Кассационная жалоба на приговор городского суда и на Апелляционное определение областного суда по делу о коммерческом подкупе (образец)

В Шестой кассационный суд общей юрисдикции

(через Сызранский городской суд Самарской области 

Адрес: 446001, Самарская обл.,                   г. Сызрань, ул. Советская, д. 41)

от адвоката АБ “Антонов и партнеры” Антонова А.П., рег. № 63/2099 в реестре адвокатов Самарской области

адрес для корреспонденции: 443080, г. Самара, проспект Карла Маркса, дом 1192, офис 614

Адрес для корреспонденции: 443080,         г. Самара, проспект Карла Маркса, д. 192, оф. 614

в защиту интересов осужденного

Н.Д.С.

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на приговор Сызранского городского суда Самарской области от 11.12.2024 и Апелляционное определение Самарского областного суда 

от 10.02.2025

Приговором Сызранского городского суда Самарской области от 11.12.2024 Н.Д.С. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. “б” ч. 3 ст. 204 УК РФ.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 10.02.2025 (далее — Апелляционное определение) Приговор Сызранского городского суда Самарской области от 11.12.2024 в отношении Н.Д.С. оставлен без изменения, а апелляционная жалоба адвоката без удовлетворения. 

Указанные Приговор и Апелляционное определение, по мнению защиты, вынесены с существенными нарушениями уголовного закона, повлиявшими на исход дела, считает их незаконными и подлежащими отмене ввиду следующего: 

1. уголовное дело в отношении Н.Д.С. возбуждено незаконно, в нарушении порядка установленного ст. 23 УПК РФ;
2. судом первой и апелляционной инстанций не установлено регламентируется ли нормативно-правовым (нормативным) актом требование о передаче Н.Д.С. контролирующему лицу М.П.А. рентгенографических снимков или нет;
3. судом первой и апелляционной инстанций неправильно применен уголовный закон, действия Н.Д.С. должны квалифицироваться по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 204.2 УК РФ, т.е. как мелкий коммерческий подкуп;
4. судом первой и апелляционной инстанций не учтены требования примечания к ст. 204 (204.2) УК РФ об освобождении от уголовной ответственности;
5. судом первой и апелляционной инстанций не учтено, что ведущий специалист Производственного Управления г. Сызрани ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” М.П.А. не является лицом (субъектом преступления), который в соответствии с примечанием к ст. 201 УК РФ может привлекаться к уголовной ответственности по ст. 204 (204.2) УК РФ.

1. уголовное дело в отношении Н.Д.С. возбуждено незаконно, в нарушении порядка установленного ст. 23 УПК РФ.

Согласно ст. 23 УПК РФ если деяние, предусмотренное главой 23 УК РФ, причинило вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием либо организацией с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования, и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя данной организации или с его согласия. 

На указанную позицию законодателя обращено внимание в п. 31  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».

Соответственно, уголовное преследование Н.Д.С. с момента квалификации его действий по ст. 204 УК РФ могло осуществляться в общем порядке лишь при установлении органом предварительного расследования факта причинения его деяниями вреда интересам государства или иным указанным в ст. 23 УПК РФ субъектам, с которыми данная норма связывает осуществление такого вида преследования, а в отсутствие таких данных — только с согласия руководителя коммерческой организации или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием либо организацией с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования, которой причинен вред.

Необходимо отметить, что согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” является коммерческой организацией, не относящейся к числу государственных и муниципальных унитарных предприятий, акционерных обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям. Не является государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, государственной корпорацией, государственной компанией.

В ходе судебного следствия не установлено причинен ли какой-либо вред ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”, интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства. 

Наличие указанных общественно опасных последствий является буфером разграничивающим предусмотренный порядок возбуждения уголовного дела по ст. 204 УК РФ, а именно в общем или специальном порядке возбуждается уголовное дело, о чем констатируется в абз. 3 п. 31 вышеуказанного Постановления Пленума ВС РФ.

Исходя из материалов уголовного дела следует, что перевод денежных средств был выявлен органом дознания только по истечении пяти месяцев, т.е. 05.06.2024, что подтверждает факт отсутствия причинения какого-либо вреда.

В заявлении о преступлении от ДАТА отсутствует указание на причиненный вред интересам ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”, иным организациям. В заявлении о преступлении отсутствует указание о возбуждении уголовного дела в отношении иных лиц, кроме самого М.П.А.

Соответствующее заявление отсутствует от граждан, представителей общественности и государственных органов.

Допрошенный в судебном заседании представитель ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” не пояснил какой вред интересам причинен действиями Н.Д.С. ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”, иным организациям, гражданам, обществу или государству.

Исходя из вышесказанного следует, что действия Н.Д.С. не причинило вреда интересам ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”, другим организациям, а также интересам граждан, общества или государства, в связи с чем поводом для возбуждения уголовного дела должно являться заявление о преступлении в отношении Н.Д.С., а не рапорт об обнаружении признаков преступления вынесенный следователем.

Суд первой инстанции в приговоре констатирует указанный довод стороны защиты следующим образом: “для возбуждения уголовного дела послужило заявление о преступлении заместителя генерального директора по экономической безопасности ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” З.Т.З., согласно которому подразделением экономической безопасности выявлены признаки противоправной деятельности ведущего специалиста ПУ г. Сызрань филиала ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” в г. Уфа М.П.А., который будучи наделенным полномочиями от ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” в нарушении требований договоров об осуществлении строительного контроля, за незаконное вознаграждение, осуществлял общее покровительство в пользу подрядных организаций. В процессе производства следственных действий была установлена причастность к преступлению Н.Д.С., в отношении которого также было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. “б” ч. 3 ст. 204 УК РФ, которое впоследствии было выделено в отдельное производство”.

При этом не обосновывает в связи с чем возбуждение уголовного дела по инициативе следователя в нарушении требования ст. 23 УПК РФ носит законный характер.

Также необходимо отметить, что ст. 23 УПК РФ связывает возбуждение уголовного дела с наличием заявления руководителя данной организации или с его согласия.

Исходя из смысла ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличным исполнительным органом общества являются — директор, генеральный директор и другие.

Из взаимосвязи ст. 23 УПК РФ и ст. 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что руководителем организации является генеральный директор.

Согласно Конституции РФ императивные нормы правоприменителем обязаны трактоваться буквально, расширительному толкованию не подлежат.

Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” ИНН НОМЕР генеральным директором указанной организации является А.А.Б..

Заявление о преступлении о привлечении к уголовной ответственности М.П.А. подписано заместителем генерального директора по экономической безопасности З.Т.З. (т. 1 л.д. 7-10).

При этом данное заявление с руководителем ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” — генеральным директором А.А.Б. не согласовано.

В материалах уголовного дела также отсутствует доверенность выписанная руководителем ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” — генеральным директором А.А.Б. уполномочивающая заместителя генерального директора по экономической безопасности З.Т.З. подавать в правоохранительные органы заявление о преступлении.

Согласно ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на территории РФ устанавливается УПК РФ, который является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства, что фактически судом первой и апелляционной инстанций проигнорировано.

Таким образом, судом первой и апелляционной инстанций положения ст. 23 УПК РФ в части трактовки “руководителя организации” применили расширительное толкование, что является нарушением действующего уголовно-процессуального закона.

2. судом первой и апелляционной инстанций не установлено регламентируется ли нормативно-правовым (нормативным) актом требование о передаче Н.Д.С. контролирующему лицу М.П.А. рентгенографических снимков или нет.

Согласно Приговору (в соответствии с которым осужден Н.Д.С.) Н.Д.С. инкриминируется частичное предъявление приемо-сдаточной документации М.П.А., при этом не отражено конкретно какой элемент приемо-сдаточной документации Н.Д.С. не предоставлено контролирующим лицам, в связи с чем последний передал М.П.А. предмет коммерческого подкупа.

Судом первой инстанции не установлено какие документы (предметы) должны входить в приемо-сдаточную документацию, каким нормативно-правовым (нормативным) актом устанавливается требование о передаче конкретных документов, а также не установлено относятся ли рентгенографические снимки к приемо-сдаточной документации указанной в приговоре суда.

Судом апелляционной инстанции также указанный факт проигнорирован, произведена констатация “Наличие квалифицирующих признаков преступления “за совершение заведомо незаконных действий” установлены в ходе судебного следствия, подтверждены доказательствами, на которые суд сослался в приговоре”.

При этом судом первой и апелляционной инстанций проигнорирована правовая позиция Пленума Верховного Суда Российской Федерации выраженная в п. 6 постановления от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» согласно которой под незаконными действиями (бездействием), следует понимать действия (бездействие), которые: совершены должностным лицом с использованием служебных полномочий, однако в отсутствие предусмотренных законом оснований или условий для их реализации.

Необходимо отметить, что высшей судебной инстанцией при рассмотрении сходных правоотношений дано разъяснение, содержащееся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», согласно которому судам надлежит выяснять, какими нормативными правовыми актами, а также иными документами установлены права и обязанности обвиняемого должностного лица, с приведением их в приговоре, и указывать, злоупотребление какими из этих прав и обязанностей или превышение каких из них вменяется ему в вину, со ссылкой на конкретные нормы (статью, часть, пункт).

Таким образом, исходя из системного толкования правовых позицией Верховного Суда РФ следует, что суды обязаны установить из каких нормативно-правовых (нормативных) актов вытекает требование о предоставлении тех или иных документов.

Данное требование происходит из конституционного (общеправового) принципа “что не запрещено законом, то разрешено”. 

Исходя из правоотношений сложившихся, между Н.Д.С. и М.П.А., для разграничения произведенных транзакций от противоправных необходимо установление наличия императивного требования в законе (нормативно-правовом, нормативном акте) о предоставлении рентгенографических снимков.

Указанный конституционный принцип, требования ВС РФ судом первой и апелляционной инстанций проигнорированы, не приведены мотивы опровержения доводов стороны защиты в данной части, что повлекло принятие необоснованного итогового судебного решения. 

Необходимо отметить, что стороной защиты неоднократно обращалось внимание судов первой и апелляционной инстанций на указанные факты.

В ходе судебного заседания в суде первой инстанции неоднократно заявлялись ходатайства о приобщении  нормативно-правовых (нормативных) актов устанавливающих требование о передаче рентгенографических снимков, а именно ДАТА (т. 3 л.д. 36), ДАТА (т. 3 л.д. 58), ДАТА (т. 3 л.д. 74), в удовлетворении данных ходатайств отказано.

Указанные обстоятельства не были установлены в ходе допроса свидетелей М.П.А. (т. 3 л.д. 30-32), С.В.Н. заместителя генерального директора — директор филиала ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” (т. 3 л.д.68), подсудимого Н.Д.С. (т. 3 л.д. 49-50).

Допрошенный в качестве свидетеля М.П.А. показал, что ранее до 2022 года не требовалось предоставления рентгенографических снимков, кто высказал это требование ему не известно (т. 3 л.д. 32). Аналогичные показания дал Н.Д.С. в ходе допроса в качестве подозреваемого (т. 2 л.д. 79), в ходе допроса в качестве подсудимого (т. 3 л.д. 50).

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы стороной защиты в выступлении также на этом заострялось внимание, что также было проигнорировано.

Таким образом, судом первой и апелляционной инстанций не установлено входило ли в обязанности Н.Д.С. передача рентгенографических снимков, если входило, то каким нормативно-правовым актом или нормативным (локальным) актом это регламентировалось, или данное требование в указанных документах отсутствует, а требование о передаче рентгенографических снимков является чьей-то инициативой высказанной в устной форме не имеющей юридически-значимых последствий.

В случае отсутствия требования в нормативно-правовых актах, нормативных актах указанного требования, то перечисление денежных средств не носило криминальный характер, в связи с чем в действиях Н.Д.С. отсутствует состав преступления.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации выраженной в абз. 2 п. 17 постановления от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре» следует, что в силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельных его составляющих, толкуются в пользу подсудимого. 

Неустановление судом первой инстанции регламентируется или нет передача рентгенографических снимков какими либо нормативно-правовыми актами (нормативными актами), и постановление обвинительного приговора в отношении Н.Д.С. свидетельствует о том, что данный приговор основан на предположениях, что прямо запрещено действующим законодательством.

3. судом первой и апелляционной инстанций неправильно применен уголовный закон, действия Н.Д.С. должны квалифицироваться по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 204.2 УК РФ, т.е. как мелкий коммерческий подкуп.

Судом первой инстанции Н.Д.С. осужден за совершение преступления, предусмотренного п. “б” ч. 3 ст. 204 УК РФ, а именно в передаче предмета коммерческого подкупа в виде денежных средств 25.01.2023 в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей, как единое продолжаемое преступление.

Выводы суда первой инстанции поддержал суд апелляционной инстанции.

При этом указанными судами, не учтено психическое отношение Н.Д.С. к совершенному деянию, а именно отсутствие единого умысла на передачу предметов коммерческого подкупа, в связи с чем отсутствует субъективная сторона преступления в виде умысла направленного на систематическую передачу предметов коммерческого подкупа.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ выраженной в п. 21 Постановления от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» (далее — Постановление № 24) от совокупности преступлений следует отличать продолжаемые передачи в несколько приемов незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе. Как единое продолжаемое преступление следует, в частности, квалифицировать систематическое получение предмета коммерческого подкупа от одного и того же лица за общее покровительство или попустительство по службе, если указанные действия были объединены единым умыслом.

Допрошенный в ходе судебного заседания в качестве свидетеля М.П.А. пояснил, что полученное им от Н.Д.С. денежные средства ДАТА в размере 10 000 рублей предназначались для сокрытия факта от руководства недостатков, выявленных в ходе проведения проверочных работ. Данная сумма не предназначалась для выявления и сокрытия недостатков выявленных М.П.А. в будущем, в том числе недостатков выявленных им до ДАТА (включительно). 

Между М.П.А. и Н.Д.С. не было каких-либо договоренностей о получении от Н.Д.С. на систематической основе денежных средств в качестве покровительства. М.П.А. также не высказывался о том, что намерен в будущем покровительствовать Н.Д.С. при выявлении недостатков в его работе при получении в последующем денежных средств. 

М.П.А. и Н.Д.С. заранее не договаривались о датах и суммах осуществления перевода денежных средств.

Аналогичные показания М.П.А. дал по событиям от ДАТА, ДАТА, ДАТА (т. 3 л.д. 33, 35).

Н.Д.С. дал аналогичные показания, согласно которым у него не было единого умысла на осуществление транзакций ДАТА, ДАТА, ДАТА, ДАТА по переводу денежных средств М.П.А. в качестве предмета коммерческого подкупа (т. 3 л.д. 33, 35). 

Исходя из движения денежных средств по расчетному счету Н.Д.С. следует, что он ДАТА перевел на расчетный счет М.П.А. денежные средства в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей, ДАТА в размере 10 000 рублей.

Указанные транзакции осуществлены в разные даты, при этом между ними нет какого-то одинакового временного промежутка, свидетельствующего о разделении суммы в 40 000 рублей на равные части и их выплаты частями (т. 1 л.д. 25-39; т. 1 л.д. 90) 

Исходя из совокупности приведенных доказательств следует, что действия Н.Д.С. подлежат квалификации как совокупность преступлений, при которой каждая транзакция в сумме 10 000 рублей должна оцениваться как отдельное самостоятельное преступление, т.е. как четыре самостоятельных преступления.

Исходя из положения п. 14 Постановления № 24 следует, что с учетом того, что нормы об ответственности за мелкий коммерческий подкуп являются специальными по отношению к положениям ст. 204 УК РФ, дача предмета коммерческого подкупа в размере, не превышающем десяти тысяч рублей, следует квалифицировать по ч. 1 ст. 204.2 УК РФ независимо от того, за какие действия (законные или незаконные), в каком составе участников (единолично или группой лиц), а также при наличии других квалифицирующих признаков взяточничества и коммерческого подкупа они совершены. 

Перечисляемая Н.Д.С. М.П.А. сумма каждый раз не превышала 10 000 рублей, а каждая транзакция носила характер вновь возникшего умысла, в связи с чем в соответствии с требованием законодателя, а также позиции Верховного Суда Российской Федерации действия Н.Д.С. по каждому эпизоду перечисления денежных средств М.П.А. должны квалифицироваться по ч. 1 ст. 204.2 УК РФ как четыре самостоятельных преступления.

4. судом первой и апелляционной инстанций не учтены требования примечания к ст. 204 (204.2) УК РФ об освобождении от уголовной ответственности.

Согласно примечаниям к ст. 204 (204.2) УК РФ лицо, совершившее передачу предмета коммерческого подкупа (мелкого коммерческого подкупа), освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления и либо в отношении его имело место вымогательство предмета подкупа, либо это лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о передаче предмета подкупа.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ выраженной в п. 29 постановления от 09.07.2013 N 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» для освобождения от уголовной ответственности за передачу предмета коммерческого подкупа (ч. 1 — 4 ст. 204, ст. 204.2 УК РФ) требуется установить активное способствование раскрытию и (или) расследованию (пресечению) преступления, а также добровольное сообщение о совершенном преступлении либо вымогательство предмета коммерческого подкупа.

Сообщение (письменное или устное) о преступлении должно признаваться добровольным независимо от мотивов, которыми руководствовался заявитель. При этом не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.

Активное способствование раскрытию и расследованию преступления должно состоять в совершении лицом действий, направленных на изобличение причастных к совершенному преступлению лиц (лиц, принявших предмет коммерческого подкупа), обнаружение имущества, переданного в качестве предмета коммерческого подкупа, и др.

ДАТА допрошенный в ходе судебного заседания Н.Д.С. пояснил, что ДАТА утром он находился на территории г. Сызрани Самарской области когда к нему подошли сотрудники ФСБ которые начали у него интересоваться об имеющейся информации коррупционной направленности в отношении сотрудников ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” А. и Л.. 

При этом указанные сотрудники ФСБ об инкриминируемой преступной деятельности Н.Д.С. в настоящее время у последнего не спрашивали, сообщив ему, что в случае появления какой-либо информации в отношении вышеуказанных лиц попросили связаться с ними.

В тот же день примерно в 11.00 ч. Н.Д.С. явился в УФСБ России по Самарской области расположенное в г. Сызрани по адресу г. АДРЕС, в целях сообщения о противоправном действии ведущего специалиста ПУ г. Сызрани ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” М.П.А.

Вход в здание в ФСБ Н.Д.С. осуществил через контрольно-пропускной пункт, где сотрудник ФСБ внес запись в журнал прохода на режимный объект.

Мотивом явки в УФСБ России по Самарской области Н.Д.С. явилась его гражданская позиция в соответствии с которой он намеревался сообщить органу, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, о возможном противоправном поведении М.П.А.

Н.Д.С. был пропущен в здание ФСБ, где должностное лицо С.В.А. ему сообщил, что он занят и чтобы Н.Д.С. пришел позже в этот же день.

При последующей явке в ФСБ Н.Д.С. на территорию не пустили, позже он был вызван на допрос в качестве свидетеля (т. 3 л.д. 50-57).

Допрошенный в ходе судебного заседания сотрудник ФСБ С.В.А. подтвердил, что Н.Д.А. самостоятельно и добровольно явился в ФСБ России по Самарской области расположенное в г. Сызрани. Однако у сотрудника ФСБ с Н.Д.А. разговор не состоялся в силу занятости должностного лица, тем самым Н.Д.С. был лишен возможности обращения в правоохранительные органы с явкой с повинной. 

Н.Д.С. намеревался совершить указанные действия при последующей явке в ФСБ в более позднее время указанное сотрудником ФСБ. Н.Д.С. повторно явился к сотруднику ФСБ в назначенное время, но к должностному лицу не попал в силу отсутствия последнего на рабочем месте (т. 3 л.д. 71-72). 

Таким образом, Н.Д.С. выполнил все требования законодателя относительно прекращения уголовного преследования в отношении него предусмотренное примечанием к ст. 204, 204.2 УК РФ.

Во-первых, Н.Д.С. явился в УФСБ России по Самарской области расположенного в г. Сызрани в целях сообщения о совершенном преступлении, т.е. им были совершены действия, направленные на изобличение причастного к совершенному преступлению лица — М.П.А. (лица, непосредственно принявшего предметы коммерческого подкупа). 

При этом в материалах уголовного дела не содержатся сведения, что в отношении Н.Д.С. проводились какие-либо оперативно-розыскные мероприятия направленные на установление причастности Н.Д.С. к инкриминируемому преступлению. 

Допрошенный в судебном заседании сотрудник ФСБ С.В.А.пояснил, что все материалы ОРД в отношении Н.Д.С. содержатся в материалах уголовного дела. Учитывая их отсутствие следует, что в отношении Н.Д.С. какие-либо оперативно-розыскные мероприятия не проводились.

Н.Д.С. не задерживался по подозрению в совершении этого преступления.

На момент явки в ФСБ отсутствовало уголовное дело возбужденное как в отношении Н.Д.С., так и в отношении М.П.А. 

Также необходимо отметить, что М.П.А. в первые сообщил сотрудникам ФСБ о Н.Д.С. в 14.30 ч. ДАТА, что отражено в заявлении о явке с повинной М.П.А. содержащейся на л.д. 13 т. 1, а Н.Д.С. явился в УФСБ России по Самарской области ранее в этот же день в 11.00 ч. 

То есть, должностным лицам органа дознания и предварительного следствия на момент обращения Н.Д.С. в УФСБ России по Самарской области не было известно об инкриминируемом в настоящее время Н.Д.С. преступлении.

Во-вторых обращение в УФСБ России по Самарской области в г. Сызрань носило добровольный характер в силу его гражданской позиции.

Кроме того, как пояснил Н.Д.С., передача предметов коммерческого подкупа М.П.А, носила вынужденный характер в силу вымогательства со стороны М.П.А. предметов коммерческого подкупа.

В частности, как пояснил Н.Д.С., в ходе своей профессиональной деятельности от М.П.А. к нему неоднократно поступали требования о повторном производстве рентгенографических снимков. Данные требования Н.Д.С. устранял в короткий промежуток времени в случае нахождения его непосредственно на том же объекте, где располагалось проверяемое оборудование.

Предметы коммерческого подкупа передавались М.П.А. только в те моменты, когда Н.Д.С. не мог произвести в короткий промежуток времени повторную рентгеновскую съемку в виду его нахождения на объекте в другом населенном пункте. В эти моменты, М.П.А. понимая, что Н.Д.С. не может произвести снимки в короткий промежуток времени усиливал психологическое давление на Н.Д.С. сообщая последнему, что он не подпишет акты КС 2 и КС 6а, из-за чего не будет оплачена работа не только Н.Д.С., но и также другим подрядчикам завязанных в технологической цепочке.

Н.Д.С. осознавая указанный факт, не желая наступления негативных последствий иным лицам был вынужден производить оплату М.П.С.

То есть, в действиях М.П.А. наличествует вымогательство предмета коммерческого подкупа.

Таким образом, учитывая, что Н.Д.С. намеревался добровольно сообщить в правоохранительные органы о наличии вымогательства в отношении него предметов коммерческого подкупа обратился в ФСБ, где должностные лица в силу занятости не приняли от него заявление о совершенном в отношении него преступления.

Кроме того, в действиях М.П.А. усматривается вымогательство предметов коммерческого подкупа, что в соответствии с примечанием декриминализирует действия Н.Д.С. по передаче предметов коммерческого подкупа. 

В связи с чем, Н.Д.С. должен быть освобожден от уголовной ответственности в соответствии с примечанием.

4. судом первой и апелляционной инстанций не учтено, что ведущий специалист Производственного Управления г. Сызрани ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” М.П.А. не является лицом (субъектом преступления), который в соответствии с примечанием к ст. 201 УК РФ может привлекаться к уголовной ответственности по ст. 204 (204.2) УК РФ.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации изложенной в п. 1 постановления № 24 от 09.07.2013 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» при разрешении вопроса о том, совершено ли коррупционное преступление лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, судам следует руководствоваться примечанием 1 к ст. 201 УК РФ, учитывая при этом соответствующие разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 19 от 16.10.2009 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий».

Исходя из примечания 1 к ст. 201 УК РФ следует, что лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, за исключением организаций, указанных в п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, либо в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления либо государственным или муниципальным учреждением, признается лицо, выполняющее функции единоличного исполнительного органа либо члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, или лицо, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

В соответствии с правовой позицией Пленума Верховного Суда Российской Федерации изложенной в п. 11 постановления № 19  от 16.10.2009  «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» субъектами преступления 204, 204.2 УК РФ являются лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, основной целью деятельности которых является извлечение прибыли, за исключением государственных и муниципальных унитарных предприятий, акционерных обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, а также лица, выполняющие управленческие функции в некоммерческой организации, которая не является государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, государственной корпорацией, государственной компанией.

К лицам, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, относятся лица, выполняющие функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лица, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях (например, директор, генеральный директор, член правления акционерного общества, председатель производственного или потребительского кооператива, руководитель общественного объединения, религиозной организации).

В тех случаях, когда указанные лица используют свои полномочия вопреки законным интересам коммерческой или иной организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, они подлежат ответственности по статьям предусматривающим уголовную ответственность за преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества и государства.

Согласно п. 4, 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» следует, что под организационно-распорядительными функциями следует понимать полномочия лица, которые связаны с руководством трудовым коллективом (его структурного подразделения) или находящимися в их служебном подчинении отдельными работниками, с формированием кадрового состава и определением трудовых функций работников, с организацией порядка прохождения службы, применения мер поощрения или награждения, наложения дисциплинарных взысканий и т.п.

Как административно-хозяйственные функции надлежит рассматривать полномочия лица по управлению и распоряжению имуществом и (или) денежными средствами, находящимися на балансе и (или) банковских счетах организаций, а также по совершению иных действий (например, по принятию решений о начислении заработной платы, премий, осуществлению контроля за движением материальных ценностей, определению порядка их хранения, учета и контроля за их расходованием).

Исполнение функций должностного лица по специальному полномочию означает, что лицо исполняет организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции, возложенные на него приказом или распоряжением вышестоящего лица либо правомочным на то органом. Функции должностного лица по специальному полномочию могут осуществляться в течение определенного времени или однократно, а также могут совмещаться с основной работой.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель М.П.А. пояснил, что он действительно в течении всего 2023 года работал в должности ведущего специалиста Производственного Управления г. Сызрани ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”. У него не было в подчинении  персонала, он не мог самостоятельно распоряжаться имуществом общества, т.е. занимаемая им должность не предполагала наличия организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций.

Его должность ведущего специалиста не предполагала наличия управленческих функции в ООО “НАИМЕНОВАНИЕ”. 

На М.П.А. как на ведущего специалиста не возлагалось выполнение функций единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа (т. 3 л.д. 32).

Данные факты подтверждаются должностной инструкцией ведущего специалиста производственного управления ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” от ДАТА (т. 1 л.д. 79-86) согласно которой в п. 2 указано, что в прямом (административном), в непрямом (функциональном) подчинении у Можаева П.А. никого нет. 

Согласно трудового договора от ДАТА (т. 1 л.д. 55-58) М.П.А. трудоустроен в ООО “НАИМЕНОВАНИЕ” на должность ведущий специалист в обособленное подразделение в г. Уфа, РПУ в г. Самара, ПУ г. Сызрань.

Таким образом в трудовом договоре, в должностной инструкции М.П.А. какой либо информации о наличии полномочий у ведущего специалиста управленческих функций, о наличии временно или по специальному полномочию выполнение организационно-распорядительных или административно-хозяйственный функций не имеется.

Его должность не предусматривает функции единоличного исполнительного органа либо члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, не является членом правления акционерного общества.

В связи с чем М.П.А. не является субъектом преступлений, предусмотренных главой 23 УК РФ, а именно ст. 204, 204.2 УК РФ, в связи с чем действия Н.Д.С. не могут признаваться уголовно-наказуемыми.

Наличие в материалах уголовного дела обвинительного приговора в отношении М.П.А. не является основанием для отказа от исследования судом состава образующих признаков, перечисленных в примечании к ст. 201 УК РФ, так как в силу требований ст. 90 УПК РФ обвинительный приговор не может предрешать виновность лица, не участвовавшего ранее в рассматриваемом уголовном деле.

При рассмотрении уголовного дела по существу в отношении М.П.А. Н.Д.С. участие не принимал, в связи с чем полагаю, что судом должен исследоваться вопрос об установлении наличия или отсутствия признаков субъекта преступления перечисленных в вышеуказанном примечании применительно к М.П.А.

Учитывая, что М.П.А. не являлся субъектом преступления, предусмотренного ст. 204; 204.2 УК РФ, то соответственно действия Н.Д.С. не носят уголовно-наказуемый характер так как его действия производны от действий М.П.А.

Допущенные судом первой и апелляционной инстанций нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшие на исход дела. 

Приговор и апелляционное определение в отношении Н.Д.С. не могут быть признаны законными и обоснованными. 

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются, существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.401.14 УПК РФ, в результате рассмотрения уголовного дела суд кассационной инстанции вправе отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и прекратить производство по данному уголовному делу.

На основании изложенного и руководствуясь уголовно-процессуальным законодательством,

ПРОШУ:

Приговор Сызранского городского суда Самарской области от 11.12.2024, апелляционное определение Самарского областного суда от 10.02.2025 — отменить, и прекратить производство по данному уголовному делу в отношении Н.Д.С.

Приложения: 

• Оригинал ордера адвоката Антонова А.П.;
• Заверенная копия приговора Сызранского городского суда Самарской области от 11.12.2024;
• Заверенная копия апелляционного определения Самарского областного суда от 10.02.2025.

Адвокат (защитник)______________________________ А.П. Антонов

---

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры». (И)

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.