Три законных способа вернуть в конкурсную массу должника-банкрота имущество, которое из неё выбыло: оспорить сделки, по которым это имущество ушло из владения должника по заниженной цене или в обход очереди кредиторов (статьи 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), взыскать стоимость утраченного с руководителей и бенефициаров должника через субсидиарную ответственность (глава III.2 закона № 127-ФЗ), либо истребовать конкретную вещь у того, кто ею незаконно завладел, — через виндикацию (статьи 301, 302 Гражданского кодекса РФ) или реституцию по недействительной сделке (статья 167 ГК РФ). Эти три инструмента не взаимоисключают, а дополняют друг друга: конкурсный управляющий и кредиторы выбирают тот, который соответствует конкретной ситуации — кто, когда и на каком основании получил актив должника. Ниже приведен подробный разбор правовых норм, исключений и практических вариантов.
Оспаривание подозрительных сделок должника: статья 61.2 закона о банкротстве
Закон о банкротстве выделяет два самостоятельных состава подозрительных сделок, и от того, какой из них применяется, зависит и период, за который сделку можно «достать», и предмет доказывания. Пункт 1 статьи 61.2 закона № 127-ФЗ позволяет оспорить сделку, совершенную в течение одного года до принятия судом заявления о признании должника банкротом (либо после принятия такого заявления), если встречное предоставление со стороны контрагента было неравноценным — например, имущество продано существенно дешевле рыночной стоимости. Здесь не требуется доказывать умысел сторон причинить вред кредиторам: достаточно самого факта явного несоответствия цены сделки и стоимости переданного актива. Пункт 2 той же статьи охватывает более широкий трёхлетний период и применяется к сделкам, совершённым с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, если другая сторона сделки знала об этой цели к моменту её совершения. Недобросовестность контрагента предполагается, если он признан заинтересованным лицом по отношению к должнику либо если он знал или должен был знать о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника — это установленные законом презумпции, которые смещают бремя доказывания на ответчика.
На практике по пункту 2 статьи 61.2 чаще всего оспариваются сделки внутри группы связанных лиц: продажа актива родственнику или подконтрольной компании накануне банкротства, дарение, вывод активов в пользу аффилированных структур по формально возмездным, но фактически убыточным для должника договорам. Разъяснения о применении обоих составов подозрительных сделок, а также порядка их оспаривания даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»: этот акт сохраняет силу и после упразднения ВАС РФ и остаётся основным разъяснением по главе III.1 закона о банкротстве, посвящённой оспариванию сделок должника. В частности, там прямо указано, что основания недействительности сделок по статьям 61.2 и 61.3 закона о банкротстве влекут их оспоримость, а не ничтожность, — а значит, срок исковой давности и порядок оспаривания определяются специальными правилами закона о банкротстве, а не общими правилами о ничтожных сделках.
Сделки с предпочтением: возврат преимущества, полученного одним кредитором в обход остальных
Отдельное основание — статья 61.3 закона № 127-ФЗ, которая касается не заниженной цены, а самого факта нарушения очерёдности удовлетворения требований кредиторов. Если должник незадолго до банкротства расплатился с одним из кредиторов — деньгами, имуществом или зачётом — тогда как остальные кредиторы остались ни с чем, такая сделка (или платёж) может быть признана сделкой с предпочтением. Закон различает два периода подозрительности: сделки, совершённые в течение месяца до принятия заявления о банкротстве, оспариваются независимо от того, знал ли получатель предпочтения о неплатёжеспособности должника; сделки за период от одного до шести месяцев до этой даты оспариваются, только если доказано, что кредитор знал или должен был знать о признаках неплатёжеспособности должника — при этом в отношении заинтересованных (аффилированных) лиц такая осведомлённость презюмируется. Практический результат один: полученное по сделке с предпочтением взыскивается в конкурсную массу, а сам получатель восстанавливается в правах требования к должнику наравне с другими кредиторами — то есть теряет то преимущество, которое получил в обход очереди.
Кто и как оспаривает сделки: субъекты, сроки, последствия недействительности
По общему правилу заявление об оспаривании сделки должника подаёт конкурсный управляющий — по своей инициативе или по решению собрания либо комитета кредиторов. Если управляющий отказывается предъявлять такое требование, закон о банкротстве (статья 61.9) даёт это право напрямую конкурсному кредитору или уполномоченному органу, если размер их требований к должнику превышает установленную законом долю от общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр. Заявление рассматривается в рамках дела о банкротстве как обособленный спор, а не в отдельном исковом производстве — это ускоряет процесс и позволяет учитывать материалы, уже собранные в деле о банкротстве. Последствием признания сделки недействительной по статьям 61.2 или 61.3 закона о банкротстве становится применение реституции: имущество, переданное должником, возвращается в конкурсную массу, а контрагент восстанавливается в праве требования к должнику — но уже как реестровый кредитор, наравне с остальными, а не в приоритетном порядке. Если вернуть имущество в натуре невозможно (оно перепродано, потреблено, смешано с другим имуществом), взыскивается его действительная стоимость на момент совершения сделки, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.
Субсидиарная ответственность контролирующих лиц: глава III.2 закона о банкротстве
Второй способ применяется, когда конкретную сделку оспорить либо нельзя, либо недостаточно — вреда конкурсной массе причинено больше, чем можно вернуть через реституцию, либо к невозможности расплатиться с кредиторами привело не одно действие, а системное поведение руководства и бенефициаров должника. В этом случае глава III.2 закона № 127-ФЗ (статьи 61.10–61.22) позволяет взыскать убытки не с самого должника, а лично с контролирующих его лиц — тех, кто фактически определял действия должника в период, предшествовавший банкротству. Понятие контролирующего лица (статья 61.10) не сводится к формальному директору или участнику с крупной долей: им может быть признано и лицо, которое давало должнику обязательные указания неформально, через родственные или иные фактические связи, если это доказано.
Основной состав — привлечение к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11). Закон устанавливает ряд презумпций, которые облегчают доказывание: предполагается, что именно действия контролирующего лица привели должника к банкротству, если, в частности, причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом либо в его пользу одной или нескольких сделок должника (в том числе тех же подозрительных сделок и сделок с предпочтением); документы бухгалтерского учёта и отчётности к моменту введения процедуры банкротства отсутствуют, искажены или не переданы арбитражному управляющему; в едином государственном реестре юридических лиц или реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц на дату введения процедуры банкротства содержится запись о недостоверности сведений о должнике. Отдельное основание — статья 61.12 закона о банкротстве, которая возлагает ответственность на руководителя должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о собственном банкротстве, когда обязанность подать такое заявление уже возникла, а также на иных контролирующих лиц, которые не инициировали созыв органа, обязанного принять решение об обращении в суд, либо не подали такое заявление сами. Ключевые разъяснения по всему кругу вопросов привлечения контролирующих лиц к ответственности содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».
Практический смысл субсидиарной ответственности для пополнения конкурсной массы в том, что она позволяет обратить взыскание на личное имущество директора, участников, бенефициаров и иных контролирующих лиц — то есть выйти за пределы имущества самого должника, если его уже недостаточно для расчёта с кредиторами. Размер ответственности определяется как совокупный размер требований кредиторов, включённых в реестр и заявленных после закрытия реестра, за вычетом стоимости имущества должника, поступившего в конкурсную массу, в том числе за счёт оспаривания сделок, — эти два механизма прямо связаны: чем больше удалось вернуть по статьям 61.2 и 61.3, тем ниже итоговый размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц.
Виндикация и реституция: как вернуть конкретное имущество, если сделку оспорить нельзя
Третий инструмент нужен, когда имущество выбыло из владения должника не по недействительной сделке между должником и первым приобретателем, а незаконно — похищено, передано без должных полномочий, выбыло из владения помимо воли должника, либо когда после признания первой сделки недействительной актив уже был перепродан дальше и находится у лица, которое стороной оспоренной сделки не являлось. В такой ситуации применяются не нормы закона о банкротстве, а общие правила Гражданского кодекса РФ об истребовании имущества из чужого незаконного владения — виндикация (статьи 301 и 302 ГК РФ). Статья 301 ГК РФ даёт собственнику (в деле о банкротстве — конкурсному управляющему, действующему от имени должника) право истребовать вещь из чужого незаконного владения в принципе; статья 302 ГК РФ ограничивает это право в пользу добросовестного приобретателя — того, кто не знал и не мог знать о том, что имущество приобретается у лица, не имевшего права его отчуждать. Но и добросовестность приобретателя не спасает его от виндикации, если имущество утеряно собственником или лицом, которому оно было передано во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путём помимо их воли — то есть без волеизъявления должника на отчуждение вообще.
От виндикации нужно отличать реституцию по статье 167 ГК РФ — она применяется как последствие недействительности самой сделки и работает между её сторонами: каждая сторона обязана вернуть другой всё полученное по сделке. Именно реституция, а не виндикация, — обычное последствие признания сделки недействительной по статьям 61.2 или 61.3 закона о банкротстве, о чём говорилось выше. Виндикация вступает в дело, когда реституционного механизма недостаточно: имущество уже не у первого приобретателя, а прошло через цепочку последующих сделок, и предъявлять требование о реституции больше некому — либо когда правовое основание для передачи имущества должником отсутствовало изначально (например, вещь выбыла в результате мошеннических действий третьих лиц, подделки документов, самоуправного изъятия). В этих случаях конкурсный управляющий предъявляет виндикационный иск к фактическому владельцу имущества — часто параллельно с оспариванием всей цепочки сделок, которыми имущество прошло от должника к конечному приобретателю, поскольку доказать недобросовестность каждого последующего звена цепочки для целей статьи 302 ГК РФ обычно сложнее, чем для первого приобретателя, непосредственно контактировавшего с должником.
Краткая сводка: как выбрать способ пополнения конкурсной массы
Выбор конкретного способа определяется тем, что именно произошло с активом и кто им в итоге завладел. Если должник сам заключил невыгодную или направленную во вред кредиторам сделку — применяется оспаривание по статье 61.2 закона о банкротстве, с учётом того, укладывается ли сделка в годичный или трёхлетний период подозрительности. Если один из кредиторов получил от должника исполнение раньше и в обход остальных — применяется статья 61.3 закона о банкротстве. Если действий по возврату конкретного имущества недостаточно, потому что к банкротству должника привело системное поведение его руководства и бенефициаров, а размер причинённого вреда превышает то, что удаётся вернуть реституцией, — используется субсидиарная ответственность контролирующих лиц по главе III.2 закона о банкротстве. А если имущество выбыло из владения должника незаконно или прошло цепочку последующих сделок и оказалось у лица, не являющегося стороной первоначальной сделки, — применяется виндикация по статьям 301 и 302 ГК РФ, зачастую вместе с оспариванием всей цепочки сделок.
Таким образом, закон о банкротстве и общие нормы Гражданского кодекса РФ дают конкурсному управляющему и кредиторам три взаимодополняющих инструмента для возврата имущества должника: оспаривание подозрительных сделок и сделок с предпочтением, привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и виндикацию имущества у незаконного владельца. На практике эти способы часто применяются последовательно или параллельно в рамках одного дела о банкротстве, а правильный выбор основания и точное соблюдение сроков подозрительности напрямую влияют на то, удастся ли вообще вернуть выбывший актив в конкурсную массу.
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры».
Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.
Получить дополнительную информацию или ознакомиться с нашими услугами по данной теме можно по ссылкам ниже:
Доверьте нам решение своей проблемы
Наша главная цель — помощь клиентам в решении существующих проблем и их профилактика в будущем.
Оставьте заявку на консультацию, чтобы убедиться в этом лично!
Мы работаем по всей России. Укажите Ваш город в комментарии
