ОПРЕДЕЛЕНИЕ
кассационного суда общей юрисдикции
28 июня 2023 г. г. Самара
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Мирсаяпова А.И.,
судей Рипка А.С., Ромасловской И.М.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № НОМЕР по иску ФИО2 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, по кассационной жалобе ФИО1 на решение Промышленного районного суда г. Самары от 24 ноября 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 28 февраля 2023 г.
Заслушав доклад судьи Шестого кассационного суда общей юрисдикции Мирсаяпова А.И., объяснения представителя ФИО1 — Бахаева М.В. по ордеру и доверенности, поддержавшего доводы кассационной жалобы, ФИО2., возражавшего против удовлетворения жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции
УСТАНОВИЛА:
ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.
В обоснование требований указано, что 7 ноября 2021 г. по вине ответчика, управлявшего автомобилем Лада Калина и нарушившего требования Правил дорожного движения Российской Федерации, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобилю Ниссан Мурано, собственником которой он является и под его управлением, причинены механические повреждения.
Разница между фактическим размером ущерба, выплаченным страховым возмещением и стоимостью годных остатков составляет 489 864 руб.
Истец просил взыскать с ответчика в свою пользу материальный ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 489 864 руб., расходы по оценке ущерба в размере 10 000 руб., стоимость услуг эвакуатора в размере 4 600 руб., расходы по уплате государственной пошлины.
Решением Промышленного районного суда г. Самары от 24 ноября 2022 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 28 февраля 2023 г., исковые требования удовлетворены. С ФИО1 в пользу ФИО2. взыскан материальный ущерб в сумме 494 464 руб., расходы по оценке ущерба в сумме 10 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8 245 руб., а всего взыскано 512 709 руб.
В кассационной жалобе заявителем ставится вопрос об отмене постановлений суда первой и апелляционной инстанции, как незаконных.
Иные участники процесса по извещению в суд кассационной инстанции не явились, об уважительных причинах неявки не сообщили.
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с частью 3 статьи 167, частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции находит её не подлежащей удовлетворению.
В силу положений статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено данным кодексом (часть 1).
В интересах законности кассационный суд общей юрисдикции вправе выйти за пределы доводов кассационных жалобы, представления. При этом суд не вправе проверять законность судебных постановлений в той части, в которой они не обжалуются, а также законность судебных постановлений, которые не обжалуются (часть 2).
Согласно части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Подобных нарушений по доводам кассационной жалобы не выявлено.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Как следует из пункта 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования (потерпевший) вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда его имуществу, в пределах страховой суммы.
В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.
Согласно пункту «б» статьи 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего составляет 400 тысяч руб.
Судами установлено, что 7 ноября 2021 г в 14 ч. 40 мин. по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Лада Калина, под управлением водителя ФИО1, и автомобиля Ниссан Мурано под управлением водителя ФИО2.
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю Ниссан Мурано причинены механические повреждения, а истцу — материальный ущерб.
Риск гражданской ответственности виновника дорожно-транспортного происшествия ФИО1 на момент дорожно-транспортного происшествия был застрахован в АО «НАЗВАНИЕ».
Из определения о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ г. следует, что ДД.ММ.ГГГГ г. по адресу: <адрес> водитель ФИО1, управлявший автомобилем Лада Калина не обеспечил возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, допустил занос с последующим выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, в результате чего допустил столкновение с автомобилем Ниссан Мурано под управлением водителя ФИО2.
Учитывая, что в результате дорожно-транспортного происшествия телесные повреждения получили: водитель автомобиля Лада Калина — ФИО1 и его пассажир ФИО3, пассажир автомобиля Ниссан Мурано — ФИО2 и в действиях водителя сотрудником дорожно-патрульной службы ГИБДД УМВД России по г. Самаре усмотрено нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
ДД.ММ.ГГГГ г. по факту дорожно-транспортного происшествия возбуждено уголовное дело по № Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО1.
Постановлением Советского районного суда г. Самары от 20 сентября 2022 г. уголовное дело в отношении ФИО1 по № Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено на основании статьи 25 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, с освобождением его от уголовной ответственности.
ФИО2 обратился в страховую компанию с заявлением о прямом возмещении убытков по полису ОСАГО. На основании экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ г. АО «НАЗВАНИЕ», которым установлена полная гибель автомобиля, страховщик произвел в пользу истца страховую выплату в размере 400 000 руб.
Согласно заключению ООО «НАЗВАНИЕ» от ДД.ММ.ГГГГ г. № рыночная стоимость затрат на восстановительный ремонт автомобиля без учета износа составляет 1 796 267 руб., действительная стоимость автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия – 1 193 100 руб., стоимость годных остатков 303 236 руб.
Удовлетворяя заявленные ФИО2 исковые требования, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 15, статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом размера предъявленного к взысканию ущерба и признал ответчика лицом, ответственным за причиненный истцу ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскав с ФИО1 разницу между действительной (рыночной) стоимостью транспортного средства истца на дату дорожно-транспортного происшествия, выплаченным страховым возмещением в размере 400 000 руб. и стоимостью годных остатков автомобиля – 303 236 руб., определенных на основании заключении эксперта, определив сумму ущерба, подлежащую взысканию 489 864 руб. (1 193 100 руб. – 400 000 руб. – 303 236 руб.).
При определении размера ущерба суд взял за основу заключение экспертизы ООО «Оценочная компания» от 30 ноября 2021 г., как не вызывающее сомнений в полноте, объективности и достоверности, размер причиненного ущерба стороной ответчика в процессе рассмотрения дела не оспаривался.
Суд апелляционной инстанции с позицией суда первой инстанции согласился.
Довод апелляционной жалобы о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились дефекты дорожного покрытия – дождеприемников, вследствие чего на данном участке дороги образовалось скопление водных масс, при этом ответственным за содержание данных дождеприемников является администрация городского округа Самары, судебной коллегией областного суда отклонен по следующим основаниям.
В соответствии с постановлением по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ г. исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № НОМЕР Ленинского судебного района г. Самары – мировой судьи судебного участка № НОМЕР Ленинского судебного района г. Самары администрация городского округа Самара признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного части 1 статьи 12.34 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением наказания в виде штрафа в размере 100 000 руб.
Данным постановлением установлено, что 1 декабря 2021 г. при составлении акта выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги (улицы) в ходе надзора за дорожным движением выявлены недостатки в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги по адресу: <адрес>, в районе <адрес>, а именно: нарушение пункта 5.2.4, 5.2.6, 5.2.7 ГОСТ Р 50597-2017 на проезжей части <адрес> в районе <адрес> обустроены дождеприемники ливневосточных колодцев в количестве 2 штук, в крайней правой полосе по направлению движения от <адрес>, на которых допущено отклонение по вертикали решетки дождеприемника (ливневосточного колодца №) относительно поверхности лотка на 3 см. (что более 1 см.), разрушение решетки и лотка дождеприемника ливневосточного колодца, в виде сколов; допущено разрушение решетки дождеприемника (ливнесточночного колодца №). В нарушении пункта 5.1.1 ГОСТ Р 50597-2017 на проезжей части <адрес> в районе <адрес> допущено наличие постороннего предмета в виде скопления водных масс.
Акт выявленных недостатков в содержании данного участка дороги, составленный 1 декабря 2021 г. содержит сведения о наличии на участке автодороги <адрес>, в районе <адрес>, в виде недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги (улицы) на дату его составления.
Сведений о наличии указанного вида недостатков в дорожном покрытии, в том числе отклонения по вертикали решетки дождеприемника относительно поверхности лотка более чем на 1 см., разрушения решетки и лотка дождеприемника, в виде сколов, его разрушении на момент дорожно-транспортного происшествия (ДД.ММ.ГГГГ г.) указанный акт не содержит.
Кроме того, в рамках рассмотрения уголовного дела № в отношении ФИО1 по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации назначалась судебная автотехническая экспертиза, на разрешение которой ставился, в том числе, вопрос (№) о возможности образования повреждений на колесе от наезда на дефект в виде отклонения по вертикали решетки дождеприемника (ливнесточного колодца №) относительно поверхности лотка на 3 см.
Как следует из заключения судебной автотехнической экспертизы экспертно-криминалистического центра ГУ МВД России по Самарской области от ДД.ММ.ГГГГ г. № на переднем правом колесе автомобиля «Лада Калина», представленном отдельно от автомобиля, обнаружены следующие повреждения: диск данного колеса имеет повреждения в виде деформаций закраины и полки наружного обода, а также присутствуют следы скольжения в виде борозд (царапин).
Обнаруженные механические повреждения диска образовались в результате контактирования данной области колеса с относительно твердым и жестким следообразующим объектом под воздействием нагрузки, приложенной к плоскости вращения колеса в направлении справа налево, с учетом его установки на транспортном средстве.
Из установленного механизма дорожно-транспортного происшествия следует, что выявленные механические повреждения диска в условиях места происшествия могли быть образованы либо при боковом скольжении автомобиля с его наклоном относительно опорной поверхности, било при контакте указанного колеса с бордюрным ограждением после столкновения с автомобилем «Ниссан».
Обнаруженные дефекты не могли образоваться ранее, чем автомобиль начал движение боковым заносом. Обнаруженные механические повреждения на диске переднего правого колеса автомобиля «Лада Калина» не могли образоваться от наезда на дефект в виде отклонения по вертикали решетки дождеприемника (ливнесточного колодца №) относительно поверхности лотка на 3 см., т.к. установленный в ходе исследования механизм их образования иной, чем при наезде колеса на подобные препятствия; высота профиля данной шины, даже с учетом расстояния от закраины до опорной поверхности, что составляет около 85мм, значительно превышает высоту предмета в 3 см. (30 мм.)
Неисправности автомобиля ответчика Лада Калина в виде деформаций закраин обода дисков задних колес, рычага подвески заднего правого колеса и деформация соединительных рычагов задних колес, выявленные на момент осмотра автомобиля, могли образоваться либо в момент столкновения с автомобилем «Ниссан», либо после данного столкновения.
Поскольку обнаруженные повреждения на колесе автомобиля Лада Калина не могли образоваться ранее, чем автомобиль начал движение боковым заносом, эксперт указал, что вопрос № (если повреждения на автомобиле возникли до столкновения транспортных средств, то повлияло ли это на изменение траектории движения автомобиля при движении и экстренном торможении) лишен смысла.
Таким образом, как отметил суд второй инстанции, судебной экспертизой установлено, что до столкновения автомобиля ответчика с автомобилем истца неисправности автомобиля Лада Калина в виде деформаций, отсутствовали, следовательно, следы деформации автомобиля истца не позволяют прийти к достоверному выводу о том, что причиной дорожно-транспортного происшествия явился наезд на дефект в виде отклонения по вертикали решетки дождеприемника относительно поверхности лотка на 3 см.
При этом водитель автомобиля Лада Калина ФИО1 располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем Ниссан, действуя в соответствии с требованием пунктов 9.1 (1), 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Как закреплено в части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Вступившим в законную силу постановлением Советского районного суда г. Самары от 20 сентября 2022 г. по уголовному делу № по части № Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО1, установлена его вина в дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ г., произошедшем по адресу: <адрес>, с участием автомобиля Лада Калина под управлением водителя ФИО1, и автомобиля Ниссан Мурано под управлением водителя ФИО2., и которым однозначно установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия является нарушение водителем ФИО1 требований пункта 1.3, 9.1 (1), 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а также требований дорожной разметки 1.3 Приложения № 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090.
Нарушение указанных пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации и требований дорожной разметки состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями.
Поскольку обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, степень вины ФИО1 были предметом оценки как юридически значимые по уголовному делу в отношении него, а постановление Советского районного суда г. Самары мотивировано выводами судебной автотехнической экспертизы, суд второй инстанции подтвердил выводы суда об отсутствии правовых оснований для назначения судебной автотехнической экспертизы в рамках настоящего гражданского дела.
Оснований для признания выводов судов незаконными по доводам жалобы не имеется.
Обоснование принятых судебными инстанциями постановлений подробно изложено в мотивировочной части судебных актов.
Доводы кассационной жалобы о неправильном применении судами норм права заявлены в силу их ошибочного толкования кассатором.
Выводы судов нижестоящих инстанций не противоречат указанным выше нормам права и фактическим обстоятельствам дела.
Установление причин дорожно-транспортного происшествия, наличия, формы и степени вины каждой из сторон, а также размера вреда, относится к установлению фактических обстоятельств дела, оценке и исследованию доказательств.
В кассационной жалобе заявитель выражает несогласие с выводом судов о наличии исключительно его вины в дорожно-транспортном происшествии, однако исследование данного вопроса отнесено к прерогативе судов первой и апелляционной инстанций (статьи 196, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), поскольку требует оценки собранных по делу доказательств. А потому связанные с этим доводы жалобы не могут служить основанием для отмены судебных постановлений в кассационном порядке.
Приведённые кассатором доводы по существу были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется.
Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств, а также установленных по делу обстоятельств, что в силу положений статьи 379.6 и части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.
Выраженное в кассационной жалобе несогласие с действиями судов нижестоящих инстанций по оценке доказательств, не свидетельствует о нарушении судами норм процессуального права, так как согласно положениям статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд самостоятельно определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
При этом достаточность доказательств по делу в силу части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определяет суд.
В рамках рассмотрения дела предусмотренных статьёй 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований, свидетельствующих о необходимости назначения экспертизы, судами при разрешении спорных правоотношений не установлено.
Таким образом, оснований для собирания дополнительных доказательств, судами, посчитавшими достаточным объем имеющихся в деле допустимых доказательств, позволяющих разрешить возникшие между сторонами спорные правоотношения, не найдено.
В связи с чем доводы кассационной жалобы о несогласии с позицией судов об отказе в назначении экспертизы не свидетельствуют о допущенной судебной ошибке при рассмотрении дела.
Оснований для вывода о нарушении предусмотренных статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правил оценки доказательств содержание оспариваемых судебных постановлений и доводы кассационной жалобы не дают.
Из приведенных положений процессуального закона в их взаимосвязи следует, что производство в кассационном суде общей юрисдикции предназначено для исправления нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и (или) апелляционной инстанций в ходе предшествующего разбирательства дела, которые привели к неправильному разрешению дела и принятию неправильных судебных постановлений.
Нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права, повлекших вынесение неправильных судебных постановлений, по доводам жалобы не установлено.
Доводы кассационной жалобы сводятся к изложению обстоятельств дела, не опровергают выводы судов, фактически являются позицией автора жалобы, а потому не могут рассматриваться в качестве повода для отмены обжалуемых судебных актов.
Принимая во внимание, что нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и апелляционной инстанций при вынесении обжалуемых судебных актов и влекущих их отмену, судом кассационной инстанции по доводам жалобы не установлено, а обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, являлись предметом исследования судов, кассационная жалоба подлежит отклонению.
Руководствуясь статьями 379.5, 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Промышленного районного суда г. Самары от 24 ноября 2022 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 28 февраля 2023 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
В целях соблюдения адвокатской тайны ФИО участников дела изменены
