Досудебное соглашение о сотрудничестве, как инструмент при раскрытии уголовных дел с использованием криптовалют

В сложившихся правовых реалиях противодействие преступлениям, совершенным с использованием криптовалют, арест и конфискация криптовалют проблематичны без содействия лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений. Методика доказывания таких преступлений зависит от следственной ситуации и поведения подозреваемого (обвиняемого) — сотрудничает он со следствием или нет.

В практике повсеместно встречаются случаи отказа лица, привлеченного к уголовной ответственности, содействовать конфискации, аресту и возврату криптовалюты, полученной преступным путем или предназначенной для совершения преступлений. Нередко виртуальные активы остаются у преступников даже после постановления в отношении них обвинительного приговора и назначения им наказания в виде реального лишения свободы.

Заключение досудебных соглашений о сотрудничестве по делам о преступлениях, совершенных с использованием криптовалют, — распространенная практика в последние годы (приговор Свердловского областного суда от 31.01.2019 по делу № 2-5/2019, апелляционные определения Московского городского суда от 01.03.2021 по делу № 10-573/2021, от 09.06.2022 по делу № 10-8888/2022, определения Второго АСОЮ от 11.12.2020 по делу № 55-592/2020, от 07.02.2023 по делу № 55-21/2023, Шестого КСОЮ от 14.05.2020 по делу № 77-668/2020).

Возможности следствия в случае содействия обвиняемого.

Содействие обвиняемого необходимо для решения следующих специальных задач, стоящих перед стороной обвинения в ходе предварительного расследования по делам анализируемой категории:

установление самого факта совершения преступлений с использованием криптовалют, в том числе ранее неизвестных правоохранительным органам;

установление криптоадресов, которые использовались для совершения преступлений;

установление криптобирж и обменников, используемых в рамках преступной деятельности;

установление открытых и приватных ключей, seed-фраз к криптокошелькам;

получение паролей для доступа к электронным устройствам фигурантов (определение Второго АСОЮ от 07.02.2023 по делу № 55-21/2023);

установление фактов и механизма конвертации криптовалюты в фиатные средства;

реализация действий, направленных на арест и конфискацию криптовалюты, возврат криптовалюты, полученной преступным путем.

При наличии согласия лица, привлекаемого к уголовной ответственности, сотрудничать со следствием целесообразно рассмотреть возможность заключения с ним досудебного соглашения о сотрудничестве.

В России криптобиржи и обменники пока не отнесены к субъектам противодействия отмыванию доходов и финансированию терроризма, не обязаны проводить верификацию клиентов, предоставлять информацию о них уполномоченным органам и фактически пока работают вне поля правового регулирования. Нередко даже установление самого факта совершения преступлений с использованием криптовалюты на практике становится возможным только благодаря содействию лица, привлеченного к уголовной ответственности.

С учетом децентрализованности блокчейна получение сведений о владельце криптокошелька, арест, блокировка (замораживание) криптовалюты, связанной с совершением преступления, возможны лишь двумя способами:

1) предоставление информации владельцем криптокошелька (прежде всего — подозреваемым/обвиняемым в совершении преступления);

2) взаимодействие с провайдером услуг виртуальных активов.

Содержание досудебного соглашения.

Закон не запрещает заключать досудебное соглашение о сотрудничестве одновременно с несколькими обвиняемыми в рамках одного уголовного дела в форме предварительного следствия (п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 16, ред. от 29.06.2021). Это позволяет получить больше информации в целях изъятия, ареста и конфискации криптовалюты и фиатных средств, конвертированных из нее, в рамках уголовного судопроизводства.

При заключении соглашения с подозреваемым/обвиняемым важно отразить в тексте документа его обязанность сообщить в ходе следствия данные следующего характера:

известные ему факты использования при совершении преступления виртуальных активов в любой форме: для совершения преступления, конспирации преступной деятельности, легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, оплаты услуг соучастников преступления, приобретения орудий и средств его совершения;

сведения о транзакциях и хранении преступных активов в криптовалюте;

информацию о поставщиках услуг виртуальных активов (далее — ПУВА), на площадках которых совершались транзакции;

вид и размер виртуальных активов, используемых в преступной деятельности;

сведения о криптокошельках и криптоадресах, используемых участниками преступной деятельности;

сведения об электронных устройствах, на которых могут содержаться электронные следы совершения преступления с использованием криптовалют;

сведения о местонахождении аппаратных, бумажных и десктопных криптокошельков;

сведения об открытых и приватных ключах от криптокошелька, местах их хранения;

сведения о лицах, имеющих доступ к открытым и приватным ключам от криптокошелька, а также возможность распорядиться криптовалютой, добытой преступным путем или предназначающейся для совершения преступлений, данные об их местонахождении;

факты и механизм конвертации виртуальных активов в фиатные средства;

сведения о движении фиатных средств по счету на конкретные транзакции, которые являлись результатом конвертации криптовалюты;

все известные сведения, направленные на установление, арест и конфискацию криптовалюты, добытой преступным путем и/или предназначающейся для совершения преступлений.

Кроме того, целесообразно предусмотреть в текстах соглашений о сотрудничестве следующие обязанности подозреваемого/обвиняемого:

предоставить доступ к электронным устройствам, с помощью которых совершались транзакции;

не допускать разглашения информации о планируемых и проводимых ОРМ/следственных действиях в целях исключения фактов утраты криптовалют путем распоряжения ими соучастниками преступления;

разъяснить в ходе осмотра информацию об отслеживании криптовалютных транзакций, сведения о конкретных операциях, их назначении и получателях;

в ходе осмотра сведений, полученных от ПУВА, указать на преступные транзакции, а также иную конкретную информацию об использовании виртуальных активов в преступных целях;

способствовать реализации мероприятий по установлению, замораживанию (блокированию), аресту и конфискации криптовалюты;

при необходимости принять участие в следственных действиях по конвертации криптовалюты в фиатные деньги, их переводу на банковский счет в целях его дальнейшего ареста и конфискации в соответствии с законом.

В ряде случаев соучастники преступлений, разоблаченные субъектом досудебного соглашения о сотрудничестве, оспаривали законность заключения соглашения, ссылаясь на то, что оно заключено лишь потому, что соучастник предоставил доступ к криптокошелькам.

ИЗ ПРАКТИКИ.

В апелляционных жалобах осужденные за незаконный оборот наркотических средств в составе ОПГ, помимо прочего, оспаривали правомерность заключения досудебного соглашения о сотрудничестве с одной из соучастниц преступления. Свои доводы они мотивировали тем, что, по их мнению, в рамках принятых на себя обязательств ФИО лишь сообщила сведения о приватном ключе к криптокошельку, в котором хранилась криптовалюта, полученная в результате совершения преступления.

Однако суд счел, что «в рамках исполнения условий досудебного соглашения о сотрудничестве ФИО, никоим образом не умалявшей своей собственной роли в совершении преступлений и дававшей последовательные и правдивые показания относительно деятельности остальных участников преступной группы, подтвержденные иными доказательствами по каждому эпизоду преступной деятельности, условия досудебного соглашения ею были выполнены и в каких-либо преференциях от оперативных сотрудников, в том числе на стадии судебного разбирательства, она не нуждалась. Мотивов к оговору своих соучастников судом установлено не было, а самими осужденными такие сведения не приведены» (определение Второго АСОЮ от 11.12.2020 по делу № 55-592/2020).

Содействие для предотвращения доступа соучастников к криптовалюте.

В рамках исполнения условий досудебного соглашения обвиняемый может быть привлечен к следственным действиям, связанным с осмотром электронных устройств, сервисов отслеживания криптовалютных транзакций, установлению стоимости криптовалюты на день совершения преступления и т. д.

Следы совершения преступлений с использованием криптовалют могут содержаться на электронных устройствах, находящихся в пользовании подозреваемого/обвиняемого: смартфонах, планшетах, компьютерах.

Чаще всего электронные устройства бывают заблокированы пользователями с помощью графического ключа, систем распознавания лица или пальцев рук, PIN-кода. В случае отказа владельца устройства сотрудничать с правоохранительными органами и невозможности его разблокировки устройство может быть направлено на компьютерную экспертизу в целях обеспечения доступа к нему и дальнейшего исследования находящейся на нем информации.

Однако получить доступ к «запароленным» электронным устройствам удается не всегда. В практике следственных органов в целях обеспечения доступа к электронным устройствам привлекаются сами обвиняемые в рамках исполнения заключенного с ними досудебного соглашения.

В ходе осмотра электронных устройств в рамках следственного действия субъект досудебного соглашения может указать на электронные следы, подтверждающие:

использование владельцем криптовалютных кошельков и сервисов;

наличие писем с криптобирж и обменников, свидетельствующих об открытии криптокошелька и его использовании;

совершение транзакций;

наличие в истории браузера поисковых запросов криптовалютной тематики;

наличие писем из службы поддержки криптобирж и обменников;

хранение сведений об открытых и закрытых ключах (в устройствах могут храниться файлы с сохраненными паролями доступа, открытыми и приватными ключами);

переписку подозреваемого/обвиняемого с соучастниками преступления или потерпевшими, участниками запрещенных организаций;

факты размещения в свободном доступе, а также в закрытых группах социальных сетей и мессенджеров постов о сборе средств на криптовалютные кошельки или о совершенных транзакциях.

Участие в обеспечении ареста и конфискации криптовалют.

Нередко в СМИ сообщается о случаях ареста и конфискации криптовалюты. Однако в реальности чаще всего речь идет о проведении ОРМ и следственных действий, в результате которых криптовалюта конвертируется в фиатные деньги и переводится на подконтрольный сотрудничающему с правоохранительными органами лицу банковский счет. На нем средства уже арестовываются по решению суда в традиционном порядке. Как правило, это становится возможным в случае сотрудничества лица, привлеченного к ответственности, с правоохранительными органами.

Следственная ситуация:

1) владелец криптовалюты, причастный к преступной деятельности, сотрудничает со следствием и готов предоставить приватный ключ, участвовать в процессе ареста, возврата и (или) конфискации преступных активов;

2) держатель криптовалюты отказывается сотрудничать с правоохранительными органами, но имеется возможность осуществить арест и (или) конфискацию преступных активов без его участия (например, получен приватный ключ от криптокошелька или имеется возможность осуществить это с помощью ПУВА);

3) подозреваемый/обвиняемый отказывается от сотрудничества со следствием, и возможность ареста виртуальных активов без участия держателя криптовалюты отсутствует.

В связи с отсутствием централизованного органа, выпускающего децентрализованную криптовалюту, на сегодняшний день существует только два способа обеспечить изъятие, блокировку, арест и конфискацию децентрализованной криптовалюты:

1) взаимодействие с ПУВА;

2) физический доступ компетентных органов к криптокошельку путем изъятия аппаратного криптокошелька или получения приватного ключа (в ходе ОРМ, следственных действий или добровольного предоставления правоохранительным органам приватного ключа подозреваемым/обвиняемым).

Фактически арест и последующая конфискация виртуальных активов возможны следующими способами:

1) направление компетентным органом требования о замораживании (блокировании), аресте виртуальных активов и ПУВА. Поскольку при использовании услуг централизованных бирж криптовалюта фактически хранится в кошельке биржи, а не клиента, если ПУВА выполняет требования стандартов, то применение обеспечительных мер таким способом возможно и результативно;

2) перевод криптовалюты из криптокошелька обвиняемого на криптокошелек, подконтрольный правоохранительным органам. В ряде стран СНГ правоохранительные и судебные органы имеют криптокошельки для ареста, конфискации и залога криптовалют. В Белоруссии и Узбекистане криптомонеты, полученные преступным путем и предназначающиеся для совершения преступления, переводятся на криптокошелек правоохранительных органов или суда, в зависимости от стадии уголовного судопроизводства, на которой происходит этот процесс;

3) перевод криптовалюты обвиняемого на аппаратный криптокошелек;

4) оставление криптомонет обвиняемых в том же криптокошельке, но с обязательным изменением приватного ключа;

5) физическое изъятие аппаратного и десктопного криптокошельков;

6) взаимодействие с иными участниками цифровых платформ.

Однако реализация всех перечисленных способов возможна лишь при соблюдении следующих условий.

Правоохранительным органам известен криптоадрес и ПУВА, используемые в преступной деятельности.

ПУВА сотрудничает с российскими правоохранительными органами и исполняет запрос об аресте криптоактивов.

Если ПУВА не сотрудничает с правоохранительными органами, доступ к криптовалюте возможен лишь в случае знания приватного ключа или seed-фразы.

Выполнение всех вышеизложенных задач в большинстве случаев возможно лишь при привлечении к сотрудничеству подозреваемого/обвиняемого.

Все действия должностных лиц с криптовалютой должны быть пошагово зафиксированы в протоколе с приложением фототаблицы и (или) видеозаписи, при необходимости должны осуществляться с участием специалиста и (или) понятых.

В процессуальных документах необходимо отразить реквизиты криптокошельков и криптовалюты, наименование криптобиржи/обменника и другие сведения о них, сведения о транзакциях. В случае участия в следственном действии подозреваемого/обвиняемого в протоколе фиксируется его позиция, согласие на предоставление приватного ключа или отказ в его предоставлении.

Следственные действия с участием субъекта досудебного соглашения.

Как правило, доказательствами по уголовным делам о преступлениях, совершенных с использованием криптовалют, помимо иных, суды признают:

результаты осмотра электронных устройств фигурантов;

заключения экспертиз (прежде всего компьютерных), объектом которых являлась информация о владении криптовалютой и ее использовании, содержащаяся на электронных устройствах;

результаты осмотра и экспертизы холодного/аппаратного криптокошелька;

результаты осмотра информации об истории и характере криптовалютных транзакций, совершаемых в преступных целях;

показания специалиста, разъясняющего характер информации о транзакциях, сведений о криптокошельке и т. д.;

показания эксперта, участвовавшего в производстве экспертиз электронных устройств, изъятых у подозреваемого/обвиняемого; ответы на запросы поставщиков услуг виртуальных активов, которыми пользовались подозреваемые/обвиняемые;

ответы компании, предоставляющей услуги мобильной связи, на запросы о том, на кого зарегистрированы номера телефонов, к которым привязаны криптокошельки;

результаты осмотра телефонной книги в смартфоне подозреваемого на предмет наличия сведений о возможной причастности к преступлению;

сведения о геолокации/биллинге фигурантов, использующих номера телефонов, к которым привязан криптокошелек;

информацию о переписке и телефонных переговорах, в которых содержались данные, относящиеся к совершенному преступлению;

сведения о времени и месте удаленного подключения к информационным ресурсам, об используемом для этого оборудовании, в том числе о модели, сетевом и физическом адресе, серийном номере электронного устройства;

результаты осмотра контента в социальных сетях, группах в мессенджерах, в которых размещалась информация об использовании криптовалютного адреса/кошелька;

результаты осмотра переписки отправителя и получателя средств;

протоколы допросов подозреваемого/обвиняемого, свидетелей об обстоятельствах совершения преступлений;

результаты обыска/выемки, осмотра места происшествия, в ходе которых были найдены носители с указанием приватного ключа (записка, блокнот, тетрадь и т. д.);

сведения об IP-, IMEI- и MAC-адресах электронных устройств, с которых осуществлялся доступ к криптокошелькам;

результаты обыска/выемки в офисе ПУВА, допросов его сотрудников;

информацию из кредитных организаций о финансовых операциях с деньгами, в которые была конвертирована криптовалюта, и результаты ее осмотра;

выписки по банковским и электронным счетам, которые использовались фигурантами;

протокол осмотра сведений о банковских операциях, в ходе которого обвиняемый указал на поступления, являющиеся результатом конвертации криптовалюты, добытой преступным путем, в фиатные деньги;

результаты бухгалтерских и иных экспертиз, произведенных с целью анализа фиатных финансовых операций фигурантов;

видеозаписи, на которых зафиксировано обналичивание средств;

результаты судебных экспертиз, проведенных при извлечении информации из заблокированных электронных устройств.

При согласии подозреваемого/обвиняемого, свидетелей сотрудничать с правоохранительными органами целесообразно провести с их участием осмотр сведений о движении денежных средств по банковскому счету фигурантов, в ходе которого участникам предлагается указать, какие поступления являются результатом конвертации криптовалюты в фиатные деньги или, наоборот, какие из перечислений совершались в целях приобретения монет.

В таком следственном действии может в качестве специалиста участвовать сотрудник, например, комплаенс-службы банка, выявивший фиатные операции, связанные с криптовалютой. Эта информация в практике закрепляется протоколом осмотра сведений о банковских операциях, в ходе которого обвиняемый может указать на поступления, являющиеся результатом конвертации криптовалюты, добытой преступным путем, в фиатные деньги.

Все процессуальные действия по уголовным делам и материалам о преступлениях, совершенных с использованием виртуальных активов, имеют определенную специфику. Это касается в том числе задержания подозреваемого/обвиняемого. В первую очередь это обусловлено необходимостью изъятия у фигуранта электронных устройств и носителей информации, на которых могут содержаться электронные следы использования виртуальных активов и сведения о приватных ключах.

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры»(Ф)

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.