АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
“03” октября 2024 года г. Самара
Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе:
председательствующего судьи Воложанинова Д.В.,
судей: Арутюняна Г.С., Теренина А.В.,
при секретаре,
с участием: прокурора отдела прокуратуры Самарской области ФИО4,
осужденных ФИО1, ФИО2,
подсудимого ФИО3,
защитников-адвокатов ФИО4, Игошкина Е.Л., ФИО5,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов ФИО4, Вострикова С.В. на приговор Советского районного суда г. Самары от 11 апреля 2024 года в отношении ФИО2 и ФИО1, постановление Советского районного суда г. Самары от 08.04.2024.
Заслушав доклад судьи Воложанинова Д.В., осужденных ФИО1, ФИО2, адвокатов ФИО4, ФИО5 в поддержание доводов апелляционных жалоб, подсудимого ФИО3 и адвоката Игошкина Е.Л., оставивших удовлетворение апелляционных жалоб на усмотрение суда, мнение прокурора ФИО4, полагавшего приговор и постановление суда оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Приговором Советского районного суда г. Самары от 11 апреля 2024 года:
ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, <адрес>, со средним профессиональным образованием, холостой, не работающий, не судимый, проживающий по адресу: <адрес>,
осужден:
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,77 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 10 месяцев;
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,59 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 9 месяцев;
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,57 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 8 месяцев.
В соответствии с ч.2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Осужденному ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена до вступления приговора в законную силу.
Зачтено ФИО1 в срок лишения свободы время содержания под стражей в период с 17.01.2023 до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес> <адрес> гражданин Российской Федерации, со средним профессиональным образованием, разведенный, имеющий малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающий водителем ЗАО “НАЗВАНИЕ”, не судимый, проживающий по адресу: <адрес>,
осужден:
— по ч.3 ст. 30, ч.2 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ сроком на 1 год с удержанием 5% из заработной платы ежемесячно в доход государства;
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,77 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет;
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,59 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 11 месяцев;
— по ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по наркотическому средству в количестве 0,57 грамма) к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет 10 месяцев.
В соответствии с ч.2 ст. 69, п. “в” ч.1 ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО2 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Осужденному ФИО2 мера пресечения в виде запрета определенных действий изменена на заключение под стражу.
Срок отбывания наказания осужденным исчислен со дня вступления приговора в законную силу.
Зачтено ФИО2 в срок лишения свободы время содержания под стражей в период с 17.01.2023 по 19.01.2023, с 11.04.2024 до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с ч.3.2 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также в соответствии с п.1.1 ч.10 ст. 109 УПК РФ срок запрета определенных действий с 20.01.2023 по 10.04.2024 включительно из расчета два дня запрета за один день содержания под стражей – лишения свободы.
Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.
Принято решение в соответствии со ст. 104.1 УК РФ конфисковать в доход государства сотовый телефон марки “Honor”, сотовый телефон марки “Huawei”.
Постановлением Советского районного суда г. Самары от 08.04.2024 приостановлено производство по делу в отношении ФИО3 до его розыска и продолжено судебное разбирательство в отношении ФИО1 и ФИО2, выделено в отдельное производство из уголовного дела №1-8/2024 материалы уголовного дела в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении 3 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ.
ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении в период с начала января 2023 по 17.01.2023 в Советском районе г. Самаре 3 покушений на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере с использованием информационно-телекоммуникационной сети “Интернет”, группой лиц по предварительному сговору, а ФИО2 признан виновным в совершении 17.01.2023 в Октябрьском районе г. Самары покушения на мошенничество, то есть покушения на хищение чужого имущества путем обмана группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат ФИО4, действующий в защиту интересов ФИО2, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, подлежащий отмене с вынесением оправдательного приговора.
В обоснование доводов жалобы защитник указывает, что ФИО2 вину признает в совершении покушения на мошенничество в отношении потерпевшей Потерпевший №1, а именно по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ, однако покушение на сбыт наркотических средств ФИО2 не признает.
Обращает внимание, что в судебном заседании ФИО1 полностью подтвердил показания ФИО2 в части непричастности его к совершению покушения на сбыт наркотических средств. Кроме того, ФИО1 указывает на причастность ФИО3 относительно покушения на сбыт наркотических средств, без участия ФИО2
Также считает, что в ходе следствия имелись противоречивые показания ФИО1 в части причастности ФИО2 на покушение на сбыт наркотических средств, в связи с чем считает, что показания ФИО1 должны быть признаны достоверными.
Обращает внимание, что сторона защиты возражала относительно выделения в отдельное производство материалов уголовного дела в отношении ФИО3, поскольку исследование доказательств по уголовному делу с участием ФИО3 не было завершено, в связи с чем у стороны защиты возникает вопрос о возможности использования его показаний в качестве доказательств виновности ФИО2
Указывает на противоречивость и непоследовательность показаний ФИО3 на предварительном следствии и в судебном заседании, а также, что он в своих показаниях, снижает свою роль и степень участия в преступлении, позволяют сделать вывод об оговоре им ФИО2
Считает, что результаты генетическо-молекулярной экспертизы, назначенной в ходе предварительного следствия в целях разрешения противоречий между показаниями ФИО1, ФИО2, ФИО3 по уголовному делу не разрешила имеющиеся противоречия в их показаниях.
Полагает, что судом не проверены доказательства, а именно фотографии скриншотов по чатам, данные фотографии не были исследованы в ходе предварительного следствия, с анализом того, кем из обвиняемых велась переписка в чатах по сбыту наркотических средств.
Защитник считает, что в случае установления причастности ФИО2 к преступлению, его действия должны быть квалифицированы как единое продолжаемое преступление, то есть по ч. 3 ст. 30 п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как единое преступление.
Обращает внимание, что в обвинительном заключении отсутствует описание преступных действий каждого из обвиняемых, не указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы и мотивы, не описано распределение ролей ФИО2, ФИО1, ФИО3 и совершения каждым из них конкретных преступных действий.
Считает, что дело должно быть возвращено прокурору в соответствие со ст. 237 УПК РФ.
Защитник полагает, что наказание, назначенное ФИО2, является несправедливым, чрезмерно строгим.
Считает, что суд не учел, что ФИО2 причастен к сбыту наркотических средств небольшого объема, сбыт которых не был доведен до конца в силу его задержания за другое преступление, и он фактически содействовал раскрытию покушения на сбыт, что указывает о небольшой общественной опасности преступления.
В части совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ просит принять во внимание обстоятельства, смягчающие наказание, предусмотренные ст. 61 УК РФ, а именно: явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления.
Считает, что судом не приняты во внимание сведения по личности ФИО2, который ранее не судим, имеет постоянное место жительство и работы, положительно характеризуется, проживает и осуществляет уход за отцом ФИО2 инвалидом 1 группы, имеющего онкологическое заболевание, матерью ФИО2.
Просит приговор суда по трем преступлениям, предусмотренным ч. 3 ст. 30 п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, отменить, вынести оправдательный приговор и назначить ФИО2 наказание по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 159 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ.
В апелляционной жалобе адвокат ФИО4, действующий в защиту интересов ФИО2, выражает несогласие с постановлением Советского районного суда г. Самары от 08.04.2024 суда, считает его незаконным и необоснованным, подлежащий отмене.
В обоснование доводов жалобы указывает, что сторона защиты возражала относительно выделения материалов уголовного дела в отношении ФИО3, поскольку исследование доказательств по уголовному делу с участием ФИО3 не было завершено, в связи с чем у стороны защиты вызывает вопрос о возможности использования его показаний в качестве доказательств виновности ФИО2
Считает, что непоследовательность позиции ФИО3 на предварительном следствии требует надлежащей оценки в совокупности с показаниями ФИО1, ФИО2 и иных доказательств по делу.
Полагает, что причастность ФИО2 к совершению преступления, предусмотренного ч. 3 ст.30, п. «в» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ подтверждается одними показаниями обвиняемого ФИО3, чьи показания вызывают сомнения в части их достоверности.
Обращает внимание на непоследовательность позиции ФИО3 при производстве очных ставок с ФИО2, а также, на то, что ФИО3 снижает свою роль и степень участия в преступлении, что позволяет сделать вывод об оговоре им ФИО2
Просит постановление суда отменить.
В апелляционной жалобе адвокат Востриков С.В., действующий в защиту интересов ФИО1, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, подлежащему изменению.
Полагает, что суд безосновательно установил факт того, что ФИО1 совместно с Булгаком А.В. имел преступный умысел и предварительный сговор в виде распределения ролей, направленный на три покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».
Считает, что в ходе судебного следствия не доказан преступный умысел ФИО1, не доказана преступная цель ФИО1, а именно систематический сбыт наркотических средств на территории г. Самары с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» лицам, употребляющим наркотические средства.
Защитник считает, что судом проигнорирован факт того, что ФИО1 был трудоустроен до помещения его под стражу, является наркозависимым с 2022 года в виде постоянного употребления наркотических средств, имеет больную мать, которая нуждается в его помощи.
Обращает внимание, что суду были сообщены смягчающие наказание обстоятельства, а также то, что ФИО1 обращался с заявлением на прохождение военной службы с заключением контракта в Вооружённых силах РФ, которое по ходатайству стороны защиты было приобщено к материалам дела.
Считает, что суд несправедливо и безосновательно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ в совершении 3 преступлений.
Защитник полагает, что действия ФИО1 должны быть квалифицированы по ч. 1 ст. 228 УК РФ, поскольку факт приобретения и хранения наркотиков ФИО1 не отрицал, однако вменяемое покушение на сбыт им не признавалось.
Просит приговор суда изменить, переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ на ч. 1 ст. 228 УК РФ.
Судебная коллегия, изучив материалы дела и проверив доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, находит приговор и постановление суда законными и обоснованными по следующим основаниям.
Как видно из материалов уголовного дела, осужденный ФИО2 в ходе судебного разбирательства признал вину в совершении покушения на мошенничество, вину в совершении трех покушений на сбыт наркотических средств не признал, показав, что в декабре 2022 года ФИО1 предложил подработать, на что он согласился, познакомил его с ФИО3, который показал ему сайт. Подработка была курьером в мессенджере “Телеграмм”, куда он перешел по ссылке по телефону ФИО1. Ему нужно было съездить на определенный адрес и забрать деньги, поместить в банкомат и отправить куратору, которые со слов последнего предназначались как взятка государственному служащему. 17.01.2023, примерно в 9 часов, к нему домой приехали ФИО1 и ФИО3.
Ему написали в мессенджере “Телеграмм”, что необходимо доехать до адреса: <адрес>, забрать 250 000 рублей путем обмана, за то, что якобы кто-то попал в ДТП. Примерно в 16 часов он совместно с ФИО2 и ФИО3 поехал по указанному адресу, ждал указаний куратора, который сообщил номер подъезда и квартиры. Затем он зашел в подъезд, поднялся на нужный этаж, где его задержали сотрудники полиции. В его телефоне “Honor” имелся один аккаунт “Телеграмм”, который также использовался ФИО1 на своем телефоне. В отделе полиции он увидел, что в его телефоне находятся фотографии с закладками наркотических средств. При каких обстоятельствах сделаны данные фотографии, ему неизвестно, к сбыту наркотических средств он не причастен.
Осужденный ФИО1 в ходе судебного разбирательства вину в совершении инкриминируемых преступлений признал лишь в части незаконного хранения наркотических средств без цели сбыта, показал, что употреблял наркотические средства, в основном мефедрон. С 2020-2021 года знаком с ФИО3. Летом 2022 года познакомился с ФИО2. Примерно 4 или 15 января 2023 года он через сеть Интернет устроился на работы курьером для получения наркотических средств для личного потребления. Сбытом наркотических средств он заниматься не собирался.
Примерно в январе 2023 года он с ФИО3 поехали поднять закладку с наркотическим средством, но обнаружили в ней сахар. 17.01.2023 у него при себе находилось 3 свертка с наркотическим средством для личного потребления, которые он поднял из тайника. 17.01.2023 он и ФИО3 пришли домой к ФИО2 на <адрес>, откуда он с ФИО19 уехали, а ФИО3 остался в квартире. Через некоторое время они втроем встретились. Имевшиеся при нем 3 свертка с наркотическим средством для личного потребления он решил поместить в тайники, в Советском районе в районе ТЦ “НАЗВАНИЕ1” сделал закладки совместно с ФИО3, который их фотографировал. ФИО2 с ними в этот момент не было. Затем втроем поехали на <адрес>, где их задержали сотрудники полиции. ФИО3 ранее брал его телефон для переписки в “Телеграмм”.
Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО2 в совершении покушения на мошенничество, за которое он осужден, являются правильными и основаны помимо его показаний, на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании:
— оглашенных показаний потерпевшей Потерпевший №1 (том № л.д. 14-16, том № л.д. 154-156), из которых следует, что 16.01.2023, примерно в 13 часов, ей на городской телефон позвонила девушка, плачущим голосом сообщила, что близкий для нее человек попал в аварию, ей нужны деньги в сумме 800 000 рублей. На ее вопрос, звонившая подтвердила, что её зовут ФИО39. В это время она позвонила своей знакомой ФИО39, которая сказала, что с ней все хорошо. Она поняла, что звонят мошенники, но продолжила диалог, договорились, что за деньгами приедут. 17.01.2023 днем её опять позвонили та же девушка, спросила, нашла ли она денежные средства. Она ответила, что сейчас займет, а также сообщила в полицию. К ней домой приехал сотрудник полиции. Через час ей позвонил неизвестный мужчина, представился сотрудником ДПС, сказал, что её знакомая, которая попала в аварию, без сознания, необходимы денежные средства для ее лечения. На что она ответила, что у нее есть 250 000 рублей., назвала свой адрес, куда приезжать за деньгами. Примерно в 16 часов 00 минут в домофон позвонил мужчина, сказал, что за деньгами. Она открыла водную дверь в подъезд, сотрудник полиции вышел на лестничную площадку. Что происходило дальше, она не видела. Возможно причиненный ущерб оценивает как значительный, поскольку получает лишь пенсию;
— оглашенных показаний свидетеля Свидетель №6, работающего о/у ОРМ УУР ГУ МВД России по Самарской области, из которых следует, что 17.01.2023 в отдел поступило информация о том, что в отношении престарелой гражданки по адресу: <адрес>, совершается попытка мошенничества. Он с о/у ФИО2 прибыли по указанному адресу, где находилась Потерпевший №1, которой на телефоны осуществлялись звонки с требованием выплатить 250 000 рублей за ущерб от ДТП по вине ее родственницы. В ходе беседы Потерпевший №1 сообщила свой домашний адрес и подтвердила готовность выплатить денежные средства. Преступник сообщил, что за деньгами приедет Александр. Примерно в 16 часов мужчина позвонил в домофон, сказал, что зовут Александр и пришел за деньгами. Он был задержан, как оказалось это был ФИО2
— оглашенных показаний ФИО3 (том № 3 л.д. 133-138), из которых следует, что 17.01.2023 пришло сообщения для ФИО2 с чата с адресом дома на <адрес>, где он должен забрать денежные средства. Он, ФИО2 и ФИО1 на такси поехали по указанному адресу. ФИО2 и ФИО1 пошли к подъезду №1, зашли в него, а он остался на улице, где был задержан сотрудниками полиции;
— оглашенных показаний осужденного ФИО1 (том № 2 л.д. 180-187), из которых следует, что 17.01.2023 ФИО2 в приложении “Телеграмм” пришло сообщение с чата работы с адресом дома на <адрес>, где необходимо было забрать деньги в сумме 250 000 рублей. Он, ФИО2 и ФИО3 на автомобиле поехали по указанному адресу. ФИО2 переписывался с куратором в чате, который ему сообщил, чтоб можно заходить. После чего он и ФИО2 зашли в подъезд, где он поднялся до 2 этажа и спустился обратно, а ФИО2 пошел выше. Выйдя из подъезда, он был задержан сотрудниками полиции;
— протокола принятия устного заявления Потерпевший №1 о преступлении от 17.01.2023 о привлечении к уголовной ответственности неустановленных лиц, которые 17.01.2023 пытались путем обмана завладеть принадлежащими ей денежными средствами в сумме 250 000 рублей (том №1 л.д. 4);
— протокола осмотра места от 17.01.2023 – лестничной площадки на 4 этаже подъезда № <адрес> в <адрес>, где изъяты: след на дактопленку, смыв со звонка, один след руки (том № л.д. 5-10);
— протокола осмотра места от 18.01.2023 – сотового телефона “Huawei”, изъятого у ФИО1, в котором обнаружена переписка в мессенджере “Телеграмм” за 17.01.2023, содержащая верификацию ФИО2, которому куратором даны рекомендации, скоординированы его действия и указана легенда, сообщенная потерпевшей для получения путем обмана денежных средств в сумме 250 000 рублей, указаны время и адрес места следования: <адрес>, первый подъезд, 4 этаж (том №1 л.д. 28-250, том № 2 л.д. 1-82).
Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении 3 инкриминируемых преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, являются правильными и основаны, вопреки показаний осужденных, данных в судебном заседании, на совокупности других исследованных доказательств:
— оглашенных показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия (том №3 л.д. 117-122), из которых следует, что в начале января 2023 года он видел, как ФИО3 с использование сотового телефона, находящегося либо в его пользовании, либо в пользовании ФИО2, в приложении “Телеграмм” проходил верификацию для работы по раскладке наркотических средств на территории г. Самары. Также ФИО2 проходил верификацию в данном магазине, откуда ему пришло сообщение с местом закладки. 16.01.2023 они втроем на такси поехали к указанному месту, где ФИО2 нашел её, и они поехали к нему домой. Дома ФИО2 развернул сверток и начал смешить находившееся в нем вещество с таблетками кальция. Также он немного отсыпал из свертка наркотического вещества, которое они втроем употребили. 17.01.2023 ФИО2 расфасовал остатки наркотического средства в 8 свертков, 2 из которых были пустыми. Он и ФИО3 в этом время находились рядом. После они втроем вышли на улицу, начали искать места для закладок. В <адрес> ФИО2 разложил 4 закладки, он разложил 4 закладки, а ФИО3 фотографировал места закладок на телефон ФИО2. Они вернулись домой к ФИО2, где ФИО3 начал оформлять фотографии, отправил их куратору. Когда сотрудники полиции задержали их по адресу: <адрес>, то осмотрели их телефоны, он добровольно сообщил пароль от своего телефона. Затем проследовали к местам закладок, которые они оборудовали в частном секторе напротив ТЦ “НАЗВАНИЕ1”, к дому № по <адрес>, где в дупле дерева был обнаружен и изъят сверток, перемотанный фантиком, внутри которого находился сверток из изоленты синего цвета. Далее справа от входа в гараж напротив <адрес> был обнаружен и изъят аналогичный сверток. Далее у <адрес> по Энтузиастов в <адрес> на стволе дерева также обнаружили и изъяли аналогичный сверток;
— оглашенных показаний ФИО3, данных в ходе предварительного следствия (том №3 л.д. 133-138), которые он подтвердил, из которых следует, что в январе 2023 года ФИО2 предложил ему устроиться в магазин по распространению наркотических средств, на что он согласился. Они нашли такой магазин под названием “СтаффРФ”. Он отправил куратору свое фото и своего паспорта, через день прошел верификацию. ФИО2 был также устроен в данный магазин. В чат аккаунта для него пришло сообщение с местом закладки. Он, ФИО2 и ФИО1 на такси поехали к указанному месту закладки в районе Старого города, где ФИО2 нашел закладку, а он и ФИО1 стояли рядом. Затем вернулись домой к ФИО2, где тот поделил содержимое закладки на 2 части, первую часть смешал с какими-то таблетками, а вторую часть ФИО2 и ФИО1 начали употреблять. 17.01.2023 ФИО2 в их присутствии расфасовал оставшуюся часть вещества из закладки на 8 свертков, 2 из которых были пустыми. Затем они втроем вышли на улицу и стали искать места для закладок. ФИО2 разложил 4 закладки, 2 из которых находились в пачках из-под сигарет. ФИО1 разложил 4 закладки. Он в это время фотографировал места закладок, которые были все сделаны в <адрес>. Когда вернулись домой к ФИО2, он начал оформлять фотографии, отправил их куратору. Затем они втроем поехали к дому по адресу: <адрес>, где были задержаны сотрудниками полиции, которые осмотрели их телефоны. Затем они проследовали к местам закладок, которые он оборудовал с ФИО1, а именно: 1) в дупле дерева возле <адрес>) справа от входу в гараж напротив <адрес>) в основании сучка на стволе дерева у <адрес>, где были обнаружены и изъяты 3 свертка, перемотанные фантиком, внутри которых находился сверток из изоленты синего цвета;
— показаний свидетелей — сотрудников полиции Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №6, понятых Свидетель №1, ФИО2 об обстоятельствах задержания ФИО1, ФИО2 и ФИО3, производства следственных действий по обнаружению и изъятию 18.01.2023 у ФИО1, ФИО2 сотовых телефонов, содержащих переписку с неустановленным лицом в мессенджере “Телеграмм” по сбыту наркотических средств, фотографии тайников-закладок с наркотическими средствами со сведениями о координатах, проведении с участием ФИО1 осмотров мест происшествия 19.01.2023 и изъятия из 3 тайников-закладок возле домов № и № по <адрес> в <адрес> 3 свертков с наркотическими средствами;
— протоколов различных следственных действий, в том числе протоколов осмотра места происшествия от 18.01.2023, от 19.01.2023, протоколов осмотра предметов от 01.06.2023, от 09.06.2023, от 07.07.2023, от 11.07.2023, которые свидетельствуют об обнаружении и изъятии сотрудниками полиции 19.01.2023 в ходе осмотров места происшествия с участием ФИО1 3 свертков с наркотическими средствами из 3 тайников-закладок, сделанных ФИО1 П.В., ФИО2 и иными лицами, возле домов № и № по <адрес> в г. Самаре, сотовых телефонов у ФИО1, ФИО2 с перепиской в мессенджере “Телеграмм” по вопросам сбыта наркотических средств, в том числе с фотографиями и сведениями о координатах тайников-закладок с наркотическими средствами;
— заключений экспертов и справок об исследовании, подтверждающих массу изъятых веществ (0,77 грамма, 0,59 грамма, 0,57 грамма), их относимость к наркотического средству мефедрон (4-местилметкатинон);
— иных доказательств, подробно изложенных в приговоре.
Приведенные в приговоре доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и были проверены судом с соблюдением положений ст. 87 УПК РФ и с учетом требований ст. 88 УПК РФ им дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела по существу.
Из материалов судебного следствия видно, что показания осужденных ФИО1, ФИО2, показания потерпевшей, свидетелей, лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, протоколы следственных действий, справки и заключения экспертов были судом подробно исследованы, проверены, сопоставлены с другими доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела.
Судом первой инстанции приведены достаточные доводы, по которым в основу обвинительного приговора положены доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе показания осужденного ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, показания потерпевшей Потерпевший №1, лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство – ФИО3, показания свидетелей обвинения, иные письменные доказательства, в том числе заключения судебных экспертиз, указанные в приговоре, а также указаны мотивы, по которым суд критически отнесся к версии осужденного ФИО2 о непричастности к незаконным сбытам наркотических средств, версии осужденного ФИО1 о хранении наркотических средств без цели сбыта, выдвинутым в свою защиту.
В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний потерпевшей осужденных, свидетелей, лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.
Показания осужденных, лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, потерпевшей и свидетелей обвинения были надлежаще проверены судом, в том числе путем сопоставления их друг с другом, с иными доказательствами, возникшие противоречия устранены судом путем оглашения показаний лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство – ФИО3, свидетелей и осужденного ФИО1, данных в ходе предварительного следствия.
Показания лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство – ФИО3, осужденного ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, вопреки доводам жалоб не противоречат и соответствуют как между собой, так и иным доказательствам, в том числе: протоколам осмотра места происшествия от 18.01.2023, от 19.01.2023, в которых отражено изъятие у ФИО1, ФИО2 сотовых телефонов с перепиской в мессенджере “Телеграмм” по вопросам сбыта наркотических средств, в том числе с фотографиями и сведениями о координатах изготовленных ими тайников-закладок, в 3 из которых сотрудниками полиции были обнаружены и изъяты свертки с наркотическими средствами.
Веские причины, по которым можно было бы поставить под сомнение достоверность показаний ФИО3 и осужденного ФИО1, данных в ходе предварительного следствия в целом, в апелляционных жалобах не приведены и по делу не усматриваются.
Версия стороны защиты об оговоре осужденных со стороны ФИО3 судом апелляционной инстанции также признается несостоятельной, поскольку своего объективного подтверждения не нашла.
Показаниям осужденных ФИО1 и ФИО2, данным в судебном заседании, обоснованно судом дана критическая оценка как способу защиты в целях уклонения от уголовной ответственности, так как они противоречат как показаниям ФИО1 в качестве подозреваемого, так и опровергаются совокупностью иных приведенных в приговоре доказательств.
Показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого, в которых он подробно указал о совместном совершении с ФИО2 и иными лицами незаконного сбыта наркотических средств путем изготовления тайников-закладок, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, хотя и не подтверждены последним в судебном заседании, но суд первой инстанции при отсутствии подтвержденных причин для самооговора обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора, учитывая, что они соответствуют показаниям ФИО3 и протоколам следственных действий по обнаружению и изъятию из 3 тайников-закладок, изготовленных осужденными, свертков с наркотическими средствами.
Доводы осужденного ФИО1 о допущенных в ходе допроса подозреваемого нарушениях права на защиту и нахождении в наркотическом опьянении проверялись судом первой инстанции и не нашли своего подтверждения.
В связи с чем суд первой инстанции обоснованно признал показания ФИО3 и осужденного ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, достоверными и положил их в основу обвинительного приговора.
Отсутствие по делу доказательств в виде пота осужденных на упаковке наркотических средств, на что обращено внимание в апелляционной жалобе защитника ФИО4, не является основанием для того, чтобы ставить под сомнение законность и обоснованность приговора, так как в силу ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления подтверждена совокупностью иных приведенных ранее доказательств. При этом судебная коллегия отмечает, что согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на трех фрагментах упаковок обнаружен пот человека, установить генетический профиль которого не представилось возможным лишь ввиду недостаточного количества ДНК в объектах, что не исключает его возможное происхождение от осужденных.
Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключения.
Каких-либо противоречий между исследовательской частью заключений экспертов и их выводами, а также иными исследованными судом доказательствами, не имеется. Выводы экспертов в заключениях, подтвержденные ими в ходе судебного следствия, логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования.
Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми доказательствами по уголовному делу не имеется.
Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, в том числе время и место совершения преступлений, судом установлены должным образом.
Приведенные судом в описательно-мотивировочной части приговора установленные обстоятельства в полном объеме соответствуют исследованным доказательствам.
При этом каких-либо провокационных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов допущено не было, преступный умысел на сбыт наркотических средств у ФИО1 и ФИО2 сформировался независимо от их деятельности.
Размер ущерба, который бы мог быть причинен потерпевшей в результате совершения покушения на мошенничество, установлен правильно на основании показаний потерпевшей, свидетелей, и осужденным ФИО2 не оспаривается.
Все ходатайства, заявленные сторонами, в том числе стороной защиты, в ходе судебного заседания были рассмотрены и обоснованно и мотивированно разрешены судом в соответствии с требованиями закона.
Необоснованных отказов стороне защиты в истребовании и исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших на исход дела, по делу не допущено.
Какие-либо неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденных ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлений и требующие толкования в их пользу, а также основания для их оправдания по делу отсутствуют.
Доводы стороны защиты о непричастности ФИО2 к совершению 3 преступлений, предусмотренных ч.3 ст. 30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, и судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку выполнение ФИО2 действий по предварительному сговору с ФИО1, лицом, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, и иным неустановленным лицом по совместному получению по переданным последним координатам путем изъятия из тайника-закладки оптовой партии наркотических средств, её расфасовки ФИО2 в свертки и совместном помещении их в целях дальнейшего незаконного сбыта наркотических средств в изготовленные ими тайники-закладки, 3 из которых обнаружены, свидетельствует о выполнении осужденными объективной стороны покушения на незаконный сбыт наркотических средств по всем инкриминируемым преступлениям.
Иные доводы апелляционных жалоб не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора, поскольку направлены на переоценку доказательств, которые были исследованы судом при рассмотрении уголовного дела, в связи с чем не являются основанием для отмены приговора.
Суд апелляционной инстанции считает, что обвинительное заключение по рассматриваемому уголовному делу составлено следователем без нарушений положений ст. 220 УПК РФ, в том числе указано существо обвинения, место и время совершения преступлений, их способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, что не исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на его основании, то есть оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ не имеется.
Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту, презумпции невиновности.
Нарушения закона, которые бы исключали возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, не допущены.
Что касается постановления Советского районного суда г. Самары от 08 апреля 2024 года о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении ФИО3, приостановлении производства по делу в отношении ФИО3 до его розыска, то такое постановление, не вступившее в законную силу, является промежуточным и является предметом самостоятельного апелляционного обжалования ФИО3 и его защитником-адвокатом.
В то же время, в силу ч. 3 ст. 253 УПК РФ, если подсудимый скрылся, за исключением случая, указанного в ч. 4 названной статьи, суд приостанавливает производство в отношении этого подсудимого до его розыска и продолжает судебное разбирательство в отношении остальных подсудимых. Если раздельное судебное разбирательство препятствует рассмотрению уголовного дела, то все производство по нему приостанавливается.
Данные о том, что указанное постановление от 08 апреля 2024 года препятствовало рассмотрению уголовного дела в отношении ФИО1, ФИО2 и повлияло на итог уголовного дела, отсутствуют и судебной коллегией не установлены. Доводы жалобы адвоката ФИО4 в этой части о нарушении права на защиту являются необоснованными.
Судом первой инстанции проверено психическое состояние ФИО2 и ФИО1, с учетом выводов судебных экспертов — психиатров, указанных в заключениях судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № (том № л.д. 175-176, 202), данных о личности осужденных, их поведения на предварительном следствии и в судебном заседании признано, что инкриминируемые преступления ФИО2 и ФИО1 совершили вменяемыми, ни в период совершения инкриминируемых деяний, ни в настоящее время не страдают и не страдали хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, в полной мере могли в период совершения преступлений и могут в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждаются.
Действиям ФИО1, ФИО2 судом первой инстанции дана верная юридическая квалификация по 3 эпизодам в отношении наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) массами 0,77 грамма, 0,59 грамма, 0,57 грамма каждый по ч.3 ст. 30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в значительном размере с использованием информационно-телекоммуникационной сети “Интернет”, группой лиц по предварительному сговору.
О наличии квалифицирующих признаков преступлений в виде значительного размера, использования информационно-телекоммуникационной сети “Интернет, группы лиц по предварительному сговору” судом первой инстанции в приговоре приведены достаточные и обоснованные мотивы.
Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» нашел свое подтверждение, о чем свидетельствуют совместные, согласованные и последовательные действия ФИО1, ФИО2 с неустановленными лицами, объединенные единым умыслом с распределением ролей, направленным на незаконный сбыт наркотических средств.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для квалификации 3 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, как единого продолжаемого преступления не имеется, поскольку из установленных судом фактических обстоятельств дела усматривается, что в отношении наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон), изъятых сотрудниками полиции из 3 тайников-закладок, ФИО1 и ФИО2 совершены преступные действия в разных местах, что свидетельствует о наличии у них отдельного преступного умысла, направленного на сбыт этих наркотических средств разным потребителям.
Выводы суда о доказанности наличия у осужденных умысла на сбыт всех изъятых наркотических средств соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», согласно которым об умысле на сбыт указанных средств, веществ, растений могут свидетельствовать при наличии к тому оснований их приобретение, изготовление, переработка, хранение, перевозка лицом, самим их не употребляющим, количество (объем), размещение в удобной для передачи расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.
Доводы апелляционной жалобы о переквалификации действий ФИО1 с ч. 3 ст. 30, п.п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (3 преступления) на ч. 1 ст. 228 УК РФ судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку о направленности у него и ФИО2 умысла на незаконный сбыт изъятых наркотических средств свидетельствует количество изъятого наркотического средства, которое составляет значительный размер, его расфасовка в удобную для последующего сбыта упаковку, 3 разных места изготовления тайника-закладки, наличие в сотовых телефонах, изъятых у ФИО1 и ФИО2, фотографий участков местности с координатами 3 тайников-закладок и переписки их с куратором в мессенжере в сети Интернет о сбыте наркотических средств. То обстоятельство, что ФИО1 является наркозависимым, не исключает возможности возникновения у него умысла на незаконный сбыт наркотических средств.
Также действия ФИО2 судом первой инстанции верно квалифицированы по ч.3 ст.30, ч.2 ст. 159 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину.
О наличии квалифицирующих признаков преступления в виде причинения значительного ущерба гражданину, группы лиц по предварительному сговору судом первой инстанции в приговоре приведены достаточные и обоснованные мотивы.
Наличие квалифицирующего признака преступления в виде причинением значительного ущерба гражданину судом должным образом мотивировано, обусловлено суммой ущерба – 250 000 руб., что с учетом совокупного дохода потерпевшей Потерпевший №1 в виде пенсии по старости за вычетом расходов правомерно расценено как значительный ущерб.
В связи с чем оснований для иной правовой оценки преступных действий осужденных у судебной коллегии не имеется.
Наказание ФИО1 и ФИО2 судом первой инстанции назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60, 62 ч.1 и 66 ч.3 (по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ) УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, конкретных обстоятельств дела, влияния назначаемого наказания на исправление виновных и условия жизни их семей, состояние здоровья, иных имеющих значение обстоятельств и всех известных данных о личности осужденных.
Судом в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание ФИО1 по всем преступлениям: активное способствование раскрытию и расследованию преступлений (п. “и” ч.1 ст. 61 УК РФ), частичное признание вины, оказание помощи бабушке, имеющей заболевания, наличие у него хронического заболевания (ч.2 ст. 61 УК РФ).
Доводы апелляционной жалобы адвоката Вострикова С.В. о признании смягчающим наказание обстоятельством обращение ФИО1 с заявлением о прохождении военной службы в Вооруженных силах РФ с заключением контракта судебная коллегия не принимает во внимание, поскольку в качестве обстоятельства, смягчающего наказание на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд вправе признать участие в боевых действиях по защите Отечества, доказательств чего суду не представлено.
Судом в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание ФИО2 по всем преступлениям, в том числе указанные защитником в апелляционной жалобе: активное способствование раскрытию и расследованию преступления (п. “и” ч.1 ст. 61 УК РФ), наличие малолетнего ребенка (п. “г” ч.1 ст. 61 УК РФ), оказание помощи отцу, являющемуся инвалидом, имеющего онкологическое заболевание, оказание помощи матери, имеющей онкологическое заболевание, оказание помощи бабушке, положительная характеристика соседей, состояние здоровья осужденного, имеющего ряд хронических заболеваний (ч.2 ст. 61 УК РФ), по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, ч.2 ст. 159 УК РФ — явка с повинной (п. “и” ч.1 ст. 61 УК РФ), признание вины, раскаяние в содеянном (ч.2 ст. 61 УК РФ).
Каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств судебной коллегией в отношении обоих осужденных не усматривается.
Отягчающие наказание обстоятельства в отношении обоих осужденных судом первой инстанции установлены не были.
Исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновных, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что достижение целей наказания в отношении ФИО1 и ФИО2 возможно только при назначении наказания им по каждому из преступлений, предусмотренным ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, в виде лишения свободы, ФИО2 по ч.3 ст.30, ч.2 ст. 159 УК РФ – в виде исправительных работ, а также назначении им наказания в виде лишения свободы по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний на основании ч.2 ст. 69 УК РФ без применения ст. 73 УК РФ, с его реальным отбыванием в условиях изоляции от общества.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, назначенное ФИО1 и ФИО2 наказание как за каждое из инкриминируемых преступлений, так и по совокупности преступлений на основании ч.2 ст. 69 УК РФ судебная коллегия находит справедливым и соразмерным содеянному, не подлежащим снижению, соответствующим его общественной опасности и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим целям и задачам уголовного наказания.
Выводы суда об отсутствии оснований для применений в отношении обоих осужденных положений ч.6 ст. 15, ст. 73, ст. 64 (в отношении ФИО2 по ч.3 ст.30, ч.2 ст. 159 УК РФ) УК РФ в достаточной степени мотивированы в приговоре, не согласиться с ними суд апелляционной инстанции оснований не усматривает.
Принимая во внимание, что ввиду последовательного применения положений ч. 3 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении ФИО1 и ФИО2 наказания за совершение каждого из 3 преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.п. “а, б” ч.3 ст. 228.1 УК РФ, верхний предел наказания оказывается менее строгим, чем низший предел наиболее строгого вида наказания предусмотренного санкцией данной статьи, судебная коллегия, вопреки доводам жалоб, считает правильным назначение судом первой инстанции основного наказания ниже низшего предела без ссылки на ст. 64 УК РФ, которая в данном случае не применима.
Вид исправительного учреждения обоим осужденным определен судом правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.
Вопросы о мере пресечения, исчислении срока и зачете наказания, судьбе вещественных доказательств, в том числе конфискации сотовых телефонов “Honor” и “Huawei”, разрешены судом верно.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, повлиявших на исход дела, и которые являлись бы основаниями для изменения или отмены состоявшихся судебных решений, по делу, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не допущено.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13-389.20 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Советского районного суда г. Самары от 11 апреля 2024 года в отношении ФИО2 и ФИО1, постановление Советского районного суда г. Самары от 08.04.2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов ФИО4, Вострикова С.В. — без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, а для осужденного, содержащегося под стражей, — в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу, в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.
В случае подачи кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий судья: Д.В. Воложанинов
Судьи: А.В. Теренин
Здесь и далее в целях соблюдения адвокатской тайны ФИО участников дела изменены
