Действия органа кадастрового учета по пересчету значений координат характерных точек границ земельного участка в связи с изменением системы координат, в которой осуществляется ведение государственного кадастра недвижимости, не могут повлечь за собой изменение фактического пространственного местоположения земельного участка, его площади, иных уникальных характеристик и не должны нарушать законные требования к порядку уточнения местоположения границ земельного участка

Действия органа кадастрового учета по пересчету значений координат характерных точек границ земельного участка в связи с изменением системы координат, в которой осуществляется ведение государственного кадастра недвижимости, не могут повлечь за собой изменение фактического пространственного местоположения земельного участка, его площади, иных уникальных характеристик и не должны нарушать законные требования к порядку уточнения местоположения границ земельного участка.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий кадастровой палаты по внесению изменений относительно координат угловых и поворотных точек земельного участка; возложении на кадастровую палату обязанности устранить допущенные нарушения путем восстановления в государственном кадастре недвижимости (далее – ГКН) координат угловых и поворотных точек земельного участка, имевшихся на дату его постановки на кадастровый учет в соответствии с данными кадастрового паспорта. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано. Рассмотрев дело по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дел судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции решение суда отменил, в удовлетворении заявленных требований отказал. Постановлением арбитражного суда округа постановление суда апелляционной инстанции отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. При новом рассмотрении постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением арбитражного суда округа, в удовлетворении заявленных требований отказано. Суды посчитали, что оспаривание обществом действий органа кадастрового учета по существу направлено на защиту прав заявителя на спорный земельный участок и имеется спор о местоположении его границ, и пришли к выводу о невозможности применения избранного обществом способа защиты и рассмотрения возникшего спора в порядке гл. 24 АПК РФ, указав, что аналогичный правовой подход сформулирован в п. 28 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 г. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила названные судебные акты, заявление удовлетворила частично: признаны незаконными действия кадастровой палаты по внесению изменений в сведения государственного кадастра недвижимости об угловых и поворотных точках земельного участка, в остальной части дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции по следующим основаниям. Согласно ст. 7 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений, далее – Закон о кадастре) описание местоположения границ и площади земельного участка отнесено к уникальным характеристикам объекта недвижимости, которые позволяют идентифицировать объект недвижимости как индивидуально-определенную вещь. Постановка на учет и снятие с учета объекта недвижимости, а также кадастровый учет в связи с изменением уникальных характеристик объекта возможны в силу ч. 2 ст. 16 Закона о кадастре, если иное не установлено названным Законом, только по заявлению правообладателя либо по согласованию с ним. Как установили суды при рассмотрении дела, спорный земельный участок был образован в результате раздела иного земельного участка, находящегося в аренде у общества, в результате выполнения кадастровых работ в 2011 году подготовлен межевой план. Угловые и поворотные точки образуемого земельного участка определены кадастровым инженером в действующей в тот период системе координат. Тогда же сведения о земельном участке внесены в ГКН. Судами также установлено, что принадлежащий компании земельный участок, являющийся смежным по отношению к спорному земельному участку, был приобретен ею в собственность по договору купли-продажи, государственная регистрация права осуществлена в 2014 году. В 2015 году из письма кадастровой палаты общество узнало об изменении угловых и поворотных точек (координат) спорного земельного участка, произведенном при кадастровом учете изменений земельного участка, принадлежащего компании. Поскольку в силу ч. 2 ст. 16 Закона о кадастре изменение таких сведений возможно только по заявлению правообладателя либо по согласованию с ним, а общество самостоятельно такого заявления не подавало, осуществление действий по ведению кадастрового учета в отношении одного земельного участка не может являться поводом для изменения сведений, содержащихся в кадастре, в отношении другого земельного участка без соблюдения соответствующей процедуры и оснований, предусмотренных законом. Сохранение конфигурации спорного земельного участка при изменении иных его уникальных характеристик не свидетельствует о правомерности действий кадастровой палаты. При этом судебная коллегия соглашается с доводом общества о том, что изменение системы координат в целях ведения государственного кадастра недвижимости и координат характерных точек границ земельного участка в связи с переходом на иную систему координат не может повлечь за собой изменение местоположения границ земельного участка, его площади и иных уникальных характеристик. Учитывая, что в результате действий кадастровой палаты изменились уникальные характеристики спорного земельного участка и его местоположение по сведениям, содержащимся в кадастре недвижимости, в результате чего он частично налагается на водный объект общего пользования, что, по сути, является грубейшим нарушением требований земельного законодательства и ведения государственного кадастра недвижимости, оспариваемые обществом действия нарушают его права, подлежащие в соответствии со ст. 13 ГК РФ в связи с этим восстановлению. В п. 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применимом в данном случае, указано, если лицо полагает, что государственным регистратором допущены нарушения при осуществлении государственной регистрации права или сделки, оно вправе обратиться в суд с заявлением по правилам гл. 25 ГПК РФ или гл. 24 АПК РФ с учетом подведомственности дела. Судебный акт по таким делам является основанием для внесения записи в ЕГРП только в том случае, когда об этом указано в его резолютивной части. Суд вправе сделать такой вывод, если изменение ЕГРП не повлечет нарушения прав и законных интересов других лиц, а также при отсутствии спора о праве на недвижимость. Пункт 28 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 г. (далее – Обзор), содержит указание на то, что возникший спор о праве или межевой спор не может быть разрешен лишь посредством удовлетворения требования о снятии земельного участка с учета, заявленного обществом к органу кадастрового учета. В приведенном примере общество не было согласно с описанием местоположения одной из границ земельного участка, что свидетельствует о наличии по делу межевого спора, который не может быть рассмотрен в порядке гл. 24 АПК РФ и без привлечения собственника и товарищества к участию в деле в качестве ответчиков; в рассматриваемом случае действия органа кадастрового учета были признаны законными и обоснованными, а требования заявителя – как направленные на разрешение межевого спора. По настоящему делу требование о восстановлении сведений в ГКН заявлено в совокупности с признанием незаконными действий кадастровой палаты, что не противоречит положениям гл. 24 АПК РФ и ч. 5 ст. 201 АПК РФ, предусматривающей наряду с указанием в резолютивной части о признании оспариваемых действий органа, осуществляющего публичные полномочия незаконными, принятие мер по восстановлению нарушенных прав, в том числе посредством возложения на него обязанности совершения определенных действий, принятие решений или иным образом устранения допущенных нарушений прав и законных интересов заявителя (ч. 5 ст. 201 АПК РФ). Учитывая, что это требование заявлено обществом не в связи с существующим между заявителем по делу и компанией межевым спором, а ввиду совершения незаконных действий кадастровой палатой, применение арбитражным судом округа п. 28 Обзора является ошибочным.

Определение № 308-КГ18-6724

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.