учел время нахождение в стационаре
Согласно Приговору суд первой инстанции зачел Г.П.Н. в срок наказания время задержания и нахождения под домашним арестом с … по … года включительно, а также с … по … включительно.
Постановление Октябрьского районного суда г. Самары от … было разрешено помещение Г.П.Н. в психиатрический стационар
Согласно имеющейся в материалах уголовного дела заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов №…, Г.П.Н. находился в ГУЗ «С.» в период с … по … включительно (т…. л.д. …).
В соответствии с ч.10 ст. 109 УПК РФ — в срок содержания под стражей также засчитывается время принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, по решению суда.
Согласно п.9 ч.1 ст. 308 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны: решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если подсудимый до постановления приговора был задержан, или к нему применялись меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, запрета определенных действий, предусмотренного пунктом 1 части шестой статьи 105.1 настоящего Кодекса, или он помещался в медицинскую организацию, оказывающую медицинскую помощь в стационарных условиях, или в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.
Следовательно, время нахождение лица в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях для производства судебной экспертизы засчитывается в срок наказания.
В соответствии с ответом 11 «Ответов на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 72 УК РФ» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 31.07.2019), время принудительного нахождения по решению суда подозреваемого или обвиняемого, в отношении которого мера пресечения в виде заключения под стражу не избиралась, в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях, засчитывается в срок лишения свободы без применения повышающих коэффициентов кратности, указанных в части 3.1 статьи 72 УК РФ, то есть из расчета один день за один день, поскольку в этот период подозреваемый или обвиняемый не находился в условиях изоляции от общества, предусмотренных для лиц, содержащихся под стражей.
Исходя из вышеизложенного, время нахождения лица в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях для производства судебной экспертизы должно засчитываться по правилам ч.3 ст. 72 УК РФ из расчета один день нахождения лица в медицинской организации за два дня ограничения свободы.
Таким образом, суд первой инстанции не зачел Г.П.Н. в срок наказания время нахождения в медицинской организации, оказывающей медицинскую помощь в стационарных условиях для производства судебной экспертизы.
1.4. Недопустимые доказательства.
1.4.1. Суд первой инстанции не признал протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д. …) недопустимым доказательством:
1) Суд первой инстанции на абз. … стр. … Приговора приходит к следующему выводу: «Вопреки доводам адвоката Виноградова А.И., озвученным в прениях сторон о признании недопустимым доказательством протоколом осмотра местности, жилища, иного помещения от …, согласно которого в ходе обследования жилища Г.П.П. по адресу: …, сотрудниками полиции было обнаружено и изъято выданные Г.П.Н. 19 патронов калибра 7,62х54 мм, хранящиеся в комнате верхнем ящике шкафа (т. … л.д. ..), поскольку в самом протоколе отсутствуют ссылки на Федеральный закон от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», однако, указано, что он составлен в соответствии с требованиями ст. 164, 176 и 177 УПК РФ, указанный факт не влечет признание данного протокола недопустимым доказательством, поскольку указанные в нем процессуальные нормы не противоречат положениям о производстве ОРМ, указанным в Федеральном законе от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».
Сторона защиты с указанным выводом не согласна, поскольку суд первой инстанции опроверг довод стороны защиты тем, что ст. 164, 176 и 177 УПК РФ не противоречат Федеральному закону от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».
Действительно, указанные выше статьи УПК РФ не противоречат Федеральному закону от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», однако сторона защиты просила признать протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д. …) недопустимым доказательством не по причине, что сотрудники полиции формально указали не те статьи, а в целом провели другое процессуальное действие, разрешение на которое они не получали.
Как следует из материалов уголовного дела Постановлением №… об удовлетворении ходатайства о разрешении проведения оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» Октябрьского районного суда г. Самары от … (т…. л.д. …) разрешено в рамках проведения ОРМ «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» обследование жилого помещения в отношении Г.П.Н. по адресу: …
Далее, … должностное лицо З.А.В. проводит в квартире Г.П.Н. осмотр жилища, по итогам которого составляет протокол осмотра местности, жилища, иного помещения (т…. л.д. …).
Следовательно, должностными лицами ОП полиции по Октябрьскому району УМВД России по г.Самаре получено разрешение суда на проведение ОРМ «Обследование жилища», которое так и не было проведено.
Более того, Постановление №… Октябрьского районного суда г. Самары от … (о проведении ОРМ) (т…. л.д. …) не тождественно судебному решению, вынесенному в порядке ст. 165 УПК РФ и не может его подменять, поскольку, лицом, обращающимся в суд, не соблюден порядок заявления ходатайства о производстве следственного действия, а также суд, при вынесении решения руководствовался не нормами УПК РФ, а ФЗ о ОРД.
В свою очередь суд первой инстанции в Приговоре оценку указанному доводу защиты не дает, а лишь указывает, что «защитник просит признать протокол недопустимым доказательством, т.к. в протоколе отсутствуют ссылки на ФЗ об ОРД».
Таким образом, суд первой инстанции, в нарушении требований ч.1 ст. 75 УПК РФ положил в основу обвинения недопустимое доказательство — протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д. …).
2. Суд первой инстанции на абз. … стр. … Приговора приходит к следующему выводу: «Доводы подсудимого о том, что ему не разъяснялись в ходе производства ОРМ его процессуальные права, а также что подпись в протоколе осмотра местности, жилища, иного помещения от … он не ставил, опровергаются показаниями лиц, участвующих в производстве мероприятия — Ш.Д.А.. З.А.В., А.Т.С., П.В.С., не доверять которым у суда отсутствуют основания по указанным выше причинам, а также заключением эксперта № … от …, согласно которому подписи от имени Г.П.Н. в протоколе осмотра местности, жилища, иного помещения от … опросе Г.П.Н. от …, вероятно выполнены самим Г.П.Г. (т. … л.д. …)
Приходя к данному выводу, суд первой инстанции, не приводя мотивов принятия такого решения, почему — то больше доверяет показаниям свидетелей, которые в ходе следствия неоднократно указывали на давность событий, чем письменным доказательствам, а именно, непосредственно самому протоколу осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д. …).
Согласно ч. 4 и 10 ст. 166 УПК РФ, в протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии.
Протокол должен также содержать запись о разъяснении участникам следственных действий в соответствии с настоящим Кодексом их прав, обязанностей, ответственности и порядка производства следственного действия, которая удостоверяется подписями участников следственных действий, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 189.1 настоящего Кодекса.
Обращаясь к протоколу осмотра местности, жилища, иного помещения от … (т…. л.д. …) мы видим, что указанный протокол отметки о разъяснении Г.П.Н. прав не имеет.
В связи с вышеизложенным можно сделать вывод, что судебное следствие проведено с обвинительным уклоном, поскольку суд отдает предпочтение показаниям свидетелей защиты и не учитывает содержание вещественных доказательств.
Далее, суд первой инстанции приходит к выводу, что подпись от имени Г.П.Н. в протоколе осмотра местности, жилища, иного помещения от … (т…. л.д. …) выполнена им на основании заключения эксперта № … от …, (т…. л.д. …), согласно которому экспертом сделан вероятностный вывод о тождестве подписи Г.П.Н. и подписи в протоколе осмотра местности, жилища, иного помещения от ….
В данном случае судом первой инстанции допущено грубейшее нарушение норм уголовно-процессуального законодательства, поскольку суд пренебрег требованиями ч.3 ст. 14 УПК РФ, согласно которым все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.
Таким образом, суд первой инстанции не мотивировал, почему отдал предпочтение показаниям свидетелей, а не тексту письменного доказательства — осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д….), а также нарушил принцип презумпции невиновности.
1.4.2. Суд первой инстанции не признал протокол осмотра места происшествия от … (т…. л.д….) недопустимым доказательством:
- Суд первой инстанции на абз. … стр. … Приговора приходит к следующему выводу: «Факт регистрации в книге учета заявлений и сообщений о преступлении отдела полиции по Октябрьскому району г. Самара рапорта сотрудника полиции З.А.В. об изъятии у Г.П.Н. боеприпасов после их изъятия не является противоречивым, поскольку, как отмечено выше, осмотр жилища Г.П.Н. производился не в рамках материала проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ, а в рамках ОРМ, что не требует предварительной регистрации сообщения о преступлении в книге учета заявлений и сообщений о преступлении».
Сторона защиты считает указанный вывод суда первой инстанции противоречащий закону ввиду следующего:
В соответствии с ч.1 ст. 144 УПК РФ, при проверке сообщения о преступлении сотрудники полиции вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий
Как мы видим, ст. 144 УПК РФ не содержит в себе следственное действие — «Осмотр жилища», которое можно проводить на этапе проверки сообщения о преступлении до возбуждения уголовного дела.
Более того, как следует из приобщенного стороной защиты суду ответа Начальника ОП по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре от …, рапорт о/у ОУР ОП по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре З.А.В. об изъятии оружия в книге учета заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях зарегистрирован за №… от … в … час. … мин.
Согласно ч. 1 ст. 144 УПК РФ орган дознания обязан проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении.
В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 40.2 УПК РФ начальник органа дознания уполномочен поручать проверку сообщения о преступлении, неотложных следственных действий по уголовному делу.
Исходя из положений содержащихся в п. 40, 42 Инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях, утвержденной приказом МВД России от 29 августа 2014 г. № 736 (далее — Инструкция) следует, что проверку зарегистрированного заявления (сообщения) осуществляет сотрудник органов внутренних дел по соответствующему поручению руководителя (начальника) территориального органа МВД России либо его заместителя (начальника отдела, либо его заместителя) или лиц, их замещающих.
Передача не зарегистрированного в КУСП заявления (сообщения) о преступлении, об административном правонарушении, о происшествии исполнителю для проведения проверки запрещается.
Таким образом, исходя из взаимосвязанных положений п. 1 ч. 1 ст. 40.2, п. 1 ч. 1 ст. 144 УПК РФ и п. 40, 42 Инструкции, только после регистрации сообщения о преступления в КУСП и получения поручения, должностные лица МВД имеют право проводить процессуальную проверку и выполнять следственные действия, предусмотренные ст. 144 УПК РФ.
Указанные требования закона по настоящему уголовному делу не выполнены, поскольку Осмотр жилища в квартире Г.П.Н.,, был начат … в … час. … мин., а рапорт о/у. З.А.В. зарегистрирован в … час. …мин., т.е. спустя … часов от начала следственного действия.
Следовательно, на проведение «Осмотра жилища» Г.П.Н. у сотрудников ОУР ОП по Октябрьскому району УМВД России по г. Самаре законных оснований не было.
Однако, даже если и предположить, что сотрудниками полиции Осмотр жилища Г.П.Н. был проведен в рамках ОРМ, то проведение осмотра места происшествия от … (т….л.д….) в служебном кабинете, было проведено явно не в рамках Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», а в рамках УПК РФ, на что у сотрудников полиции не было законных оснований по причинам, указанным выше.
Также, осмотр места происшествия был начат … в … час. … мин.
Таким образом, судом первой инстанции допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку вывод суда противоречит действующему законодательству.
Здесь же хотелось бы обратить внимание суда апелляционной инстанции, что оба протокола: осмотра местности, жилища, иного помещения от … — (т. … л.д. …) и осмотра места происшествия от … (т…. л.д….) в своих содержаниях по тексту не содержат указания на количество и факт подписания участвующими лицами отрезков бумаги, которыми опечатывались упаковки с изъятыми патронами и оружием.
Аналогично предыдущим пунктам апелляционной жалобы, суд необоснованно отдал предпочтение показаниям свидетелей, а не письменному доказательству.
2. Неправильное применение уголовного закона, а именно, неприменение судом первой инстанции положений ч.2 ст. 14 УК РФ.
Суд первой инстанции в Приговоре пришел к следующему выводу: «Вопреки доводам стороны защиты о малозначительности деяния, совершенного Г.П.Н., ввиду того, что стороной обвинения не представлено доказательств, что подсудимый имел цель использовать эти патроны для причинения вреда иным лицам или государству, поэтому его действия в силу малозначительности не представляют общественной опасности, суд отмечает, что в диспозиции нормы, предусмотренной ст. 222 УК РФ, цель хранения боеприпасов не указана, сам факт их хранения всегда содержит все признаки состава преступления. Кроме того, диспозиция ч.1 ст. 222 УК РФ не предусматривает причинение существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства».
Соглашаясь с тем, что диспозиция ст. 222 УК РФ действительно не предусматривает причинение существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, сторона защиты не согласна с выводом суда об отсутствии малозначительности деяния, поскольку согласно ч. 2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного названным Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.
По смыслу уголовного закона при решении вопроса о привлечении лица к уголовной ответственности необходимо иметь в виду, что деяние, формально подпадающее под признаки того или иного преступления, должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о том, что деяние причинило существенный вред, либо создало угрозу причинения такого вреда личности, обществу или государству.
В силу правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2013 года № 1162-0, вышеприведенная норма позволяет отграничить преступления от иных правонарушений и направлена на реализацию принципа справедливости, в соответствии с которым наказание и иные меры уголовно- правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Тем самым обеспечивается адекватная оценка правоприменителями степени общественной опасности деяния, зависящая от конкретных обстоятельств содеянного.
В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2002 года № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» дано разъяснение о том, что при оценке степени общественной опасности содеянного и назначении наказания следует учитывать цели и мотивы действий виновного, источник и способ завладения, вид, количество, боевые свойства и стоимость похищенного огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств.
Кроме того, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 22(1) названного постановления от 12 марта 2002 года № 5 указал, что при правовой оценке действий, предусмотренных чч.1 или 4 ст. 222 УК РФ, судам следует исходить из положений ч. 2 ст. 14 УК о том, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. При решении вопроса о том, является ли деяние малозначительным, судам необходимо учитывать, например, совокупность таких обстоятельств, как количественные характеристики (хранение нескольких патронов) и качественные показатели предмета, мотив и цель, которыми руководствовалось лицо, поведение, предшествующее совершению деяния и (или) в период совершения деяния.
Конституционный Суд Российской Федерации, анализируя в своих определениях от 7 июля 2016 года № 1426-0, от 4 февраля 2022 года № 242-О, положения ст. 222 УК РФ, отметил, что они подлежат применению с учетом не только противоправности, но и общественной опасности содеянного и во взаимосвязи с нормами Общей части УК РФ, в том числе определяющими его задачи и принципы, основание уголовной ответственности, а также понятие преступления, которым признается лишь запрещенное этим Кодексом виновно совершенное общественно опасное деяние, и устанавливающими, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного этим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. В обязанность судов входит обеспечение дифференциации ответственности исходя из полной и всесторонней оценки деяния, с тем, чтобы обеспечить как реализацию задач и принципов уголовного закона, так и вытекающую из назначения уголовного судопроизводства защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.
По настоящему уголовному делу Г.П.Н. обвиняется в незаконном хранении 19 патронов калибра 7.62 мм.
Из материалов уголовного дела следует, что Г.П.Н. с … года является охотником, и на момент инкриминируемых событий у него имелось четыре действующих разрешения на хранение и ношение гражданского оружия, которые выдаются только после прохождения соответствующей подготовки, следовательно, у Г.П.Н. имелись навыки безопасного обращения с оружием и боеприпасами.
При этом Г., будучи на протяжении длительного времени — более 40 лет охотником и владельцем гражданского оружия и имея легальный доступ к боеприпасам, каких-либо неправомерных действий, связанных с их использованием не совершал. Сведений о том, что Г.П.Н. ранее привлекался к уголовной либо административной ответственности за нарушения в сфере незаконного оборота оружия и боеприпасов в материалах уголовного дела не имеется.
Данных о том, что Г. имел цель использовать боевые патроны для причинения вреда себе или другим лицам, обществу или государству, в материалах дела не имеется и в ходе судебного разбирательства не установлено, аргументированных доводов о действительном наличии реальной опасности причинения вреда в результате хранения боеприпасов, стороной обвинения не приведено.
Напротив, в материалах дела имеются копия охотничьего билета, выданного Самарской региональной организацией общественно-государственного объединения Всероссийского физкультурно-спортивного общества «Д.»; копия удостоверение №… на П.П.Н. о том, что он охотинспектор в Государственном охотнадзоре Самарской области; копии именных лицензий от Охотдепартамента Минсельхоза России и др. разрешительных документов на охоту, что свидетельствует о том, что имеющееся у него оружие и боеприпасы к нему он использовал исключительно для целей охоты.
Между тем, названные обстоятельства в своей совокупности, с учетом данных о личности Г., который ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства и работы, имеет положительные характеристики, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, не позволяют сделать однозначный вывод о том, что содеянное Г. обладает признаками достаточной общественной опасности, которая бы позволила признать содеянное им преступлением.
Положительные данные о личности, в том числе его возраст, награждение Г. во время службы в рядах МВД, состояние здоровья и наличие малолетних детей, как смягчающие наказание обстоятельства, в своей совокупности, позволяют сделать вывод об отсутствии той степени общественной опасности, которая определяет инкриминируемое Г. как уголовное преступление.
Указанные выше обстоятельства подтверждаются судебной практикой, а именно Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2025 № 47-УД25-7-К6, которым в т.ч. отменено постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции от … и уголовное дело в отношении осужденного прекращено ввиду малозначительности.
Полный текст Определения Верховного суда РФ приобщен к материалам уголовного дела.
В заключении к настоящей апелляционной жалобе хотелось бы обратить внимание суда апелляционной инстанции на то, что в ходе судебного следствия не было установлено ни одного доказательства, указывающего на причастность подсудимого к преступлению.
Допрошенный в ходе судебного следствия подсудимый Г.П.Н. пояснил, что якобы изъятые у него патроны калибра 7,62х54 и впоследствии признанные экспертом боевыми — ему никогда не принадлежали, у него на самом деле не изымались, а действия сотрудников полиции считает провокацией.
У Г.П.Н. имелись только охотничьи патроны калибра 7,62х54R, которые он приобретал в специализированных охотничьих магазинах в г.Самаре на основании своих разрешений на оружие.
Ни одно из исследованных в ходе судебного следствия доказательств не указывают на причастность Г.П.Н. к инкриминируемому преступлению.
Различие количества подписей на оттисках бумаг, которыми были опечатаны упаковки с оружием и пакетами и несогласованность количества подписей с показаниями допрошенных свидетелей в части количества участвующих лиц, а также различная упаковка по 19 патронам, а именно белый пакет в протоколе осмотра места происшествия и белый пакет с красными надписями по заключению эксперта № … вообще указывают на возможную подмену патронов с охотничьих на боевые.
Все имеющиеся по делу противоречия, а именно:
1) Количество участвующих лиц при осмотре места происшествия — служебного кабинета (в протоколе 4, по показаниям З. 6);
2) Различное количество подписей на отрезках бумаги, которыми были опечатаны упаковки с патронами и оружием;
3) Разное описание белого пакета в протоколе осмотра места происшествия и заключении эксперта
не устранены в ходе судебного следствия.
Таким образом, ни одно из доказательств, исследованных в ходе судебного следствия не указывают на причастность Г.П.Н. к инкриминируемому преступлению, напротив, указывают на незаконность уголовного преследования Г.П.Н.
В соответствии со ст. 389.20 УПК РФ, в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд принимает одно из решений: об отмене обвинительного приговора и о вынесении оправдательного приговора;
На основании изложенного, руководствуясь УПК РФ,
ПРОШУ СУД:
- Признать протокол осмотра местности, жилища, иного помещения от … (т…. л.д. …) — недопустимым доказательством;
- Признать протокол осмотра места происшествия от … (т…. л.д….) — недопустимым доказательством;
- Отменить обвинительный приговор Октябрьского районного суда г.Самары от … и вынести оправдательный приговор;
- В случае, если Суд апелляционной инстанции не придет к выводу о вынесении оправдательного приговора, прошу прекратить уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, ввиду его малозначительности.
Приложение: оригинал ордера адвоката
Защитник Г. П.Н. ___________________________ адвокат Виноградов А.И.
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (С).
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.
Доверьте нам решение своей проблемы
Наша главная цель — помощь клиентам в решении существующих проблем и их профилактика в будущем.
Оставьте заявку на консультацию, чтобы убедиться в этом лично!
Мы работаем по всей России. Укажите Ваш город в комментарии
