АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Уфа 10 июня 2026 года
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан
в составе: председательствующего судьи Мухаметьяновой Э.Б.,
судей Валеевой М.Р., Муллахметова Р.Р.,
при ведении протокола судебного заседания секретарями Фарраховой В.В..
Муллахметовым И.И.,
с участием прокурора Г.Ю.О.,
осуждённого Т.В.В.,
его защитников — адвокатов Антонова А.П., К.А.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя В.Э.Р. на приговор Кумертауского межрайонного суда Республики Башкортостан от 30 марта 2026 года в отношении
Т.В.В., родившегося ДАТА в селе .., гражданина Российской Федерации.
Заслушав доклад судьи М.Э.Б. о содержании приговора, доводах апелляционного представления с дополнением, выступление прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления с дополнением, мнения осуждённого и адвокатов о законности приговора, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Т.В.В., не судимый, осуждён по ч. 5 ст. 291 УК РФ к штрафу в размере 2 200 000 рублей.
Мера пресечения в отношении Т.В.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.
Постановлено сохранить до исполнения назначенного наказания в виде штрафа арест на земельный участок, кадастровый номер НОМЕР, расположенный по адресу: Самарская область, городской округ Самара, внутригородской район Кировский, поселок Зубчаниновка, принадлежащий на праве собственности Т.В.В..
Постановлено отменить арест, наложенный на основании постановления Кумертауского межрайонного суда Республики Башкортостан от ДАТА, на здание, кадастровый номер НОМЕР, расположенное по адресу: АДРЕС, принадлежащее на праве собственности Т.В.В..
Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.
Т.В.В. признан виновным и осуждён за дачу взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий, в особо крупном размере.
Преступление совершено во время, в месте и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
B апелляционном представлении государственный обвинитель В.Э.Р. приводит мнение о том, что данный приговор суда подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона. несправедливостью приговора. Полагает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Мотивирует тем, что масштаб негативного влияния коррупционных деяний на общество и государство предопределяет особое требование к мерам наказания за их совершение, определенным законодателем и направленным на повышение гарантий достижения целей восстановления социальной справедливости, предупреждение совершения новых преступлений осужденными и иными лицами, демонстрацию реализации неотвратимости наказания, и как следствие формирование нетерпимости в обществе к коррупционным проявлениям. Указывает, что из материалов дела следует, что Т.В.В не сообщал добровольно о совершенном им преступлении. Уголовное дело возбуждено по рапорту должностного лица на основании данных оперативно-розыскной деятельности. Т.В.В. активно не способствовал раскрытию, расследованию преступления и дал признательные показания исключительно под давлением изобличающих доказательств, добытых в рамках оперативно-розыскных мероприятий и предварительного следствия. Санкция ч. 5 ст. 291 УК РФ помимо штрафа предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от восьми до пятнадцати лет. В связи с этим назначенное Т.В.В. наказание является чрезмерно мягким и не будет отвечать целям наказания, указанным в ст. 43 УК РФ. Кроме того, суд первой инстанции сослался лишь на данные о личности осужденного и указал, что по его мнению назначение Т.В.В. наказания в виде штрафа приведет к достижению целей наказания. Однако судом первой инстанции не соблюдены требования ст. 60 УК РФ в части учета при назначении наказания характера и степени общественной опасности преступления, суд не проанализировал конкретные обстоятельства совершенного преступления и влияние их на определение конкретного вида и размера наказания, ограничившись лишь изложением мнения о том, что назначенное наказание является достаточным со ссылкой на данные о личности осужденного Т.В.В. Вышеизложенное свидетельствует о неправильном применении уголовного закона и несправедливости приговора, в связи с чем предлагает приговор изменить: назначенное наказание по ч. 5 ст. 291 УК РФ в виде штрафа заменить на лишение свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель В.Э.Р. указывает, что суд первой инстанции счёл возможным назначить Т.В.В. наказание, не связанное с лишением свободы, в виду того, что судом не установлено обстоятельств, отягчающих наказание, а в качестве смягчающих наказание обстоятельств, признано раскаяние, признание вины, положительные характеристики, наличие на иждивении одного несовершеннолетнего и одного малолетнего ребенка, а также отца, страдающего тяжелым заболеванием, оказание помощи детскому приюту и содействие участникам специальной военной операции. Назначенное осужденному наказание в виде штрафа является чрезмерно мягким, определенным без учета характера и степени общественной опасности коррупционного особо тяжкого преступления, сопряженного с посягательством на сферу оборонно-промышленного комплекса, поскольку АО «К.» является исполнителем государственного оборонного заказа и поставляемая Т.В.В. (директором ООО «М.») продукция использовалась для выполнения государственного оборонного заказа, в последствии противоправные действия Т.В.В. были направлены на достижение конечного результата по незаконному обогащению ООО «М.» за счет причинения ущерба промышленности государства и его обороноспособности путем поставки товаров по завышенной стоимости оборонному предприятию, чем напрямую затронуты публичные интересы государства. При этом суд переоценил значение данных о личности осужденного для назначения ему меры наказания, что не позволило также назначить Т.В.В. дополнительное наказание в виде запрета занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Автор представления, ссылаясь на ч. 2 ст. 104.2 УК РФ, разъяснения, данные в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 14.06.2018 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», считает, что денежные средства в виде суммы взятки в размере 1 266 800,50 руб. подлежат конфискации у Т.В.В. в доход государства. Предлагает приговор изменить: назначенное наказание по ч. 5 ст. 291 УК РФ в виде штрафа заменить на лишение свободы сроком на 8 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима, со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 10 266 800,50 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно — распорядительных, административно-хозяйственных функций государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, сроком на 3 года, и исключить из приговора указание на наличие таких смягчающих обстоятельств, как положительные характеристики и наличие отца, страдающего тяжелым заболеванием, применить конфискацию предмета взятки, а именно конфисковать в доход государства сумму взятки в размере 1 266 800,50 рублей.
В возражении на апелляционное представление адвокат Антонов А.П. в защиту интересов осуждённого Т.В.В. считает приговор законным, обоснованным и справедливым в части назначенного наказания. В обоснование своей позиции приводит следующие мотивы: апелляционное представление не содержит надлежащих оснований для изменения приговора, поскольку доводы апелляционного представления сводятся по существу не к указанию на конкретную судебную ошибку, а к выражению несогласия стороны обвинения с избранным судом видом наказания. Однако сама по себе иная оценка прокурором вопроса о мере наказания не образует основания, предусмотренного уголовнопроцессуальным законом, для вмешательства в состоявшийся приговор. Апелляционная инстанция проверяет законность, обоснованность и справедливость судебного решения, но не подменяет судебное усмотрение только потому, что сторона обвинения предлагает более суровый вариант уголовно-правового реагирования. Назначение штрафа по ч. 5 ст. 291 УК РФ прямо предусмотрено законом и само по себе не может рассматриваться как проявление незаконной мягкости. Санкция ч. 5 ст. 291 УК РФ является альтернативной. Следовательно, выбор штрафа как основного вида наказания изначально находится в пределах прямого законодательного усмотрения и не может быть признан незаконным только потому, что сторона обвинения считает предпочтительным иной, более строгий вид наказания. Закон исходит не из презумпции обязательности лишения свободы, а из необходимости доказать, что менее строгая мера в конкретном деле недостаточна. Именно этой аргументации в апелляционном представлении прокурора нет. По делам, где санкция предоставляет суду выбор между штрафом и лишением свободы, вопрос заключается в том, доказана ли невозможность достижения целей наказания без изоляции осуждённого от общества. Однако апелляционное представление этого не демонстрирует. По мнению автора возражения, суд первой инстанции правильно применил положения ст.ст. 6, 43, 60 и 61 УК РФ и индивидуализировал наказание, конкретно под личность Т.В.В. Анализируя нормы УК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения наказания судами РФ наказания» защиты указывает, что Верховный Суд РФ прямо исключил формальный подход, при котором вопрос о наказании решается только через тяжесть состава преступления. Апелляционное представление индивидуализацию назначения наказания не опровергает, а фактически предлагает заменить её ссылкой на повышенную общественную опасность коррупционных преступлений вообще. При подходе такого рода, который предлагает государственный обвинитель, необходимость в проведении судебного процесса судье — человеком отпадает как таковая, а наказание может назначаться в автоматическом режиме искусственным интеллектом, просто при введении данных. Такой подход противоречит как закону, так и разъяснениям Верховного Суда РФ. Обращает внимание на то, что 23 апреля 2026 года Т.В.В. добровольно и в полном объеме уплатил штраф, назначенный приговором суда первой инстанции, что свидетельствует о реальном исполнении назначенного наказания, подтверждает признание обязательности судебного решения, добросовестное посткриминальное поведение осуждённого и дополнительно опровергает довод апелляционного представления о том, что назначенное наказание не отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений. Отсутствие добровольного сообщения о преступлении и степени содействия следствию не превращаются в основания для обязательного лишения свободы. Примечание к ст. 291 УК РФ предусматривает добровольное сообщение о преступлении и активное способствование расследованию как специальные основания освобождения от уголовной ответственности, но отсутствие таких оснований не означает обязательности назначения наиболее строгого вида наказания в пределах санкции, а при наличии таких обстоятельств в соответствии с примечанием к ст. 291 УК РФ, лицо вообще освобождается от уголовной ответственности. Более того, перечень обстоятельств, отягчающих наказание, закрепленный в ст. 63 УК РФ, является исчерпывающим. Отсутствие явки с повинной, отсутствие добровольного сообщения о преступлении либо спор о степени содействия следствию в этот перечень не входят. Следовательно, сторона обвинения фактически пытается превратить отсутствие дополнительного смягчающего обстоятельства в самостоятельный фактор усиления наказания, чего уголовный закон не допускает. Даже в случае, когда суд не признает наличие явки с повинной в смысле п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, это не исключает учета признания вины, отношения к содеянному, поведения после возбуждения уголовного дела и иных данных о личности в качестве смягчающих обстоятельств по ч. 2 ст. 61 УК РФ. Следовательно, апелляционная ссылка прокурора на отсутствие добровольного сообщения не опровергает законность назначения штрафа и не доказывает, что только реальное лишение свободы отвечает целям наказания. Тезис о повышенной общественной опасности коррупционных преступлений не заменяет индивидуализацию наказания. Сторона защиты не ставит под сомнение общую правовую оценку коррупционных преступлений как деяний повышенной общественной опасности. Однако данное обстоятельство уже c учтено законодателем в самой санкции ч. 5 ст. 291 УК РФ, которая является строгой и предусматривает широкий диапазон наказаний, включая лишение свободы на срок от восьми до пятнадцати лет, но одновременно сохраняет возможность назначения штрафа как основного наказания. Считает, что прокурор рассуждает о категории преступления в целом, но не показывает. по каким именно причинам суд первой инстанции неправильно оценил личность осуждённого, данные дела и влияние наказания на исправление лица и условия жизни его семьи. Также автор возражения указывает, что особое значение имеет позиция государственного обвинителя в суде первой инстанции, и обращает внимание суда апелляционной инстанции на обстоятельство, подлежащее непосредственной проверке в соответствии протоколом судебного заседания: в прениях государственный обвинитель В.Э.Р. просил назначить Т.В.В. не лишение свободы, а штраф в размере 3 500 000 рублей. Само по себе изменение позиции стороны обвинения в апелляционной стадии законом не запрещено. Однако если суде первой инстанции тот же государственный обвинитель исходил из достаточности наказания, не связанного с изоляцией от общества, то последующее его требование о назначении уже 8 лет лишения свободы нуждается в особенно убедительной правовой мотивации. Иначе речь идет не о выявлении судебной ошибки, а о простой замене одной карательной оценки на другую. Публикуемая судебная практика подтверждает, что штраф по ч.ч. 4, 5 ст. 291 УК РФ является реально применяемым и законным видом основного наказания. Считает, что приговор суда первой инстанции отвечает B требованиям законности, обоснованности и справедливости. Суд первой инстанции назначил наказание в пределах санкции закона, учел характер и степень общественной опасности деяния, данные о личности осуждённого, смягчающие обстоятельства, отсутствие установленных законом отягчающих обстоятельств, а также влияние наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Апелляционное представление, напротив, не показывает, что суд вышел за пределы санкции, нарушил требования Общей части УК РФ либо проигнорировал юридически значимые обстоятельства. По существу оно предлагает заменить мотивированный судебный вывод более суровой оценкой стороны обвинения, не доказывая, что штраф в данном случае не обеспечивает целей наказания. При таких обстоятельствах правовых оснований для изменения приговора не имеется. Сторона защиты также просит учесть дополнительные сведения о личности осуждённого, состоянии его здоровья и состояние здоровья его близких родственников, указывая что, отец осуждённого — Т.В.Ю., ДАТА года рождения является инвалидом 1 группы, страдает тяжелым онкологическим заболеванием. Указанное обстоятельство само по себе свидетельствует о крайне тяжелом состоянии здоровья близкого родственника осуждённого, объективной необходимости постоянной помощи, участия и поддержки со стороны сына; мать осуждённого — Т.В.И., ДАТА года рождения — страдает заболеваниями опорно-двигательного аппарата, которые существенно ограничивают её физические возможности и также свидетельствуют о необходимости постоянной бытовой и иной помощи со стороны близких родственников. Бабушка осуждённого — Д.В.И., ДАТА года рождения также страдает тяжелым заболеванием. С учётом преклонного возраста и характера заболевания данное обстоятельство также имеет существенное значение для оценки семейной ситуации осуждённого и степени его вовлеченности в помощь семье. Кроме того, сам Т.В.В. страдает заболеваниями: (гипергомоцистеинемия, дислипидемия, гиперхолестеринемия 2а типа по Фредриксону), что также подлежит учёту как характеризующее его состояние здоровья и необходимость медицинского наблюдения. Особого учета требует и состояние здоровья сына осуждённого Т.М.В., ДАТА года рождения, у которого имеются следующие заболевания и риски: пищевая аллергия с риском анафилаксии, риск бронхиальной астмы, эпидермальная аллергия, аллергический поллиноз. Состояние здоровья несовершеннолетнего ребенка объективно требует повышенного внимания родителей, постоянного контроля, своевременного медицинского сопровождения и стабильного материального обеспечения. Указанные обстоятельства в своей совокупности характеризуют не только личность осуждённого, но и реальное влияние наказания, связанного с изоляцией от общества, на условия жизни его семьи, на возможность оказания необходимой помощи близким родственникам и несовершеннолетнему ребенку. Поэтому данные сведения имеют существенное значение при оценке доводов апелляционного представления прокурора о необходимости назначения Т.В.В наказания в виде реального лишения свободы. Просит приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.
В возражении на апелляционное представление адвокат К.А.В. в защиту интересов осуждённого Т.В.В. указывает, что в настоящем уголовном деле в судебных прениях сторон, государственный обвинитель считал верным, необходимым и правильным назначить Т.В.В. наказание не связанное с лишением свободы, а именно в виде штрафа в размере 3 500 000 рублей (подтверждается протоколом и аудио протоколом судебного заседания). И именно этот вид наказания он полагал соответствующим целям наказания, указанным в ст.43 УК РФ. Полагает, что позиция государственного обвинения по первой инстанции существенно противоречит позиции, изложенной в апелляционном представлении. В данном случае должны быть приведены весомые аргументы, поскольку автор представления просит произвести замену вида наказания, при этом на самое строгое, чем предусмотрено санкцией ч. 5 ст.291 УК РФ. Доводы, изложенные в представлении, таких аргументов не содержат. С учетом правил ст.60 УК РФ суд обоснованно применил альтернативный вид наказания в качестве основного. Полагает, что В настоящем случае суд, как орган правосудия, руководствовался не только своим внутренним убеждением при назначении наказания Т.В.В., но и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», а также ст.ст.6, 60 УК РФ. Как видно из приговора, совершенное преступление Т.В.В. имеет ненасильственный характер, реального ущерба от его действий никому причинено не было. Именно в этой связи назначение наказания в виде штрафа выглядит логично и соответствует здравому смыслу. В сложной для страны с экономической точки зрения (в связи с ситуацией на Украине и начала СВО) обстановке, назначение штрафа является наиболее целесообразным. Кроме этого, по делам связанным с предпринимательской деятельностью из года в год в законодательство вносятся изменения. Автор возражения также ссылается на ст. 46 УК РФ, Постановление Пленума Верховного суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», при разрешении вопроса о том, какое наказание должно быть назначено осуждённому, указывает, что исходя из вышеуказанных требований закона, судом устанавливалась возможность применения штрафа как самостоятельного основного вида наказания, суд проверял и устанавливал возможность его оплаты Т.В.В. с учетом его финансового положения и членов его семьи, трудоустройства, стабильности получаемых доходов. Кроме этого, судом в приговоре справедливо учтено, что для исполнения штрафа имеется имущество в виде земельного участка с кадастровым номером НОМЕР реализации которого штраф будет исполнен. Также обращает внимание на то, что назначенный Т.В.В. штраф не является малозначительным. Сумма в размере 2 200 000 рублей — это значительные деньги. При всем несогласии прокурора с приговором по доводам апелляционного представления, в том числе мягкости приговора, защита не считает, что размер назначенного судом штрафа является мягким наказанием. Суд назначил весьма строгое, но справедливое наказание Т.В.В. в пределах санкции ч.5 ст.291 УК РФ. При этом суд достаточно мотивировал необходимость его назначения для достижения целей и задач, которые сформулировал законодатель в ст. 43 УК РФ. Особое внимание защита обращает внимание на то, что в настоящее время штраф Т.В.В. оплачен в полном размере, что подтверждается квитанцией об оплате от 23.04.2026 года, что также должно быть учтено при рассмотрении апелляционного представления. Отмечает, что при постановлении приговора суд не усмотрел оснований для применения ст.64 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ, что также опровергает доводы апелляционного представления прокурора о чрезмерной мягкости, вынесенного судом приговора. Но в целом если посмотреть и дать оценку той информации что была у правоохранительных органов о причастности Т.В.В. к коррупционному преступлению, до того как была написана явка повинной и после её написания, возможно сделать вывод о том, что сведений было явно недостаточно. Доводы о том, что Т.В.В. дал признательные показания под давлением представленных доказательств, ни на чём не основаны, также эти доводы не обладают свойствами проверяемости. Именно в явке с повинной Т.В.В. были отражены и раскрыты обстоятельства, подлежащие доказыванию в силу ст. 73 УПК РФ. Без этих сведений расследовать настоящее уголовное дело было бы затруднительно. К сведениям о личности, которые подлежат учету при назначении наказания, относятся характеризующие виновного сведения, которыми располагает суд при вынесении приговора. К таковым могут, в частности, относиться данные о семейном и имущественном положении совершившего преступление лица, состоянии его здоровья, поведении в быту, наличии у него на иждивении несовершеннолетних детей, иных нетрудоспособных лиц (супруги, родителей, других близких родственников). Автор возражения подробно анализирует судебную практику по делам данной категории, свидетельствующую о том, что в подавляющем большинстве дел суды применяли штрафы в качестве основного вида наказания, ни один из проанализированных защитой приговоров и апелляционных постановлений не был отменен в кассационном порядке, что позволяет защите просить оставить состоявшийся приговор в законной силе. Полагает, что ни одного основания для отмены или изменения приговора апелляционное представление фактически не содержит, а значит, оно не может быть в полной мере признано законным и обоснованным. Предложенное прокурором наказание (в виде 8 лет лишения свободы) назначают за умышленные убийства либо сбыт наркотических средств, что в настоящем случае недопустимо. Просит приговор в отношении Т.В.В. оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя — без удовлетворения.
Участвующий в судебном заседании прокурор Г.Ю.О. просила приговор суда изменить по доводам апелляционного представления с дополнением.
В суде апелляционной инстанции осуждённый Т.В.В., его защитники — адвокаты Антонов А.П., К.А.В. просили приговор, как законный, обоснованный и справедливый, оставить без изменения, доводы апелляционного представления — без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления с дополнением, возражения, выслушав выступления участвующих лиц, судебная коллегия приходит к следующему.
Выводы суда первой инстанции о виновности Т.В.В. В совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ соответствуют правильно установленным фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются достаточной совокупностью согласующихся доказательств, приведенных в приговоре, и никем не оспариваются.
Судом были исследованы и оценены обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела. Все исследованные в судебном заседании доказательства в приговоре проанализированы.
Осуждённый Т.В.В. как в ходе предварительного, так и судебного следствия вину в инкриминируемом ему преступлении признал и подробно рассказал об обстоятельствах совершенного им преступления, а именно о том, что руководимое им предприятие ООО «М.», которое занимается поставками металлической продукции, стало сотрудничать с АО «К.» и поставлять в адрес АО «К.» реализуемую металлическую продукцию. Он по телефону познакомился с Б.С.Ф., который являлся специалистом отдела снабжения АО «К.». Б.С.Ф. сообщил, что ввиду своих должностных полномочий в сфере закупок он может оказывать содействие в продуктивном сотрудничестве их организаций, а именно будет лоббировать интересы ООО «М.» при определении победителя в конкурсе поставщиков и заключении договоров на поставку продукции, а также помогать совершать прямые поставки. При этом за его услугу лоббирования он должен будет после поступления денежных средств от АО «К.» на расчетный счет ООО «М.» перечислять ему денежное вознаграждение в виде определенного процента на банковскую карту, которую определит Б.С.Ф. Он согласился на данное предложение Б.С.Ф. В период времени с 2018 года по 2021 годы между ООО «М.» и АО «К.» были заключены ряд договоров поставки продукции. Цена поставляемой продукции включала в себя сумму незаконного денежного вознаграждения, предназначенного для Б.С.Ф., который сам определял, какую сумму вознаграждения и на какой счет он должен его отправить. Всего он перечислил Б.С.Ф. денежные средства в размере 1 266 800,50 рублей несколькими переводами, денежные средства перечислял со своего банковского счета, а также с банковских счетов С.И.В. и Х.Е.Р.
Вина осуждённого Т.В.В. в совершении преступления при установленных в ходе судебного заседания обстоятельствах, помимо его признательных показаний об обстоятельствах совершенного преступления, предшествующих этому и последующих событиях, полностью подтверждена доказательствами, которые были добыты в ходе предварительного расследования, проверены в судебном заседании и приведены в приговоре, а именно:
— показаниями свидетеля Б.С.Ф. в ходе предварительного следствия, чьи показания оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, о том, что в период времени с 2011 по 2022 года он работал в АО «К.» на различных должностях, последняя занимаемая им должность специалист по МТО 1 категории отдела № НОМЕР (отдел снабжения). В АО «К.» поставка МТР стоимостью до 50 000 рублей осуществляется без заключения каких-либо договоров, с той разницей, что вместо договоров используются напрямую счета на оплату, что установлено внутренним распорядительным документом. Поставка МТР на сумму от 50 000 рублей до 500 000 рублей осуществляется путем заключения договоров поставки. Для осуществления закупки МТР в отдел снабжения № НОМЕР поступает заявка из цехов и отделов общества о необходимости закупки для них МТР. Далее указанная заявка изучается начальником отдела № НОМЕР и отписывается на исполнение тому или иному руководителю бюро отдела в зависимости от спецификации МТР (лакокрасок, пластмассы, коммерческое, металлов). Руководитель соответствующего бюро отписывает заявку на исполнение подчиненному сотруднику (специалисту либо ведущему специалисту). Специалист (ведущий специалист) отдела снабжения отдела № НОМЕР изучает поступившую заявку, устанавливает наличие запрашиваемого МТР на складе предприятия, при его наличии организовывает выдачу, а в случае отсутствия принимает решение о его закупке. Закупка МТР осуществляется следующим образом. Специалист (ведущий специалист) отдела снабжения отдела № НОМЕР изучает перечень утвержденных поставщиков, а также ранее поступившие на предприятие коммерческие предложения от иных организаций, а в случае отсутствия таковых осуществляет самостоятельный поиск предложений (в том числе, в сети Интернет) на запрашиваемый МТР. При этом специалист (ведущий специалист) отдела снабжения отдела № НОМЕР подбирает не менее трех коммерческих предложений (счетов на оплату) на поставку МТР и направляет их отдел цен № НОМЕР АО «К.» на согласование цены, как правило, отдел цен согласовывает коммерческое предложение с наиболее низкой ценой, после чего все коммерческие предложения передаются для проверки в отдел безопасности № НОМЕР, а после проверки и утверждения возвращаются в отдел снабжения отдела № НОМЕР. Далее специалист (ведущий специалист) связывается с тем поставщиком, которого утвердили отдел цен и отдел безопасности, оформляется договор, в зависимости от условий договора делается заявка по товару, затем формируется заявка на оплату для дальнейшей поставки МТР. Доставка и оплата осуществляется в зависимости от условий договора. В 2018 году он в качестве специалиста (по МТО) 1 категории отдела снабжения № НОМЕР АО «К.» принимал участие в осуществлении поставок МТР между АО «К.» и ООО «М.». В ходе телефонного разговора Т.В.В. предложил закупать у его организации (ООО «М.») продукцию, взамен он предложил Т.В.В. переводить в его пользу денежное вознаграждение, если он будет заключать договора поставок с ООО «М.» и приобретать у них металл. Они пришли к обоюдному соглашению о взаимных предложениях друг к другу. Согласно их договоренности, он должен был сделать таким образом, чтобы договоры поставок были заключены именно с ООО «М.», это заключалось в том, что в момент поступления коммерческого предложения от ООО «М.» он подбирал имевшееся в его распоряжении иные коммерческие предложения с ценой выше по сравнению с ценой ООО «М.». Таким образом, другие возможные реальные поставщики тем самым были ограничены в возможности поставить продукцию на АО «К.», поскольку по такой схеме участником фактически являлось только ООО «М.», хотя теоретически можно было попытаться найти наиболее выгодные предложения, чем ООО «М.», что он не пытался сделать. По такой схеме с Т.В.В. Он работал примерно с 2018 по 2022 г.г. Поставляемая ООО «М.» продукция была надлежащего качества. После поставки продукции в АО «К.» и проведения от АО «К.» оплаты в пользу 000 «М.» Т.В.В. сам определял, какую сумму ему перечислять в качестве вознаграждения, его эта сумма устраивала, и он возражений не имел. Сумма всех перечисленных средств в его адрес составила 1 266 800 рублей 50 копеек. Для получения денежных средств от Т.В.В. он использовал свои банковские карты и банковские карты своей супруги Б.З.Г.;
— показаниями свидетеля Д.Н.М. в ходе предварительного следствия, чьи показания оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, данными в ходе предварительного следствия, о том, что в период времени с 2005 года по сентябрь 2022 года она работала в АО «К.», с 2008 года по сентябрь 2022 года являлась начальником отдела снабжения (отдела № НОМЕР). Б.С.Ф. являлся ее подчиненным работником, а именно специалистом по МТО 1 категории отдела снабжения. Процедура проведения закупок в сфере оборонно-промышленного комплекса является закрытой, т.е. сведения о таких закупках не размещаются на открытых интернетплощадках, в сама конкурсная процедура осуществлялась в АО «К.», как правило, через электронную почту специалиста отдела снабжения, в данном случае Б.С.Ф. Закупочная комиссия была предусмотрена, но фактически работала на доверии непосредственно Б.С.Ф., потому что все заявки и коммерческие предложения приходили к нему и непосредственное распоряжение ими было за Б.С.Ф. Закупочная комиссия, включая ее, работников отдела цен и работников службы безопасности, как показывает практика, обычно всегда выберет поставщика, который предлагает самую наименьшую цену на закупаемый вид товара среди иных поставщиков. Б.С.Ф. приносил на согласование в отдел цен не менее трех коммерческих предложений (счетов на оплату) от разных организаций, среди которых выбор поставщика будет по самой меньшей цене. Далее конкретного выбранного поставщика согласовывает служба безопасности, как правило, в части благонадежности, и только после этого утверждает руководство завода. Б.С.Ф. в процессе поиска поставщиков сам выбирал, кому направить заявку на получение коммерческого предложения, также в процессе поиска он вел переговоры с поставщиком, в процессе которых обговаривались сроки поставки, цена изделий, после чего он сам принимал решение отправлять заявку на получение коммерческого предложения, либо нет. После чего Б.С.Ф. предоставлял данные коммерческие предложения или счета на оплату в отдел цен и отдел безопасности. После проверки отдела цен и отдела безопасности, Б.С.Ф. предоставляется выбранное коммерческое предложение. На выбранном коммерческом предложении ставились 2 подписи сотрудников, а именно подпись сотрудника отдела цен и сотрудника отдела безопасности. Если сумма предложения не превышала 50000 рублей, то формируется заявка на оплату без оформления договора на поставку. Заявка формируется в автоматизированной системе финансовой закупочной деятельности. Данная заявка также проверяется и подписывается сотрудниками отдела цен и отдела безопасности. После согласования производится оплата;
— показаниями свидетеля Б.З.Г. о том, что на её имя открыты банковские карты ПАО «С.», которые находились в пользовании её супруга Б.С.Ф. Периодически на счета её банковских карт происходили перечисления денежных средств от неизвестных ей лиц;
— показаниями свидетелей С.И.В., Х.Е.Р. в ходе предварительного следствия, чьи показания оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, о том, что они по просьбе Т.В.В. и по реквизитам, указанным также Т.В.В., переводили денежные средства на банковские счета Б.С.Ф. и Б.З.Г.;
— показаниями свидетеля А.К.С., в ходе предварительного следствия, чьи показания оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, о том, что ДАТА в войсковую часть № НОМЕР поступила оперативная информация о незаконном получении ведущим специалистом отдела № НОМЕР Б.С.Ф., выполнявшим управленческие функции в АО «К.», денежных средств за совершение действий в интересах дающего при закупке товарноматериальных ценностей, в крупном размере. 22 марта 2024 года судьей Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан вынесено постановление № НОМЕР о предоставлении в адрес УФСБ России по Республике Башкортостан сведений о движении денежных средств по счетам ПАО «С.», используемым Б.С.Ф., за период с ДАТА по ДАТА. В последующем в мае 2024 года в УФСБ России по Республике Башкортостан из ПАО «С.» поступила выписка движении денежных средств по счетам, в результате произведенного анализа установлено, что на счета Б.С.Ф. были переведены денежные средства от директора ООО «М.» Т.В.В. 13 февраля 2025 года судьей Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан вынесено постановление № НОМЕР опредоставлении в адрес УФСБ России по Республике Башкортостан сведений о движении денежных средств по счетам ПАО «С.», используемым Б.З.Г., за период с ДАТА по ДАТА. В последующем в феврале 2025 года в УФСБ России по Республике Башкортостан из ПАО «С.» поступила выписка о движении денежных средств по счетам, в результате произведенного анализа установлено, что на счета Б.З.Г. были переведены денежные средства от Х.Е.Р., являющейся родственником директора ООО «М.» Т.В.В. ДАТА судьей Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан вынесено постановление № НОМЕР о предоставлении в адрес УФСБ России по Республике Башкортостан сведений о движении денежных средств по счетам АО «А.», используемым Б.С.Ф., за период с ДАТА по ДАТА. В последующем в феврале 2025 года в УФСБ России по Республике Башкортостан из АО «А.» поступила выписка о движении денежных средств по счетам, в результате произведенного анализа установлено, что на банковский счет Б.С.Ф. были переведены денежные средства от С.И.В., являющего водителем директора ООО «М.» Т.В.В. 02 октября 2025 года в период времени с 10 час. 20 мин. по 12 час. 16 мин. им было произведено оперативно-розыскное мероприятие «О.» Т.В.В. Также в рамках опросов Х.Е.Р. и С.И.В. оперативная информация, находящаяся в УФСБ России по Республике Башкортостан, нашла свое подтверждение. После чего по данному факту материалы проверки были переданы в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Республике Башкортостан, для принятия решения в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ;
— показаниями свидетеля С.Р.И., данными в ходе предварительного следствия, чьи показания оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, о том, что он является руководителем управления по правовым, корпоративным и имущественным отношениям АО «К.». АО «К.» за период времени с 2019 года по ДАТА являлось дочерним обществом АО «В.». Доля владения АО «В.» акциями АО «К.» также за период времени с 2019 года по ДАТА составляла 100%. В свою очередь, за период с 2019 года по ДАТА АО «В.» являлось дочерним обществом Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Р.», которая владеет 88,86% акций от уставного капитала АО «В.». Единственным собственником ГК «Р.» является Российская Федерация. На сотрудников отдела № 52 (отдела снабжения) АО «К.», согласно должностной инструкции, в частности. на Б.С.Ф., возложены обязанности по выполнению процедуры выбора и оценки поставщиков МТР, услуг и работ; осуществлению подготовки и оформлению заявок на закупку МТР, оказанию услуг и выполнению работ сторонними организациями для размещения на электронных торговых площадках; осуществлению порядка заключения договоров с поставщиками и контроль за их выполнением; осуществлению работы по составлению спецификаций и своевременному представлению их поставщикам для заключения договоров; осуществлению непосредственной связи с поставщиками МТР, работ и услуг (телефонные переговоры, переписка, командировки), приобретению МТР путем внеплановых закупок по оперативным заданиям (разовым заданиям); осуществлению подготовки и оформлению заявок на оплату МТР, услуг и работ сторонних организаций. Данные обязанности, исходя из их специфики и получаемого результата, относятся к административно-хозяйственным функциям. Продукция, поставленная ООО «М.» для нужд АО «К.», использовалась в рамках исполнения государственного оборонного заказа.
Кроме показаний вышеуказанных лиц, вина Т.В.В. в совершении преступления подтверждается письменными доказательствами, добытыми в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании: правоустанавливающими документами ООО «М.» и должностными полномочиями Т.В.В., документами, подтверждающими должностные полномочия Б.С.Ф. (трудовой договор, приказы о его переводе, должностные инструкции, свидетельствующие о том, что указанное лицо выполняло административнохозяйственные, организационно-распорядительные функции в АО «К.» и являлось должностным лицом); протоколами осмотра документов, связанных с поставкой ООО «М.» продукции для АО «К.» и их оплаты (договоры поставки продукции, платежные поручения, приходно — кассовые ордера); протоколами осмотра оптических дисков с банковскими документами о движении денежных средств по банковским счетам Б.С.Ф., Б.З.Г., предоставленные ПАО «С.», АО «А.», содержащие, в том числе сведения о движении денежных средств Т.В.В., Б.С.Ф., Б.3.Г., С.И.В., Х.Е.Р. сообщением АО «К.» исх. № НОМЕР от ДАТА о том, что продукция, поставленная ООО «М.» для нужд АО «К.», использовалась в рамках исполнения государственного оборонного заказа (л.д. 95 т. 4); ответом АО «К.» № НОМЕР от ДАТА том, что АО «К.» в период с ДАТА по ДАТА являлось дочерним обществом АО «В.», которое владело 100% акций АО «К.». Государственная корпорация «Р. в период с ДАТА по ДАТА являлась акционером АО «В.» (л.д. 217 т. 4) и другими доказательствами, подробное содержание, оценка и анализ которых приведены в описательно-мотивировочной части приговора.
Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.
Приведенные показания свидетелей являются последовательными, были оценены судом в совокупности с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями осуждённого, а потому обоснованно приняты в качестве достоверных доказательств и положены в основу приговора. Какой-либо заинтересованности в исходе дела свидетелей либо причин для оговора или самооговора осуждённого Т.В.В. не установлено.
Осмотр изъятых в ходе следственных действий предметов, имеющих значение для уголовного дела, и признание их вещественными доказательствами по делу произведены с соблюдением положений статей 81, 84, 170, 176, 177, 180 УПК РФ.
Обстоятельства, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, не установлены.
Судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении всех основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Ущемления каких-либо прав осуждённого, в том числе права на защиту, допущено не было.
В судебном заседании сторонам были созданы необходимые условия для исполнения своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Все представленные сторонами доказательства судом исследованы, заявленные ходатайства разрешены председательствующим установленном законом порядке. Право на защиту Т.В.В. не нарушено. Данных о предвзятости председательствующего по делу не имеется. Протокол судебного заседания соответствует требованиям статьи 259 УПК РФ, полно и объективно отражает ход судебного заседания.
Постановленный приговор соответствует требованиям ст.ст. 308, 309 УПК РФ. Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотиве, цели и об иных данных, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.
Действия Т.В.В. были правильно квалифицированы по ч. ст. 291 УК РФ. Каких-либо оснований для иной правовой оценки его действий, а также для оправдания, прекращения уголовного дела, освобождения его от уголовной ответственности и наказания, не имеется.
Квалификация и правовая оценка содеянного сторонами не оспариваются.
Наказание Т.В.В. в виде штрафа, вопреки доводам апелляционного представления, назначено с учётом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, которые были исследованы в судебном заседании с достаточной полнотой и объективностью, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на его исправление и на условия жизни семьи, обоснованно полагая, что для своего исправления Т.В.В. не нуждается в изоляции от общества.
В качестве смягчающих обстоятельств судом признаны и учтены при назначении наказания полное признание вины, раскаяние в содеянном, положительные характеристики, наличие на иждивении одного несовершеннолетнего и одного малолетнего ребенка, а также отца, страдающего тяжелым заболеванием, оказание помощи детскому приюту и содействие участникам специальной военной операции, наличие благодарственных писем.
Оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, активного способствования раскрытию и расследованию преступления судом обоснованно не установлено.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.
Из материалов уголовного дела следует, что Т.В.В. каких-либо активных действий, направленных на способствование раскрытию и расследованию преступления, не совершал, органам расследования информацию, до того им неизвестную, не предоставлял, свою причастность к инкриминируемому преступлению Т.В.В. признал при наличии неопровержимых улик, полученных в результате проведенных оперативнорозыскных и следственных мероприятий. Признание вины само по себе не является свидетельством наличия признака активного способствования раскрытию и расследованию преступления в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии реальных, активных действий. То обстоятельство, что Т.В.В. дал признательные показания, участвовал в следственных действиях, не может свидетельствовать об его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления.
Учитывая, что все юридически значимые обстоятельства были установлены в момент возбуждения уголовного дела и без какого-либо активного содействия со стороны осуждённого, сообщение им об обстоятельствах совершения преступления, известных органам предварительного расследования, не может служить основанием для признания обстоятельством, смягчающим наказание, активного способствования раскрытию и расследованию преступления.
При этом дача осуждённым изобличающих себя показаний по делу учтена судом в силу ч.2 ст. 61 УК РФ как признание вины.
Оснований для прекращения уголовного дела на основании примечания к ст. 291 УК РФ суд обоснованно не усмотрел.
Согласно примечанию к статье 291 УК РФ лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления и либо в отношении его имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица, либо лицо после совершения преступления добровольно сообщило в орган, имеющий право возбудить уголовное дело, о даче взятки.
Таким образом, освобождение от уголовной ответственности за дачу взятки возможно при выполнении двух обязательных условий добровольного сообщения о совершенном преступлении либо установление факта вымогательства взятки и активного способствования раскрытию и (или) расследованию преступления.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», сообщение (письменное или устное) о преступлении должно признаваться добровольным независимо от мотивов, которыми руководствовался заявитель. При этом не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления.
Между тем, как обоснованно указано в приговоре, преступная деятельность Т.В.В. была пресечена в результате проводившихся сотрудниками полиции в рамках доследственной проверки оперативно-розыскных мероприятий, в ходе которых были выявлены и установлены обстоятельства совершенного преступления.
Т.В.В. добровольно в правоохранительные органы не обращался и не сообщал о совершенном им преступлении, на момент написания Т.В.В. чистосердечного признания правоохранительные органы располагали данными о совершенном им преступлении и роли взяткодателя в связи с проводимыми оперативно-розыскными мероприятиями, действий, направленных на изобличение всех лиц, причастных к совершенному преступлению, Т.В.В. не совершил.
Как следует из материалов уголовного дела, поводом для возбуждения уголовного дела ДАТА послужили рапорт следователя проверочный материал об обнаружении в действиях Т.В.В. признаков преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ. Данный факт был выявлен в ходе проведения в отношении Б.С.Ф. оперативнорозыскных мероприятий УФСБ России по Республике Башкортостан, который подозревался в получении незаконного денежного вознаграждения от поставщиков.
На основании ходатайства сотрудников УФСБ России по Республике Башкортостан ДАТА, ДАТА и ДАТА судьей Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан было дано разрешение на проведение оперативно-розыскных мероприятий в виде получения в ПАО С. и АО «А.» сведений о движении денежных средств по счетам, используемым Б.С.Ф. и Б.З.Г., по результатам проведения оперативно-розыскных мероприятий от ПАО С. и АО «А.» получены сведения о движении денежных средств по счетам, используемым Б.С.Ф. и Б.З.Г., содержащим, в том числе, сведения о перечислении Т.В.В., Х.Е.Р. и С.И.В. денежных средств на банковские счета Б. С.Ф. и Б.З.Г.
Таким образом, на момент написания ДАТА Т.В.В. чистосердечного признания, правоохранительные органы располагали данными о его причастности к совершенному преступлению и роли взяткодателя, а чистосердечное признание по поводу обстоятельств совершения преступления Т.В.В. давал, зная об осведомленности сотрудников правоохранительных органов в этой части, то есть под давлением имеющихся доказательств.
При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сообщение Т.В.В. об обстоятельствах совершения им преступления, не являлось свободным волеизъявлением и носило вынужденный характер, поскольку ему было известно об осведомленности правоохранительных органов о его причастности к преступлению.
Добровольность последующего содействия Т.В.В. расследовании и раскрытии органом предварительного следствия преступления уже после возбуждения уголовного дела самостоятельным основанием для освобождения осужденного от уголовной ответственности не является.
В этой связи, оснований для применения к нему положений примечания к ст. 291 УК РФ, признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осуждённого, явки с повинной, суд обоснованно не усмотрел, чем соглашается и судебная коллегия.
Иных смягчающих наказание обстоятельств, в том числе прямо предусмотренных ст. 61 УК РФ, не установлено.
Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом правильно не установлено.
Суд, исходя из данных о личности осуждённого, и совокупности установленных по делу обстоятельств, его материального и семейного положения, обоснованно посчитал возможным достижение целей применения уголовного наказания в отношении Т.В.В. при назначении ему наказания в виде штрафа. Данные выводы являются верными и должным образом мотивированными.
Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, данные личности осуждённого были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, принимая которое, суд пришел обоснованному выводу о возможности его исправления при назначении наказания в виде штрафа в доход государства и не нашел оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, аргументировав свое решение об этом в достаточной степени.
Вопреки доводам апелляционного представления государственного обвинителя оснований к усилению осуждённому назначенного наказания. суд апелляционной инстанции не усматривает.
Судебная коллегия полагает, что назначенное Т.В.В. наказание в виде штрафа полностью отвечает его целям, предусмотренным ст. 43 УК РФ, соразмерно содеянному, данным о личности осуждённого, является справедливым.
В связи с этим, суд апелляционной инстанции не находит оснований как для смягчения назначенного Т.В.В. наказания, так и для и его усиления, а именно назначения наказания в виде лишения свободы реально, о чем просил в представлении государственный обвинитель.
Вопреки доводам представления, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции в полном соответствии с требованиями действующего уголовного закона назначил осуждённому Т.В.В. наказание в виде штрафа, который предусмотрен санкцией части 5 статьи 291 УК РФ как основной вид наказания, учитывая обстоятельства совершенного им преступления, данные о личности, исключительно положительные характеристики, его семейное положение, отношение к содеянному. При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание и представленные стороной защиты документы, а именно платежное поручение (квитанцию), согласно которому, ещё до вступления приговора в законную силу, штраф, назначенный приговором, осуждённым Т.В.В., был уплачен, Т.В.В. и после его осуждения продолжает оказывать благотворительную помощь на нужды СВО, документы об имеющихся у Т.В.В. и его близких родственников, в том числе и у ребенка, тяжелых заболеваниях, что в совокупности свидетельствует о том, что осуждённый Т.В.В. искренне раскаялся в совершенном преступлении, осознал содеянное, встал на путь исправления и цели наказания могут быть достигнуты без реального лишения его свободы.
Обстоятельств, которые не были учтены при назначении наказания либо необоснованно приняты во внимание, судебной коллегией не установлено и в апелляционном представлении государственного обвинителя не приведено.
Вопреки доводам апелляционного представления, определяя вид и размер наказания, суд первой инстанции учитывал как характер и степень тяжести совершенного осуждённым преступления, и фактические обстоятельства, так и данные о личности осуждённого Т.В.В., установленные смягчающие наказание обстоятельства, а также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
Выводы суда об отсутствии оснований для назначения осуждённому дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, предусмотренной санкцией ч. 5 ст. 291 УК РФ, которое не является обязательным, с учётом данных о личности Т.В.В., являются обоснованными и мотивированными, а доводы апелляционного представления об обратном — несостоятельными.
Новых сведений, которые могли повлиять на наказание, государственным обвинителем суду апелляционной инстанции не представлено.
Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления оснований для усиления наказания Т.В.В. не имеется, указанные в представлении доводы о чрезмерно мягком наказании являются неубедительными, оснований для усиления осуждённому наказания по доводам, изложенным в апелляционном представлении, судебная коллегия не находит и считает назначенное Т.В.В. наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, и полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений. B
Кроме того, судебная коллегия обращает внимание на непоследовательную процессуальную позицию автора апелляционного представления, который выступая в прениях сторон, не просил о назначении осуждённому Т.В.В. наказания в виде лишения свободы. Выступая прениях сторон, государственный обвинитель с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности подсудимого, просил признать Т.В.В. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 3 500 000 рублей.
Оснований для удовлетворения апелляционного представления о конфискации с Т.В.В. в доход государства предмета взятки — денежных средств в размере 1 266 800, 50 рублей, назначении к лишению свободы дополнительного наказания в виде штрафа в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 10 266 800, 50 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно — распорядительных, административно — хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, сроком на 3 года, судебная коллегия не усматривает по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей, поданных в установленный ч. 1 ст. 389.4 УПК РФ срок.
Уголовно-процессуальный закон (ч. 4 ст. 289.8 УПК РФ) оговаривает, что вопрос об ухудшении положения осуждённого не может быть поставлен в дополнительном представлении прокурора, поданном по истечении срока обжалования, если такое требование не содержалось в первоначальном представлении.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», при производстве в суде апелляционной инстанции (ст. 389.24 УПК РФ), обвинительный приговор, определение или постановление суда в части конфискации имущества могут быть отменены или изменены в сторону ухудшения положения осуждённого или лица, уголовное дело (уголовное преследование) в отношении которого прекращено, не иначе как по представлению государственного обвинителя (прокурора) и (или) по жалобам иных участников судопроизводства со стороны обвинения.
Как следует из материалов дела, в апелляционном представлении, поступившем в суд первой инстанции в установленный законом срок — 14 апреля 2026 года, государственным обвинителем В.Э.Р. ставился вопрос об изменении постановленного 30 марта 2026 года в отношении Т.В.В. приговора в части вида назначенного осуждённому наказания, ввиду несправедливости приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания (л.д. 74-75 том 5).
Доводы о конфискации с Т.В.В. в доход государства предмета взятки — денежных средств в размере 1 266 800, 50 рублей, назначении к лишению свободы дополнительного наказания в виде штрафа в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 10 266 800, 50 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно — распорядительных, административно — хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, сроком на 3 года, приведены государственным обвинителем В.Э.Р. только в дополнительном апелляционном представлении, поданном 12 мая 2026 года, то есть по истечении срока обжалования приговора (л.д. 116-117 том 5).
При таких обстоятельствах, учитывая, что в дополнительном апелляционном представлении, поданном по истечении срока обжалования приговора, государственным обвинителем поставлен вопрос об ухудшении положения Т.В.В., а требование об этом в первоначальном представлении не содержалось, доводы апелляционного представления о конфискации с Т.В.В. в доход государства предмета взятки — денежных средств в размере 1 266 800, 50 рублей, назначении к лишению свободы дополнительного наказания в виде штрафа в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 10 266 800, 50 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно — распорядительных, административно хозяйственных функций государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, сроком на 3 года не подлежат оценке судебной коллегией в апелляционном порядке в силу ч. 4 ст. 389.8 УПК РФ.
При таких обстоятельствах, иных оснований для отмены или изменения приговора, в том числе с учетом положений ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, не имеется.
Верно решены доказательствах. вопросы о мере пресечения, вещественных Нарушений требований закона при разрешении вопроса о сохранении меры процессуального принуждения в виде ареста на имущество не допущено.
Существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости приговора, влекущих за собой его отмену или изменение, по делу не допущено.
На основании изложенного и статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Кумертауского межрайонного суда Республики Башкортостан от 30 марта 2026 года в отношении Т.В.В. оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г.Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления:
— в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения через суд первой инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ;
— по истечении вышеуказанного срока — непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10-401.12 УПК РФ.
В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать в своем участии в расмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий:
Судьи коллегии:
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (И).
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.
