г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.614
г. Москва, ул. Верхняя Красносельская, д.11а, оф.29
г. Санкт-Петербург, Спасский пер., д. 14/35, лит. А, офис 1304
АНТОНОВ
И ПАРТНЁРЫ
АДВОКАТСКОЕ БЮРО

Образец ходатайства руководителю следственной группы о прекращении уголовного преследования

Руководителю следственной группы — следователю по особо важным делам следственной части ГСУ ГУ МВД России по Самарской области майору юстиции 

Адрес: 443100, г.Самара, ул. Полевая, д. 4

Тел.: (846) 278-11-16

Факс: (846) 337-04-22

от адвоката Антонова А.П., имеющего регистрационный №63/2099, соглашение № 2018/022 от 02.03.2018 г., осуществляющего деятельность в АБ “Антонов и партнеры” по адресу: 443080, г. Самара, пр. Карла Маркса, д. 192, оф. 619, тел. +7-987-928-31-80, адрес эл.почты: 2717371@gmail.com

В защиту интересов ФИО1, 01.12.1968 г.р.

Ходатайство

о прекращения уголовного преследования

Постановлением о привлечении в качестве обвиняемого от 25.07.2019 ФИО1 была обвинена в совершении следующих преступлений:

  1. Участие в преступном сообщение (преступной организации) в целях совместного совершения тяжкого преступления, принятии участия в таком сообществе (организации) и входящими в него структурными подразделениями, то есть ее деяния квалифицировались (ч.2 ст.210 УК РФ);
  2. Мошенничество, то есть хищение чужого имущества  путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное организованной группой, в особо крупном размере, с причинением значительного ущерба гражданину (ч.4 ст.159 УК РФ);
  3. Легализация (отмывание) денежных средств, приобретенных в результате совершенного преступления, то есть в совершении финансовых операций с денежными средствами, приобретенными в результате совершения преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами, в особо крупном размере, организованной группой (п.п.“а,б” ч.4 ст.174.1 УК РФ).

Обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.210 УК РФ, является необоснованным

В соответствии с текстом обвинительного заключения, ФИО1 в феврале 2017 года, более точные дата и время в ходе следствия не установлены, находясь в г. Самара, умышленно, незаконно, из корыстной заинтересованности, с целью совершения мошеннических действий в особо крупном размере в отношении неопределенного круга граждан, получив предложение от ФИО2 о возможности трудоустройства в качестве «руководителя отдела телемаркетинга (колл-центр)» для базирования на его основе мнимой респектабельной клиники, а также получив информацию о порядке и способе обмана граждан, приняла решение о вхождении в состав организованной группы в должности «руководителя отдела телемаркетинга (колл-центр)».

ФИО1, согласно отведенной ей роли в составе организованной группы  и согласно возложенным на него «руководителя» ФИО2 обязанностям использовала в своей незаконной деятельности в соответствии с установленными руководителем организованной группы формой и способом, применяла разработанные методы, приемы, оказывая целенаправленное спланированное психологическое воздействие на граждан путем систематических, навязчивых телефонных звонков проживающим в г. Самара Самарской области женщинам, мужчинам с использованием приемов психологического воздействия и введения в заблуждение, под предлогом презентации клиники ООО НАЗВАНИЕ1 и проведения медицинского обследования, заманить их в салон. В салоне, действующая в соответствии и согласно отведенной ей преступной роли, проводила обучение и инструктаж операторов колл-центра, снабжала их методическими пособиями о приемах психологического воздействия; отчитывалась о результатах преступной деятельности перед участниками организованной группы, вышестоящими в структуре организованной группы”.

В обязанности ФИО1 с 30.03.2017 по 27.02.2018, выполняющей роль «руководителя колл-центров (телемаркетинга)» функционально обособленной организованной преступной группы, функционирующей на базе ООО НАЗВАНИЕ1, вошедшей к апрелю 2017 года в состав преступного сообщества (преступной организации), входило: контроль за работой колл — центров (отдел телемаркетинга); приобретение клиентской базы жителей Самарской области; составление и внесение сведений (не соответствующих действительности) в текст «обзвона»; обучение сотрудников отдела элементам обмана (как разговаривать с клиентами по телефону, то есть убеждать их посетить бесплатные процедуры).

ФИО2 вменяется создание и оборудование кол-центра, обеспечение его бесперебойной работы, непосредственные сотрудники которого, будучи не посвященными в преступный план членов преступного сообщества (преступной организации) и входящих в него организованных групп, осуществляли бы звонки на телефоны неограниченного круга граждан указанной категории, и согласно заранее разработанным инструкциям, в которых были закреплены определенные методы и способы обмана и введения  в заблуждение граждан, приглашали их на бесплатную диагностику организма на различных медицинских аппаратах, в действительности не отвечающих за постановку медицинских диагнозов и не разрешенных к применению на территории Российской Федерации, с обязательным условием посещения – наличием паспорта, в действительности необходимого для оформления на гражданина потребительского кредита. 

ФИО1 занималась поиском работы с начала 2016 г. В интернете на сайте hh.ru она нашла вакансию оператора на телефон в организации НАЗВАНИЕ2, с зарплатой от 28 тысяч рублей, работа по 6 часов в день. В вакансии указывалось, что необходимо будет обзванивать клиентов (работа на телефоне). Вакансия предлагалась недалеко от ее места проживания — на АДРЕС1. ФИО1 позвонила по указанному в объявлении номеру телефона в отдел персонала. С ней разговаривала менеджер, которая представилась Сабриной. Она коротко рассказала мне о работе оператора, пояснила, что по телефону нужно будет рассказывать о косметическом центре и приглашать женщин в косметический центр НАЗВАНИЕ2. За данную работу предлагалась заработная плата, которая состояла из окладной части и премии в зависимости от фактического прихода приглашенных женщин в центр. На момент трудоустройства это был косметический центр, где предлагалась бесплатное комплексное обследование на современном аппарате Мультискан и имелся специализированный центр коррекции фигуры и косметических процедур.  

ФИО1 пришла на собеседование к ФИО3, заполнила анкету и ее пригласили в отдел телемаркетинга на второе собеседование.

Второе собеседование проводила ФИО4. Она была руководителем отдела телемаркетинга. Также в отделе работала координатор ИО5 (фамилию я не помню). В отделе работало около 20 операторов. ФИО4 коротко рассказала о работе, дала скрипт (алгоритм моего разговора с клиентами во время телефонного звонка) и посадила слушать разговоры других операторов. В задачу операторов входило: сделать звонок клиенту, выяснить какие у него есть проблемы с внешностью и здоровьем, пригласить клиента к определенному времени в центр при его согласии.

Операторы колле-центра звонили по базам женщин Самары и Самарской области, которые находились в компьютерах, также распечатывали базы на листах формата А4. Звонок осуществлялся по номерам из компьютера, то по итогам звонка заносили комментарии в программу, если по листку — писали прямо на этом же листе результат разговора. Скрипт состоял из следующих пунктов: приветствие, выявление потребностей, непосредственно презентация центра, чем занимается, озвучивание противопоказаний и предложение прийти в центр. Откуда и кем были составлены скрипты, ФИО1 было неизвестно. Исходя из должных инструкций, она не имела права самостоятельно изменять скрипт или дополнять его. Также она не имела специального медицинского или косметологического образования и не могла знать сущность всех услуг, оказываемых организацией.

В начале каждого месяца директор ФИО2 собирал нас на митинг, на котором собирались все сотрудники центра. Явка на митинг была строго обязательна. На митинге обсуждался прошедший месяц по показателям: количество продаж, количество приходов, награждение лучших сотрудников дипломами. Так продолжалось примерно до весны — начала лета 2016 года. 

Примерно в это же время ФИО2 на очередном митинге сообщил, что центр красоты получил статус “НАЗВАНИЕ3”, и теперь в клинике будут работать врачи, что клиника получила лицензию на медицинскую деятельность. В связи с этим изменился скрипт,  изменились услуги, оказываемые клиникой. Так, приглашать стали на флебологию и коррекцию фигуры, омоложение.

В НАЗВАНИЕ3 входили следующие структурные подразделения: телемаркетинг, отдел продаж, отдел сервиса, колл-центр отдела сервиса, кредитный отдел, касса, бухгалтерия, HR – отдел, юридический отдел, главный врач, заместитель генерального директора, генеральный директор. Шевченко осуществляла трудовую деятельность именно в отделе телемаркетинга, колл-центр сервиса был отдельным подразделением и находился под руководством другого лица. В задачи отдела телемаркетинга входила только реклама клиники и приглашение туда клиентов. Дальнейшее их обслуживание в задачи отдела телемаркетинга не входило. О том, как именно оказываются услуги клиентам, ФИО1 не знала, так как это не входило в ее трудовые обязанности.

Летом 2016 года ФИО4 предложила ФИО1 работать руководителем второго отдела телемаркетинга, так как ФИО2 хочет открыть ТМ-2 (отдел телемаркетинга №2). ФИО1 согласилась. Затем они вместе с ФИО5 пошли в кабинет к ФИО2, где последний поставил им задачу по созданию второго телемаркетинга и составил план работы. Зарплата руководителя складывалась из оклада в 20000 руб. и 50 руб. за приход каждого клиента. Также полагалась премия при выполнении плана от 5000 руб.

Для ТМ-2 ФИО2 арендовал помещение по адресу: г. Самара, 2-ой АДРЕС2 и осуществлял с помощью HR-отдела поиск операторов. ФИО1 была руководителем ТМ-2, координатором была оператор ТМ-1 ФИО6. Помещение по адресу: АДРЕС2 было маленьким и вмещало 6-8 мест. 

ТМ-2 предоставлялись для обзвона уже отработанные базы номеров, то есть все звонки осуществлялись повторно, и эффективность работы была низкой. По этой причине план работы не выполнялся. Если были жалобы на работу других сотрудников, ФИО2 вызывал руководителя отдела продаж ФИО7 и ФИО8 В ходе звонков операторы приглашали на диагностику, к диетологу, трихологу. 

В конце 2016-начале 2017 года открылся ТМ-3 по адресу: АДРЕС3. Руководителем ТМ-3 стала ФИО9. Она была на тот момент координатором ФИО4 в ТМ-1 после увольнения ИО5. Он был также небольшой и вмещал в себя 8-9 операторов. Задачи у всех стояли одинаковые.

Весной — в начале лета 2017 в клинику пришли сотрудники ОБЭП, изъяли документы и компьютеры клиники, из-за чего клиника долгое время не работала. Затем через некоторое время ФИО1 позвонила ФИО6 и сказала, что проверка закончена, у все в порядке с оказанием услуг, и законодательство при осуществлении деятельности они не нарушают. Также сказала, что все руководители и некоторые сотрудники клиники вызываются на прохождение полиграфа, так как ФИО2 заподозрил что-то неладное в клинике. Кто-то, по его словам, предоставлял конкурентам информацию и разглашал коммерческую тайну клиники. Неизвестное лицо начало звонить клиентам, которые только что совершали покупку пакета услуг клиники и убеждало их на вернуть денежные средства и расторгнуть договор. 

В назначенное время ФИО1 прошла тестирование на детекторе лжи, которое выявило отсутствие таких действий с ее стороны. ФИО6 и ФИО3 не прошли тестирование. ФИО1 была в плохих отношениях с данными лицами, так как они занимались приписками, нечистоплотностью и не была удивлена таким результатам тестирования.

После проверки ОБЭП в клинике начались изменения. Информацию о продажах клиники тщательно скрывали, запретили показывать отчеты и сообщать информацию о посетителях, ставших клиентами клиники. Т.е отдел телемаркетинга даже не владел информацией — кто из пришедших купил услуги, а кто нет. До них доводили только информацию о том, сколько клиентов засчитали в приход и сколько в зачет не пошло.

После увольнения ФИО3 в ТМ-1 и ТМ-3 поменялись руководители. В ТМ-1 руководителем стал ФИО10. Через некоторое время в ТМ-1 пришел другой руководитель — ФИО11. В августе-октябре 2017 года руководители трех колл-центров по указанию ФИО2 прошли обучение в университете НАЗВАНИЕ4 по теме “успешные скрипты”. В обучение входили видео уроки, примеры общения с клиентом, лекции и видеоклипы известных фильмов. Эти видео показывали операторам при обучении. Также руководители отделов два раза за 2017 год проходили семинары и тренинги Михаила Москотина и Брайана Трейси. 

Осенью ТМ-3 закрылся, и всех операторов перевели в ТМ-1. Затем туда приняли нового руководителя ФИО11 и координатора ФИО12.

Осенью 2017 года в клинике открылось новое направление — лазерная гемотерапия, и отдел продаж разделился на флебологию и первичное обследование (позвоночник, косметология, эстетическая медицина). Отдел продаж по флебологии возглавляла ФИО13, а отдел первичного обследования — ФИО14. Лекции по лазерной гемотерапии проводила ФИО15. Также она обучала операторов правильно презентовать данное направление. 

В конце ноября-начале декабре 2017 ФИО2 назначил меня руководителем всех телемаркетингов. О назначении узнала из его сообщения в группе НАЗВАНИЕ2 (общая группа всех сотрудников клиники).  Руководителем ТМ-2 стала ФИО16, координатором ФИО17. Руководители отделов телемаркетинга подчинялись напрямую ФИО2. Назначались руководители путем собеседования со мной и окончательно с ФИО2 

В соответствии с текстом обвинительного заключения, в обязанности «Руководителя отдела телемаркетинга (колл-центра)» входило:

  1. Неукоснительное исполнение распоряжений «руководителя организованной группы» (эти действия входили в должностные обязанности ФИО1 в соответствии с трудовой дисциплиной),  нахождение в помещении организации, действующей под видом респектабельной медицинской клиники, а также в территориально обособленных помещениях, занимаемых рядовыми сотрудниками кол-центра, в целях осуществления контроля за функционированием преступной деятельности нижестоящих структурных подразделений организованной группы. 

Данное утверждение не соответствует действительности, так как ФИО1 являлась руководителем только одного из трех телемаркетингов, и в подчинении у нее были только координатор и операторы второго телемаркетинга. Руководителем всех отделов телемаркетинга ФИО1 стала только в декабре 2017 года, и проработала на этой должности только 2 месяца).

  1. Контроль за деятельностью членов преступной группы, входящих в структурные, территориально обособленные, звенья «отдела телемаркетинга» координация их деятельности. 

Данные действия входили в должностные обязанности, когда ФИО1 была руководителем всех телемаркетингов в течение двух месяцев).

  1. Непосредственное взаимодействие со структурным подразделением «заместитель руководителя – руководитель отдела сервиса», «руководителем первичного отдела продаж» в целях организации отлаженной работы всех структурных подразделений организованной группы. 

Данные действия не входили в должностные обязанности ФИО1, когда она была руководителем всех телемаркетингов в течение двух месяцев. С руководителем отдела сервиса  у ФИО1 никаких отношений не было, с руководителем отдела продаж общалась в рамках своих должностных обязанностей (предоставление информации для скрипта колл-центра, подтверждения прихода).

  1. Снабжение членов организованной группы методическими пособиями по оказанию психологического воздействия на граждан. 

Данный пункт обвинения не подтвержден собранными доказательствами;

  1. Обучение членов организованной группы методам и приемам, необходимым для оказания психологического воздействия, с целью их обмана для хищения принадлежащих им денежных средств, проведение с членами организованной группы психологических тренингов, обучающих психологическому воздействию на граждан, проведение перед началом рабочего дня в организации, под видом респектабельной клиники, так называемых «митингов» (планерок), требуя от подчиненных работников повышения количества привлеченных граждан. 

Данный пункт обвинения не подтвержден собранными доказательствами. В должностные обязанности ФИО1 входила организация работы и обучения операторов колл-центра, однако методы психологического воздействия не применялись ни ей, ни иными операторами.

  1. Корректировка совершения преступных действий подчиненными рядовыми участниками структурного подразделения, выполнение иных необходимых действий, направленных на обеспечение постоянного беспрепятственного функционирования возглавляемого структурного подразделения получение от членов организованной группы информации о ходе совершаемой преступной деятельности, размере извлеченной преступной прибыли. 

Данный пункт обвинения не подтвержден собранными доказательствами;

  1. Получение доли преступной прибыли, добытой в результате совершения хищения. 

Данное утверждение не соответствует действительности, так как заработная плата ФИО1 в соответствии с трудовым договором состояла из оклада, премии и доплаты за каждого приглашенного лица вне зависимости от того, заключит он договор впоследствии, или нет.

ФИО1 не только не знала, но и не должна была знать о незаконном характере деятельности организации.

Офис колл-центра организации находился по адресу: АДРЕС2, в то время как оказание услуг клиентам организации производилось по адресу:АДРЕС1. ФИО1 приезжала туда только на совещания и не общалась с персоналом организации. С персоналом клиники и лже-врачами она знакома не была. Соответственно, она не могла получить сведения о том, каким именно образом, оказывали услуги клиентам организации.

ФИО1 в процесс продаж не была посвящена, друзей и знакомых в клинике не имела и до декабря 2017 года работала только удаленно от клиники, по адресу АДРЕС2. Взаимодействие  с отделом продаж происходило только на совещаниях, когда сотрудников отдела продаж приглашал ФИО2. Общались сотрудники отделов телемаркетинга в специально созданной группе в месседжере “Вайбер”. 

Более того, ФИО1 неоднократно пользовалась услугами клиники. В 2016 году она заполнила анкету, прошла диагностику и заключила договор на оказание услуг. Ей был назначен массаж, проводились консультации с диетологом. Данные услуги имели заявленный результат. В 2017 году ФИО1 также заключила договор об оказании услуг, в ходе которого ей оказывали услуги по коррекции питания, которые также имели заявленный результат. Никаких претензий по работе специалистов она не имела. Из-за полного и качественного оказания косметологических услуг у ФИО1 сложилось впечатление, что все остальные услуги клиники, в том числе медицинские, оказываются надлежащим образом.

Для того, чтобы давать более качественные пояснения при звонках, ФИО1 самостоятельно, из общедоступных источников ознакомилась с информацией об аппаратуре, используемой клиникой — сканера АППАРАТ1, аппарата для диагностики кожи (дерматоскопия) и волос под увеличением АППАРАТ2. Возможности аппарата АППАРАТ1 она узнала, когда ей производили процедуры по договору. 

Организация имела все признаки клиники, осуществляющей законную деятельность:

— в ней работали врачи и юристы. Операторы колл-центра приглашали на флебологию к врачу ФИО8 а если были проблемы со спиной – к врачу ФИО9 Коррекцией фигуры и омоложением занималась ФИО10. Информацию о врачах клиники ФИО1 прочитала в открытом доступе в интернете, никаких сомнений по данному поводу у нее не возникало;

— у клиники существовал официальный сайт. Информация о клинике размещалась на сайтах каталогов: КАТАЛОГ1, КАТАЛОГ2, КАТАЛОГ3 и многие другие, где можно подробно прочитать описание деятельности НАЗВАНИЕ3. Очень подробно свою деятельность НАЗВАНИЕ3 расписывала в группе в социальной сети ВКонтакте (ГРУППА1). Также был выпущен журнал с услугами НАЗВАНИЕ3 и указанием врачей клиники и процедурами; 

— деятельность клиники лицензировалась, она имела медицинскую лицензию (Лицензия №НОМЕР1, действительна с 25.08.2016 г.). Информация о получении лицензии была доведена до работников организации и размещена на официальном сайте, поэтому не было оснований сомневаться в ее подлинности;

— в ИФНС у организации ИНН НОМЕР2/ КПП НОМЕР3, ОГРН НОМЕР4 были открыты дополнительные виды экономической деятельности 74.40 – рекламная деятельность, занесена в госреестр;

— проводились оздоровительные и профилактические процедуры;

— диагностика проводилась валидными, четко дифференцированными методами, которые просты и понятны, но при этом имеют доказательное научное обоснование. 

— осуществлялись проходящие проверки клиники.

Необходимо отдельно отметить то, что медицинские диагнозы в клинике не ставились. 

ФИО1 сталкивалась на сайте клиники с негативными отзывами, однако она полагала, что они составлены конкурентами клиники, так как написавшие их лица не оставляли никаких данных о себе. 

Негативные отзывы были от лиц, не имеющие аккаунты в соцсетях, на звонки такие лица не отвечали. Имея опыт работы в телемаркетинге, ФИО1 была осведомлена, что написание негативных отзывов является одним из методов борьбы с конкурентами. При этом, после надлежащего оказания ей услуг, ФИО1 была уверена в ложности негативных отзывов о клинике.

Таким образом, деятельность клиники имела признаки законной, о мошеннических действиях ФИО1 не знала и не должна была знать, исходя из сложившейся обстановки.

Деятельность ФИО1 была законной

ФИО1 с февраля 2016 до лета 2016 занимала должность оператора колл-центра ТМ-2, затем до лета 2017 — должность руководителя ТМ-2, ноября-декабря 2017 она руководила ТМ-1, ТМ-2, ТМ-3.

Перед ФИО1 как перед руководителем отдела телемаркетинга руководством ставился план обзвона на каждый день, скрипты звонков согласовывались с главным врачом, с врачами, с отделом продаж, с ФИО2 Базы для обзвона также предоставлялись в отдел телемаркетинга. Все, что выполнялось ФИО1 в рамках трудовых отношений — было законно. Предполагать о том, что ФИО2 намерен вводить в заблуждение людей, пришедших по звонкам колл-центра на консультацию, ФИО1 не могла и не должна была, этот вопрос ее не касался.

ФИО1 как руководитель отдела отвечала за качество работы всего отдела, в связи с чем, проводила мероприятия по обучению своих сотрудников, данное обучение касалось техники разговора при звонке (строго соблюдать скрипт). Каким-либо приемам психологического воздействия на граждан ФИО1 никого не обучала. Обвинение в этой части абсолютно необоснованно, не конкретизировано, какими именно словами, действиями, приемами осуществлялось психологическое воздействие. Доказательств того, что в ходе разговора оператора колл-центра с людьми происходило какое-либо психологическое воздействие на них, в деле не имеется. Никаких методических пособий о приемах психологического воздействия на граждан в колл-центре не имелось, операторы такими пособиями не снабжались.

Организации по ОКВД была доступна, в том числе, рекламная деятельность. Обзвон лиц по базам является обычным способом рекламы и применяется многими организациями. Базы номеров приобретались организацией полностью законно, у маркетинговых агентств, которые были знакомы ФИО1 по ее предыдущей работе в качестве оператора колл-центра. Данные маркетинговые агентства, по сведениям ФИО1,  осуществляли свою деятельность законно. Контакты граждан Самары и Самарской области предоставлялись, в том числе, ООО НАЗВАНИЕ4 на основании Договора об оказании услуг, это подтверждают документы из бухгалтерии: договора, платежные поручения и электронные чеки. Контакты оплачивала клиника ООО НАЗВАНИЕ1.

При осуществлении звонков операторами используются заранее подготовленные планы разговоров и ответы на вопросы — скрипты. При этом оператор не может самостоятельно изменять и дополнять их. Скрипт строго согласовывался с отделом продаж, ФИО8, ФИО9, контролером10, утверждался ФИО2 Кроме того, все разговоры операторов прослушивались контролером и сообщались руководителям телемаркетинга об ошибках или намеренном искажении ситуации. Также информацию о клинике для скрипта мы брали с сайта САЙТ1. ФИО1 на сайте информацию не размещала. 

Скрипты были типовыми и ничем не отличались от скриптов в иных организациях, они были собраны из открытых источников, доступных ФИО1. В них не использовались никакие психологические методы воздействия на лиц с целью получения денежных средств за ненадлежаще оказанные услуги. ФИО1 была ответственна за обучение операторов колл-центров, при этом операторов не обучали никаким психологические методы воздействия или принуждения. 

Основное требование к руководителям телемаркетинга было неукоснительное соблюдение скрипта. Мне было предписано строго придерживаться требований отдела продаж: возраст гражданина от 27 до 60 лет, проживание в г. Самара, потребность в услугах клиники и отсутствие противопоказаний (беременность, ВИЧ, СПИД, гепатит, сахарный диабет, наличие хронических заболеваний и многое другое). Приглашались и женщины, и мужчины, и семейные пары. Не разрешалось приводить подруг, сестер и братьев. ФИО2 давал распоряжения всем руководителям ТМ и мог в любой момент запросить сбросить в группу скрипт. В группу входили все руководители и координаторы ТМ, ФИО5, ФИО2, ФИО8, ФИО9 и еще некоторые сотрудники.

Все операторы колл-центров работали только с номерами из заранее предоставленной базы, при этом они могли осуществлять звонки по уже отработанным базам, что было неэффективно, и количество негативных отзывов о клинике повышалось. ФИО1 была осведомлена об этом и не удивлялась такому количеству негативных отзывов.

С конца 2017 ТМ-2 стал работать с Лидами — контактами, которые граждане сами оставляли на сайте для того, чтобы им перезвонили. У клиники были заключены договоры с организациями, которые предоставляли клинике Лиды — базу клиентов, которые сами оставляли свои данные по рекламе клиники. На сайте клиники Отдел продаж давал полное описание услуг, предоставляемых клиникой, отправлялись лицензии, и отдел маркетинга данной компании приступал к изготовлению Лендинга. Затем данную рекламу размещали с возможностью оставить о себе информацию, т.е ФИО, возраст и номер телефона. Рекламировались услуги, оказываемым врачами клиники — на проблемы с венами, сосудами и позвоночнику, корректировку веса и омоложение. Лендинг согласовывался с ФИО2, ФИО7 контролером ФИО10, отделом продаж (кроме ООО НАЗВАНИЕ5), и размещался в Интернете. Контакты предоставляли ООО НАЗВАНИЕ5, имеется в конфискованных документах и ООО НАЗВАНИЕ6 (Договор № НОМЕР5 от 09.08.2017). Макет рекламы ООО НАЗВАНИЕ5 нам не показывал, так как, по его словам, это является коммерческой тайной. Договоры были заключены еще с несколькими компаниями на поставку Лидов. Клиника работала с компанией НАЗВАНИЕ7, эта компания сама размещала рекламу в интернете, обзванивала заявки, и сама приглашала в клинику клиентов.

Кроме того, специалисты колл-центра никогда не приглашали граждан на медицинское обследование. О том, что для людей данные звонки были навязчивыми, ФИО1 не знала, так как предполагалось, что база для обзвона собиралась из контактов, которые люди сами оставляли на сайтах, рекламирующих услуги клиники. Это касалось как контактов, собранных с сайта самой клиники, так и  контактов (баз данных), переданных маркетинговыми агентствами, так как данные агентства должны были предоставлять базу людей, которые были заинтересованы в услугах клиники и сами дали согласие на информирование их о предлагаемых услугах. О том, что некоторые базы данных были некачественные (то есть содержали контактные данные людей, не дававших согласие на звонок), ФИО1 не знала и не могла знать. 

ФИО1 осуществляла свою деятельность трудовому договору, оформленному надлежащим образом в ИП “ФИО16”, о чем говорит запись в трудовой книжке за № 17 от 03.07.2017. ФИО1 была принята на должность Руководителя отдела в ИП “ФИО16” и работала на основании Трудового договора с соблюдением должностных инструкций, выполняла распоряжения генерального директора. Заработная плата ФИО1 складывалась из оклада в размере 20 000 рублей, премии за выполнение плана — 5 000 рублей и 50 рублей за каждого клиента, пришедшего в клинику. Никаких дополнительных выплат за оформление кредитных договоров с клиентами или за неоказание услуг ФИО1 не получала.

Летом 2017 года бухгалтер ФИО16 предложила ФИО1, открыть ИП, сказали, который будет осуществлять только рекламную деятельность — телемаркетинг. Было обещано вознаграждение в сумме 5000 рублей ежемесячно. Далее был оформлен договор об оказании услуг. Всю отчетность должны были вести бухгалтера, ежемесячно в пенсионный делались отчисления.  ФИО1 прельщала данная возможность, так как она рассматривала перспективу оказания услуг по рекламе не только с клиникой, но и с иными организациями.

ФИО1 не имела никакого отношения непосредственно к продажам, с клиентами по приходу в клинику не общалась, деньги с продаж не получала. Все претензии по качеству и приему клиентов принимались и разбирались в клинике. Отдел телемаркетинга должен был только прорекламировать клинику. 

ФИО1 не осуществляла демонстрацию аппаратуры и услуг, в ее обязанности входили лишь обзвон граждан и, впоследствии, руководство операторами. Вносить ложную информацию в демонстрацию она не могла, так как демонстрация осуществлялась не отделами телемаркетинга, а отделом продаж, порядок демонстрации был ФИО1 неизвестен. 

У ФИО1 не было доступа к камерам видеонаблюдения в кабинетах клиники, отдела продаж и сервиса. Процесс прохождения клиентом «встречи» ей неизвестен. ФИО1 не получала никакой информации относительно того, как именно сотрудникам клиники говорили оказывать услуги клиентам. Так как отдел телемаркетинга находился отдельно от основного офиса, ФИО1 с сотрудниками клиники не общалась. Она не была осведомлена о преступном сговоре и плане мошеннических действий.

Все сказанное позволяет сделать вывод о том, что у ФИО1 возникло представление о законности деятельности клиники. В планы ФИО2 она посвящена не была, не знала и не должна была знать о порядке оказания услуг клиентам. 

Более того, ФИО1 не сразу стала руководить отделами телемаркетинга. В период до лета 2017 года руководство ТМ-1 и ТМ-3 осуществляли ФИО6 и ФИО4, которым не были предъявлено обвинение. При этом ФИО1 вменяется совершение преступления с февраля 2016 г., когда она только начала работать в качестве оператора колл-центра. Другим операторам колл-центра обвинение также не было предъявлено.

В соответствии с ч.ч.3,4 ст.35 УК РФ, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

В соответствии с абз.1 п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2010 г. N 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», под участием в преступном сообществе (преступной организации) (часть 2 статьи 210 УК РФ) следует понимать вхождение в состав сообщества (организации), а также разработку планов по подготовке к совершению одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений и (или) непосредственное совершение указанных преступлений либо выполнение лицом функциональных обязанностей по обеспечению деятельности такого сообщества (финансирование, снабжение информацией, ведение документации, подыскание жертв преступлений, установление в целях совершения преступных действий контактов с должностными лицами государственных органов, лицами, выполняющими управленческие функции в коммерческой или иной организации, создание условий совершения преступлений и т.п.).

Довод следствия о том, что она была якобы изначально была привлечена для осуществления незаконной деятельности, никак не подтвержден обстоятельствами дела. Фактически, данный вывод является голословным. В деле не имеется ни свидетельских показаний, ни иных данных, на основании которых можно сделать вывод о том, что ФИО1 изначально знала о незаконности деятельности клиники. Более того, на основании фактических данных и внешних признаков деятельности организации, можно сделать вывод о том, что у ФИО1 возникло ложное представление о законности ее деятельности.

В соответствии с ч.1 ст.14 УК РФ, преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, в том числе, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Так как ФИО1 действовала, исходя из обоснованного предположения о законности деятельности организации, у нее отсутствует умысел на совершение преступления. Поэтому уголовную ответственности за участие преступном сообществе (преступной организации) она нести не может.

Обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, является необоснованным

Под руководством ФИО2 были совершены мошеннические действия в отношении ПОТЕРПЕВШИЕ.

Необоснованно утверждение о том, что ФИО1 четко осознавала, что ей предложено принять участие в противоправной деятельности, заключающейся в совершении тяжких преступлений – хищений путем обмана денежных средств граждан Самарской области под видом осуществления коммерческой деятельности в псевдомедицинском центре (клинике) и предоставления таким гражданам ложных диагностических, косметологических и медицинских услуг и навязчивой реализации биологически активных добавок, косметических, ортопедических и медицинских товаров за счет выдаваемых им кредитов, а также зная, что данная деятельность является незаконной, и за преступные действия наступает уголовная ответственность, преследуя корыстную цель незаконного обогащения, что я дала свое принципиальное согласие и участвовала в незаконных действиях. 

В соответствии  с ч.4 ст.159 УК РФ, мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, наказывается лишением свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

В соответствии с ч.1 ст.159 УК РФ, под мошенничеством понимается хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

В должностные обязанности ФИО1 входило осуществление звонков гражданам с целью предложить им услуги клиники, приглашение на процедуры, организация работы операторов колл-центра и их обучение. Дальнейшее участие в обслуживании клиентов ФИО1 не принимала. Жалобы касательно оказания услуг принимал другой отдел клиники, к которому ФИО1 также отношения не имела. Участия в оказании услуг или их оплате ФИО1 не принимала. Этим занимались менеджеры клиники и сотрудники отдела продаж. Более того, ФИО1 не могла это делать, так как она работала не в основном помещении клиники, в котором оказывались услуги. В основном офисе она появлялась только на время совещаний, в детали оказания услуг она не была посвящена. Вся информация о клинике была взята ей из открытых источников.

Поэтому ФИО1 не совершала противоправных действий.

ФИО1 не получала никакой финансовой или иной материальной выгоды с клиентов, подписавших договор. Ее заработная плата зависела, в том числе, от граждан, которые посетили клинику, вне зависимости от последующего заключения договора.

Поэтому ФИО1 не получала никакой материальной выгоды от совершения противоправных действий.

Исходя из п.п.2,3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате”, обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим.

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно заведомо не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства).

ФИО1 не была полностью посвящена в деятельность клиники. Такая информация ей не предоставлялась, так как это не было необходимо для исполнения ее трудовых обязанностей. Она не могла получить такую информацию из общения с сотрудниками клиники, так как она работала по другому адресу. Вся известна ей информация исходит из распоряжений самого ФИО2 и из открытых источников. Исходя из жизненного опыта ФИО1, клиника имела все признаки деятельности законной организации. Более того, она сама являлась клиентом клиники, и ей услуги были оказаны надлежащим образом. ФИО1 заблуждалась относительно характера деятельности клиники.

Поэтому ФИО1 не могла действовать путем обмана или злоупотребления доверием.

ФИО1 также не является пособником в совершении мошеннических действий. В соответствии с ч.5 сТ.33 УК РФ, пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы. В соответствии с аб.2 п.17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2010 г. N 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», действия участника преступного сообщества (преступной организации), не являющегося исполнителем конкретного преступления, но в соответствии с распределением ролей в составе этого сообщества выполняющего функции организатора, подстрекателя либо пособника, подлежат квалификации независимо от его фактической роли в совершенном преступлении по соответствующей статье Уголовного кодекса Российской Федерации без ссылки на части 3, 4 и 5 статьи 33 УК РФ, а также по части 2 статьи 210 УК РФ.

Однако ФИО1 деятельность является законной, сама она не являлась участником преступной организации (преступного сообщества) и не была осведомлена о совершении преступлений, поэтому ответственности за мошенничество она не несет.

Обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п.“а,б” ч.4 ст.174.1 УК РФ, является необоснованным

В соответствии с п.п.“а,б” ч.4 ст.174.1 УК РФ, совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом, совершенные:

а) организованной группой;

б) в особо крупном размере, —

наказываются принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового либо лишением свободы на срок до семи лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового, с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет или без такового.

В должностные обязанности ФИО1 не входило совершение никаких сделок и финансовых операций, они осуществлялись бухгалтерией. В период, когда ФИО1 осуществляла деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, она также не вела бухгалтерский учет и не осуществляла сделки и финансовые операции. Доступа к расчетному счету клиники ФИО1 не имела, указания о совершении операций с денежными средствами она не исполняла. 

ФИО1 также не является пособником в совершении указанных действий. В соответствии с ч.5 ст.33 УК РФ, пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы. В соответствии с аб.2 п.17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 июня 2010 г. N 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», действия участника преступного сообщества (преступной организации), не являющегося исполнителем конкретного преступления, но в соответствии с распределением ролей в составе этого сообщества выполняющего функции организатора, подстрекателя либо пособника, подлежат квалификации независимо от его фактической роли в совершенном преступлении по соответствующей статье Уголовного кодекса Российской Федерации без ссылки на части 3, 4 и 5 статьи 33 УК РФ, а также по части 2 статьи 210 УК РФ.

Однако ФИО1 деятельность является законной, сама она не являлась участником преступной организации (преступного сообщества) и не была осведомлена о совершении преступлений, поэтому ответственности за мошенничество она не несет.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению при отсутствии в деянии состава преступления.

В связи с вышеизложенным,                       

прошу:

  1. Прекратить уголовное преследование в отношении ФИО1, 01.12.1968 г.р. в связи с отсутствием в ее действиях составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210, ч.4 ст.159,  п.п.“а,б” ч.4 ст.174.1, п.п.“а,б” ч.4 ст.174.1 УК РФ.
  2. Прошу уведомить о решении по адресу 443080, г. Самара, проспект Карла Маркса, д.192, оф.619.

Адвокат _____________________  А.П. Антонов

Готовы доверить решение проблемы нам?

Ваше сообщение успешно отправлено.
Наши сотрудники свяжутся с Вами в ближайшее время.

Наша главная цель — помощь клиентам в решении существующих проблем и их профилактика в будущем.

Оставьте заявку на консультацию, чтобы убедиться в этом лично!

Мы работаем по всей России. Укажите Ваш город в комментарии

Отправляя форму вы соглашаетесь на обработку персональных данных

Отзывы

Получить консультацию юриста
x
Полезная информация
Сторонние сайты