Апелляционная жалоба на решение районного суда о признании договора недействительным (образец)

В Судебную коллегию по гражданским делам
Самарского областного суда
г. Самара, ул. Куйбышева, д. 60

Заявитель (Истец): К.В.Г.
… года рождения, уроженец …
Паспорт: …, выдан …
Адрес регистрации: …

в лице представителя — 

 адвоката АБ “Антонов и партнеры” —  Тихоновой Анны Робертовны,
Адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара, 
пр-т Карла Маркса, д. 192, офис 614
тел. …

Ответчик: В.С.В.
… года рождения
Адрес регистрации: …

Третье лицо: Нотариус г. Самары Б.С.В.
…

Дело № … (УИД: …)

АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на решение Промышленного районного суда г. Самары от … (в окончательной форме …)

Решением Промышленного районного суда г. Самары от … года в удовлетворении исковых требований К.В.Г. к В.С.В. о признании договора купли-продажи квартиры от … недействительным (ничтожным) и применении последствий недействительности сделки отказано в полном объеме.

Сторона истца полагает данное решение незаконным и необоснованным, подлежащим отмене ввиду неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также неправильного применения норм материального права.

1. Суд дал ненадлежащую оценку признакам мнимости оспариваемой сделки, что привело к неверному применению п. 1 ст. 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Как разъяснено в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015, стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (например, государственную регистрацию перехода права собственности), что не препятствует квалификации сделки как ничтожной. Юридически значимым обстоятельством является отсутствие у сторон цели достижения заявленных результатов — реальной передачи имущества и получения денежных средств .

Суд первой инстанции, отказывая в иске, указал на факт государственной регистрации права собственности Ответчика как на доказательство исполнения сделки. Однако, суд проигнорировал совокупность иных доказательств, свидетельствующих об обратном:

Отсутствие фактической передачи квартиры. Пунктом 8 Договора предусмотрена передача квартиры по отдельному передаточному акту в течение 14 дней после регистрации. 

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что акт приема-передачи не составлялся, ключи Покупателю не передавались, К.Г.П. продолжала проживать в квартире и оставаться зарегистрированной в ней вплоть до своей смерти (…), то есть более трех лет после заключения договора. Эти обстоятельства бесспорно подтверждают, что реальной передачи владения (традиции) не произошло.

Сохранение за продавцом полномочий собственника. К.Г.П. продолжала пользоваться квартирой как своей собственной вплоть до момента смерти, хранила в ней личные вещи, несла бремя содержания (оплачивала коммунальные платежи, что подтверждено документами). Ответчик не предпринимал попыток вселиться либо устранить препятствия в пользовании, что нетипично для лица, приобретшего жилье в собственность.

Неосуществление прав собственника Покупателем. Ответчик В.С.В., являясь формальным собственником, не нес в полном объеме бремя содержания имущества (часть квитанций продолжала приходить на имя умершей), не интересовался судьбой квартиры как своей, что подтверждается, в том числе, показаниями свидетеля Л.В.С., пояснившей, что стороны договаривались о пожизненном проживании продавца.

Таким образом, стороны создали лишь видимость перехода права, тогда как фактические отношения (проживание прежнего собственника, отсутствие реальной передачи) свидетельствуют о том, что воля сторон не была направлена на создание последствий, характерных для договора купли-продажи.

Более того, суд не дал оценки двум существенным противоречиям, которые прямо указывают на фиктивность сделки:

— Противоречие в доказательствах оплаты. В пункте 4 договора указано, что расчет произведен полностью в момент подписания договора. Однако из пояснений ответчика и показаний свидетелей (Л., В.) следует, что деньги передавались наличными при иных обстоятельствах — до или после подписания, при этом никто из них не был очевидцем передачи именно в момент подписания. Суд не устранил это противоречие, не проверил, когда и при каких условиях фактически происходила передача денег. Отсутствие в деле расписок и иных письменных доказательств в совокупности с этим противоречием указывает на формальное составление договора без реального исполнения.

— Противоречие в оценке фактического владения. Суд установил, что продавец К.Г.П. оставалась зарегистрированной и проживала в квартире до самой смерти, то есть более трех лет после регистрации права собственности ответчика. Однако этот факт, свидетельствующий о сохранении владения за продавцом, не был расценен судом как доказательство отсутствия реальной передачи имущества. Суд ограничился констатацией факта, но не применил разъяснения п. 86 ППВС № 25, согласно которым формальная регистрация перехода права сама по себе не препятствует квалификации сделки как мнимой, если фактические отношения сторон не изменились.

Таким образом, стороны создали лишь видимость перехода права, тогда как фактические отношения (проживание прежнего собственника, отсутствие реальной передачи) свидетельствуют о том, что воля сторон не была направлена на создание последствий, характерных для договора купли-продажи.

2. Вывод суда о доказанности факта передачи денежных средств и соответствии цены сделки воле сторон противоречит материалам дела и принципам оценки доказательств.

Суд первой инстанции посчитал факт получения К.Г.П. денежных средств подтвержденным ссылкой на п. 4 Договора и показаниями свидетелей.

Данный вывод является ошибочным в силу следующего:

В нарушение ст. 60, 67 ГПК РФ, суд положил в основу решения показания свидетелей (Л.В.С., В.А.С.), которые не были очевидцами передачи 500 000 рублей в момент подписания договора или непосредственно перед ним. Их пояснения основаны лишь на словах Ответчика и умершей, то есть являются производными и не могут служить бесспорным доказательством передачи суммы, в особенности учитывая заинтересованность указанных лиц (родственники и знакомые Ответчика).

Письменных доказательств передачи денег (расписки, расходные кассовые ордера, банковские выписки) Ответчиком не представлено, кроме того, самим Ответчиком в судебном заседании подтвержден факт отсутствия каких -либо свидетелей при передаче денежных средств. Сам факт указания в договоре фразы о расчете, при оспаривании сделки по безденежности, не является бесспорным доказательством оплаты и должен оцениваться в совокупности с иными обстоятельствами.

При этом, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ о распределении бремени доказывания, суд фактически переложил на истца обязанность доказывать отрицательный факт (отсутствие оплаты), тогда как именно ответчик, ссылающийся на передачу наличных денежных средств, должен был представить минимально проверяемые подтверждения реальности такой передачи (например, сведения о своем финансовом положении, позволяющем накопить 500 000 рублей, либо доказательства снятия денег со счета). Ответчик таких доказательств не представил, а суд не дал этому оценки, ограничившись формальной ссылкой на п. 4 договора и показания заинтересованных лиц.

Судом не дана оценка доводам Истца о том, что у К.Г.П. после продажи единственного жилья не появилось денежных средств на счетах, а на момент смерти в квартире их не обнаружено. Ответчик не смог внятно пояснить, как тетя распорядилась такой крупной суммой. Ссылка свидетеля Л. на погашение «долгов за зубы» стоимостью 500 000 рублей в 2020 году выглядит неубедительной и ничем не подтверждена. Кроме того, самим Ответчиком в судебном заседании было заявлено, что К.Г.П. при жизни “брала кредит” на лечение и протезирование зубов.

3. Существенное занижение цены договора по сравнению с рыночной стоимостью является косвенным признаком отсутствия реальной купли-продажи и в совокупности с иными обстоятельствами подтверждает мнимость сделки.

Кадастровая стоимость квартиры на момент сделки составляла 1 535 973,81 рублей, что в три раза превышает цену договора. Рыночная стоимость, согласно доводам Истца (не опровергнутым Ответчиком), была еще выше. Суд принял объяснения Ответчика о том, что низкая цена обусловлена договоренностью о пожизненном проживании продавца и уходе за ней.

Однако, данные объяснения, по сути, подтверждают позицию Истца: стороны фактически прикрыли договором купли-продажи иную сделку (возможно, договор ренты или пожизненного содержания с иждивением), либо действовали без намерения создать правовые последствия купли-продажи. Условие о проживании прежнего собственника, которое суд счел основанием для снижения цены, противоречит существу договора купли-продажи, предполагающего немедленный переход права владения и пользования. Это условие типично для договора ренты или пожизненного содержания, но не для купли-продажи. 

Фактически условия спорного договора не исполнены сторонами,при этом судом первой инстанции не дана оценка признаку отсутствия реального исполнения спорного договора сторонами (Истцом и Ответчиком), что также является нарушением прав Истца.

В части вопроса о применении сроков исковой давности отмечу следующее. Истец узнал о нарушении своего права лишь после смерти наследодателя, когда выяснилось, что квартира, являвшаяся единственным имуществом умершей, выбыла из ее собственности по ничтожной сделке. В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, срок исковой давности для наследников по требованиям, связанным с ничтожными сделками наследодателя, исчисляется с момента, когда наследник узнал или должен был узнать об этом факте (после открытия наследства). Истец обратился к нотариусу в 2024 году, и именно тогда ему стало известно о наличии оспариваемого договора. Следовательно, срок исковой давности Истцом не пропущен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 330 ГПК РФ,

ПРОШУ СУД:

1.      Решение Промышленного районного суда г. Самары от … года по гражданскому делу № … отменить.

2.      Принять по делу новое решение, которым исковые требования К.В.Г. удовлетворить в полном объеме:

o Признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: …, заключенный … между К.Г.П. и В.С.В., недействительным (ничтожным) как мнимую сделку на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

o Применить последствия недействительности ничтожной сделки, исключив из Единого государственного реестра недвижимости запись о праве собственности В.С.В. на указанное жилое помещение и восстановив запись о праве собственности К.Г.П..

Приложение:

1.      доверенность представителя

2.      документ, подтверждающий уплату госпошлины

3.      документы, подтверждающие направление апелляционной жалобы сторонам

Представитель Истца, адвокат _________________                              А.Р. Тихонова 

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (С).

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.