г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71
г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Апелляционная жалоба на приговор суда по ч.4 ст. 159.2 УК РФ (образец)

В судебную коллегию

по уголовным делам

Самарского областного суда

443099, г. Самара, ул. Куйбышева, д. 60

От адвоката НО “Самарская областная

коллегия адвокатов” Антонова А.П.,

рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара,

проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 619, тел. 8-987-928-31-80

В защиту интересов осужденного Р., за совершение преступления,

предусмотренного ч.4 ст. 159.2 УК РФ

Уг. дело №

 

Апелляционная жалоба

на приговор К-ого районного суда Самарской области от ДАТА

 

Приговором К-ого районного суда Самарской области от ДАТА Р. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ, и ему назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание считается условным с испытательным сроком в 3 года.

С Р. также взыскан в пользу администрации МР К-ий причиненный ущерб в сумме СУММА руб.

С вынесенным приговором не согласен, считаю его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона; выводы о виновности Р., изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; причастность осужденного к совершению инкриминируемого деяния не доказана, в связи с чем приговор суда должен быть отменен, а осужденный должен быть полностью оправдан в связи с отсутствием в действиях осужденного состава преступления.

В соответствии со статьей  297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным  и справедливым. Приговор признается  таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса  и  основан  на  правильном  применении  уголовного закона. Указанные положения закона по настоящему делу судом не выполнены, поскольку приговор постановлен с нарушениями требований УПК РФ, и имеются все основания для отмены вынесенного обвинительного приговора.

В соответствии с ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ, основанием для отмены решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора; выявление обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1 части первой 2 статьи 237 настоящего Кодекса.

Все перечисленные основания для отмены приговора имеются.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и основанием отмены судебного решения в любом случае является не прекращение уголовного дела судом при наличии оснований, предусмотренных статьей 254 настоящего Кодекса, а именно суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случае, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные части второй статьи 24 УПК РФ, — отсутствие в деянии состава преступления.

Статья 159.2 УК РФ предусматривает специальную норму о мошенничестве при получении выплат, которая определена как хищение денежных средств или иного имущества при получении пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем представления заведомо ложных и (или) недостоверных сведений, а равно путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

Статья 159.2 УК РФ применяется только в том случае, если выплата производится на основании нормативного правового акта. В данном случае — это программа о выдаче субсидий на финансирование целевых расходов, утвержденная Постановлением Правительства РФ от 15 июля 2013 г. № 598 «О федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года».

Под субсидией, согласно программы, следует понимать социальную помощь, поддержку. К субсидиям относятся выплаты, предоставляемые за счет государственного, местного бюджета или специальных фондов юридическим или физическим лицам. Для определения состава конкретного преступления необходима совокупность объективных и субъективных признаков общественно опасного деяния, закрепленных в уголовном законе.

Субъект преступления, предусмотренного ст.159.2 УК РФ, является, по смыслу закона, специальным. Это лицо, в отношении которого принято решение о таких выплатах или претендующих на назначение таких выплат. При этом виновные лица лишь выдают себя за обладающих таким правом, но фактически не имеют законных оснований на получение социальной выплаты, и  используют при этом для получения социальной выплаты заведомо подложные документы. При квалификации данного вида мошенничества необходимо устанавливать факт того, что лицо, претендующее на выплаты, заведомо не имело на них права.

Р. не является специальным субъектом ст. 159.2 УК РФ, поскольку он имел право на получение субсидии, а конкретно по данной федеральной программе, но по другой категории в меньшем размере.

Субъективная сторона данного преступления характеризуется виной только в виде прямого умысла, а уголовная ответственность наступает только в том случае, если лицо достоверно знало о незаконном характере своих действий. О наличии умысла, направленного на мошенничество при получении выплат, свидетельствует, в частности, явное отсутствие у лица юридических прав на получение тех или иных выплат, использование им для их получения фиктивных документов, сокрытие информации о появлении повода к прекращению выплат.

В действиях Р. отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ. Суд сделал необоснованный вывод о виновности Р. без достаточных на то правовых оснований. Положенные в основу приговора показания ряда свидетелей в действительности не подтверждают наличие у него умысла на хищение денежных средств. Он не изготавливал и не представлял в администрацию подложные справку и трудовой договор. Сотрудница администрации, принимавшая документ, указала, что не помнит точно обстоятельств, а ее показания суд принимает в качестве неоспоримого прямого доказательства вины. Показания ряда должностных лиц содержат лишь информацию об общем порядке подачи документов и критериях допустимости для участия в программе, но не содержат сведений, из которых было бы видно о намерении Р. ввести в заблуждение органы власти и местного самоуправления.

С позиции уголовно-правового учения о составе преступления, основание к возбуждению уголовного дела образуют фактические данные, относящиеся к объекту и объективной стороне состава.

Объектом мошенничества в соответствии с диспозицией ст. 159 УК РФ может выступать как чужое имущество, так и право на него.

Объективная сторона данного преступления состоит в хищении чужого имущества или приобретении права на него путем обмана или злоупотребления доверием.

Принципиальная ошибка суда при определении объективной стороны преступления заключается в подмене понятий “незаконного получения социальной выплаты” вместо получения субсидии, не по той подпрограмме данной федеральной программы.

Ошибка произошла из-за неверного определения вида подпрограммы принимающим документы сотрудником Администрации. Р. был предоставлен трудовой договор со второго места работы (с КФХ К), и не предоставлен трудовой договор с первого места работы (с ПАО “Х.”), в соответствии с которым произведена запись в трудовой книжке Р. Хотя при верном определении вида подпрограммы, предоставление трудового договора не требовалось бы совсем. Предоставление Р. первого договора вместо второго никак бы не повлияло на решение Администрации о выделении денег семье Р-х на строительство жилого дома, не повлекло бы прекращение выплаты. Существенным здесь является то обстоятельство, что Р. мог получить субсидию без предоставления трудового договора, но в размере на 118 тыс. руб. меньше выплаченного.

Для квалификации мошенничества необходимо установить обман в намерениях виновного, то есть отсутствие намерения исполнить обязательство. Обязательство Р. из трехстороннего договора — “отработать не менее 5 лет в сельской местности”. Данное обязательство Р. не было нарушено, им выполняется. Информация о наличии иных обязательств у Р. перед Администрацией в материалах дела отсутствует. Предоставление документов для получение субсидии не является его обязанностью, это лишь право. Проверка же условий выдачи субсидии лежит на органе, выдающем субсидию, что подтверждается Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДАТА, вынесенным УУП О МВД России по Красноармейскому району капитаном полиции Т., который в постановление процитировал показания из опроса консультанта  управления развития инфраструктуры села г. Самары  М.: “В рамках ФЦП “Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 гг и на период до 2020 года” органы местного самоуправления при приеме от заявителей пакетов документов на участие в программе проверяют правильность оформления документов и достоверность содержащихся в них сведениях… В рамках ФЦП “Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 гг и на период до 2020 года” участники категории “граждане, проживающие в сельской местности” предоставляют копию трудовой книжки или копию документа, подтверждающего осуществление ИП в сельской местности”.

В этом же Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДАТА, отражено, что дополнительно опрошенный Р. пояснил, что ему было разъяснено, что основным условием участия в программе являлось то, что он должен проживать в К-ом районе и работать в области сельского хозяйства.

Презумпция юридической неграмотности граждан — получателей субсидий программой подразумевается. Это в том числе подтверждается должностной инструкцией Е., согласно п. 3.10 которой в обязанности специалиста входит: “Вести работу по просвещению и информированию населения по вопросам законодательства обеспечения жильем молодых семей, отдельных категорий граждан, детей-сирот, и других категорий граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий по муниципальному району К-ий”,  а в п. 5.3. должностной инструкции предусмотрена ответственность за “действия и бездействия, ведущие к нарушению прав и законных интересов граждан”.

В “Представлении о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступлений (и других нарушений закона)” № НОМЕР от ДАТА следователя СО О МВД РФ по К-му району капитана юстиции Б. по уголовному делу № НОМЕР по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ указано: “Сотрудниками Администрации м.р. К-ий, занимающимися реализацией ФЦП, при приеме у Р. документов на получение субсидии, было допущено халатное и безответственное отношение к своим обязанностям, так как согласно п. 40 Приложения № 4 к ФЦП «Типовое положение о предоставлении социальной выплаты на строительство (приобретение) жилья гражданам РФ, проживающим в сельской местности, в том числе молодым семьям и молодым специалистам» копии документов предоставляются вместе с оригиналами для удостоверения их идентичности (о чем делается отметка лицом, осуществляющим прием документов). Сотрудники Администрации м.р. К-ий, занимающиеся реализацией ФЦП, должен был ответственнее отнестись к приему от граждан документов на получение социальной выплаты (субсидии) и их проверке.” Было предложено принять все исчерпывающие меры к тому, чтобы сотрудники администрации ответственно относились к своим служебным обязанностям с целью недопущения впредь подобных фактов.

Следует обратить внимание, что со слов свидетеля И., данных в судебном заседании ДАТА, в отношении каких-либо работников администрации в связи с данным инцидентом уголовные дела не возбуждались.

При этом, состав мошенничества материальный, предполагает наличие общественно-опасных последствий. К дате вынесения приговора последствия ошибки были устранены, общественно-опасных последствий не наступило, излишне выплаченная Администрацией сумма субсидии в размере СУММА Р. была возвращена на счет Администрации. Перечисление оставшейся части денег в виде субсидии  в размере СУММА произведено Р. на законных основаниях.

С учетом положений ст. 252 УПК РФ суд не вправе вносить уточнения в целях устранения существенных неясностей предъявленного обвинения.

В обвинительном заключении имелись следующие неопределенности:

  1. бюджету какого именно уровня был причинен ущерб.

Согласно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях Р., вынесенного ДАТА и.о. начальника СО О МВД РФ по К-му району старшим следователем майором юстиции П. по материалам проверки КУСП № НОМЕР от ДАТА, в августе 2014 года Р. получил субсидию как «Молодой специалист АПК» на строительство дома, в размере 70% от расчетной стоимости строительства дома в сумме 1 173 292, которые были выделены из следующих бюджетов:

  1. СУММА из федерального бюджета
  2. СУММА из бюджета субъекта РФ
  3. СУММА из бюджета К-ого района.

При этом, кто именно является потерпевшим по данному уголовному делу решается в суде со слов свидетелей (см.показания М.), а не установлено в обвинительном заключении.

В Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДАТА указано, что в настоящее время Администрация К-ого района каких- либо претензией к семье Р-х и лично к Р. не имеет, т.к. семья Р-х являясь участником программы ФЦП «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014- 2020г.г.» выполнила главное условие, проживает и работает на постоянной основе на территории К-го района, в том числе и в сельской местности. Полученные семьей Р. социальные выплаты были использованы им по назначению, а именно построен дом и надворные постройки по адресу с. К-ое ул. Больничный.

К материалам проверки по запросу была приобщена копия дела участницы ФЦП «Социальное развитие села до 2013 года» Р. — супруги Р. — по этой программе семья Р-х не успела получить социальную выплату, и поэтому стала участвовать в следующей программе.

2) была ли возможность у исполнителя инкриминируемого мошенничества получить субсидию иным, законным способом, и каковы были мотивы незаконного ее получения.

3) неразрешенный на следствии вопрос: “есть ли механизм возвращения денег социальной выплаты, если выясняется, что человек получил ее не имея на это право?” —  не нашел отражение ни в обвинительном заключении , ни в решении суда.

4) в обвинительном заключении не приведены в достаточном объеме положения применяемого Постановления Правительства РФ, которые однозначно нормативно определяют источник финансирования социальных выплат, нормативно устанавливают полномочия исполнителя выплат (органа, полномочного предоставить социальную выплату).

Указанные нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия, являются существенными и исключают возможность постановления судом приговора на основании данного обвинительного заключения. Не изучение соответствующего Постановления Правительства РФ судом привело к судебной ошибке.

При таких обстоятельствах обвинительное заключение по данному уголовному делу составлено с нарушением требований УПК РФ, эти нарушения не могли быть устранены в судебном производстве.

На основании п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  30.06.2015 № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», судам надлежит реагировать на каждое выявленное нарушение или ограничение права обвиняемого на защиту. При наличии к тому оснований суд возвращает уголовное дело прокурору в порядке, установленном статьей 237 УПК РФ.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении № 18-П от 8 декабря 2003 г., предусмотренное п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ основание возвращения уголовного дела предполагает не только дефекты самого обвинительного заключения, но и предшествовавшие ему нарушения уголовно-процессуального закона, включая нарушения, допущенные в стадии возбуждения уголовного дела.

Согласно п.1 Приложения № 3 к федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года» Правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на улучшение жилищных условий граждан, проживающих в сельской местности, в том числе молодых семей и молодых специалистов: “ Настоящие Правила устанавливают порядок и условия предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на мероприятия по улучшению жилищных условий граждан, проживающих в сельской местности…”. Основной критерий — проживание в сельской местности.

Согласно п. 2 этого же приложения: “Субсидии предоставляются в целях оказания финансовой поддержки при исполнении расходных обязательств субъектов Российской Федерации, возникающих при реализации следующих мероприятий государственных программ субъектов Российской Федерации (подпрограмм государственных программ субъектов Российской Федерации), направленных на устойчивое развитие сельских территорий (далее — региональные программы), включая улучшение жилищных условий граждан, в том числе молодых семей и молодых специалистов”.

Согласно п. 8 этого же приложения: “Размер субсидии, направляемой на улучшение жилищных условий молодых семей и молодых специалистов, устанавливается субъектом Российской Федерации в размере не менее 70 процентов общего размера субсидии, предусмотренного бюджету субъекта Российской Федерации на соответствующий финансовый год.”

Согласно п. 23 этого же приложения: “Ответственность за достоверность представляемых Министерству сельского хозяйства Российской Федерации сведений и соблюдение условий предоставления субсидий возлагается на органы исполнительной власти”.

Таким образом, существенным условием программы является ответственность за достоверность соблюдения условий предоставления субсидий, ответственность возлагается не на получателей субсидий, а на органы исполнительной власти.

Согласно п.п. “д” п.19 Приложения № 4 к федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года» Типового положения о предоставлении социальных выплат на строительство (приобретение) жилья гражданам Российской Федерации, проживающим в сельской местности, в том числе молодым семьям и молодым специалистам: “Гражданин, имеющий право на получение социальной выплаты, представляет в орган местного самоуправления по месту постоянного жительства заявление с приложением копии трудовой книжки (для работающих по трудовым договорам)”. Таким образом, на этапе сбора документов для предоставлении проверки можно было бы проверить, сделана ли запись в трудовой книжке на основании заключенного трудового договора. При этом, согласно п.20-п.21: “копии документов, указанных в пункте 19 настоящего Типового положения, представляются вместе с оригиналами для удостоверения их идентичности (о чем делается отметка лицом, осуществляющим прием документов) либо заверяются в установленном порядке. Органы местного самоуправления проверяют правильность оформления документов, указанных в пункте 19 настоящего Типового положения, и достоверность содержащихся в них сведений, формируют списки граждан, изъявивших желание улучшить жилищные условия с использованием социальных выплат, на очередной финансовый год и плановый период и направляют их с приложением сведений о привлечении средств местных бюджетов для этих целей в орган исполнительной власти. При выявлении недостоверной информации, содержащейся в этих документах, органы местного самоуправления возвращают их заявителю с указанием причин возврата”.

Как видно из Положения, провести такую проверку должны были представители органа власти, уполномоченного на предоставлении субсидии, на этапе сбора документов.

Из анализа данной программы следует отсутствие  какой либо ответственности у получателей субсидий за проверку достоверности предоставленной информации, напротив, эта обязанность по закону возложена на орган, предоставляющий субсидию.

Между тем, суд не ознакомился с программой, на основании которой вынесен приговор, и незаконно переложил ответственность с уполномоченного законом государственного органа на гражданина.

Пункт 33 раздела III. данной программы предусматривает выбор подпрограммы либо для “молодой семьи”, либо для “отдельно проживающего молодого специалиста”. Представитель Администрации, зная, что Р. находится в официальном браке,  оформила заявление на подпрограмму “молодого специалиста”. При этом, своевременный правильный выбор подпрограммы не позволил бы совершить такой ошибки, повлекшей вынесение обвинительного приговора, поскольку “правильно” выбранная подпрограмма предусматривала  предоставление документов “хотя бы одного из членов молодой семьи”,  в том числе и супругой Р., оформленной по единственному трудовому договору с основного места работы.

В материалах уголовного дела имеется справка и копия трудовой книжки супруги Р., подтверждающие, что основным местом её работы является ГУ ПФ РФ в муниципальном районе К-ий Самарской области, в должности главного специалиста-эксперта группы персонифицированного учета, администрирования страховых взносов, взаимодействия со страхователями и взыскания задолженности в период с ДАТА по ДАТА (л.д.8-10, 216).

Семья Р-х признана нуждающимися с ДАТА

Согласно п. 34 III раздела приложения №4 программы, право на получение социальной выплаты имеют также молодые семьи и молодые специалисты, изъявившие желание постоянно проживать и работать по трудовому договору или осуществлять индивидуальную предпринимательскую деятельность в агропромышленном комплексе или социальной сфере (основное место работы) в сельской местности. Следовательно, право на получение социальной выплаты имеют также граждане, еще не заключившие трудовой договор.

При этом, согласно трехстороннего договора об обеспечении жильем молодой семьи (молодого специалиста) с учетом предусмотренной на эти цели социальной выплаты по федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 15.07.2013 № 598, заключенного между Р.Н.В. и Администрацией муниципального района К-ий Самарской области, оказывать содействие Работнику в трудоустройстве в организацию агропромышленного комплекса или социальной сферы входит в обязательства органа местного самоуправления.

Более того, в связи с тем, что семья Р-х была включена в списки молодых семей и молодых специалистов, изъявивших желание улучшить жилищные условия с использованием социальных выплат в рамках федеральной целевой программы «Социальное развитие села до 2013 года», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 3 декабря 2002 г. № 858 «О федеральной целевой программе «Социальное развитие села до 2013 года», то они согласно п. 38 приложения № 4 к федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года»  имеют первоочередное право на предоставление социальных выплат молодым семьям и молодым специалистам.

Прокурором в судебном заседании не представлено объективно собранных доказательств вины подсудимого. Обвинительный приговор основан на предположениях:

— материалы уголовного дела не содержат доказательств вины Р.,  совершении им обмана должностных лиц;

— Р. не обманывал и не вводил в заблуждение руководство Администрации, он соответствовал критериям получения субсидии по данной программе, а суд  в приговоре оценку данному обстоятельству не дал;

— в основу приговора необоснованно положены показания свидетелей, которые не подтвердили факт совершения Р. умышленных действий, направленных на совершение мошенничества.

Согласно п. 1 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 г. № 55 «О судебном приговоре» недопустимо перенесение в приговор показаний допрошенных по уголовному делу лиц и содержания других доказательств из обвинительного заключения или обвинительного акта без учета результатов проведенного судебного разбирательства.

Обжалуемый приговор не содержит доказательств, на основании которых можно сделать убедительный вывод об умышленном и корыстном мотиве действий Р.Н.В. Уведомления Р.Н.В. о необходимости предоставления договора с основного места работы в материалах уголовного дела нет.

Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ и в соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 года № 1 «О судебном приговоре» обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия.

Обвинительный приговор по форме и содержанию должен соответствовать требованиям статей 302, 307 и 308 УПК РФ, при его постановлении  должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам, в приговоре должен быть сделан всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал свои выводы, а также указано, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты. В описательно-мотивировочной части приговора должна быть дана оценка всем доводам, приведенным осужденным в свою защиту, выводы суда относительно квалификации преступления по той или иной статье уголовного закона, его части либо пункту должны быть мотивированы. Между тем, указанные требования закона по данному делу выполнены судом не в полной мере.

Из дополнительного объяснения Р. от ДАТА следует, что ему кто-то из Администрации сказал, что народу в программе много, и что если он работает у фермера К., то этих сведений будет достаточно, чтобы участвовать в программе как специалист АПК, хотя Р. не скрывал, что постоянно работает в КС-3, думал предоставить справку 2-НДФЛ. В период сбора документов для получении субсидии, у Р. не было четкого однозначного понимания, какие документы нужны. Даже сам специалист по сбору документов на субсидию О. в своих показаниях упускала существенные детали программы, например в ходе опроса ДАТА, она не указала, что согласно программы требованием категории “молодой специалист” является “одновременное” выполнение условий п.1-п.4. Хотя в самой программе одновременное выполнение перечисленных в п.1-п.4 условий является существенным фактом.

В своем опросе Р. пояснял, что в программу он пришел как гражданин, ранее его жена стояла в очереди как гражданка, а не как молодой специалист, к тому же право на выплату имеет любой из членов семьи, проживающий в сельской местности и работающий в сельской местности, показал, что и он и его жена работают и проживают в селе.

Свою вину в предъявленном ему обвинении Р. не признал, так как никакого умысла обмануть Администрацию К-ого района у него не было, полученные деньги были израсходованы по их целевому назначению, на строительство дома. Условия предоставления субсидии им были соблюдены (он не достиг возраста 35 лет, длительное время проживает и работает в сельской местности, и его семья нуждалась в улучшении жилищных условии), очередность не нарушена, никому ущерба не нанес, если какие-то документы были представлены не так, то администрация должна была проверить их достоверность, поскольку граждане — получатели субсидий не обязаны обладать соответствующими юридическими знаниями.

Самостоятельно Р. не мог определить соответствующую ему подпрограмму — “молодая семья” или “молодой специалист”, или иной категории. Когда Р. сам читал Типовое положение о предоставлении социальных выплат, утвержденное Постановлением Правительства РФ № 598 от 15.07.2013, которое ему предоставили в Администрации К-ого района при оформлении документов на получение субсидии, он видел, что в п. 33 подпункте «б» указано: «молодой специалист, под которым понимается одиноко проживающее или состоящее в браке лицо в возрасте на дату подачи заявления не старше 35 лет, имеющее законченное высшее (среднее профессиональное) образование, в случае если соблюдаются в совокупности следующие условия:

  • работа по трудовому договору или осуществление индивидуальной предпринимательской деятельности в агропромышленном комплексе или социальной сфере (основное место работы) в сельской местности в соответствии с полученной квалификацией;
  • постоянное проживание молодого специалиста (и членов его семьи) в сельской местности, в которой молодой специалист работает или осуществляет индивидуальную предпринимательскую деятельность в агропромышленном комплексе или социальной сфере;
  • признание молодого специалиста (и членов его семьи) нуждающимся в улучшении жилищных условий в соответствии с пунктом 4 настоящего Типового положения;
  • наличие у молодого специалиста (и членов его семьи) собственных и (или) заемных средств в соответствии с подпунктом «в» пункта 4 настоящего Типового положения»,

из текста которого и разъяснений сотрудников Администрации Р. понял, что понятие основного места работы относится только к социальной сфере, а так как он реально работал и продолжает работать по трудовому договору в сельской местности в агропромышленном комплексе, у него не возникало никаких сомнений в правомерности своих действий.

В судебном заседании Р. показал, что с ДАТА  его супруга Р. стояла на очереди по улучшению жилья в сельской местности в Администрации К-го района, но программа, по которой она стояла в очереди закончилась в 2014 г., и они свои права по той программе на получение субсидии реализовать не успели. В мая 2014 года, когда  его супруга находилась в роддоме, ей позвонили из администрации и сказали, что надо прийти в Администрацию и предоставить документы для  получения субсидии. В виду своих слабых юридических знаний, Р. считал, что, предоставив договор с фермером, он ничего не нарушает, так как у него действительно заключен трудовой договор с К., и он фактически у него работает. Данный договор был оформлен в 2013 г. по инициативе Р., чтобы К. его «не кинул» с оплатой, поскольку К. стал злоупотреблять алкогольными напитками, хотя работал Р. у него с 2008 г. Договор составляли он, Р. и его супруга. 3а образец взяли договор, который нашли через интернет, считая его типовым, распечатали и подписали. Если бы ему сразу разъяснили, что нужен договор по основному месту работы, тогда он бы предоставил договор с КС-3, и также получил бы субсидию. По какой именно категории ему была одобрена субсидия, он тогда не знал, и не задумывался. Как только выяснилось, что он по ошибке Администрации получил лишние деньги в размере 10% от полученной суммы, то он тут же добровольно вернул их в бюджет Администрации К-го района. Каким образом произошла данная ошибка, он не знает, но лично он никаких действий по увеличению суммы субсидии не предпринимал. Поэтому считает, что никаких противоправных действий в его поступке нет. Он был уверен в правильности поданных документов на получение субсидии, так как их проверяла администрация при приеме документов, поэтому он был уверен в законности своих действий и считал, что субсидию получил на законных основаниях.

В судебном заседании адвокат Л. сообщил, что Р. в любом случае имел право на получение субсидии, если не по категории «молодой специалист», то по категории «гражданин» в размере 60%. Тогда он должен обвиняться в совершении преступления , предусмотренного ст. 159.2 ч. 2. УК РФ. А это уже не тяжкое преступление и по нему истек срок давности привлечения к уголовной ответственности.

На протяжении следственных действий и в суде Р. свои показания не менял, давал аналогичные показания, которые согласуются со всеми доказательствами по делу и показаниями свидетелей.

Считает, что целевое использование денежных средств не было нарушено; что он получил субсидию, потому что соответствует условиям для её получения; лишних денег от государства он не присвоил, на момент вынесения приговора суда, размер полученной субсидии соответствовал тому размеру, который может получить любой гражданин сельской местности, нуждающийся в жилье.

Из показаний Р.:”О том, что в копии трудового договора, который находится в пакете документов на получение субсидии, имеется дополнительный пункт, согласно которого работа Н. у К. является основной, мы узнали после того, как Николай по просьбе сотрудника ФСБ предоставил свой экземпляр трудового договора с К. Тогда и выяснилось, что в оригинале трудового договора п.2.3 (об основном месте работы у фермера) нет. Каким образом появился п.2.3 в копии трудового договора ни я, ни Н. не знаем, так как мы не могли внести этот пункт в договор. Почему не учитывается оригинал договора, подписанные сторонами, без п.2.3 не понятно. Он предоставлял документы, которые у него спрашивали. Откуда в деле заверенная К. копия договора, отличная от нашего оригинала, тоже не понятно”.

Из показаний Р.:”Каким образом в трудовом договоре № 1 от ДАТА, заключенным мною с КФХ К., и копия которого была предоставлен в Администрацию на получение субсидии, во 2-м разделе появился п. 2.3 «Работа по настоящему договору является для Работника постоянной и основной», я не знаю и ничем это объяснить не могу. Договор, который оказался в администрации м.р. К-ий отличается и фактурой бумаги и шрифтом. В администрацию я принес оригиналы документов, в том числе и трудовой договор с КФХ К., где с них сняли копии. Я не представлял первый листок трудового договора (между мной и К.), который имеется в материалах дела в администрацию района”.

В связи с тем, что в деле по выплате субсидии оказалась копия трудового договора, первый лист копии которого заверен подписью и оттиском печати, как у К., кроме того К. заявил, что он мог подписать копию договора только по просьбе самого Р., то адвокатом Л. было заявлено ходатайство о проведении независимой экспертизы заверенной копии первого листа трудового договора, однако, в удовлетворении ходатайства судом было отказано.

Судом вынесено  Постановление от 24.08.2017 г. об отказе в ходатайстве по причине: ”…не имеющего значения для рассмотрения данного дела, поскольку в материалах дела имеются иные доказательства в части данного трудового договора, которые получат оценку при вынесении окончательного постановления по делу.”

Судом не было выяснено, кто в Администрации отвечает за выбор “правильной” программы, полноту представленных документов, соответствующих программе. Судом не было выяснено, если произошла ошибка, и по подпрограмме “молодой специалист” собраны документы, достаточные для подпрограммы “гражданин”, и недостаточные для подпрограммы “молодой специалист”, то кто в администрации за это отвечает и какую несет ответственность, следовательно, кто мог быть заинтересован в подмене документов в период проверки по уголовному делу.

Кроме того, свидетель К. в судебном заседании дает противоречивые показания. На вопрос государственного обвинителя: “Вы подтверждаете свои показания?” свидетель К. ответил: “Возможно, я расписывался и в других экземплярах договора, но там пункта, в котором указывалось, что данная работа является основной- не было”. На вопрос государственного обвинителя: “Сколько договоров Вы подписывали?” свидетель К. ответил : “Я не помню”.

На вопрос Р.: “В каком состоянии Вас привезли в следствие?” государственный обвинитель протестует против заданного вопроса, протест принимается, вопрос отводится судом.

Доказательствами по уголовному делу являются показания следующих свидетелей.

Допрошенная в качестве свидетеля Р. показала, что 29.05.2014 г. она находилась в роддоме после родов, ей позвонил представитель районной Администрации, который сообщил о том, что вступает в силу новая программа ФЦП «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года», и так как она участвовала в предыдущей программе, которая закончила свое действие, то имеет право принять участие в новой программе, ей сказали, что в Администрацию может подойти муж, так как они одна семья и ему разъяснят какие документы необходимо будет предоставить.

Допрошенный в качестве свидетеля К. (индивидуальный предприниматель — глава крестьянско-фермерского хозяйства (КФХ)), показал, что он заключил трудовой договор с Р., согласно которого тот должен был оказывать сезонные услуги по обслуживанию техники, а именно по предоставлению ГСМ, запчастей к технике, а также ремонт и обслуживание сельскохозяйственной техники во время посевных и уборочных работ. Расчет за предоставленные услуги производился натур оплатой, то есть зерном, соломой, сеном и т.д., так как у Р. есть свое подсобное хозяйство и ему требовался фураж для скотины. Никаких записей в трудовую книжку Р., о том, что он работает у него он не делал, так как считал, что достаточно трудового договора в письменной форме. Никаких отчислений на Ракова в соответствующие органы он не делает. Трудовую деятельность Р. он нигде не фиксировал, табеля учета времени не вел. Также ему было известно, что Р. работает в Газпроме и что это его основное место работы, так как у него он работает по сезонно, в период полевых работ”.

В связи с тем, что функционал механика не предполагает безотрывного нахождения на работе  в зимний период, к тому же режим работы охранником (сутки через трое)  допускает совмещение соответствующих работ, Р. ни от кого не скрывал ни первое, ни второе место своей работы. Более того, умысла скрыть работу в Х., чтобы получить выплату на 10% больше положенной,  у него не было. Свою трудовую функцию в КХФ Р. выполнял и выполняет, Р. действительно работает у него по трудовому договору механиком и продолжает работать до сих пор, условия трехстороннего договора, заключенного с Администрацией при получении субсидии, не нарушает.

Также работник не несет ответственность за записи, сделанные/не сделанные в трудовой книжке работодателем, эта ответственность возложена законодателем на работодателя.

В судебном заседании свидетель И. показал, что в соответствии с п.6 Порядка предоставления субсидий из областного бюджета местным бюджетам в целях софинансирования денежных обязательств муниципальных образований в Самарской области по предоставлению социальных выплат на строительство (приобретение) жилья гражданам, проживающим в сельской местности в том числе молодым семьям и молодым специалистам, субсидии предоставляются муниципальным образованиям на предоставление социальных выплат на строительство (приобретение) жилья гражданам, проживающим в сельской местности. В этой связи потерпевшим по уголовному делу должно быть признано муниципальное образование в лице Администрации К-го района, которая является главным распорядителем бюджетных средств в соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса РФ “Бюджетные полномочия главного распорядителя (распорядителя) бюджетных средств”. Какой-либо другой информацией по данному делу он не обладает.

Согласно п.п.2 п.3.1. ст.158 Бюджетного кодекса РФ установлено лишь право такой передачи полномочий: “Главный распорядитель (распорядитель) бюджетных средств в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации (местной администрацией), в порядке, установленном финансовым органом, в соответствии с общими требованиями, установленными Министерством финансов Российской Федерации, вправе принять решение о передаче полномочий получателей бюджетных средств, находящихся в ведении главного распорядителя бюджетных средств, другим получателям бюджетных средств, находящимся в его ведении”.

Согласно п.21 Приложения № 3 к федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года» Правила предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на улучшение жилищных условий граждан, проживающих в сельской местности, в том числе молодых семей и молодых специалистов: “Не использованные по состоянию на 1 января текущего года остатки субсидии подлежат возврату в федеральный бюджет. В случае если неиспользованный остаток субсидии не перечислен в доход федерального бюджета, указанные средства подлежат взысканию в доход федерального бюджета в порядке, установленном Министерством финансов Российской Федерации”.

Допрошенная в качестве свидетеля О. показала, что консультацию Р. получил от неё, показала, что эта программа направлена на то, чтобы помочь обеспечить жильем нуждающихся категорий граждан, согласно ФЦП «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года», социальную выплату можно получить по категории «гражданин» в размере 60% от расчетной стоимости жилья либо строительства, и категории «молодой специалист» в размере 70% от расчетной стоимости жилья либо его строительства. Она пояснила, что семья Р. с 2012 г стояла на очереди по ФЦП «Социальное развитие села до 2013 года», но они до конца 2013 г. не реализовали свои права по этой программе. По окончании действия этой программы и вступления в действие новой ФЦП «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года» она сообщила Р. о том, что они могут вступить в новую программу. Насколько она помнит, сначала о новой программе она дала все разъяснения Р. (супруге), а потом к ним приходил Р., она расспросила его о том, где тот работает, кем работает, какой у него диплом, на какую специальность, какой у него возраст. В ходе беседы Р. сообщил, что он уже работает по своей специальности в КФХ, что ему нет 35 лет, следовательно, удовлетворяет условиям программы “молодой специалист”.

Однако, про то, что в первую очередь Р. удовлетворяет программе “молодая семья”, О. не сказала, также не сказала, что кроме как работы по своей специальности, он не должен работать нигде, если это играет существенную роль.

Кроме того, получил бы Р. субсидию по подпрограмме “молодой специалист” или по подпрограмме “гражданин”  — на очередность получения социальной выплаты это не повлияло бы, поскольку он имел преимущественное внеочередное получение выплаты, как очередник, не получивший выплату по предыдущей программе.

Доводы О. о том, что “в ее обязанности проверять достоверность поданных документов не входит, то есть соискатель субсидии сам несет ответственность за достоверность предоставленной информации, а она только имеет право проверить, действительно ли обратившаяся семья нуждается в улучшении жилищных условий” — судом не проверены, и противоречат п. 23, п.п. “д” п. 19 Приложений № 3,4 к федеральной целевой программе «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014 — 2017 годы и на период до 2020 года». Данные противоречия суд  не устранил, оценку им не дал.

Допрошенная в качестве свидетеля М. (консультант управления развития инфраструктуры села в Министерстве сельского хозяйства и продовольствия, и занимается реализацией программ по улучшению жилищных условий) показала, что “порядок предоставления документов, его перечень, лицу желающему получить социальную субсидию разъясняет местная администрация и проверяет представленные заявителем документы соответствия данных документов требованиям вышеуказанной ФЦП и достоверность содержащихся в них сведений….Заявители… предоставляют в орган местного самоуправления справку с места работы, с указанием даты выдачи, должности, подписанную руководителем организации, печатью. При этом, если у Р. на момент подачи заявления для участия в указанной ФЦП основное местом работы было в ПАО «Х.» в должности охранника, то по категории «молодой специалист» в рамках указанной программы он не имел право на получение социальной выплаты. Но если бы он предоставил сведения о работе в ПАО «Х.», то он имел право в рамках указанной программы получить социальную выплату по категории «гражданин»”. На вопрос государственного обвинителя: “Какой категории граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий отдается предпочтение?” свидетель М. пояснила: «Молодая семья» и «Молодой специалист» -это один блок. Чтобы стать участником программы «Молодая семья», заявитель может работать где угодно, главное, чтобы он проживал в сельской местности. Для программы» Молодой специалист» заявитель должен обязательно иметь проф.образование и работать в АПК”.

Причем М. не акцентирует, должен ли претендент работать по основному месту работы или нет.

Кроме того, как видно из самой программы, если бы Р. приобщил к документам свидетельство о браке, то мог получить субсидию и по программе “молодая семья”.

Свидетель М. также показала, что потерпевшим по делу должна выступать Администрация К-го района, несмотря на то, что денежные средства на предоставление данной субсидии предоставляются из Федерального бюджета, бюджета субъекта и местного бюджета. Однако денежные средства консолидируются в местном бюджете, который является распорядителем данных денежных средств и следовательно ущерб причинен Администрации К-ого района.

Таким образом судом не установлено, кто, кем и когда признан главным распорядителем данных денежных средств. Предположения И. и М. судом не проверены, а приняты как доказанный факт.

Суд в качестве доказательств по уголовному делу принимает голословные доводы представителей потерпевшего, пользуется одним источниками доказательств — показаниями потерпевшего, не изучив нормативную базу, согласно которой по закону описано, как должен действовать орган, уполномоченный выплачивать социальную выплату.

Допрошенный в качестве свидетеля С. (заместитель главы Администрации м.р. К-ий по сельскому хозяйству) показал, что ему известно, что К. выдали субсидию неправильно, то есть должны были выдать по другой категории, и он возместил разницу денег на счет Администрации. Пояснил, что, когда проверку проводили  в отношении Н., то Н. считал, что у него с документами все в порядке, поэтому по поводу проверки он не переживал.

Допрошенному в качестве свидетеля Н. показала, что на открытый счет на имя Р. были перечислены деньги в сумме СУММА. Впоследствии с письменного разрешения Администрации с этого счета был осуществлен безналичный перевод денег на счет продавца. Такой перевод денег осуществляется только с письменного разрешения Администрации, в отсутствии разрешения никакие операции не производятся.

Ошибка в переплате была устранена еще на стадии досудебного разбирательства и на момент вынесения приговора незаконно полученных денег Р. не было.

Допрошенный в качестве свидетеля А. подтвердил, что Р. получил социальную выплату на строительство жилья, и без разрешения администрации распоряжаться деньгами, которые находились на счету, не мог. Поставка строительных материалов Р. была согласно смете, он привез необходимый ему материал, Р. забирал его с базы вместе с товарной накладной на поставленный материал. Далее эту накладную Р. предоставлял в администрацию, и только после этого ему были перечислены деньги. Весь заказанный материал Р. вывозил сам.

На вопрос государственного обвинителя: “Какой категории граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий отдается предпочтение?”, свидетель Н. показал, что предпочтение отдается молодым специалистам. Но даже если бы Р. предоставил в пакете документов договор с «Х.», то он все равно мог получить субсидию по данной программе, только по категории «гражданин» и на 10% меньше выплаченной ему суммы. При этом, если бы Р. не получил деньги как специалист АПК, то все равно имел право получить деньги как гражданин, так как условие программы и по этой категории были выполнены, а именно он проживает и работает в сельской местности, семья нуждалась в улучшении жилищных условий, а также он подтвердил наличие своей доли собственных средств. К тому же его семья уже была участницей программы «Социальное развитие села до 2013 года» по улучшению жилищных условий, просто не успели реализовать свои права по этой программы до ее окончания.

В своем последнем слове Р. сказал, что если в районе не будут выдавать субсидии по программе “молодой специалист”, то район не будут дотировать, поэтому в первую очередь Администрация стремится выдавать субсидии по этой подпрограмме. И что именно Администрация, согласно п. 19 Типового положения должна проверять достоверность документов, а он не виноват.

Таким образом получилось, что человек, удовлетворяющий критериям программы, выполнил все условия данной программы, однако остался должен Администрации в сумме выданной субсидии, более того, был признан виновным в преступлении с прямым умыслом.

Между тем, судам следует неукоснительно соблюдать принцип презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.1-389.3, 389.6, 389.15-389.20  УПК РФ,

П Р О Ш У   С У Д:

Приговор К-ого районного суда Самарской области от ДАТА в отношении Р.  отменить,

По предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ Р.  оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело в отношении него прекратить.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ признать за Р. право на реабилитацию.

Приложения:

1.Ордер адвоката (оригинал)

2.Приговор К-го районного суда Самарской области от ДАТА (копия)

Защитник Р. ___________________ адвокат Антонов А.П.

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — юридическая помощь в Москве, Самаре
Если Вам необходима консультация адвоката - не оттягивайте решение данного вопроса, просто перезвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
Наша практика
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости
Свежие комментарии