Кассационное определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 10.10.2023 по делу N 77-3478/2023

ЧЕТВЕРТЫЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 октября 2023 г. по делу N 77-3478/2023

Судебная коллегия по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Хохлова А.Н.,
судей ФИО3 и ФИО4,
с участием прокурора ФИО5,
защитника — адвоката ФИО6 в интересах осужденного ФИО1,
при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО7,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Матвеево-Курганского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ.
По приговору Матвеево-Курганского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ
ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ранее судимый:

• ДД.ММ.ГГГГ по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 5 годам лишения свободы, ДД.ММ.ГГГГ неотбытая часть наказания заменена на 1 год 4 месяца 7 дней исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, неотбытый срок наказания в виде исправительных работ составляет 7 месяцев,
  осужден:
• по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы;
• по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 11 годам лишения свободы;
• по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы.
  
  В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний ФИО1 назначено наказание в виде 13 лет 6 месяцев лишения свободы.
  На основании ст. 70, 71 УК РФ к наказанию, назначенному по настоящему приговору суда, частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Таганрогского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и окончательно ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 13 лет 6 месяцев 10 дней с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
  Приговором разрешены вопросы о мере пресечения в отношении осужденного до вступления приговора в законную силу, исчислении срока отбывания наказания, зачете в него времени содержания под стражей, судьбе вещественных доказательств и арестованного имущества.
  Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда оставлен без изменения.
  Заслушав доклад судьи ФИО15, выступление защитника — адвоката ФИО6 в интересах осужденного ФИО1, поддержавшего доводы кассационной жалобы, а также мнение прокурора ФИО5, возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы и полагавшей необходимым судебные решения оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном в значительном размере, в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном в крупном размере, а также в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств, совершенном в крупном размере.

Преступления совершены во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считает их незаконными, необоснованными, вынесенными с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшими на исход дела. В обоснование доводов кассационной жалобы указывает на необоснованность ссылки суда при назначении наказания на повышенную социальную опасность совершенного преступления, что, по мнению осужденного, является частью признака совершенного преступления и повторному учету не подлежит. В жалобе осужденный оспаривает законность проведения оперативно-розыскных мероприятий «Проверочная закупка», указывая, что результаты оперативно-розыскной деятельности являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с нарушением требований закона, а в действиях сотрудников полиции имеется провокация к совершению преступления. Утверждает, что в материалах дела отсутствует постановление о проведении «Проверочной закупки», а проведение второй «Проверочной закупки» не требовалось. Проводит собственный анализ показаний свидетелей ФИО8, ФИО9 и ФИО13, утверждая, что они оговорили его и первоначальные показания давали в состоянии опьянения. При этом отмечает, что показания свидетелей были оглашены, несмотря на возражения стороны защиты. Обращает внимание, что видеозапись с регистратора, содержание которой подтверждало его невиновность, была стерта и перенесена на СД-диск. На пакетике с наркотическим средством отсутствуют отпечатки пальцев его рук. Полагает, что с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела его действия по эпизодам N и 3 подлежат квалификации как одно преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Просит изменить состоявшиеся судебные решения, исключить из приговора показания ФИО8, ФИО9 и ФИО13, указание на учет совершения им преступления, представляющего повышенную социальную опасность, и его осуждение по ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, переквалифицировать его действия с ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и ч. 2 ст. 228 УК РФ на ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 228.1 УК РФ и смягчить назначенное наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.
В силу ст. 401.1 УПК РФ при рассмотрении кассационных жалоб, представления суд кассационной инстанции проверяет законность приговора, постановления или определения суда, вступивших в законную силу, то есть правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального закона.

Описание деяний, признанных судом доказанными, содержит все необходимые сведения, позволяющие судить о событии преступлений, причастности к ним ФИО1 и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного им.
Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, вопреки доводам кассационной жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, предположений и противоречий не содержат, являются мотивированными и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре: по эпизоду N — показаниями свидетеля под псевдонимом «Гамбит» об обстоятельствах, при которых ему стало известно о том, что ФИО1 занимался сбытом наркотических средств еще до совершения преступления, и непосредственно самого сбыта ему ФИО1 наркотических средств; показаниями ФИО1, данными при производстве предварительного следствия, который признал свою вину в совершении преступления и сообщил, что он сбыл «Гамбиту» наркотические средства; результатами проведенного оперативно-розыскного мероприятия «Проверочная закупка», которыми установлена причастность ФИО1 к незаконному обороту наркотических средств; по эпизодам N и 3 — показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9 и ФИО13, подтвержденными ими в ходе очных ставок с ФИО1, в части, признанной судом достоверными, о том, что ФИО1, имея при себе наркотические средства, передал их часть ФИО13; показаниями свидетеля ФИО10, сотрудника полиции, о результатах проведенного оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», в ходе которого был задержан ФИО1 и при нем обнаружены наркотические средства; показаниями ФИО1, данными им при производстве предварительного следствия, о том, что изъятые у него наркотические средств он хранил для личного потребления, а также по всем эпизодам преступлений — заключениями экспертов, согласно которым изъятые по делу вещества, хранение и сбыт которых совершил ФИО1, являются наркотическими средствами; фактическими данными, изложенными в протоколах следственных действий, и иными доказательствами, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ, оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости к рассматриваемому событию, а в совокупности — достаточности для признания ФИО1 виновным в инкриминированных ему деяниях и, как верно указано в приговоре, свидетельствуют о его умысле на незаконный оборот наркотических средств.

Суд первой инстанции в приговоре дал правильную оценку показаниям свидетелей обвинения, касающимся обстоятельств совершения ФИО1 преступлений, и с учетом установленных по делу обстоятельств и совокупности исследованных в судебном заседании доказательств обоснованно признал их достоверными, за исключением показаний свидетеля ФИО13, данных ею в судебном заседании, при этом правильно исходил из того, что показания этого свидетеля, данные при производстве предварительного расследования, и других свидетелей обвинения носят подробный характер, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего, в целом согласуются между собой и с другими письменными и вещественными доказательствами, исследованными в судебном заседании, а также с установленными судом фактическими обстоятельствами дела.

При этом суд в приговоре привел мотивы, по которым принял за основу одни доказательства и отверг другие, в частности изложен подробный анализ показаний свидетеля ФИО13, и основанный на анализе иных доказательств мотивированный вывод о необходимости критической оценки ее показаний, данных в судебном заседании, по причине несоответствия этих показаний совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств, согласующихся между собой, в том числе с показаниями свидетелей ФИО9 и ФИО8, и фактическими данными, изложенными в протоколах следственных действий.

Каких-либо существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о фактических обстоятельствах совершенного преступления, в показаниях свидетеля ФИО13 в части, признанной достоверными, и других свидетелей обвинения, а также сомнений в достоверности их показаний, приведенных в приговоре, не имеется. Объективных оснований для оговора осужденного в совершении преступлений не установлено. Все имевшиеся незначительные расхождения в показаниях свидетелей об обстоятельствах совершения осужденным преступлений судом выявлялись и получили правильную оценку, в приговоре приведены мотивы, почему одни доказательства и в какой части признаны судом достоверными, а другие отвергнуты.
Оснований полагать, что свидетели ФИО11, ФИО8 и ФИО13 при допросах в ходе производства предварительного расследования находились в состоянии опьянения не имеется, доводы осужденного в этой части опровергаются, в том числе показаниям свидетеля ФИО14, в производстве которой находилось уголовное дело.

Оглашение показаний свидетелей ФИО11, ФИО8 и ФИО13 было осуществлено лишь после их допроса в суде с целью устранения противоречий в показаниях, данных ими в ходе предварительного следствия по ходатайству государственного обвинителя в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 281 УПК РФ, не требующем согласия других участников процесса, а потому доводы осужденного о допущенных нарушениях уголовного-процессуального закона при оглашении показаний указанных лиц являются несостоятельными.
Отсутствие отпечатков пальцев рук на изъятом пакете с наркотическими средствами, на что имеется ссылка в кассационной жалобе осужденного, не ставит под сомнение выводы суда о доказанности его причастности к инкриминированным преступлениям, виновность в совершении которых подтверждена совокупностью доказательств, отраженных в приговоре.
Судом проверялись доводы стороны защиты о незаконности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО1 и наличии в действиях сотрудников правоохранительного органа провокации к совершению преступления, которые обоснованно и мотивированно отвергнуты судом.

Как видно из материалов дела, результаты оперативно-розыскной деятельности получены и представлены в соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а также Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд и отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
«Проверочная закупка» предусмотрена как один из видов оперативно-розыскных мероприятий, проводимых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности. Названное оперативно-розыскное мероприятие в отношении ФИО1 проведено при наличии законных оснований и с соблюдением условий, указанных в законе, а также в целях выявления и пресечения его преступной деятельности, связанной с незаконным оборотом наркотических средств.
Проведение «Проверочной закупки» обосновано и мотивировано в вынесенном постановлении, утвержденном уполномоченным должностным лицом, в нем указаны необходимые и достаточные для проведения данного мероприятия сведения, в том числе основания и цели проведения названного оперативно-розыскного мероприятия. Данное постановление, вопреки доводам осужденного, приобщено к материалам уголовного дела.

В результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий были достигнуты цели, указанные в постановлении о проведении «Проверочной закупки», результаты оперативно-розыскной деятельности надлежащим образом отражены в оперативно-служебных документах.
В ходе проведения названного оперативно-розыскного мероприятия ФИО1 продал наркотические средства лицу под псевдонимом «Гамбит», при этом данных о том, что сотрудники правоохранительного органа, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, а также гражданин «Гамбит», каким-либо образом подстрекали, склоняли или побуждали осужденного к совершению преступления, а также иным образом создавали условия для совершения им преступления, в материалах дела не имеется.

Судом правильно установлено, что умысел осужденного ФИО1, направленный на незаконный оборот наркотических средств, сформировался независимо от деятельности сотрудников правоохранительного органа, а осужденный предварительно провел необходимые для совершения противоправных деяний подготовительные действия, поскольку, как следует из материалов дела и исследованных в судебном заседании доказательств, сбываемое ФИО1 наркотическое средство находилось в его владении еще до совершения преступления, а также он и ранее занимался незаконными операциями с наркотическими средствами.

Названные обстоятельства, а также данные, изложенные в исследованных судом документах с результатами оперативно-розыскной деятельности и показаниях свидетелей обвинения, свидетельствуют о том, что сотрудники правоохранительного органа еще до проведения в отношении осужденного оперативно-розыскных мероприятий располагали достаточными данными о его причастности к незаконному сбыту запрещенных к обороту наркотических средств, и действия сотрудников правоохранительного органа были направлены на проверку имеющихся сведений о незаконной деятельности, выявление причастного к этому лица, пресечение и раскрытие преступления.

Второй «Проверочной закупки», вопреки доводам осужденного, по данному делу не проводилось.
Проведенное по делу оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» также соответствует требованиям Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в ходе его проведения сотрудники полиции зафиксировали факт совершения осужденным преступлений, при этом в их действиях также не усматривается признаков подстрекательства, склонения или побуждения в прямой или косвенной форме к совершению осужденным противоправных действий. Умысел ФИО1 на хранение и сбыт наркотических средств был сформирован независимо от деятельности сотрудников правоохранительного органа, поскольку характер проводимого оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» не предполагал их вмешательства в совершаемые осужденным действия.

В связи с этим судебная коллегия признает несостоятельными доводы кассационной жалобы осужденного о том, что со стороны сотрудников правоохранительного органа имела место провокации к совершению осужденным противоправных действий.
При таких обстоятельствах, соглашаясь с выводами судов первой и апелляционной инстанции, судебная коллегия признает несостоятельными доводы осужденного, сводящиеся к утверждению о неверной оценке судом доказательств по делу, положенных в основу обвинительного приговора, и не находит оснований для переквалификации его действий, как об этом поставлен вопрос в кассационной жалобе.

Иная оценка доказательств, положенных в основу приговора, приведенная в кассационной жалобе, является неубедительной и основанной на собственной субъективной оценке осужденным отдельных доказательств и фактов по уголовному делу без связи и в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств, что противоречит положениям ст. 88 УПК РФ.
Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению судебных решений.

При этом судебная коллегия отмечает, что содержание кассационной жалобы по существу сводится к переоценке доказательств по делу, что недопустимо при пересмотре судебных решений в порядке гл. 47.1 УПК РФ, поскольку суд кассационной инстанции не исследует обстоятельства и не переоценивает какие-либо доказательства, исходит из признанных установленными судами первой и второй инстанций фактических обстоятельств дела, проверяя в процессе кассационного производства лишь правильность применения и толкования нижестоящими судебными инстанциями норм материального и процессуального права.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона. Председательствующим выполнены требования ст. 15, 243, 244 УПК РФ об обеспечении состязательности и равноправия сторон. Все поступившие ходатайства рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 256, 271 УПК РФ путем их обсуждения всеми участниками судебного заседания и вынесения судом соответствующих мотивированных постановлений, в правильности которых оснований сомневаться не имеется. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела либо повлекли нарушение прав участников, по делу не усматривается.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным способом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного решения, не допущено.
Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, в необходимом для принятия законного и обоснованного решения объеме и нашли свое отражение в обвинительном приговоре, который соответствует требованиям ст. 303, 304, 307 — 309 УПК РФ, содержит описание преступных деяний осужденного, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий, перечень исследованных в судебном заседании доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, их оценку с приведением мотивов, по которым суд принял за основу одни доказательства и отверг другие, а также обоснование принятых решений по всем вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ. Протокол судебного заседания суда первой инстанции составлен в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 259 УПК РФ.

Действиям ФИО1 на основе установленных в судебном заседании фактических обстоятельств дела дана правильная правовая квалификация по п. «б» ч. 3 ст. 228.1, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ. Выводы суда относительно юридической оценки его действий основаны на исследованных доказательствах и мотивированны в приговоре.

Доводы кассационной жалобы осужденного ФИО1 о том, что его действия по эпизодам N и 3 подлежат квалификации как одно преступление и излишне квалифицированы по ч. 2 ст. 228 УК РФ являются необоснованными.

Суд, квалифицируя действия ФИО1 по эпизодам N и 3 по совокупности преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 4 ст. 228.1 и ч. 2 ст. 228 УК РФ, правильно исходил из того, что вначале у него возник умысел на незаконное хранение наркотического средства без цели сбыта, и лишь затем он решил сбыть и сбыл часть этого наркотического средства ФИО13
То есть, осужденный ФИО1 совершил два самостоятельных преступления, что подтверждается не только направленностью умысла, но и характером выполненных им действий, поэтому такая их квалификация не противоречит положениям ч. 1 ст. 17 УК РФ, согласно которой совокупностью преступлений признается совершение двух или более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено, за исключением случаев, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание.

При этом судебная коллегия учитывает, что ст. 228 УК РФ и ст. 228.1 УК РФ устанавливают ответственность за различные деяния, и незаконный сбыт наркотического средства не предусмотрен в качестве обстоятельства, квалифицирующего иные, перечисленные в ст. 228 УК РФ действия по незаконном обороту наркотических средств, что позволило бы оценить действия ФИО1 с одним и тем же наркотическим средством только по признаку сбыта как наиболее тяжкого преступления, вне зависимости от имевшегося у него умысла в отношении данного наркотического средства.

Следовательно, оснований для квалификации вышеприведенных действий осужденного ФИО1 как единого продолжаемого преступления, вопреки доводам его жалобы, не имеется.
При назначении осужденному наказания суд в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60, 68 УК РФ, наряду с характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, учел обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, в качестве которых признал по всем эпизодам преступлений удовлетворительную характеристику по месту жительства, положительную характеристику с места работы, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, отца пенсионного возраста, являющегося инвали<адрес> группы, состояние здоровья осужденного, по эпизоду N, кроме того, — признание вины, по эпизоду N — явку с повинной, а также наличие обстоятельства, отягчающего наказание в виде рецидива преступлений и влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Каких-либо обстоятельств, обуславливающих смягчение наказания ФИО1, но не установленных судом или не учтенных им в полной мере на момент постановления приговора, и подлежащих в силу ст. 61 УК РФ обязательному учету в качестве смягчающих наказание, по делу не установлено.
Доводы кассационной жалобы ФИО1 о необходимости исключения из приговора указания суда при назначении наказания на то, что им совершено преступление против здоровья населения и общественной нравственности, представляющее повышенную социальную опасность, являются необоснованными, поскольку данная ссылка суда первой инстанции относится к описанию характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, что является допустимым и не свидетельствует о повторности учета данного обстоятельства.
Учитывая совокупность перечисленных обстоятельств суд с соблюдением принципа индивидуального подхода к назначению наказания пришел к обоснованному выводу о том, что достижение целей наказания возможно лишь при назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы и правильно не нашел оснований для применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы и условного осуждения, а также для назначения ему более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, и изменения категории преступления на менее тяжкую, подробно мотивировав свои выводы по данным вопросам в приговоре, с которым соглашается судебная коллегия.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что данные о личности осужденного, влияющие на его наказание, судом учтены всесторонне, объективно и в полном объеме, а при определении вида и размера наказания в полной мере учтены положения уголовного закона о его индивидуализации и справедливости.
Оснований для признания назначенного осужденному ФИО1 наказания несправедливым вследствие чрезмерной суровости и его смягчения, судебная коллегия не усматривает. Выводы суда о виде и размере назначенного осужденному наказания мотивированы и отвечают принципам справедливости, содержащимся в ст. 6 УК РФ.

Вид исправительного учреждения осужденному назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.
Уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, положения ст. 14, 15 и 16 УПК РФ соблюдены. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который составлен в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 259 УПК РФ.
Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем содержится описание преступных действий, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа и мотивов их совершения, формы вины.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену состоявшихся судебных решений, по делу не допущено.
Вместе с тем судебная коллегия находит, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые в силу ст. 401.15 УПК РФ являются основаниями изменения судебных решений.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания подозреваемого, обвиняемого, которые, как и остальные доказательства, подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании.
В судебном заседании не могут оглашаться показания подсудимого, ранее данные им при производстве предварительного расследования, когда его допрашивали в качестве свидетеля, поскольку процессуальный статус этого лица изменился.

Согласно ст. 276 УПК РФ оглашаются лишь показания подсудимого на предварительном следствии, которые он давал по обвинению, то есть в качестве подозреваемого или обвиняемого.
Несмотря на это, в основу обвинительного приговора положены недопустимые доказательства, а именно показания ФИО1, данные им в качестве свидетеля.

В силу ч. 1 ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

В связи с этим из судебных решений подлежит исключению ссылка на показания ФИО1, данные им в качестве свидетеля, как на доказательство виновности осужденного.

При этом судебная коллегия считает, что исключение из судебных решений этих показаний не влияет на выводы суда о доказанности виновности ФИО1 в совершенных преступлениях, поскольку его вина полностью подтверждается совокупностью иных приведенных в приговоре доказательств.
Данные обстоятельства при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции необоснованно оставлены без внимания.

Других существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, являющихся основанием для отмены или изменения судебных решений, в том числе по доводам кассационной жалобы, судебная коллегия не находит, а потому в остальном они являются законными и обоснованными.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Матвеево-Курганского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

исключить ссылку на показания ФИО1, допрошенного в качестве свидетеля, как на доказательство виновности осужденного.

В остальном судебные решения оставить без изменения, а кассационную жалобу — без удовлетворения.

Настоящее кассационное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

​​​​С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры». (А)

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.