г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71
г. Самара, пр-т. Карла-Маркса, д. 192, оф.619
+7 (846) 212-99-71

Справка по результатам изучения рассмотренных судами Самарской области в 2015 – 2017 годах дел по спорам, связанным с применением положений законодательства, регулирующих материальную ответственность работников, федеральных государственных служащих – сотрудников внутренних дел, органов уголовно-исполнительной системы, Следственного комитета Российской Федерации и иных органов, в которых предусмотрена федеральная государственных служба (кроме военнослужащих), а также государственных гражданских и муниципальных служащих

  • Главная
  • Профессиональные новости
  • Справка по результатам изучения рассмотренных судами Самарской области в 2015 – 2017 годах дел по спорам, связанным с применением положений законодательства, регулирующих материальную ответственность работников, федеральных государственных служащих – сотрудников внутренних дел, органов уголовно-исполнительной системы, Следственного комитета Российской Федерации и иных органов, в которых предусмотрена федеральная государственных служба (кроме военнослужащих), а также государственных гражданских и муниципальных служащих

По заданию Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с предлагаемой программой, изучены рассмотренные судами Самарской области в 2015 – 2017 годах дела по спорам, связанным с применением положений законодательства, регулирующих материальную ответственность работников, федеральных государственных служащих – сотрудников внутренних дел, органов уголовно-исполнительной системы, Следственного комитета Российской Федерации и иных органов, в которых предусмотрена федеральная государственных служба (кроме военнослужащих), а также государственных гражданских и муниципальных служащих

Всего на изучение поступили 311 дел, рассмотренных судами Самарской области в 2015 -2017 годах.

Все дела рассмотрены районными судами в качестве суда первой инстанции.

Апелляционные жалобы поданы по 54 делам.

По результатам рассмотрения судом апелляционной инстанции оставлены без изменения 45 решений, отменены полностью с постановлением нового решения по делу — 5 решений, изменены – 4 решения.

В кассационном порядке обжалованы судебные постановления по 8 делам, в передаче всех поступивших кассационных жалоб на рассмотрение в судебном заседании президиума Самарского областного суда отказано.

Согласно письмам председателей районных (городских) судов Самарской области, направивших гражданские дела на изучение практики рассмотрения дел, вопросы, требующие разъяснения Верховным Судом Российской Федерации, у судов не возникали.

В связи с незначительным числом отмененных и измененных решений судов первой инстанции, можно сделать вывод о том, что существенных затруднений при разрешении данной категории споров судьи Самарской области не испытывают.

Вместе с тем, изучение дел показало, что в ряде случаев государственная пошлина взыскивается с работников по данным категориям дел, в ряде случаев — суды отказывают во взыскании государственной пошлины.

Отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой государственной пошлины, суды Самарской области, ссылаясь на ст. 393 ТК РФ, приходят к выводу о том, что в целях предоставления дополнительных гарантий по обеспечению судебной защиты работниками своих трудовых прав, трудовое законодательство предусматривает освобождение работников от судебных расходов, что является исключением из общего правила, установленного частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ и в данном случае с работника не подлежит взысканию расходы по оплате государственной пошлины.

В других случаях, удовлетворяя требование о взыскании с ответчика судебных расходов, связанных с оплатой государственной пошлины, либо, взыскивая государственную пошлину в доход местного бюджета, суды Самарской области приходят к выводу, что по смыслу ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации работник освобожден от уплаты государственной пошлины и судебных расходов только при его обращении в суд в случае нарушения его прав и законных интересов; истец обратился к ответчику с требованиями о взыскании материального ущерба, в силу закона ответчик от возмещения судебных расходов не освобожден и по правилам части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина.

Верной представляется позиция, когда отказано во взыскании судебных расходов с работников со ссылкой на статью 393 ТК РФ. Подробное обоснование данной позиции приведено в п. 16.2. настоящей справки.

1. Какие споры, связанные с материальной ответственностью работника, разрешались судами?

Судами Самарской области разрешались споры:

— о возмещении ущерба, причиненного работником, на которого возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;

— о возмещении ущерба, причиненного в результате недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;

— о возмещении ущерба, причиненного в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;

— о возмещении ущерба, причиненного в результате административного правонарушения работника;

— о возмещении затрат на обучение работника;

— о возмещении ущерба, причиненного не при исполнении работником трудовых обязанностей.

2. Как судами решался вопрос о родовой подсудности дел указанной категории? Имели ли место случаи рассмотрения таких дел с нарушением правил родовой подсудности, установленных статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации? Как судами решался вопрос о территориальной подсудности этих дел (28 — 29 ГПК РФ)? Имели ли место случаи рассмотрения таких дел с нарушением территориальной подсудности?

Все поступившие на обобщение гражданские дела рассмотрены районными судами в качестве суда первой инстанции. Случаи рассмотрения дел с нарушением правил родовой подсудности, установленных статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не выявлены. Иски предъявлялись по месту жительства ответчиков. Случаи рассмотрения дел с нарушением территориальной подсудности в ходе изучении дел не выявлены.

3. Учитывались ли судами при рассмотрении дел о материальной ответственности работника:

вина работника в причинении ущерба;

причинная связь между действием/бездействием работника и наступившим ущербом;

наличие прямого действительного ущерба и его размер;

соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности;

другие обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, обязанность доказать которые возложена на работодателя.

При рассмотрении дел о материальной ответственности судами Самарской области учитывались все указанные выше обстоятельства.

Судами Самарской области учитывалось как другое обстоятельство, имеющее существенное значение для правильного разрешения дела, обязанность доказать которое возложена на работодателя – соблюдение работодателем порядка инвентаризации имущества. Так, решением Октябрьского городского суда Самарской области от 16 марта 2016 года по делу № 2-***/2016, исковые требования ООО «П***т» к Е***й М.В. удовлетворены частично. В обоснование иска истцом указано, что Е***а М.В. работала в ООО «П***т» с 01.02.2012 года по 02.11.2015 года в должности продавца продовольственных товаров, с ней был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности. 29.09.2015 года в магазине № * ООО «П***т» в отделе «Гастроном», расположенном по адресу: «адрес» была произведена инвентаризация товарно–материальных ценностей. По результатам инвентаризации выявлена недостача в сумме 306 948, 16 руб. Предыдущая инвентаризация была проведена 11.08.2015 года и недостача по отделу «Гастроном» магазина №* ООО «П***т» составила 229 299,30 руб. 02.11.2015 года трудовой договор с ответчиком был расторгнут на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, в связи с утратой доверия. В этот же день вновь была проведена инвентаризация в отделе «Гастроном». Часть суммы недостачи в размере 31 400,17 руб. ответчиком погашена в добровольном порядке. ООО «П***т» просило суд взыскать с Е***й М.В. в счет возмещения причиненного ущерба 176 493,66 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4 729, 87 руб.

Судом первой инстанции установлено, что приказом ** от 01.02.2012 года Е***а М.В. была принята на работу в ООО «П***т» в качестве продавца продовольственных товаров отдела «Гастроном», 26.08.2011 года между ООО «П***т» и коллективом работников магазина заключен договор * о полной коллективной материальной ответственности. После приема на работу в число материально-ответственных лиц по данному договору включена и Е***а М.В.

Согласно инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 11.08.2015 года, в магазине * ООО «П***т» была выявлена недостача товаров, в том числе в отделе «Гастроном», на общую сумму 229 299,30 руб.

Определяя размер прямого действительного ущерба, подлежащего взысканию с Е***й М.В. в пользу работодателя, суд первой инстанции исходил из того, что в магазине * ООО «П***т» в период с 2011 года по август 2015 года инвентаризация товарно-материальных ценностей не проводилась, и пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к полной материальной ответственности перед работодателем за период с 11.08.2015 года по 02.11.2015 года, взыскав с Е***й М.В. в пользу истца в счет возмещения ущерба 50 601, 91 руб., с учетом частичного погашения недостачи в сумме 31 400, 17 руб.

Доводы работодателя ООО «П***т» о том, что Е***а М.В. при поступлении на работу не настаивала на инвентаризации, а также то, что отсутствие инвентаризации не является основанием для освобождения от материальной ответственности, признаны судом несостоятельными, поскольку в соответствии с п. 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в РФ, утвержденного приказом Минфина РФ от 29.07.1998 № 34н, при смене материально-ответственных лиц проведение инвентаризации товарно-материальных ценностей является обязательным, тогда как в период с 26.08.2011 года по 11.08.2015 года ревизия и инвентаризация товарно-материальных ценностей в ООО «П***т» не проводилась, несмотря на изменение в кадровом составе продавцов.

Иные случаи учета обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела, изложены в п. 8 настоящей Справки.

4. Как рассматривался судами вопрос о пропуске срока для обращения в суд? В каких случаях причины пропуска срока признаны уважительными и указанный срок восстановлен в соответствии с частью третьей статьи 392 ТК РФ?

В связи с пропуском срока для обращения в суд было отказано в удовлетворении исковых требований только в одном случае из всех поступивших на изучение 311 гражданских дел, рассмотренных судами Самарской области в период с 2015 года по 2017 год.

Решением Новокуйбышевского городского суда Самарской области от 05 ноября 2015 года (гр. дело № 2-***/2015) отказано в удовлетворении исковых требований Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № * Главного управления федеральной службы исполнения наказаний России по Самарской области» (далее по тексту — ФКУ ИК-* ГУФСИН России по Самарской области) к Г***й Н.Ф. о взыскании материального ущерба.

Исковые требования мотивированы тем, что Г***а Н.Ф. работала в должности продавца продовольственных и непродовольственных товаров отдела материально-технического обеспечения учебно-производственного процесса и сбыта продукции. 11.03.2014 года, на основании инвентаризационной описи и акта №* о результатах проведенной инвентаризации, установлен факт недостачи товарно-материальных ценностей, находящихся на ответственном хранении у Г***й Н.Ф., в количестве 15 043 единиц на общую сумму 647 567,67 рублей.

Приказом ФКУ ИК-* ГУФСИН России по Самарской области № **-лс от 03.04.2014 года Г***а Н.Ф. уволена за прогулы без уважительной причины на основании п.п. «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ. Проведенной служебной проверкой установлен факт недостачи денежных средств у Г***й Н.Ф. в сумме 647 567,67 рублей. Материалы указанной служебной проверки были направлены в О МВД России по г. Новокуйбышевск. 21.02.2015 года оперуполномоченным ОЭБ и ПК О МВД России по г. Новокуйбышевск вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку в действиях Г***й Н.Ф. отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного статьей 160 Уголовного кодекса РФ. Копия данного постановления вручена работодателю 13.03.2015 года.

В судебном заседании представитель истца на заявление стороны ответчика о пропуске срока пояснил, что срок обращения в суд был прерван обращением истца в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела, срок обращения в суд пропущен ФКУ ИК-* ГУФСИН России по Самарской области по уважительной причине.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался ч. 2 ст. 392 ТК РФ, в соответствии с которой работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба и ч. 6 ст. 152 ГПК РФ, согласно которой при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.

Установив из пояснений представителя истца, текста искового заявления и инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей, что днем обнаружения ФКУ ИК-* ГУФСИН России по Самарской области причиненного ущерба явилась дата 11.03.2014 года, тогда как истец обратился в суд с исковым заявлением 07.09.2015 года, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенного права.

Доводы истца о том, что течение срока прервалось из-за обращения в правоохранительные органы, были отклонены судом первой инстанции, поскольку истец обращался в правоохранительные органы по вопросу возбуждения уголовного дела, в суд обратился по вопросу о взыскании с ответчика суммы причиненного ущерба. Обращение истца в правоохранительные органы не было признано судом в качестве уважительной причины пропуска установленного законом годичного срока обращения в суд.

5. Принимался ли судами при рассмотрении дел указанной категории отказ работодателя от иска, связанного с взысканием ущерба с работника (статья 240 ТК РФ), если нет, то по каким причинам?

Из поступивших на изучение 311 дел данной категории, рассмотренных судами Самарской области, в двух случаях имел место отказ работодателя от иска. В обоих случаях, убедившись, что отказ от иска не затрагивает интересы и не нарушает прав третьих лиц, судом первой инстанции было вынесено определение о прекращении производства по делу в связи с отказом истца от иска.

Так, АО «Э***г» обратилось в суд с требованиями о взыскании с Елистратова А.А. материального ущерба в размере 7 245,31 руб., мотивируя тем, что 05.12.2014 года с ответчиком был заключен трудовой договор № 159 и договор о полной индивидуальной материальной ответственности. 09.04.2015 года трудовой договор с Е***м А.А. был прекращен, однако им не были возвращены переданные ему на период работы материальные ценности на указанную выше сумму.

В ходе судебного разбирательства представителем истца Г***к Ю.С., действующей на основании доверенности, подано заявление об отказе от иска в полном объеме и прекращении производства по данному делу. Изучив материалы дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявление истца подлежит удовлетворению, поскольку не затрагивает интересы и не нарушает прав третьих лиц. (Определение Железнодорожного районного суда г. Самары по делу № 2-***/15 от 05 июня 2015 года).

ООО «Т***ь» также отказалось от иска к работнику В***у Г.В. о взыскании материального ущерба в размере 7 129 рублей 80 копеек. Определением Куйбышевского районного суда г. Самары от 24 октября 2016 года принят отказ истца от иска и производство по делу № 2-***/16 прекращено.

6. Имели ли место случаи рассмотрения дел о полной материальной ответственности работника? В связи с какими случаями возложения на  работников полной материальной ответственности работодатели наиболее часто обращались в суд о возмещении причиненного ущерба? Оспаривались ли в судебном порядке договоры о полной материальной ответственности работника? Заявлялись ли требования о пропуске срока на оспаривание договора о полной материальной ответственности и как они разрешались судами? 

Гражданские дела о полной материальной ответственности работника рассматривались судами Самарской области в период с 2015 по 2017 годы.

Работодатели наиболее часто обращались в суд с исковыми заявлениями о возмещении причиненного ущерба в связи с возложением на работника материальной ответственности на основании письменного договора о полной материальной ответственности (примеры судебных решений отражены в п. 3, 9 и 11 настоящей Справки), а также в случаях недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Договор о возложении на работника полной материальной ответственности оспаривался в 1 случае, который изложен в п.10 настоящей Справки.

Требования о пропуске срока на оспаривание договора о полной материальной ответственности в указанный период не заявлялись работодателями.

Доводы о пропуске срока, установленного ст. 392 ТК РФ, заявлялись работодателем при оспаривании работниками порядка привлечения к материальной ответственности — пример изложен в п. 11.2 настоящей Справки.

7. Рассматривались ли судами дела о привлечении работника к материальной ответственности в полном размере, если ущерб причинен в результате преступных действий, административного правонарушения, причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения и причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей?

7.1. Работодатели обращались в суд с исковыми заявлениями о взыскании с работников ущерба, причиненного в результате преступных действий работника, установленных приговором суда.

Так, решением Центрального районного суда города Тольятти Самарской области от 24 марта 2017 исковые требования ООО «С***Т» к У***й В.И. о возмещении ущерба в размере 3 011 005,01 рублей удовлетворены в полном объеме.

В обоснование исковых требований указано, что 1 января 2008 года У***а В.И. была принята на работу в ООО ЧОО «С***Н» главным бухгалтером. 5 ноября 2014 года трудовой договор прекращен по инициативе работника. На основании приказа работодателя от 12 ноября 2014 года была проведена проверка финансовой и договорной документации, по результатам которой составлен акт инвентаризации от 3 декабря 2014 года. По состоянию на 1 ноября 2014 года установлено отсутствие кассовых документов и документов по расчетному счету на бумажных носителях и договора о материальной ответственности У***й В.И., отсутствие наличных денежных средств, а также на расчетном счете, согласно учетным данным в кассе, должно находиться 445 802 рубля, а на расчетном счете — 2 642 437 рублей 41 копейка. Установлена недостача на сумму 3 088 239 рублей 41 копейка. Выявлено, что главным бухгалтером У***й В.И. в специализированной программе 1С заведомо ложно были завышены перечисления в Пенсионный Фонд РФ и занижены суммы по ведомостям выплаты заработной платы. Приговором Центрального районного суда города Тольятти Самарской области от 6 сентября 2016 года У***а В.И. признана виновной в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, в особо крупном размере (в сумме 3 011 005 рублей 01 копейка), приговор вступил в законную силу. В силу п. 2 ст. 58 ГК РФ истец ООО «С***Т» является правопреемником ООО ЧОО «С***Н».

На основании изложенного, истец просил суд взыскать с У***й В.И. в пользу ООО «С***Т» ущерб, причиненный работодателю, в размере 3 011 005 рублей 01 копейка, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 20 000 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что приказом о назначении на должность № 1 от 1 января 2001 года ответчик У***а В.И. была принята на должность главного бухгалтера ООО ЧОП «В***н». Согласно внесенным изменениям в Устав и Учредительный договор ООО ЧОП «В***н» от 8 декабря 2000 года, данная организация получила новое наименование — ООО ЧОП «С***н», с которым 1 января 2008 года У***а В.И. заключила трудовой договор (контракт) о выполнении обязанности по профессии (должности) главного бухгалтера и продолжала осуществлять функции главного бухгалтера, подписав 14 января 2014 года должностную инструкцию главного бухгалтера ООО ЧОО «С***н». Приказом от 5 ноября 2014 года ответчик У***а В.И. уволена по собственному желанию (п. 3 части 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ). В силу п. 2 ст. 58 ГК РФ истец ООО «С***Т» является правопреемником ООО ЧОО «С***Н».

Судом первой инстанции также установлено, что согласно акта инвентаризации от 3 декабря 2014 года, с приложениями на 1 ноября 2014 года, работодателем выявлено отсутствие кассовых документов и документов по расчетному счету на бумажных носителях и договора о материальной ответственности У***й В.И., отсутствие наличных денежных средств, а также на расчетном счете, согласно учетным данным в кассе должно находиться 445 802 рубля, а на расчетном счете — 2 642 437 рублей 41 копейка. Недостача составила 3 088 239 руб. 41 коп.

Приговором Центрального районного суда города Тольятти Самарской области от 6 сентября 2016 года У***а В.И. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, и ей назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, без штрафа и без ограничения свободы, при этом в соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком в 3 года 6 месяцев. Названным приговором суда, вступившим в законную силу 28 октября 2016 года, установлено, что У***а В.И., имея умысел, направленный на растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному – имущества ООО ЧОО «С***н» (ИНН *****) в особо крупном размере, с использованием своего служебного положения, преследуя цель наживы и преступного обогащения, совершила растрату, то есть хищение вверенных ей денежных средств ООО ЧОО «С***н» на общую сумму 3 011 005 рублей 01 копейку, чем причинила ООО ЧОО «С***н» материальный ущерб в особо крупном размере. Похищенными денежными средствами У***а В.И. распорядилась по своему усмотрению.

Доводы У***й В.И. об истечении срока обращения в суд были признаны судом первой инстанции необоснованными в связи с тем, что 04.02.2015 года ООО ЧОО «С***Н» обращалось в суд с иском о взыскании с У***й В.И. неосновательного обогащения на основании акта инвентаризации. 24.03.2015 года судом было вынесено заочное решение, исковые требования ООО ЧОО «С***Н» были удовлетворены, с У***й В.И. в пользу истца взыскана сумма неосновательного обогащения.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 30.08.2016 года решение было отменено, в иске отказано, поскольку при разрешении спора судом неверно применены нормы Гражданского кодекса РФ о неосновательном обогащении, при установлении наличия между сторонами трудовых правоотношений.

17.01.2017 года ООО «С***Т» обратилось в суд с иском о взыскании с У***й В.И. ущерба, причиненного преступными действиями работника.

Таким образом, в период времени с 04.02.2015 года по 30.08.2016 года осуществлялась судебная защита прав истца, и с момента оформления результатов инвентаризации (03.12.2014 года) до момента обращения в суд с иском (17.01.2017 года) годичный срок давности не истек, с учетом перерыва срока его течения.

На основании изложенного, а также руководствуясь ст. ст. 238, 241-243, 246 — 248, 250 Трудового кодекса РФ, суд удовлетворил исковые требования в полном объеме.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 25 июля 2017 года указанное выше решение Центрального районного суда г. Тольятти оставлено без изменения, апелляционная жалоба У***й В.И. – без удовлетворения.

7.2. В качестве примера рассмотрения дела о привлечении работника к материальной ответственности в полном размере, в случае, когда ущерб причинен в результате административного правонарушения, можно привести решение Промышленного районного суда города Самары от 13 февраля 2017 года, которым удовлетворены исковые требования ФГУП «П***и» к Е***у А.И. о возмещении материального ущерба в размере 592 900 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что Е***в А.И. работает в ФГУП «П***и» в должности водителя служебного автомобиля марки ***, государственный регистрационный знак ***, что подтверждается трудовым договором от 2 февраля 2004 года ** и приказом от 2 февраля 2004 года ***. 19 августа 2016 года ответчик, при исполнении своих трудовых обязанностей совершил дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП), нарушив п. 9.10 Правил дорожного движения РФ, то есть не выдержал дистанцию до впереди идущего транспортного средства. В результате аварии транспортное средство повреждено, в связи с чем, ФГУП «П***и» причинен материальный ущерб в размере 592 900 рублей, что подтверждается экспертным заключением *** от 2 ноября 2016 года.

Судом первой инстанции установлено, что Е***в А.И. принят на работу в Управление Федеральной почтовой связи Самарской области — филиал Федерального государственного унитарного предприятия «П***и» в автоколонну №1 водителем 2 класса на автомашину **** с 1 февраля 2004 года.

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору, работник переводится по профессии водитель автомобиля, осуществляющий обязанности почтальона по сопровождению и обмену почтовых отправлений и денежных средств (7 разряда) автоколонны №1 ОСП Автобаза УФПС Самарской области – филиала ФГУП «П***и» на 1,0 ед., в соответствии со штатным расписанием.

23 ноября 2015 года между работодателем ФГУП «П***и» и работником Е***м А.И. заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым работник несет ответственность за ущерб, причиненный работодателю в результате его виновного противоправного поведения (действия или бездействия), в размерах и в порядке, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации и локальными нормативными актами работодателя.

Пунктом 2.3.7. дополнительного соглашения предусмотрено, что работодатель имеет право на требование возмещения работником в результате его виновного противоправного поведения (действия или бездействия) ущерба, причиненного работодателю, в размерах и в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации.

19 августа 2016 года, Е***в А.И., при исполнении своих трудовых обязанностей, управляя автомобилем марки ***, государственный регистрационный знак ***, совершил дорожно-транспортное происшествие.

Согласно постановлению по делу об административном правонарушении от 19 августа 2016 года, водитель Е***в А.И. нарушил п. 9.10 Правил дорожного движения РФ, а именно, не выдержал дистанцию до впереди идущего транспортного средства, и названным постановлением ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. В результате произошедшего ДТП, автомобилю марки ***, государственный регистрационный знак ***, причинены механические повреждения лобового стекла, кабины, передней фары, панели приборов, рулевой подушки безопасности, переднего бампера, водительской двери, правой двери.

Согласно экспертному заключению №*** от 2 ноября 2016 года, выполненному экспертом Ассоциации судебных экспертов, стоимость восстановительного ремонта названного автомобиля ***, с учетом износа, составляет 529 900 рублей.

С учетом указанного, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении иска в полном объеме и взыскании с ответчика в пользу истца в счет возмещения имущественного вреда, причиненного истцу ненадлежащим исполнением ответчиком трудовых обязанностей, 592 900 рублей и присуждению истцу с ответчика судебных расходов по оплате государственной пошлины в сумме 9 128 рублей.

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда согласилась с указанными выше выводами суда первой инстанции, поскольку в ходе судебного разбирательства представленными истцом доказательствами подтверждены все обстоятельства, являющиеся, в соответствии с действующим законодательством, основанием для удовлетворения заявленного иска, достоверно установлено, что по вине работника Е***а А.И. автомобилю марки *** причинены механические повреждения. При этом наличие обстоятельств, которые в силу ст. 239 Трудового кодекса РФ исключают материальную ответственность работника, по материалам дела не усматривается.

Доводы апелляционной жалобы о том, что договор о полной материальной ответственности с ответчиком работодатель не заключал, соответственно на него не может быть возложена полная материальная ответственность, судебная коллегия признала необоснованными, поскольку вред причинен Е***м А.И. при выполнении трудовых обязанностей, его вина в совершении дорожно-транспортного происшествия и причинении механических повреждений автомобилю установлена вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении, факт причинения ответчиком по его вине прямого действительного ущерба работодателю нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Доводы о несогласии с размером материального ущерба, также не приняты во внимание судебной коллегией, поскольку при осмотре экспертом транспортного средства ответчик присутствовал, иного заключения о стоимости восстановительного ремонта ни суду первой, так и апелляционной инстанции представлено не было. По смыслу закона снижение судом размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, в порядке, предусмотренном ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации, может иметь место в случае заявления работником такого ходатайства и предоставления им доказательств подтверждающих наличие обстоятельств, являющихся правовыми основаниями для такого снижения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 25 апреля 2017 года (гр. дело № 33-***/2017) решение суда оставлено без изменения и вступило в законную силу.

7.3. Изучение дел показало, что в Самарской области за период с 2015 года по 2017 год не было случаев обращения в суд за возмещением ущерба, причиненного работником в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, разглашением работником сведений, составляющих охраняемую законом тайну.

7.4. За период с 2015 года по 2017 год в Самарской области было рассмотрено одно дело о привлечении работника к материальной ответственности в полном размере, в случае причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 24 января 2017 года по гражданскому делу 2-***/2017 были удовлетворены исковые требования ЗАО «С***а» к П***у В.Ю. о взыскании ущерба, причиненного работником не при исполнении трудовых обязанностей.

Судом первой инстанции установлено, что приказом 13.06.2015 года П***в В.Ю. был принят на должность начальника службы безопасности в ЗАО «С***а», приказом № 33-пр от 25.04.2016 года был переведен на должность заместителя директора по охране и безопасности и 22.07.2016 года трудовой договор с работником был прекращен по соглашению сторон. Для служебного пользования П***у В.Ю. было передано транспортное средство марки Рено Дастер регистрационный знак ***. 06.11.2015 года, в 17 часов 50 минут, в нерабочее время, П***в В.Ю., управляя служебным автомобилем марки Рено Дастер, заехал на площадку временного хранения отходов — лузги подсолнечной. Въехав на кучу лузги, автомобиль забуксовал, при неоднократных попытках выехать произошел нагрев выхлопного коллектора и, как следствие, возгорание лузги под автомобилем, впоследствии чего загорелся сам автомобиль. В результате произошедшего, сгорел автомобиль и работодателю был нанесен ущерб в размере 491 995,71 рублей. Работник предоставил обязательство по возмещению ущерба в связи с возгоранием транспортного средства марки Рено Дастер регистрационный знак ***, в размере 491995,71 рублей.

Установив указанные обстоятельства, руководствуясь ст. ст. 232, 233, 238 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в полном объеме.

При рассмотрении гражданского дела по апелляционной жалобе ответчика, судебная коллегия Самарского областного суда решение суда изменила, снизив размер материального ущерба до 199 165 рублей 86 копеек, исключив из суммы ущерба, подлежащей взысканию с ответчика, НДС и расходы на проведение экспертизы. Судебной коллегией был обоснован вывод о том, что прямой действительный ущерб, причиненный П***м В.Ю. работодателю составляет 410 165 рублей 86 копеек – остаточная стоимость автомобиля без учета НДС на период его возгорания. Учет налога на добавленную стоимость при определении суммы ущерба является необоснованным, поскольку согласно ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса РФ работник должен возместить только прямой действительный ущерб, причиненный работодателю. Также необоснованным суд апелляционной инстанции признал включение в сумму ущерба, подлежащую взысканию с работника, расходов по оплате за проведение оценки стоимости поврежденного автомобиля в размере 8 000 рублей.

8. Как разрешались судами споры о взыскании ущерба, причиненного организации, с лиц, выполняющих функции ее единоличного исполнительного органа и осуществляющих иное руководство ею (статья 277 ТК РФ)? Как решался вопрос о размере возмещения такого ущерба? Возникали ли споры о подсудности таких дел судам общей юрисдикции и арбитражным судам?

Споров о подсудности дел о взыскании ущерба, причиненного организации, с лиц, выполняющих функции ее единоличного исполнительного органа и осуществляющих иное руководство ею, по результатам изучения выявлено не было, дела рассматривались судами общей юрисдикции.

При рассмотрении дел суды исходили из того, что трудовым законодательством к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником (в том числе, лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа организации-работодателя и осуществляющим иное руководство такой организацией), обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся:

отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника;

противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом;

наличие прямого действительного ущерба;

размер причиненного ущерба.

При разрешении вопроса о доказывании работодателем обстоятельств, бремя доказывания которых возложено на него, по искам о возмещении ущерба работником, являющимся лицом, выполняющим функции единоличного исполнительного органа организации-работодателя и осуществляющим иное руководство такой организацией, суды учитывали размер и обстоятельства причинения ущерба, установленные приговором по уголовному делу.

Так, решением Центрального районного суда г. Тольятти от 13.04.2017 г. по гражданскому делу № 2-***/2017 был удовлетворен иск Администрации г.о. Тольятти Самарской области к М***у В.Г. о возмещении ущерба, причиненного преступлением при исполнении работником трудовых обязанностей. В обоснование заявленных требований истец указал, что М*** В.Г. занимал должность директора муниципального образовательного учреждения дополнительного образования детей. Приговором Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 15.06.2016 года М***ш В.Г. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ. В результате преступных действий ответчика, установленных указанным приговором суда, вступившим в законную силу, был совершен незаконный перевод денежных средств с лицевого счета возглавляемого ответчиком муниципального образовательного учреждения дополнительного образования детей на банковский счет ООО СК «В***к» в общей сумме 6 301 935,17 рублей в отсутствие выполнения в полном объеме строительных работ на общую сумму 3 422 593,94 руб., что не позволило ввести в эксплуатацию муниципальное имущество — стадион «Дружба» для его целевого назначения, направленного на развитие физической культуры и спорта населения г. Тольятти и проведения общегородских соревнований по футболу.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что причинение ущерба Администрации г.о. Тольятти Самарской области действиями М***а В.Г. подтверждается вступившим в законную силу приговором суда.

Судом установлено, что согласно общим положениям Устава, МБОУ ДОД СДЮСШОР №** «Л***а» находится в ведомственном подчинении управления физической культуры и спорта мэрии г.о. Тольятти. На основании распоряжения заместителя мэра г.о. Тольятти №*** от 13.01.2011 года М***ш В.Г. назначен на должность директора МБОУ ДОД СДЮСШОР №** «Л***а» и с ним заключен трудовой договор №* от 14.01.2011 года.

12.09.2013 года между Министерством спорта Самарской области и мэрией г.о. Тольятти заключено соглашение №1-фп о предоставлении субсидии из областного бюджета бюджету г.о. Тольятти. В соответствии с пунктом 1.1 указанного соглашения, Министерство спорта Самарской области предоставило в 2013 году субсидию в размере 17 100 000 рублей г.о. Тольятти на строительство футбольного поля с искусственным покрытием для МБОУ ДОД СДЮСШОР № * «Л***а» в целях софинансирования расходного обязательства по строительству объекта капитального строительства муниципальной собственности для развития физической культуры и массового спорта. В целях исполнения указанного соглашения, на основании результатов проведенного аукциона, 24.09.2013 года между МБОУ ДОД СДЮСШОР №* «Л***а» в лице директора М***а В.Г. и ООО СК «В***к», в лице генерального директора К***а И.А., заключен договор № *** на выполнение работ по строительству футбольного поля с искусственным покрытием на стадионе «Дружба», расположенного в г. Тольятти.

Разрешая спор, руководствуясь положениями ст.ст. 238, 242, 243, 277, Трудового кодекса РФ, ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что материальная ответственность руководителя организации возникает при наличии ряда условий: противоправности его действий, реального уменьшения наличного имущества работодателя, причинной связи между виновными действиями руководителя и наступившим ущербом, вины руководителя. Вступившим в законную силу 12.08.2016 года приговором Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 15.06.2016 года установлено, что М***ш В.Г., находясь в должности директора МБОУ ДОД СД ЮСШОР №** «Л***а», совершил незаконный перевод денежных средств с лицевого счета учреждения на банковский счет ООО СК «В***к» в общей сумме 6 301 935,17 руб. в отсутствие фактической реализации целей и задач, на которые предоставлена указанная выше субсидия из областного бюджета г.о. Тольятти в виде софинансирования расходного обязательства по строительству объекта капитального строительства муниципальной собственности, а именно, установлено не выполнение в полном объеме строительных работ, приведенных в актах № 4, №5, № 6, № 8, при приемке выполненных работ по договору № *** от 24.09.2013 года на общую сумму 3 422 593,94 руб., что не позволило ввести в эксплуатацию стадион «Дружба» для его целевого назначения, направленного на развитие физической культуры и спорта населения г. Тольятти проведения общегородских соревнований по футболу.

Поскольку субъектом ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда, по общему правилу, является лицо, причинившее вред, а из имеющейся в материалах дела заверенной копии приговора суда следует, что непосредственным причинителем вреда является М***ш В.Г., судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда согласилась с выводами суда первой инстанции. Признавая несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик, как физическое лицо, не может нести ответственность из обязательств по договору между юридическими лицами, не является надлежащим ответчиком по делу, судебная коллегия исходила из того, что предметом заявленного администрацией г.о. Тольятти иска является возмещение вреда, причиненного в результате совершения преступления при исполнении работником должностных обязанностей; факт противоправного списания бюджетных средств со счета Учреждения и, как следствие причинения ущерба работодателю, установлен вступившим в законную силу приговором суда. Апелляционным определением Самарского областного суда от 13.06.2017 года указанное решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба М***а В.Г. – без изменения.

Вместе с тем, не во всех случаях работодателем надлежащим образом исполнялась обязанность по доказыванию обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником.

В частности, неисполнение работодателем обязанности по доказыванию наличия причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом, а также размера причиненного ущерба, послужило основанием для вынесения решения Октябрьского городского суда Самарской области от 23.10.2017 года, которым было отказано в удовлетворении иска МКУ «Комитет по архитектуре, строительству и транспорту» Администрации г.о. Октябрьск, МБУ г.о. Октябрьск «Служба благоустройства, озеленения, содержанию дорог и транспортному обслуживанию» к С***у В.И. о взыскании материального ущерба, причиненного работником.

В обоснование заявленных требований (с учетом их уточнения по результатам проведенной по делу судебной бухгалтерской экспертизы) истцы указали, что по результатам плановой проверки деятельности учреждения были выявлены нарушения в использовании бюджетных средств за 2015 год в возглавляемом ответчиком МБУ г.о. Октябрьск «Служба благоустройства, озеленения, содержанию дорог и транспортному обслуживанию» (далее — муниципальное бюджетное учреждение) на общую сумму 1 739 630,34 рублей. 07.07.2015 года между работодателем МКУ «Комитет по архитектуре, строительству и транспорту» Администрации г.о. Октябрьск и С***м В.И. был заключен трудовой договор № 3-15, по условиям которого ответчик принят на должность директора муниципального бюджетного учреждения. В соответствии с планом проверок эффективности деятельности в отношении муниципального бюджетного учреждения составлены: акт контрольно-счётной палаты от 15.04.2016 года и акт органа муниципального финансового контроля от 28.03.2016 года, согласно которым выявлены нарушения в использовании бюджетных средств на сумму 3 362 450 руб. Нарушения выразились в экономически необоснованных расходах на сумму 1825,33 тыс. руб., нецелевом использовании бюджетных денежных средств на сумму 319 070 руб., неэффективном использовании бюджетных средств на сумму 199 700 руб., нарушении при распоряжении и управлении муниципальной собственностью на сумму 1 018 350 руб. Неправомерные действия С***а В.И. повлекли за собой уменьшение бюджетных денежных средств на счете учреждения, невыполнение бюджетных обязательств по формированию доходной части бюджета города на сумму выявленных нарушений.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что достаточных, относимых и допустимых доказательств, при которых на ответчика, замещавшего должность директора муниципального бюджетного учреждения, может быть возложена материальная ответственность, истцами не было представлено.

При этом судом первой инстанции были приняты во внимание следующие обстоятельства.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцами не были предоставлены для проведения судебной бухгалтерской экспертизы первичные документы в полном объеме, что лишило возможности эксперта сделать вывод о соответствии требованиям закона оформления муниципальным бюджетным учреждением первичных документов за 2015 год, а также привело к условному характеру выводов эксперта по ряду других поставленных вопросов. Кроме того, в период исполнения С***м В.И. обязанностей директора муниципального бюджетного учреждения, органами внутренних дел проводилась проверка финансово-хозяйственной деятельности учреждения, по результатам которой принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела по основаниям п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления.

Принимая решение, суд первой инстанции и суд апелляционной инстанции руководствовались тем, что частью 1 ст. 247 ТК РФ предусмотрено, что на работодателе лежит обязанность установить размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относится: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Согласно п. 15 данного Постановления Пленума Верховного суда РФ, при определении суммы, подлежащей взысканию, судам следует учитывать, что в силу статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Материалами дела было установлено, что ответчик С***в В.И. с 07.07.2015 года по 10.05.2016 года состоял в трудовых отношениях с МКУ «Комитет по архитектуре, строительству и транспорту» Администрации г.о. Октябрьск в должности директора МБУ г.о. Октябрьск Самарской области «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания».

Истцы, обращаясь в суд с иском, ссылались на неразумность действий С***а В.И., как руководителя и его недобросовестность, в результате которых произошло необоснованное и бесконтрольное расходование бюджетных средств, списание и оприходование материальных ценностей без первичных документов.

В целях проверки доводов истцов определением от 25.10.2016 года судом первой инстанции по делу назначена судебная бухгалтерская экспертиза, по результатам которой был сделан следующий вывод: «Ввиду того, что в распоряжении эксперта опись первичных документов МБУ г.о. Октябрьск Самарской области «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания» за 2015 год не представлена, ответить на вопрос о соответствии оформления представленных первичных документов МБУ г.о. Октябрьск Самарской области «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания» за 2015 год, согласно приложенной описи, требованиям действующего законодательства РФ, не представляется возможным».

Проанализировав представленные по делу доказательства, заключение экспертизы, показания свидетелей – работников организации, непосредственно участвовавших в ее хозяйственной деятельности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается виновное, противоправное поведение ответчика при осуществлении руководства учреждением, в результате которого МБУ г.о. Октябрьск Самарской области «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания» причинен действительный прямой ущерб.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 11.04.2017 года указанное решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба МБУ г.о. Октябрьск Самарской области «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания» — без удовлетворения.

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, указала, что достаточных, относимых и допустимых доказательств, при которых на ответчика, работавшего в должности директора, может быть возложена материальная ответственность, не представлено. Сами по себе доводы истцов о необоснованности принятых директором учреждения С***м В.И. решений по распоряжению денежными средствами, без предоставления доказательств о наличии прямого действительного ущерба организации, противоправного поведения работника, его вины в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом, достаточным основанием для возложения на С***а В.И., как на руководителя учреждения, полной материальной ответственности в соответствии с вышеприведенными положениями трудового законодательства, не являются. Отчет плановой проверки, проведенной в соответствии с постановлением Администрации г.о. Октябрьск Самарской области от 07.02.2014 года № 78 «О внутреннем муниципальном финансовом контроле, осуществляемом органами Администрации г.о. Октябрьск», в отношении МБУ «Служба благоустройства, озеленения, содержания дорог и транспортного обслуживания» за 2015 год, а также составленный на его основе акт от 15.04.2016 года, на которые истцы ссылаются в обоснование заявленных требований, не могут служить основанием для полной материальной ответственности ответчика, поскольку их выводы опровергаются экспертным заключением, полученным и исследованным судом в рамках настоящего спора. К тому же в отношении С***а В.И. какие-либо проверки не проводились, объяснения от него не истребовались, к дисциплинарной ответственности последний не привлекался.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не учел специальный правовой статус руководителя бюджетного учреждения, судебная коллегия не приняла во внимание, поскольку вне зависимости от организационно-правовой формы организации, обязанность доказать юридически значимые обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, законом возложена на работодателя, что при рассмотрении настоящего дела сделано не было.

9. Устанавливались ли судами при рассмотрении дел данной категории обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника, и какие? Ставился ли вопрос о таких обстоятельствах судами на обсуждение?

При разрешении данной категории споров, судами Самарской области в большинстве случаев исследовался вопрос о наличии обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника (ст. 239 ТК РФ).

По изученным делам основаниями для отказа в удовлетворении исковых требований в связи с наличием обстоятельств, предусмотренных ст. 239 Трудового кодекса РФ, являлись возникновение ущерба вследствие нормального хозяйственного риска, а также неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

9.1. Так, решением Сергиевского районного суда Самарской области от 23.11.2015 года было отказано в удовлетворении требований ООО «С***м» к М***у С.А. о взыскании суммы ущерба, причиненного работником работодателю, в размере 534 466,54 рублей и судебных расходов, связанных с оплатой госпошлины, в размере 8 544,66 рублей. В обоснование иска ООО «С***м» указало, что в период с 15.05.2015 по 11.08.2015 ответчик работал в ООО «С***м» в должности водителя-экспедитора. 10.07.2015 служебный автомобиль в присутствии ответчика загружен электротехническими изделиями на общую сумму 534 466,54 рубля. Однако, до отправки в рейс М***в С.А., принявший полную материальную ответственность за автомобиль и вверенный груз, оставил его в ночь с 11 на 12 июля 2015 года в неположенном месте около стоянки в микрорайоне «К***и» г. Самара, откуда автомобиль с товаром угнан неизвестными лицами. Впоследствии 14.07.2015 года автомобиль обнаружен, однако товарно-материальные ценности в нем отсутствовали. В ходе проведения работодателем проверки и ревизии установлен материальный ущерб в размере 534 466,54 рублей, причиненный виновными действиями ответчика, отказывающегося возместить его в добровольном порядке и после получения претензии.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 15.05.2015 между ООО «С***м» и М***м С.А. заключен трудовой договор, по условиям которого последний принимается на работу в должности водителя-экспедитора с должностным окладом в размере 8 000 рублей в месяц и договор о материальной ответственности, по условиям которого работник М***в С.А. принимает на себя полную индивидуальную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенного имущества. 15.05.2015 М***в С.А. под роспись ознакомлен с должностной инструкцией водителя-экспедитора, согласно которой обязан обеспечивать сохранность груза при транспортировке. 

10.07.2015 года ответчик на закрепленном за ним работодателем автомобиле марки ГАЗ-278814, государственный регистрационный знак *** принял для перевозки электротехнические изделия массой 2 133,241 кг. Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что указанный автомобиль с товаром в ночь с 11 на 12.07.2015 года угнан с места стоянки по адресу: «адрес» неизвестными лицами, по факту чего 22.07.2015 года дознавателем отдела дознания ОП-8 У МВД по г. Самаре возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, предварительное следствие по которому постановлением старшего дознавателя ОД ОП № 8 У МВД России по г. Самаре приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Сторонами не оспаривается, что впоследствии 14.07.2015 года указанный выше автомобиль был обнаружен, однако товарно-материальные ценности в нем отсутствовали.

С целью проведения проверки и установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, приказом директора ООО «С***м» от 13.07.2015 года создана соответствующая комиссия. В ходе проверки от ответчика истребована объяснительная от 13.07.2015 года, в которой М***в С.А. не отрицал, что действительно принял товар, но оставил автомобиль на охраняемой стоянке по месту своего жительства, за что заплатил 100 рублей и потому был уверен в надлежащем обеспечении сохранности автомобиля и груза. Приказом директора ООО «С***м» от 29.07.2015 года назначено проведение инвентаризации имущества, согласно результатам которой ущерб от хищения груза составил 534 466,54 рубля. Согласно заключению о результатах служебной проверки от 03.08.2015 года виновным в недостаче имущества признан работник М***в С.А., нарушивший правила внутреннего трудового распорядка, должностную инструкцию, условия трудового договора и договора о полной индивидуальной материальной ответственности в части обязанностей по обеспечению сохранности вверенного для перевозки имущества. 03.08.2015 года директором ООО «С***м» издан приказ № 33 о привлечении ответчика к материальной ответственности в размере 534 466,54 рубля и взыскании с него данной денежной суммы.

Приказом директора ООО «С***м» от 11.08.2015 года ответчик уволен с указанной выше должности по своей инициативе на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. М***в С.А. признал, что действительно, в пятницу 10.07.2015 года, принял груз на указанную выше сумму. После получения груза, ответчик поставил автомобиль на охраняемую стоянку по месту жительства в микрорайоне «К***и». Допрошенный в суде первой инстанции свидетель К***в Е.А., в подчинении которого работал М*** С.А., подтвердил, что данная практика получения груза (в пятницу) до выхода в рейс является обычной. Факт парковки ответчиком своего автомобиля с грузом именно на охраняемой стоянке, подтверждается протоколом опроса охранника данной стоянки Ф***а В.О. от 12.07.2015 года, данного им в ходе доследственной проверки по факту угона автомобиля с грузом.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 232, 233, 238, 239, 241, 242, 243, 244, 246 246 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отказе в удовлетворения иска ООО «С***м», исходя из того, что избранный ответчиком способ обеспечения сохранности автомобиля и вверенного груза (оставление его на охраняемой стоянке по месту жительства) соответствовал фактически сложившемуся между истцом и ответчиком порядку перевозки грузов, подтверждаемому показаниями свидетелей и материалами проверки по факту угона автомобиля с грузом, который не исключал нахождение автомобиля ответчика на охраняемой стоянке в период доставки груза грузополучателю.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 01.02.2016 года указанное решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Судебная коллегия, соглашаясь с вводами суда первой инстанции, указала, что в данном случае причиненный работодателю ущерб явился следствием нормального хозяйственного риска в отсутствие виновных действий работника, приведших к возникновению ущерба.

Оценивая сложившийся порядок организации перевозок грузов, судебная коллегия пришла к выводу, что избранный ответчиком способ обеспечения сохранности автомобиля и вверенного груза является надлежащим и свидетельствует о проявлении им должной степени заботливости и осмотрительности в целях предотвращения потенциально возможного ущерба; угон транспортного средства с грузом с охраняемой стоянки третьими лицами свидетельствует об отсутствии вины работника в причиненном работодателю ущербе; до настоящего времени подозреваемые в угоне не установлены. Само по себе заключение с работником договора о полной индивидуальной материальной ответственности не является безусловным основанием для взыскания с него материального ущерба, поскольку не устраняет обязанность работодателя установить отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, противоправность виновного поведения (действия или бездействие) причинителя вреда, причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба и размер причиненного ущерба.

Отклоняя довод апелляционной жалобы истца о том, что работник ненадлежащим образом обеспечивал сохранность груза, судебная коллегия указала, что данный довод противоречит установленным судом действительным обстоятельствам дела; в нарушение требований части 1 статьи 56 ГПК РФ сторона истца не представила суду достаточные и убедительные доказательства, свидетельствующие о том, что со стороны ответчика имели место виновные и противоправные действия, приведшие к возникновению у работодателя материального ущерба. Судебная коллегия признала несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что работник оставил автомобиль на неохраняемую стоянку, вместо того, чтобы выехать по маршруту, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что стоянка была охраняемой, а сложившийся в ООО «С***м» порядок перевозки грузов не исключал нахождение автомобиля ответчика на охраняемой стоянке в период доставки груза грузополучателю.

9.2. Вместе с тем, необходимо отметить, что обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника, не всегда устанавливались судами надлежащим образом, что приводило к отмене судебного решения судом апелляционной инстанции.

В качестве примера можно привести случай, когда суд первой инстанции в недостаточной мере исследовал юридически значимый факт неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, к которому были предъявлены требования о возмещении причиненного работодателю ущерба.

Решением Ленинского районного суда г. Самары от 19.07.2016 года были удовлетворены требования Публичного акционерного общества междугородной и международной электрической связи «Р***м» (далее по тексту — ПАО «Р***м») к Ч***й Л.С. о возмещении причиненного полного действительного ущерба в размере 579 017,58 рублей. Требования мотивированы тем, что на основании трудового договора от 03.02.2014 года Ч***а Л.С. работала в Самарском филиале ПАО «Р***м» в должности заведующей складом. 09.04.2014 года с Ч***й Л.С. был заключен договор *** о полной индивидуальной материальной ответственности. После проведения в ноябре 2015 года инвентаризации была выявлена недостача вверенного Ч***й Л.С. имущества, а именно: модем Huawei HG – 532e-40 штук на сумму 25 762,80 рублей, терминал абонентский Sagem Fast 1744 — 558 штук на сумму 571 696,60 рублей. Общая сумма недостачи составила 597 459,40 рублей. Актом по результатам служебного расследования от 04.12.2015 года установлено, что недостача образовалась в результате грубого нарушения Ч***й Л.С. своих должностных обязанностей, а именно пунктов 3.3. и 3.5 должностной инструкции.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик Ч***а Л.С. являлась заведующим складом в Самарском филиале ПАО «Р***м», с ней был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, после проведения в ноябре 2015 года инвентаризации была выявлена недостача вверенного Ч***й Л.С. имущества на вышеуказанную сумму и пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

Апелляционным определением Самарского областного суда от 11.10.2016 года указанное решение суда первой инстанции отменено и постановлено по делу новое решение, которым в удовлетворении иска ПАО «Р***м» к Ч***й Л.С. о возмещении причиненного полного действительного ущерба в размере 579 017 руб. 58 коп. отказано в полном объеме.

Судом установлено, что Ч***а Л.С. состояла в трудовых отношения с истцом, работала в должности заведующей складом, что подтверждается трудовым договором от 03.02.2014 года.

09.04.2014 года с Ч***й Л.С. был заключен договор № 931 о полной индивидуальной материальной ответственности.

Из п. 3.3. должностной инструкции Ч***й Л.С. следует, что заведующий складом производит проверку количества товара в соответствии с приходными документами, производит осмотр комплектности и качества товара. Составляет дефектные ведомости и акты на недостачу и порчу материалов и оборудования, а также качества поставляемой продукции.

Из п. 3.5. должностной инструкции следует, что заведующий складом производит выдачу материальных ценностей только в соответствии с товарными накладными на отгрузку материально-ответственным лицам. Обеспечивает соблюдение правил формирования и сдачи приходно-расходных документов, составляет установленную отчетность. Составляет товарные отчеты, заполняет накладные на продукцию, отпущенную в течение дня. Ежедневно составляет товарный отчет с приложением документов.

Обращаясь в суд, истец указал, что недостача образовалась в результате нарушения ответчиком указанных выше пунктов должностной инструкции.

В результате проведения инвентаризации была выявлена недостача вверенного Ч***й Л.С. имущества, а именно модем Huawei HG-532e — 40 штук на сумму 25 762,80 рублей, терминал абонентский Sagem Fast 1744 — 558 штук на сумму 571 696 рублей. Общая сумма недостачи составила 597 459,40 рублей.

Впоследствии Ч***а Л.С. предоставила требование — накладную от 23.11.2015 года № 2859 – 5UW-2015, согласно которой терминалы абонентские Sagem Fast 174418 были переданы материально-ответственному лицу Р***й Ю.В., которая подтвердила их получение. В связи с указанным, истец исковые требования уточнил.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования истца, суд первой инстанции исходил из того, что работодатель обеспечил надлежащие условия для хранения имущества, вверенного работнику, однако Ч***а Л.С. ненадлежащим образом исполняла трудовые обязанности. Суд не принял во внимание довод ответчика о том, что на склад имели доступ иные лица, в связи с чем, работодатель не создал надлежащие условия для хранения имущества. При этом суд исходил из того, что в материалы дела представлены договоры организации физической охраны объектов Самарского филиала ОАО «Р***м» от 27.12.2013 года, и 25.12.2014 года, пришел к выводу, что все работники проходили через охрану, они не имели возможности вынести материальные ценности; Г***в С.К., Е***в А.Е. не являются лицами, имеющими право выдавать товар и соответственно они не могли сотрудникам охраны предоставить соответствующие документы; доказательств наличия хищения на складе суду не представлено. Также суд исходил из того, что сама Ч***а Л.С. фактически указывает на то, что недостача возникла в связи с поступлением на склад 07.08.2014 года большого количества материальных ценностей. Ч***а Л.С. сразу подписала накладную, которую привез водитель; товар поступил в заводской упаковке, которая Ч***й Л.С. не вскрывалась; оприходывались роутеры по частям и осуществить контроль было невозможно.

Судебная коллегия пришла к выводу, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела неправильно распределено бремя доказывания между сторонами, выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Отменяя решение Ленинского районного суда г. Самары от 19.07.2016 года, суд апелляционной инстанции исходил из того, что неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, является обстоятельством, исключающим материальную ответственность работника (ст.239 ТК РФ),

Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба (абзац 3 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года № 52).

Согласно пункту 22 Приказа Минфина РФ № 119н от 28.12.2001 года «Об утверждении Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов», пункту 27 Приказа Минфина РФ № 34н от 29.07.1998 года «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации», при смене материально ответственных лиц, при выявлении фактов злоупотребления или порчи имущества, проведение инвентаризации обязательно.

Из положений частей 1, 2 ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» следует, что фактическое наличие соответствующих объектов выявляется при инвентаризации, для проведения которой создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия, обеспечивающая полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках основных средств, запасов, товаров, денежных средств, другого имущества и финансовых обязательств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший — в сдаче этого имущества (пункты 2.22.10 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ № 49 от 13 июня 1995 года).

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции, без достаточных на то оснований, оставил без внимания представленные в материалы дела списки, составленные начальником ОМТО Самарского филиала ПАО «Р***м» Б***м И.В. и начальником ООЗГТ Самарского филиала ПАО «Р***м» Г***м И.В., утвержденные директором Самарского филиала ответчика. Согласно списка сотрудников отдела материально-технического обеспечения, имеющих право вскрытия и сдачи под охрану служебных помещений на объекте Самарского филиала «Р***м» по адресу: «адрес», утвержденного директором Самарского филиала ОАО «Р***м» в 2014 г., за сдачу помещений под охрану ответственны: Б***н И.В., Г***в С.К., М***а Н.Н., М***а И.С., Ч***а Л.С., М***о Е.Г., Г***в И.Е., К***а Т.Н., З***а И.В., П***н А.В.

Согласно списка сотрудников отдела материально-технического обеспечения, имеющих право вскрытия и сдачи под охрану служебных помещений на объекте СФ ОАО «Р***м» по адресу: «адрес», утвержденного директором Самарского филиала ОАО «Р***м» в 2014 г., за сдачу помещений (в том числе складов № 28, 29) под охрану ответственны: Б***н И.В., Г***в С.К., М***а Н.Н., М***а И.С., Ч***а Л.С., Ч***н С.П., Е***в А.Е.

Согласно списка сотрудников отдела материально-технического обеспечения, имеющих право вскрытия и сдачи под охрану служебных помещений на объекте СФ ОАО «Р***м» по адресу: «адрес», утвержденного директором Самарского филиала ОАО «Р***м» в 2015 г., за сдачу помещений (в том числе складов № 28, 29) под охрану ответственны: Б***н И.В., Г***в С.К., П***в А.В., М***а И.С., Ч***а Л.С., Ч***н С.П., Е***в А.В.

Согласно списка сотрудников отдела материально-технического обеспечения, имеющих право вскрытия и сдачи под охрану служебных помещений на объекте Самарского филиала ПАО «Р***м» по адресу: «адрес», утвержденного директором Самарского филиала ПАО «Р***м» в 2015 году, за сдачу помещений (в том числе складов № 28, 29) под охрану ответственны: П***а С.В., Г***в С.К., П***в А.В., М***а И.С., Ч***а Л.С., Е***в А.Е.

Свидетель Б***н И.В., который являлся непосредственным руководителем Ч***й Л.С., допрошенный в качестве свидетеля в суде первой инстанции, показал, что до августа 2015 года работал в указанной выше должности, работал в Самарском филиале ПАО «Р***м» начальником отдела материально-технического обеспечения, сам процесс отпуска товара происходит с нарушением регламента, часто принимаемая сторона не является материально-ответственным лицом, иногда товар отпускается только по звонку, доступ на склады был у иных лиц, ключи хранились в пункте охраны, он неоднократно ставил в известность руководство и Ч***у Л.С., что ключи должны храниться только у неё, не допускать иных лиц. Судебная коллегия указала, что именно Б***м И.В. были составлены списки сотрудников отдела материально-технического обеспечения, имеющих право вскрытия и сдачи под охрану служебных помещении (в том числе и склады) и именно по этим спискам выдавались ключи на пункте охраны, что подтверждается журналом выдачи ключей.

В судебном заседании судебной коллегии ответчик Ч***а Л.С. пояснила, что о недостаче роутеров она сообщила работодателю в феврале 2015 г., что не отрицал представитель истца Г***о М.В.

Из пояснений представителя истца в судебном заседании судебной коллегии следует, что Ч***а Л.С. сообщила руководству о недостаче роутеров в феврале 2015 года, работодатель назначил бухгалтерскую проверку, пригласил аудитора, однако инвентаризация проведена в ноябре 2015 года. Судебная коллегия не согласилась с выводами суда первой инстанции и доводами истца о том, что недостача образовалась в результате того, что Ч***а Л.С. при приемке не проверила поступивший на склад 07.08.2014 года товар.

В связи с тем, что в материалах дела отсутствуют сведения о создании истцом постоянно действующей инвентаризационной комиссии, сведения об инвентаризации, проведенной в 2014 году, сведения об инвентаризации, проведенной в связи со сменой материально-ответственных лиц, судебной коллегией на основании положений ст. 327.1 ГПК РФ, пп. 2 п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» истребованы и обозревались в судебном заседании:

— приказ директора Самарского филиала ОАО «Р***м» от 11.04.2014 года «О проведении инвентаризации в связи со сменой материально-ответственного лица» с инвентаризационной описью от 09.04.2014 года;

— приказ директора Самарского филиала ОАО «Р***м» от 07.08.2014 года «О проведении инвентаризации и передаче товарно-материальных ценностей и основных средств» о проведении 07.08.2014 года инвентаризации основных средств и товарно-материальных ценностей у заведующего складом Ч***й Л.С. (в связи с уходом в отпуск с 11.08.2014 года) и передаче по результатам инвентаризации товарно-материальных ценностей и основных средств материально-ответственному лицу М***й Н.Н.;

— приказ Самарского филиала ОАО «Р***м» от 25.08.2014 г. «О проведении инвентаризации и передаче товарно-материальных ценностей и основных средств» (в связи с выходом 25.08.2014 года из отпуска Ч***й Л.С.);

— инвентаризационная опись от 25.08.2014 года;

— инвентаризационные описи от 07.08.2014 года;

— приказ директора Самарского филиала ОАО «Р***м» от 21.10.2014 года «О проведении инвентаризации активов и обязательств в Самарском филиале ОАО «Р***м» за 2014 год и создании инвентаризационных комиссий» с приложениями;

— приказ директора Самарского филиала ОАО «Р***м» от 13.07.2015 года «О проведении инвентаризации и передаче товарно-материальных ценностей» (в связи с выходом из отпуска 13.07.2015 года Ч***й Л.С);

— инвентаризационная опись от 13.07.2015 года.

Представленные документы, судебной коллегией приняты в качестве новых доказательств на основании ст. 327.1 ГПК РФ, исследованы и проверены в совокупности с имеющимися доказательствами в порядке ст. 67 ГПК РФ.

Из представленных истцом актов инвентаризаций за 2014 г. и 2015 г. следует, что вплоть до ноября 2015 года, недостачи не было.

Ч***а Л.С. в судебном заседании судебной коллегии пояснила, что инвентаризация при уходе в отпуск фактически не проводилась, передавался заранее составленный акт через водителя на подпись, сторона ответчика не отрицала изложенное.

На основании изложенного выше, судебная коллегия пришла к выводу, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о том, что работодателем была исполнена возложенная на него законом обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного Ч***й Л.С., а также доказательства проверки перед уходом в отпуск Ч***й Л.С. наличия вверенного ей имущества с составлением акта о передаче другому ответственному лицу.

При таких обстоятельствах, руководствуясь приведенными нормами трудового законодательства РФ, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, судебная коллегия пришла к выводу о неисполнении работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для сохранности имущества, вверенного работнику, что в силу статьи 239 Трудового кодекса РФ является обстоятельством, исключающим материальную ответственность работника.

9.3. Неисполнение обязанности работодателем по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, послужило основанием и для отказа в удовлетворении иска ООО «С***я» о взыскании ущерба с С***й Г.В., в обоснование которого указано, что с С***й Г.В. заключен договор о полной материальной ответственности. Согласно п.1 данного договора ответчик приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного имущества. 16.02.2017 г. в связи с увольнением С***й Г.В. издан приказ о проведении инвентаризации, по результатам которой была выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 58 147 руб., что подтверждается инвентаризационной описью и сличительной ведомостью. Приказом *** от 17.02.2017 г. трудовые отношения с С***й Г.В. прекращены по инициативе работника с 20.02.2017 г. На основании изложенного, ООО «С***К» просило суд взыскать с С***й Г.В. причиненный материальный ущерб в размере 58 147 руб.77 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 1 944 руб.43 коп.

Судом первой инстанции установлено, что приказом от 02.09.2002 г. С***а Г.В. принята на работу в филиал «Т***з» ООО «С***К» на должность техника в аварийно-диспетчерскую службу, 08.04.2016 г. переведена в группу по эксплуатации и ремонту газового оборудования службы «П***з» филиала «Т***з» ООО «С***К». Согласно п. 2.18, 2.19, 2.20 должностной инструкции, в обязанности техника группы по эксплуатации и ремонту газового оборудования службы «П***з» входит осуществление приема, хранения и выдачи товарно-материальных ценностей, основных средств, обеспечение их сохранности. В обязанности ответчика также входит ведение учета и предоставление отчетности по вверенным материальным ценностям и основным средствам. 16.02.2017 г. в связи с увольнением С***й Г.В. издан приказ *** о проведении инвентаризации. В ходе проведения инвентаризации выявлена недостача товарно-материальных ценностей на сумму 58 147 руб. Сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалось, что хранение вверенного ответчику имущества осуществлялось на складе службы «П***з», расположенном на охраняемой территории. Один ключ от склада хранился у С***й Г.В., где находятся остальные ключи от склада, представитель истца пояснить не смог. Склад не опечатывался, рабочее место С***й Г.В. находилось не на складе, а в административном здании, расположенном через проезжую часть от территории, на которой находится склад. Работодателем ответчику вменялась недостача товарно-материальных ценностей, в том числе труб, вместе с тем, материалами дела установлено, что из-за громоздкости, трубы на склад службы «П***з» из центрального склада не помещались, а были размещены рядом со складом и на прилегающей территории. Представитель истца не мог пояснить суду, каким образом трубы и иные товарно-материальные ценности перемещались с центрального склада на склад службы «П***з» (самостоятельно ответчик их доставить не могла ввиду их габаритов и веса), представитель истца подтвердил, что инвентаризация проводилась только на складе, и трубы, которые находились возле склада, не учитывались при проведении инвентаризации.

Судом установлено, что после перевода ответчика на должность техника в службу «П***з» и заключения с ней договора о полной материальной ответственности, работодатель не провел обучение С***й Г.В. работе с товарно-материальными ценностями, правилам их приемки на склад, хранения, учета, правильного оформления документов, а до этого работа ответчика с товарно-материальными ценностями (их хранением, учетом и отпуском) связана не была и соответствующего образования она не имеет.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 239 ТК РФ, Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области постановил решение 13 октября 2017 года об отказе в удовлетворении исковых требований.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 09.01.2018 года решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 13 октября 2017 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «С***К» — без удовлетворения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о том, что работодателем была исполнена возложенная на него законом обязанность по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного ответчику. Кроме того, в нарушение требований ч. 1 ст. 247 ТК РФ отсутствуют документы, свидетельствующие о том, что по результатам инвентаризации назначалось проведение проверки, данная проверка фактически проводилась, а С***а Г.В. в ходе проверки опрашивалась о причинах недостачи. Работодатель не представил ни суду первой инстанции, ни суду второй инстанции допустимые и относимые доказательства причастности ответчика к возникновению ущерба и противоправности ее поведения, а также вина С***й Г.В. в причинении ущерба не устанавливалась, объяснительная у нее не отбиралась.

10. Оспаривались ли в судебном порядке договоры о коллективной (бригадной) материальной ответственности? Проверялось ли судами соблюдение работодателем правил установления такой ответственности? Привлекались ли судом по своей инициативе к участию в деле иные члены коллектива (бригады), иск к которым не предъявлялся? Исследовалась ли судами степень вины каждого члена коллектива (бригады) и иные обстоятельства при определении размера ущерба, подлежащего возмещению каждым из работников?

Договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности оспаривался в судебном порядке в 2015-2017 году только в одном случае.

Решением Красноглинского районного суда г. Самары от 04 мая 2016 года, отказано в удовлетворении заявленных АО «С***т» исковых требований о взыскании с Г***й А.В. материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей.

В обоснование требований истец указал, что с Г***й А.В. 25.05.2012 г. был заключен трудовой договор, в соответствии с которым она принята на работу на АЗК *** на должность оператора-продавца 5 разряда, с 15.04.2015 г. переведена на должность администратора торгового зала, с 17.08.2015 г. Г***а А.В. была уволена. С членами коллектива АЗК ***, в том числе с ответчиком, был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности № *** от 26.11.2014 года.

28.07.2015 г. на основании приказа Общества *** от 27.07.2015 г. была проведена внеплановая инвентаризация товаров народного потребления АЗК *** на 28.07.2015 г., в результате которой была выявлена недостача с учетом убыли ценностей в пределах установленных норм в общей сумме 539 382,26 руб. В связи с обнаружением недостачи, приказом от 03.08.2015 г. *** была назначена внеплановая инвентаризация товаров народного потребления АЗК *** на 03.08.2015 г., в результате которой была выявлена недостача с учетом убыли ценностей в пределах установленных норм в общей сумме 831 494,81 руб. Сумма материальною ущерба была распределена межу членами коллектива пропорционально месячной тарифной ставке и фактически проработанному времени за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба.

По факту образования недостач товара на АЗК *** истцом, с целью установления причины возникновения недостач, приказом от 07.08.2015 г. *** назначена комиссия по расследованию обстоятельств образования сверхнормативной недостачи на АЗК ***. В соответствии с заключением по результатам служебного расследования по возникновению недостач нефтепродуктов и сопутствующих товаров на АЗК *** от 17.08.2015 г., комиссия установила вину коллектива АЗК *** в причинении ущерба Обществу недостачей сопутствующих товаров.

По результатам инвентаризации от 28.07.2015 г. членами коллектива АЗК *** подписан акт о возмещении недостачи от 28.07.2015 г., которым члены коллектива признали свою вину в образовании недостачи и обязались возместить ее. Данный акт был подписан, в том числе, ответчиком, признавшей свою вину в образовании недостачи и обязавшейся возместить ее.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, истец просил суд, с учетом уточнений, взыскать с ответчика в пользу истца сумму материального ущерба в размере 97 396,67 руб., расходы на оплату госпошлины в сумме 3 115 руб.

В ходе разбирательства дела, Г***а А.В. обратилась к АО «С***т» со встречными исковыми требованиями о признании договора о коллективной материальной ответственности незаключенным, о компенсации морального вреда, указав, что договор о коллективной материальной ответственности с ней как с администратором торгового зала не заключался, инвентаризация при назначении нового управляющего АЗС или администратора торгового зала не проводилась, руководитель коллектива приказом работодателя не назначался, решение работодателя об установлении коллективной материальной ответственности отсутствует; приказы о проведении инвентаризации не издавались; акт о возмещении недостачи и признания работниками вины был составлен в день инвентаризации 28.07.2015 г., объяснения от Г***й А.В. отобрали лишь 04.08.2015 г.

Судом установлено, что Г***а А.В. работала в АО «С***т» в должности оператора — продавца на АЗК-*** с 25.05.2012 г. на основании приказа *** от 25.05.2015 г. и трудового договора № б/н от 25.05.2012 г. Приказом *** от 15.04.2015 г. на основании личного заявления Г***а А.В. переведена на должность администратора торгового зала с 15.04.2015 г. В соответствии с заключенным с ответчиком трудовым договором место ее работы было определено АЗК-011 АО «С***т» по адресу: «адрес».

Приказом *** от 07.08.2015 г. трудовой договор с Г***й А.В. расторгнут по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

25.11.2014 г. между работодателем АО «С***т» и членами коллектива АЗК *** был заключен договор №*** о полной коллективной материальной ответственности, в соответствии с которым коллектив принял на себя полную коллективную материальную ответственность за не обеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для осуществления деятельности по розничной торговле нефтепродуктами, товарами народного потребления, продовольственными товарами и сопутствующими товарами на АЗК.

Указанный договор содержит подписи членов коллектива АЗК *** на каждой странице договора, а также в приложении № 1 к договору.

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы *** от 19.04.2016 г., выполненной экспертом АНО «Ц***з», подпись Г***й А.В. в договоре № *** от 25.11.2014 г. о полной коллективной материальной ответственности на оборотной стороне 1-го листа договора выполнена не Г***й А.В., а иным лицом.

Установив, что договор о полной коллективной материальной ответственности с Г***й А.В. не заключался и доказательств заключения с Г***й А.В. каких-либо иных договоров о полной материальной ответственности истцом не представлено, суд пришел к выводу об отсутствии обязанности работника возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

Необходимо отметить, что суд первой инстанции, приходя к вышеуказанному выводу, помимо рассмотрения вопроса о соблюдении работодателем правил заключения договора о полной материальной ответственности, принял во внимание иные обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя с учетом п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52, в частности, вина работника в причинении ущерба, причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом, наличие прямого действительного ущерба и размер причиненного ущерба, а также исследовал вопрос о наличии обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника.

В результате судом были установлены существенные нарушения требований законодательства работодателем при проведении инвентаризаций 28.07.2015 г. и 03.08.2015 г. Так, в нарушение п. 2.4 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ № 49 от 13 июня 1995 года, перед проведением инвентаризаций 28.07.2015 года и 03.08.2015 года не у всех материально ответственных лиц были отобраны расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии, и что все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход (в том числе, отсутствуют подписи А***н Ю.Ю. и Г***й А.В., которые занимались ведением бухгалтерской отчетности), что не позволяет установить соблюдение требований при ведении бухгалтерской отчетности в межинвентаризационный период и может свидетельствовать о недостоверности результатов инвентаризаций.

Судом первой инстанции принято во внимание, что при проведении инвентаризации 28.07.2015 года по ряду товаров выявлены недостачи, в то время как при проведении инвентаризации 03.08.2015 года по тем же товарным позициям выявлены излишки, вместе с тем, доказательств того, что у материально-ответственных лиц отбирались подробные объяснения по поводу образования излишков, истцом не предоставлено. Ответчику предлагалось дать объяснения по факту самой недостачи. Однако вопрос образования излишков по инвентаризации 03.08.2015 года по тем товарным позициям, по которым была установлена недостача в инвентаризации 28.07.2015 года, ни в ходе инвентаризации, ни в ходе проведения служебного расследования не исследовался, что также свидетельствует о ненадлежащем качестве проведенных инвентаризаций и ставит под сомнение их достоверность.

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы № *** от 16.02.2016 года, выполненной экспертом АНО «Ц***з», подписи А***й А.Ю., М***й Е.К., Б***а Н.А. в инвентаризационной описи и сличительной ведомости от 30.06.2015 года выполнены не ими, а иными лицами. Данное обстоятельство свидетельствует о ненадлежащей организации работодателем контроля за сохранностью товарно-материальных ценностей, а также не позволяет достоверно установить период образования недостачи и, как следствие, перечень всех лиц, ответственных за образование недостачи. Установив изложенные выше обстоятельства, руководствуясь положениями ст.ст. 233, 238, 243-245, 247 ТК РФ, суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований работодателя. Судебной коллегией по гражданским делам Самарского областного суда решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба АО «С***т» — без удовлетворения.

Иные члены коллектива АЗК *** к рассмотрению гражданского дела не привлекались, вместе с тем по аналогичным основаниям было отказано в удовлетворении исковых требований АО «С***т» к Р***й И.А., С***й А.В., Б***й Г.Ш., Г***й Т.В. решением Жигулевского городского суда Самарской области от 16 марта 2016 года, а также решением Ставропольского районного суда Самарской области от 24 июня 2016 года отказано в удовлетворении исковых требований АО «С***т» к А***й А.Ю., Б***а Н.А.

10.2. Во всех случаях, когда удовлетворены иски к работникам, заключившим договор о полной коллективной материальной ответственности, судами взыскивалась сумма ущерба, пропорционально числу работников, заключивших указанный договор.

11. Рассматривались ли судами дела, связанные с обжалованием порядка привлечения работника к материальной ответственности?

При рассмотрении споров о привлечении работников к материальной ответственности работниками заявляются доводы о нарушениях, имевших место при проведении инвентаризации, либо при заключении договора о возложении на работника полной материальной ответственности. Во всех случаях данные доводы проверяются судами Самарской области, им дается надлежащая оценка.

Предметом исковых требований порядок привлечения работника к материальной ответственности был только в двух случаях, при этом, обжалование порядка привлечения работника к материальной ответственности по существу сводилось к доводам о нарушениях работодателя, имевших место при проведении инвентаризации, по результатам которой работник привлекался к материальной ответственности.

11.1. Решением Комсомольского районного суда г. Тольятти от 20.06.2016 года отказано в удовлетворении исковых требований ООО «Э***а» к В***у Р.Я. о взыскании денежных средств, встречные исковые требования В***а Р.Я. о признании недействительными процедуры проведения инвентаризации и результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей удовлетворены.

Обращаясь в суд, ООО «Э***а» указало, что 17.02.2014 г. на основании трудового договора № 2 В***к Р.Я. принят на работу в ООО «Э***а» на должность производителя работ на участок общестроительных работ. С В***м Р.Я. заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в соответствии с которым на него возложена полная материальная ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. Приказом *** от 24.07.2014 года ответственным за производство работ по монтажу систем сжатого воздуха, водопровода и канализации при расширении завода по производству сельскохозяйственных машин К***С, расположенном по адресу: «адрес» назначен производитель работ В***к Р.Я., на него также возложена полная материальная ответственность на строительном объекте. Приказом ООО «Э***а» № 119 от 29.09.2014 г. ответственность за сдачу отчета по форме *** о товарно-материальных ценностях на объекте была возложена на начальника участка (производителя работ). На основании приказа ООО «Э***а» № 64 от 11.06.2015 г., в связи с выявленной по результатам инвентаризации недостачей ТМЦ производителем работ В***м Р.Я., создана комиссия для проведения служебного расследования для установления причин недостачи. В соответствии с актом № 08 от 03.07.2015 г. «О результатах проведения инвентаризации ТМЦ»: в период с 06.04.2015 г. по 03.07.2015 г. была проведена инвентаризация ТМЦ, которой установлено, что производитель работ В***к Р.Я. не отчитался по ТМЦ на общую сумму 194 483 руб. 98 коп. Оправдательных документов В***м Р.Я. предоставлено не было. В соответствии с инвентаризацией товаров на складе № 50 от 12.06.2015 г. размер недостачи товаров составил 194 483 руб. 98 коп. Получить объяснения от В***а Р.Я. по поводу выявленной недостачи не представилось возможным, ввиду того, что В***к Р.Я. на работу больше не выходил. Ссылаясь на указанные обстоятельства, уточнив заявленные требования, ООО «Э***а» просило суд взыскать с ответчика В***а Р.Я. денежные средства в размере 107 550 руб. 14 коп., расходы на оплату услуг представителя 15 000 руб., судебные расходы, связанные с оплатой судебной экспертизы — 15 000 руб., а также с оплатой госпошлины — 5089 руб. 68 коп.

В***к Р.Я. обратился в суд со встречным иском к ООО «Э***а» о признании недействительными процедуры проведения инвентаризации в ООО «Э***а» в период с 13.02.2015 г. по 03.07.2015 г. и акта № *** от 03.07.2015 г. «О результатах проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей», указав, что инвентаризация товарно-материальных ценностей была проведена с нарушениями действующего законодательства, поэтому её результаты являются недействительными. Указал, что с 24.07.2014 г. был направлен в г. Краснодар на строительный объект. Склад товарно-материальных ценностей ООО «Э***а» представлял собой два морских контейнера, расположенных на территории заказчика, учет хозяйственных операций на складе велся ненадлежащим образом, тщательная фиксация движения товарно-материальных ценностей на складе отсутствовала. В должностные обязанности производителя работ ведение склада не входит, должностная инструкция соответствующих положений не содержит. 18.11.2014 г. на указанный выше объект в качестве производителя работ принят также И***о Н.А., однако инвентаризация не проводилась и приказ о разграничении полномочий не издавался. И***о Н.А., наравне с В***м Р.Я., имел доступ на склад. В декабре 2014 г. на работу был прият работник склада, который также имел доступ в складские помещения. Несмотря на это, инвентаризация имущества также не проводилась.

Кроме того, В***к Р.Я. ссылался на то, что инвентаризация, проведенная в период с 13.02.2015 года по 03.07.2015 года, не соответствует требованиям Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (утв. Приказом Министерства финансов РФ № 49 от 13.06.1995 года), поскольку В***к Р.Я. не был уведомлен о начале инвентаризации и проверка имущества происходила без его участия, до начала проверки фактического наличия имущества комиссией с материально-ответственных лиц не взяты расписки по факту сдачи всех расходных и приходных документов, члены комиссии не выезжали непосредственно по месту нахождения товарно-материальных ценностей в г. Краснодар, в актах отсутствуют подписи членов комиссии.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что 17.02.2014 г. В***к Р.Я. принят на работу в ООО «Э***а» на должность производителя работ участка общестроительных работ. В соответствии с договором № *** от 17.02.2014 г., заключенным с ООО «Э***а», В***к Р.Я. принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. Приказом ООО «Э***а» № ***от 24.07.2014 г. В***к Р.Я. назначен ответственным за производство работ по монтажу систем сжатого воздуха, водопровода и канализации при расширении завода по производству сельскохозяйственных машин К***С, расположенном по адресу «адрес». В соответствии с данным приказом полная материальная ответственность на строительном объекте возложена на В***а Р.Я.

На основании приказа № *** от 11.06.2015 г. в ООО «Э***а» создана комиссия для проведения служебного расследования в связи с выявленной по результатам инвентаризации недостачей товарно-материальных ценностей у производителя работ В***а Р.Я. Срок служебного расследования для установления причин недостачи товарно-материальных ценностей установлен до 03.07.2015 г. Впоследствии согласно сличительной ведомости от 03.07.2015 года 50 сумма выявленной недостачи товарно-материальных ценностей была уточнена и составила 107 550 руб. 14 коп.

Отказывая в удовлетворении иска к работнику, суд первой инстанции исходил из следующего. Основным способом проверки соответствия фактического наличия имущества путем сопоставления с данными бухгалтерского учета признается в силу Федерального закона «О бухгалтерском учете» инвентаризация имущества, порядок проведения которой определен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов РФ от 13 июня 1995 г. № 49, которые определяют основные цели инвентаризации и требования к порядку ее проведения.

Как следует из копии приказа № *** от 11.02.2015 г. «О проведении инвентаризации», представленного в материалы дела ООО «Э***а», для проведения инвентаризации производственного объекта в г. Краснодар «К***С» назначена рабочая инвентаризационная комиссия в составе технического директора Б***а О.В. (председатель комиссии), главного бухгалтера Х***й О.И., производителя работ В***а Р.Я., производителя работ И***о Н.А. Согласно объяснениям представителя ООО «Э***а» Л***к А.В. (генеральный директор ООО «Э***а») инвентаризация проводилась выездной комиссией. В качестве причины инвентаризации указана смена материально-ответственных лиц, период проведения инвентаризации — с 13.02.2015 г. по 16.02.2015 г. Установлено, что данный приказ подписан В***м Р.Я. Судом достоверно установлено и не оспаривалось сторонами по делу, что на основании вышеуказанного приказа проведена передача товарно-материальных ценностей от В***а Р.Я. к И***о Н.А. Факт передачи товарно-материальных ценностей на складе от В***а Р.Я. к И***о Н.А. подтверждается актом передачи товарно-материальных ценностей на складе от 16.02.2015 года.

В ходе рассмотрения дела стороной истца представлена копия приказа *** от 11.06.2015 г. «О создании комиссии для проведения служебного расследования», из содержания которого следует, что для проведения служебного расследования в связи с выявленной по результатам инвентаризации недостачей товарно-материальных ценностей производителем работ В***м Р.Я. создана комиссия в составе технического директора Л***к А.В. (председатель комиссии), главного бухгалтера Х***й О.И., технического директора Б***а О.В., бухгалтера-материалиста Б***й А.С., инженера ПТО В***а М.А. Однако содержание указанных приказов в представленных копиях разные.

Так, в первоначально представленном приказе № *** от 11.06.2015 г. комиссия создана для проведения служебного расследования в связи с выявленной по результатам инвентаризации недостачей товарно-материальных ценностей производителем работ В***м Р.Я. В качестве основания для проведения проверки указан акт № *** от 03.07.2015 г. В копии приказа основанием проведения служебного расследования указано — результаты проведенной инвентаризации в период с 13.02.2015 года по 16.02.2015 года. Из пояснений представителя ООО «Э***а» в суде первой инстанции усматривается, что в действительности комиссия для проведения служебного расследования была сформирована в связи с выявленной недостачей товарно-материальных ценностей у В***а Р.Я. по результатам проведенной инвентаризации в период с 13.02.2015 г. по 16.02.2015 г., при этом сформирована комиссия для проведения служебного расследования в составе председателя комиссии – технического директора Л***к А.В. и членов комиссии — главного бухгалтера Х***й О.П., технического директора Б***а О.В., бухгалтера — материалиста Б***й А.С., инженер ПТО В***й М.А.

Однако доказательств, с достоверностью подтверждающих указанные обстоятельства, а именно материалов проведения инвентаризации и установления недостачи товарно-материальных ценностей за период с 13.02.2015 г. по 16.02.2015 г. в материалы дела ООО «Э***а» не представлено.

Копии актов о результатах проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей № *** от 03.07.2016 г. также содержат противоречивые сведения. Так, в первоначально представленном акте № *** от 03.07.2015 г. период проведения инвентаризации указан с 06.04.2015 г. по 03.07.2015 г., в нём отсутствуют подписи председателя комиссии Л***к А.В. и членов комиссии Х***й О.И., Б***а О.В.

Иная редакция акта № *** содержит подписи всех членов комиссии и председателя, однако период проведения инвентаризации указан иной (с 13.02.2015 г. по 03.07.2015 г.).

В представленных актах отсутствует подпись материально-ответственного лица В***а Р.Я.

В связи с изложенным, инвентаризационная опись товарно-материальных ценностей от 03.07.2015 г. № *** не принята судом во внимание. Так, датой начала инвентаризации заявлена дата 15.06.2015 г., окончание — 03.07.2015 г., основанием для проведения инвентаризации указан приказ № *** от 12.06.2015г. В данной описи отсутствует подпись В***а Р.Я. о том, что к началу проведения инвентаризации все расходные и приходные документы на товарно-материальные ценности сданы в бухгалтерию и все товарно-материальные ценности, поступившие на его ответственность, оприходованы, а выбывшие — списаны в расход, а также произведено снятие фактических остатков ценностей по состоянию на 03.07.2015 года.

Представленные в суд первой инстанции сличительные ведомости также не подтверждают доводов ООО «Э***а», поскольку составлены с нарушением установленных требований. В сличительной ведомости №*** от 03.07.2015 г. по состоянию на 15.06.2015 г. по двадцати наименованиям товарно-материальных ценностей на сумму 194 483 руб. 98 коп. отсутствуют подписи как членов комиссии, так и материально-ответственного лица. Согласно сличительной таблице от 19.02.2016 г., подписанной председателем комиссии и членами комиссии, В***к Р.Я. не отчитался по шести наименованиям ТМЦ на общую сумму 107 550 руб. 14 коп. Установлено и не оспорено сторонами по делу, что на день издания приказа о проведении инвентаризации В***к Р.Я. являлся работником ООО «Э***а», однако инвентаризация была проведена в его отсутствие, о проведении инвентаризации он не уведомлялся, и в нарушение ст. 247 ТК РФ у него не отбирались объяснения и не проводилась проверка для установления причины возникновения ущерба.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении порядка проведения инвентаризации, установленного Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов РФ от 13 июня 1995 года № 49 и установил, что оснований полагать, что недостача товарно-материальных ценностей произошла именно по вине В***а Р.Я., а не по вине иных лиц, не имеется, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований ООО «Э***а» было отказано, встречный иск удовлетворен в полном объеме.

11.2. Решением Советского районного суда г. Самара от 27 января 2016 года отказано в удовлетворении исковых требований АО «С***т» к Т***й Л.Ф., Ш***й И.А., Г***й В.Н., Л***й С.В., К***й В.Н., К***й В.Н., К***й Н.В., Р***й Л.Н., Л***й Е.Н. о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей и встречного иска К***й В.Н., К***й Н.В., Ш***й И.А., Л***й Е.Н. к АО «С***т» о признании незаконными актов инвентаризации, приказов о возмещении ущерба, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований АО «С***т» указало, что ответчики являлись кладовщиками склада готовой продукции АО «С***т». Между работодателем и членами коллектива – склада готовой продукции был заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности, по условиям которого коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного ему для хранения, учета, реализации, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба другим лицам. В ходе проведенных инвентаризаций вверенного ответчикам на хранение имущества выявлялась недостача готовой продукции, а именно: 01.02.2015 года — на сумму 15 502,34 рублей, 16.02.2015 года – на сумму 5 683,29 рублей, 01.03.2015 года –110 744,57 рублей, 12.01.2015 года – 116 437,91 рублей, 01.03.2015 года – 107 904,38 рублей, а также пересорт продукции 01.02.2015 года – на сумму 55 184,61 рублей, 16.02.2015 года – 26 388,21 рублей. Ссылаясь на то, что вина работников в причинении предприятию материального ущерба установлена, истец просил суд взыскать с Т***й Л.Ф. 12 291,98 рублей, с Ш***й И.А. – 18 482,42 рублей, с Г***й В.Н. – 37 015,65 рублей, с Л***й С.В. – 13 529,56 рублей, с К***й В.Н. – 30 312,49 рублей, с К***й В.Н. – 30 810,72 рублей, с К***й Н.В. – 35 128,64 рублей, с Р***й Л.Н. – 30 444,65 рублей, с Л***й Е.Н. – 43 110,33 рублей, взыскать с ответчиков расходы по оплате государственной пошлины в размере 5711 рублей.

К***а В.Н., К***а Н.В., Ш***а И.А., Л***а Е.Н. обратились в суд со встречными исковыми заявлениями к АО «С***т» о признании незаконными актов инвентаризации, приказов о возмещении ущерба, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда, указав, что ответчиком из их заработной платы производились удержания в счет определенных ответчиком сумм недостач. По мнению истцов по встречным исковым требованиям, приказы о взыскании с них сумм недостач, акты инвентаризации являются недействительными, поскольку АО «С***т» не созданы надлежащие условия для хранения продукции, а при инвентаризации нарушены правила ее проведения. Ссылаясь на указанные обстоятельства, К***а В.Н., К***а Н.В., Ш***а И.А., Л***а Е.Н. просили суд признать незаконными приказы о взыскании с них сумм недостач и акты инвентаризации от 01.02.2015 года16.02.2015 года, 01.03.2015 года, взыскать с АО «С***т» в пользу каждого удержанные с них на основании приказов о взыскании недостачи денежные суммы, а также компенсацию морального вреда в пользу каждого в размере 50 000 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что ответчики по первоначальным требованиям работали в должности кладовщиков склада готовой продукции АО «С***т»: Т***а Л.Ф. с 20.08.2010 года по 03.03.2015 года; Ш***а И.А. – с 31.10.2003 года по 03.04.2015 года, Г***а В.Н. – с 07.10.2009 года по 04.06.2015 года, Л***а С.В. – с 01.12.2014 года по 20.02.2015 года, К***а В.Н. — с 01.11.2002 года по 03.04.2015 года, К***а В.Н. — с 22.10.2014 года по 31.03.2015 года, К***а Н.В. – с 13.07.2006 года по 14.05.2015 года, Р***а Л.Н. — с 01.08.2007 года по 03.04.2015 года, Л***а Е.Н. — с 02.12.2014 года по 07.04.2015 года.

08.09.2014 года между работодателем АО «С***т» и членами коллектива – склада готовой продукции заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности, в соответствии с которым коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества, вверенного ему для хранения, учета, реализации, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба другим лицам, а работодатель обязуется создать коллективу (бригаде) условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по настоящему договору.

Из материалов дела следует, что 01.02.2015 года, 16.02.2015 года, 01.03.2015 года АО «С***т» проведена инвентаризация.

Приказом руководителя № *** от 27.01.2015 года утвержден состав инвентаризационной комиссии для проведения инвентаризации 01.02.2015 года, а приказом № *** от 16.02.2015 года – состав инвентаризационной комиссии для инвентаризации 01.03.2015 года.

Согласно п. 2.3 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 года № ***, отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными. Вместе с тем, при проведении инвентаризации 01.02.2015 года и 01.03.2015 года в состав комиссии не вошел член комиссии ведущий специалист службы экономической безопасности К***в Ю.М., его подпись в актах инвентаризации от 01.02.2015 года и 01.03.2015 года отсутствует.

Из материалов дела следует, что материально-ответственные лица ознакомлены с актами инвентаризации от 01.02.2015 года и 16.02.2015 года не в день ее проведения, а лишь 05.02.2015 года, 11.02.2015 года, 18.02.2015 года, 24.02.2015 года, 17.02.2015 года, о чем свидетельствуют объяснительные указанных лиц.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данное обстоятельство свидетельствует о проведении инвентаризации в отсутствие материально-ответственных лиц, ущемляет права ответчиков на своевременное ознакомление с результатами инвентаризации, лишает их возможности своевременно внести свои замечания, указать на ошибки, заявить о правильности проведения инвентаризации.

Согласно п.2.4 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 года № 49, председатель инвентаризационной комиссии визирует все приходные и расходные документы, приложенные к реестрам (отчетам), с указанием «до инвентаризации на «(дата)», что должно служить для бухгалтерии основанием для определения остатков имущества к началу инвентаризации по учетным данным.

Между тем, в актах инвентаризации от 01.02.2015 года и 16.02.2015 года не отражены последние, на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении товара (поступление, выдача товара) на складе, в котором проводилась инвентаризация, с визой председателя инвентаризационной комиссии.

Из материалов дела следует, что с приказами о возмещении материальной ответственности по результатам инвентаризации от 01.02.2015 года, 16.02.2015 года, 01.03.2015 года работники не ознакомлены, с приказом № *** от 16.02.2015 года о проведении инвентаризации до момента проведения инвентаризации работники не ознакомлены. На основании изложенного, суд отказал в удовлетворении исковых требований АО «С***т» о возмещении ущерба, причиненного работниками при исполнении трудовых обязанностей.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что работниками пропущен срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Судом установлено, а истцами по встречным требованиям не опровергалось, что о взыскании с них денежных средств на основании обжалуемых приказов и актов инвентаризации истцам стало известно в январе-апреле 2015 года, денежные средства удерживались с заработной платы соответственно в январе, феврале, марте и апреле 2015 года. Между тем, К***а В.П., К***а Н.В., Ш***а И.А., Л***а Е.Н. обратились в суд со встречным иском 11.01.2016 года, то есть с пропуском установленного законом трехмесячного срока, о причинах, свидетельствующих об уважительности пропуска срока обращения в суд не сообщили и не просили суд восстановить сроки обращения в суд.

В связи с заявлением АО «С***т» о пропуске срока обращения в суд, на основании ст. 392 Трудового кодекса РФ суд применил указанный срок к встречным исковым требованиям о признании незаконными актов инвентаризации, приказов о возмещении ущерба, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда, отказав в их удовлетворении.

12. Каким образом разрешались судами вопросы определения размера причиненного ущерба?

При определении размера причиненного ущерба, подлежащего взысканию, суды Самарской области руководствуются ст. 238 ТК РФ, в соответствии с которой работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю. Для определения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, суды принимают во внимание инвентаризационные акты и акты ревизии (пример изложен в п. 17 Справки), заключения экспертиз (примеры приведены в п.7.3, 7.4 Справки), также учитывались суммы, указанные в претензиях третьих лиц о незачислении на расчетные счета проинкассированных денежных средств, направленных работодателю, осуществляющему инкассацию денежных средств.

Так, решением Железнодорожного районного суда г. Самары от 29.01.2015 года исковые требования Небанковской кредитной организации «И***Н» (открытое акционерное общество) к К***у Р.Р. удовлетворены, с него взыскана сумма причиненного ущерба в размере 130 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 800 рублей. Небанковская кредитная организация «И***Н» (ОАО) обратилась в суд с иском к К***у Р.Р. о взыскании материального ущерба, ссылаясь на то, что с 18 августа 2014 г. К***в Р.Р. работает в должности инкассатора отдела инкассации Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО). 18 августа 2014 г. с ним заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно п. 1 которого ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества.

24 сентября 2014 года в Самарский филиал НКО «И***Н» (ОАО) поступила претензия (исх.№*** от 24.09.2014) от ОАО «М***п» по факту неперечисления денежных средств в размере 130 000 рублей, проинкассированных 12 сентября 2014 года бригадой инкассации Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО) в магазине «L***c» (ТЦ «А***а», «адрес»).

В ходе служебного расследования было установлено, что 12 сентября 2014 года объектом клиента (магазин «L***c»), расположенным по адресу: «адрес», в секьюрпакете № *** (далее — секьюрпакет ) была сдана торговая выручка в сумме 130 000 рублей ответчику, прибывшему в вышеуказанный магазин в 20 часов 17 минут. Ответчик забрал секьюрпакет с выручкой в сумме 130 000 рублей, о чем работником магазина была сделана отметка в явочной карточке №***, в которой ответчик расписался и поставил штамп маршрута в квитанции к секьюрпакету от 12.09.2014 г. Одновременно ответчиком была сделана соответствующая отметка в маршрутном листе. По прибытии в Самарский филиал НКО «И***Н» (ОАО) ответчик вышеуказанный секьюрпакет не сдал, что подтверждается объяснением кассира-контролера кассы пересчета отдела кассовых операций С***й Р.С, осуществлявшей прием ценностей и составление журналов учета принятых сумок и порожних сумок.

По результатам приема ценностей у ответчика, кассиром — контролером С***й Р.С. были составлены журналы учета принятых сумок, согласно которым ответчик сдал, а С***а Р.С. и кассир кассы пересчета К***а Г.Ш. приняли ценности в количестве 31 места (сумки и пакеты). Поскольку данная денежная наличность в сумме 130 000 рублей не была сдана в отдел кассовых операций Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО) и соответственно не перечислена ОАО «М***п» на расчетный счет, после получении претензии от ОАО «М***п» истцом 24.09.2014 г. недостача в сумме 130 000 рублей полностью возмещена.

Ссылаясь на заключение по материалам служебного расследования, указывая на непризнание ответчиком своей вины в причинении ущерба НКО «И***Н» (ОАО) и отказ возместить ущерб в добровольном порядке, истец просил суд взыскать с К***а Р.Р. сумму причиненного ущерба — 130 000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 3 800 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что К***в Р.Р. 18.08.2014 г. принят на работу в отдел инкассации Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО). При приеме на работу К***м Р.Р. подписан договор о полной индивидуальной ответственности, согласно которому он принял на себя обязательство бережно относиться к вверенному имуществу и предпринимать меры по предотвращению ущерба, ознакомлен с должностной инструкцией.

24 сентября 2014 года в Самарский филиал НКО «И***Н» (ОАО) поступила претензия ОАО «М***п» № *** от 24.09.2014 г. по факту не перечисления денежных средств в размере 130 000 рублей, проинкассированных 12 сентября 2014 года бригадой инкассации Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО) в магазине «L***c», расположенном в ТЦ «А***а», по адресу: «адрес».

В ходе служебного расследования установлено, что 12 сентября 2014 года объектом Клиента — магазин ««L***c», расположенным по адресу: «адрес», в секьюрпакете № *** была сдана торговая выручка в сумме 130 000 рублей ответчику, о чем работником магазина была сделана отметка в явочной карточке №***, ответчик расписался и поставил штамп маршрута в квитанции к секьюрпакету №**** от 12.09.2014 г. К***м Р.Р. была сделана соответствующая отметка в маршрутном листе.

По прибытии в Самарский филиал НКО «И***Н» (ОАО) К***в Р.Р. данный секьюрпакет не сдал, что подтверждается сведениями, отраженными в журнале учета принятых сумок, составленном кассиром-контролером кассы пересчета отдела кассовых операций С***й Р.С., осуществлявшей прием ценностей. Накладной к секьюрпакету №*** от 12.09.2014 г., а также самого секьюрпакета, на пересчет не поступило.

Истцом, по требованию ОАО «М***п» о возмещении данной суммы, 24.09.2014 г. недостача в сумме 130 000 рублей полностью возмещена, что подтверждается платежным поручением № 092 от 24.09.2014 г.

Установив, что материалами дела подтверждается, что ответчиком не была обеспечена сохранность принятых перевозимых ценностей, которые он по возвращении с маршрута обязан сдать в хранилище Самарского филиала НКО «И***Н» (ОАО), что и стало причиной возникновения ущерба у работодателя, а также сведений о том, что полученный ответчиком секьюрпакет был похищен, либо утерян иными лицами, имеющими к нему компетентный доступ, суду не предоставлено, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований и взыскании с работника суммы 130 000 рублей.

13. Имели ли место при рассмотрении судами дел данной категории случаи снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и при наличии каких обстоятельств? Ставился ли судами вопрос о степени и форме вины работника на обсуждение при разрешении этих дел?

При рассмотрении дел данной категории судами Самарской области в большинстве случаев учитываются степень и форма вины работника, материальное положение работника, размер заработка и дополнительных доходов, наличие на иждивении детей и престарелых родственников (в качестве примера можно привести п.16.2 настоящей Справки). Вместе с тем, недостаточный учет данных обстоятельств в ряде случаев явился основанием для изменения решения судом апелляционной инстанции.

Так, судебной коллегией Самарского областного суда было изменено решение Сызранского городского суда Самарской области от 18 апреля 2017 года, которым исковые требования ООО «И***л» удовлетворены, со С***а В.В. в пользу ООО «И***л» взыскан материальный ущерб в размере 50 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины – 1700 рублей.

ООО «И***л» обратилось в суд с иском к С***у В.В. о взыскании в порядке регресса суммы возмещения вреда, выплаченного истцом за причинение вреда здоровью третьего лица в результате виновных действий ответчика. В обоснование требований истец указал, что С***в В.В., при исполнении трудовых обязанностей в качестве водителя ООО «И***л», в результате дорожно-транспортного происшествия причинил вред здоровью третьих лиц. За совершение указанного дорожно-транспортного происшествия приговором Сызранского городского суда Самарской области от 6 февраля 2002 года, С***в В.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. В результате получения телесных повреждений потерпевшая К***а Л.Ф. утратила трудоспособность, в связи с чем в период с 1 мая 2002 года по 30 июня 2015 года Филиалом № 20 ГУ – Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ей были произведены страховые выплаты в общей сумме 554 072 рубля 20 копеек. Решением Арбитражного суда Самарской области от 23 октября 2015 года с ООО «И***л» взысканы в пользу ГУ – Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ возмещение ущерба в порядке регресса в размере 554 072 рубля 20 копеек; а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 081 рубль 44 копейки.

Судом первой инстанции установлено, что с 2001 года по 30 ноября 2005 года С***в В.В. работал в ООО «И***л» в должности водителя 2-го класса. 6 сентября 2001 года в 7 часов ответчик, управляя автобусом ПАЗ-3205 г/н ***, принадлежащим ООО «И***л», нарушил Правила дорожного движения, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие. В результате ДТП пассажирам автобуса ПАЗ-3205 г/н *** К***й, Ф***у и Н***к были причинены телесные повреждения, повлекшие причинение средней тяжести вреда здоровью всех троих потерпевших. 

Приговором Сызранского городского суда от 6 февраля 2002 года, вступившим в законную силу 13 февраля 2002 года, С***в В.В. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Вследствие получения телесных повреждений в дорожно-транспортном происшествии потерпевшая К***а Л.Ф. утратила трудоспособность, в связи с чем в период с 1 мая 2002 года по 30 июня 2015 года Филиалом № 20 ГУ – Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ей были произведены страховые выплаты в общей сумме 554 072 рубля 20 копеек.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23 октября 2015 года с ООО «И***л» взысканы в пользу ГУ– Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ: возмещение ущерба в порядке регресса в размере 554 072 рубля 20 копеек; а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 14 081 рубль 44 копейки.

Во исполнение названного выше решения Арбитражного суда Самарской области истцом выплачены ГУ – Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ: денежные средства в размере 129 000 рублей; а также расходы по уплате государственной пошлины, взысканные решением Арбитражного суда Самарской области от 23 октября 2015 года, в размере 14 081 рубль 44 копейки.

Решением Сызранского городского суда Самарской области от 14 июля 2016 г. со С***а В.В. в пользу ООО «И***л» взыскан в порядке регресса материальный ущерб 129 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 2000 руб. и расходы по оплате госпошлины в размере 2 036 руб. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 24 октября 2016 г. указанное решение районного суда изменено, с учетом требований ст. 250 ТК РФ судебная коллегия снизила размер взысканной суммы до 20 000 руб.

Судом установлено, что в период с 12 августа 2016 г. по 17 октября 2016 г. ООО «И***л» выплатило ГУ – Самарское региональное отделение Фонда социального страхования РФ в счет исполнения решения Арбитражного суда Самарской области от 23 октября 2015 г. – 50 000 руб., что подтверждаются платежными поручениями № *** от 12.08.2016 г., № *** от 26.09.2016 г., № *** от 14.10.2016 г.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из наличия законных оснований для полной материальной ответственности работника, поскольку причинение ущерба в результате преступных действий, установленных приговором суда, является самостоятельным основанием полной материальной ответственности работника перед работодателем.

Однако определяя размер ущерба, подлежащего взысканию со С***а В.В. в пользу истца в размере 50000 рублей, судом не были учтены требования ст.250 ТК РФ, в соответствии с которой суд может с учетом степени и формы вины, материального положения работника и других обстоятельств снизить размер ущерба, подлежащий взысканию с работника.

Судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для применения положений ст. 250 ТК РФ, поскольку о своем затруднительном материальном положении ответчик указывал суду первой инстанции при рассмотрении спора.

Из представленных ответчиком справок формы 2-НДФЛ следует, что С***в В.В. работает в Сызранском филиале ГБОУ школы-интерната *** г.о. Жигулевск, его средний заработок составляет 23 000 руб. Супруга ответчика С***а И.Н. работает социальным педагогом в ГБПОУ Самарской области «Г***и», ее средний заработок составляет 11 445,34 руб. Принимая во внимание, что С***в В.В. совершил преступление по неосторожности, при этом управлял транспортным средством работодателя, принимал меры к возмещению ущерба работодателю, связанного с повреждением транспортного средства, а также компенсации морального вреда потерпевшей, а также имущественное и семейное положение ответчика С***а В.В., доход которого составил за 2016 год в размере 286 894,91 рублей, доход супруги С***й И.Н., ответчик имеет на иждивении дочь студентку С***у Т.В., обучающуюся на платном обучении со сроком с 01.09.2016 г. по 30.06.2021 г., что следует из представленной справки Тольяттинского государственного университета, судебная коллегия, с учетом доводов апелляционной жалобы, снизила размер материального ущерба, подлежащего взысканию с работника до 15 000 рублей.

14. Рассматривались ли судами споры о возмещении работником ущерба, причиненного третьим лицам, в порядке регресса?

Да, такие категории дел рассматривались судами Самарской области, пример был приведен в п.13 справки.

Также споры данной категории могут быть проиллюстрированы решением Нефтегорского районного суда Самарской области от 06 марта 2017 года, которым исковые требования МО МВД России «Н***й» удовлетворены частично, с М***а В.Е. взыскана сумма 19 814, 07 руб. в счет возмещения ущерба, причиненного работодателю.

В обоснование иска МО МВД России «Н***й» указано, что ответчик с 23.07.2012 года по 15.04.2015 года работал в отделе в должности ведущего специалиста по обеспечению материально-технического и хозяйственного обеспечения, с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому работник принял на себя полную материальную ответственность за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. Ответчику был предоставлен служебный транспорт, на котором он совершил ДТП. 25.07.2016 года Октябрьским районным судом г. Самары с МО МВД России «Н***й» взыскано в пользу А***а И.В. 114 772 рубля в счет возмещения причиненного в результате ДТП ущерба. Просил взыскать с ответчика в порядке регресса указанную сумму.

Судом первой инстанции было установлено, что М***н В.Е. работал в МО МВД России «Н***й» ведущим специалистом по обеспечению материально-технического и хозяйственного обеспечения на основании трудового договора от 23.07.2012 года и был уволен по 15.04.2015 года по п.3 части 1 ст. 77 ТК РФ. 09.01.2013 года с М***м В.Е. был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Согласно должностному регламенту в его функциональные обязанности работника входило руководство административно-хозяйственным обеспечением отдела; организация хозяйственного обслуживания и содержания в надлежащем состоянии в соответствии с правилами и нормами зданий (строений, помещений); сохранность хозинвентаря, его восстановление и пополнение; организация работы складского хозяйства, обеспечение надлежащего хранения и сохранности материальных ресурсов; обеспечение выполнения работ по благоустройству и содержанию территории отдела в надлежащем состоянии; заключение хозяйственных договоров; обеспечение работников отдела канцелярскими принадлежностями и предметами хозяйственного обихода, ведение учета их расходования и составление установленной отчетности подчиненных исполнителей.

Решением Октябрьского районного суда г. Самары от 25.07.2016 года с МО МВД России «Н***й» в пользу А***а И.В. в соответствии со ст. 1068 ГК РФ была взыскана сумма причиненного в результате ДТП ущерба в размере 99 772 руб., расходы на проведение оценки причиненного ущерба в размере 7000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 8000 рублей, всего 114 772 рубля. Данным решением установлено, что 17.12.2014 года произошло ДТП по вине М***а В.Е., управлявшего служебным автомобилем марки Лада Приора г/н ***, собственником которого является ГУ МВД России по Самарской области. На момент ДТП ответчик состоял в трудовых отношениях с МО МВД России «Н***й» и находился при исполнении служебных обязанностей. В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении М***а В.Е. было отказано.

Приказом № *** от 24.01.2014 года по МО МВД России «Н***й» данный автомобиль был закреплен за М***м В.Е., а также заместителем начальника отдела Б***м А.П. и старшиной ИВС Ч***м В.Е., с назначением М***а В.Е. ответственным за его эксплуатацию.

Платежным поручением от 18.01.2017 года МО МВД России «Н***й» выплатило А***у И.В. сумму, присужденную решением Октябрьского районного суда г. Самары от 25.07.2016 года. Предложение работодателя компенсировать ущерб в добровольном порядке оставлено М***м В.Е. без удовлетворения.

Установленные по делу обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать вывод о том, что ответчик при управлении ТС допустил нарушение ПДД, которое привело к ДТП и повреждению автомобиля третьего лица, которому истцом как работодателем ответчика был возмещен причиненный им вред. В связи с этим истец имеет право требования возмещения ответчиком причиненного ему ущерба на основании ст.1081 ГК РФ и ст. 238 ТК РФ.

Вместе с тем, Перечнем должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, утвержденным Постановлением Минтруда РФ № 85 от 31.12.2002 года, занимаемая ответчиком должность и выполняемая им работа не предусмотрены, в связи с чем наличие такого договора не может являться основанием для возложения на него обязанности возместить в полном объеме причиненный ущерб. Наличие в должностном регламенте ответчика такой обязанности, как обеспечение надлежащего хранения и сохранности материальных ресурсов, нельзя отнести к доказательствам возможности возложения полной материальной ответственности, поскольку их перечень не приведен, а в отношении автомобиля, на котором было совершено ДТП, этот пункт не может быть применен, т.к. из приказа, который, по сути, предоставлял допуск к управлению ТС, усматривается, что автомобиль был закреплен за несколькими лицами, а ответчик в дополнение к этому являлся и ответственным за его эксплуатацию, т.е. техническое состояние, готовность и оснащенность, в смысле, придаваемом данным приказом.

Суд первой инстанции пришел к выводу о то, что отсутствуют основания для применения положений п. 6 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, поскольку факт совершения ответчиком административного правонарушения, о котором может указывать только вынесенное органом, уполномоченным рассматривать дела об административных правонарушениях, постановление о назначении административного наказания, установлен не был. Умышленность причинения ущерба суд исключает, т.к. обстоятельства ДТП указывают на его совершение ответчиком по неосторожности. Преступность деяния ответчика по данному факту в установленном законом порядке не установлена. Ущерб им был причинен при исполнении трудовых обязанностей, что истцом не оспаривается. Доказательств наличия у ответчика состояния опьянения на момент ДТП не имеется.

Анализируя исследованные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что к истцу не могут быть применены положения о полной материальной ответственности, в связи с чем заявленные требования в этой части не могут быть удовлетворены, и в данном случае ответчик может нести только ограниченную материальную ответственность в пределах среднего месячного заработка. Согласно представленной справке средний заработок ответчика составлял 19 814,07 рублей, в связи с чем исковые требования работодателя были удовлетворены частично.

К схожему выводу о том, что работник может нести только ограниченную материальную ответственность в пределах среднего месячного заработка пришел и Центральный районный суд г. Тольятти Самарской области, частично удовлетворяя решением от 27 сентября 2017 года исковые требования ООО «С***р» к С***у А.В.

В обоснование исковых требований было указано, что С***к А.В. 04.04.2016 г. был принят на работу в ООО «С***р» на должность сервисного менеджера, 04.04.2016 г. с ним заключен договор о полной материальной ответственности, согласно которому ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного имущества. 20.05.2016г. при установке новой аккумуляторной батареи в автомобиль гражданина Б***а Д.Ю. ответчик перепутал полярность проводов питания к клеммам аккумуляторной батареи, в результате чего вышел из строя насос ЭГУРА системы усилителя рулевого управления автомобиля. Факт причинения ущерба некачественной услугой и виновность ответчика установлены вступившим в законную силу решением Ставропольского районного суда Самарской области от 23.12.2016 года. Данным решением с ООО «С***р» в пользу Б***а Д.Ю. в счет возмещения ущерба взысканы денежные средства на общую сумму 209 732,50 руб. На основании исполнительного листа, выданного Ставропольским районным судом Самарской области, 02.02.2017 г. с ООО «С***р» взыскана денежная сумма в размере 209 732,50 руб. Истец считает, что в силу договора о полной материальной ответственности ответчик обязан возместить работодателю материальный ущерб в размере 159 685,30 руб. (без учета взысканного решением суда от 27.12.2016 года суммы штрафа в размере 66 577,50 руб.). Ответчик добровольно возместить причиненный истцу ущерб отказался.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил суд взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 159 685,30 руб. и расходы по оплате государственной пошлины.

Судом установлено, что С***к А.В. 04 апреля 2016 года был принят на работу в ООО «С***р» на должность сервисного менеджера в автосервис, что подтверждается приказом о приеме на работу от 04.04.2016 г., трудовым договором № *** от 04.04.2016 г.

Согласно должностной инструкции сервисного менеджера, основной задачей сервисного менеджера является оперативное осуществление комплекса выездных сервисных мероприятий по проведению диагностики и замены аккумуляторных батарей (далее — АКБ), работ по устранению неисправностей и диагностики приборов электрооборудования автомобиля, а также оказание информационно-консультационной поддержки клиентам ООО «С***а» с целью реализации АКБ.

04.04.2016 г. между ООО «С***р» и С***м А.В. заключен договор о полной материальной ответственности, согласно которому С***к А.В., замещающий должность сервисного менеджера ООО «С***р», принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу, не обеспечение сохранности, порчу, утрату вверенного ему работодателем имущества, ценностей. Работник не несет материальной ответственности, если ущерб причинен не по его вине.

Ставропольским районным судом Самарской области 23.12.2016 г. постановлено решение по делу по иску Б***а Д.Ю. к ООО «С***р» о возмещении ущерба, которым с ООО «С***р» в пользу Б***а Д.Ю. взыскана денежная сумма в размере 209 732,50 руб., из которых сумма ущерба — 86 155 руб., неустойка — 30 000 руб., компенсация морального вреда — 2 000 руб., расходы на оплату экспертизы — 15 000 руб., штраф — 66 577,50 руб. расходы по оплате услуг представителя — 10 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы — 12 407,20 руб. и государственная пошлина — 4 123,10 руб. Вышеуказанным решением Ставропольского районного суда Самарской области установлено, что 20.05.2016 г. супруга Б***а Д.Ю. обратилась в ООО «С***р» по вопросу приобретения и установки нового аккумулятора на автомобиль марки Мазда, данную услугу оказывал сотрудник организации С***к А.В., однако в результате осуществления работ по установке АКБ вышла из строя система усилителя рулевого управления автомобиля. Согласно заключению ООО «Р***а», выход из строя системы усилителя рулевого управления произошел в результате неправильного подключения аккумуляторной батареи. Согласно заключению ФБУ «С***ы», в системе усилителя рулевого управления автомашины марки Мазда имеется дефект в виде неисправности насоса ЭГУРа, причиной неисправности могло послужить изменение полярности при подключении аккумуляторной батареи к системе питания автомашины.

Факт возмещения Б***у Д.Ю. ущерба в полном объеме ООО «С***р» подтверждается инкассовым поручением № *** от 02.02.2016 г., которым Б***у Д.Ю. перечислены денежные средства в размере 209 732,50 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции, установив изложенные выше обстоятельства, дав оценку собранным по делу обстоятельствам в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, пришел к выводу, что истцом доказан факт причинения работодателю со стороны С***а А.В. материального ущерба, вызванного ненадлежащим исполнением услуг по установке аккумуляторной батареи в автомобиле марки Мазда, вместе с тем, поскольку должность С***а А.В. не относится к установленному законодательством в силу ст. 244 ТК РФ перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности, то возмещение ответчиком должно производиться в пределах, установленных ст. 241 Трудового кодекса РФ, т.е. в пределах своего среднего месячного заработка, и взыскал с ответчика в пользу истца в счет возмещения ущерба денежную сумму в размере 15 023 руб. 82 коп.

Апелляционным определением Судебной коллегии Самарского областного суда от 05 декабря 2017 года решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба истца – без удовлетворения, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 243 Трудового кодекса РФ для возложения на ответчика полной материальной ответственности.

15. Рассматривался ли судами при разрешении дел данной категории вопрос о способе возмещения причиненного ущерба?

Во всех случаях с работников взыскивалась сумма причиненного ущерба, исчисленная в рублях.

Судами Самарской области в период с 2015 по 2017 годы не рассматривались споры, предметом которых являлись передача работником равноценного имущества или исправление работником поврежденного имущества.

16. Как разрешались судами споры, связанные с возмещением затрат на обучение работника?

Все иски, поданные работодателями по данному основанию, удовлетворялись судами. В ряде случаев, суды Самарской области, руководствуясь положениями статьи 250 ТК РФ, снижали размер ущерба, подлежащий взысканию с работника.

16.1. Решением Советского районного суда г. Самары от 21 мая 2015 года исковые требования АО «Р***с» к К***у А.А. о взыскании затрат на обучение удовлетворены частично, с К***а А.А. взыскана сумма в размере 46 431 руб.42 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 1592 руб.94 коп.

В обоснование требований истец указал, что 27.11.2013 г. с К***м А.А. заключен трудовой договор № ***, согласно которому он был принят в отдел подготовки кадров «Ц***с» в качестве ученика слесаря по сборке металлоконструкций. Также между «Ц***с» и К***м А.А. был заключен ученический договор, в соответствии с которым истец обязался за счет собственных средств обучить ответчика по программе профессиональной подготовки на профессию слесарь по сборке металлоконструкций, а ответчик по окончании срока ученичества обязался отработать на предприятии по данной профессии в течение 2 лет.

04.03.2014 г. К***н А.А. был переведен в цех 2315 на должность слесаря по сборке металлоконструкций 3 разряда, с ним заключено дополнительное соглашение к трудовому договору и установлена тарифная часовая ставка в размер 89 руб. 21 коп.

21.10.2014 г. с ответчиком трудовой договор расторгнут на основании личного заявления работника.

Ссылаясь на то, что К***н А.А. не отработал на предприятии 18 месяцев, истец просил суд взыскать с ответчика затраты на обучение в размере 51 663, 42 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 1 749,90 руб.

Судом первой инстанции установлено, что 27.11.2013 г. между К***м А.А. и ФГУП «Г***с» был заключен трудовой договор № ***, согласно которому К***н А.А. был принят в отдел 2962 «Ц***с» в качестве ученика слесаря по сборке металлоконструкций, что подтверждается приказом о приеме на работу № *** от 27.11.2013 года и трудовым договором.

Также 27.11.2013 г. между ФГУП «Г***с» и К***м А.А. заключен ученический договор, согласно которому работодатель за счет собственных средств обучает ученика на предприятии по программе профессиональной подготовки на профессию слесарь по сборке металлоконструкций, а ученик по окончании срока ученичества и получения обусловленной настоящим ученическим договором профессии обязуется отработать на предприятии работодателя в течение двух лет. Срок ученичества начинается с 27.11.2013г. За каждый месяц обучения ученику устанавливается стипендия: размер тарифной ставки 1 разряда приобретаемой профессии 9732 руб.; за добросовестное отношение к производственным занятиям, успешное приобретение профессиональных навыков и знаний может производиться доплата к стипендии до 100% размера тарифной ставки 1 разряда приобретаемой профессии.

Согласно п. 1.7 ученического договора в случае увольнения ученика по собственному желанию без уважительных причин до истечении срока обучения и срока обязательной работы после обучения, установленного в п. 1 ученического договора, ученик возмещает затраты, понесенные работодателем на обучение ученика, включая денежные средства, полученные в качестве стипендии и доплаты за время обучения, исчисленные пропорционально фактически не отработанному времени в срок не позднее последнего рабочего дня перед увольнением.

В соответствии с приказом № *** от 13.12.2013 г. и на основании личного заявления К***н А.А. был переведен на 7-часовой рабочий день с окладом (тарифная ставка) 59, 69 руб. в час.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что К***н А.А. прошел полный курс теоретического обучения, а также производственного обучения в цехе 2315 и сдал квалификационные экзамены.

Решением квалификационной комиссии «Ц***с» от 28.02.2014г. К***у А.А. был установлен третий тарифно — квалификационный разряд по профессии слесарь по сборке металлоконструкций.

04.03.2014г. К***н А.А. был переведен в цех 2315 на должность слесаря по сборке металлоконструкций 3 разряда.

21.10.2014 г. с К***м А.А. расторгнут трудовой договор на основании приказа № *** от 21.10.2014 г. в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Основанием для увольнения послужило личное заявление работника, в котором он указал, что возвращается на прежнее место работы.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что за период обучения К***у А.А. была начислена стипендия в размере 27 975,63 руб. и премия по положению «Ц***с» «Об оплате труда учеников и молодых специалистов профессионального обучения» (доплата к стипендии), в размере 25 685,63 руб., итого 53 661,26 руб. С указанной суммы был удержан НДФЛ 13% — 6 976 руб.

Установлено, что истец понес следующие затраты:

-выплаченная стипендия и премия по положению в размере 46 685,26 руб.,

— оплата преподавателям по журналам за теоретическое обучение 4 019,77 руб.,

— оплата наставнику за практические занятия 11 203,54 руб.

Всего 46 685,26 руб. + 4 019,77 руб. + 11 203,54 руб. = 61 908,57 руб.

Учитывая, что в нарушение условий ученического договора, К***н А.А. не отработал 18 месяцев, суд первой инстанции взыскал с него в пользу истца затраты на обучение в размере 46 431,42 руб. (61 908,57 х 18 мес. / 24 мес.).

Доводы истца о том, что с ответчика подлежит взысканию также суммы НДФЛ, начисленного на выплаченную стипендию в размере 6 976 руб., признан судом первой инстанции необоснованным, поскольку в силу ст. 207 ТК РФ работодателю возвращается полученная, а не начисленная ученику стипендия. В апелляционном порядке решение суда не было обжаловано.

16.2. При рассмотрении гражданского дела № 2-***/2016 судом были установлены основания для снижения расходов по обучению, взыскиваемых с работника. Решением Октябрьского городского суда Самарской области от 16 февраля 2016 года исковые требования ОАО «Р***и» к П***о А.А. удовлетворены частично, с работника взысканы расходы по обучению в сумме 10 067 рублей 74 копеек, частично уплаченная госпошлина в сумме 402 рублей 71 копейки, а всего 10 470 рублей 45 копеек.

В обоснование иска указано, что 27.07.2012 г. между ОАО «Р***и» и П***о А.А. заключен ученический договор № ***, согласно которому П***о А.А. должен пройти профессиональное обучение по специальности осмотрщик-ремонтник вагонов и в дальнейшем работать в эксплуатационном вагонном депо Октябрьск по вновь полученной специальности не менее трех лет. Факт получения новой профессии ответчиком подтверждается выданным на его имя свидетельством № *** от 04.12.2012 года. Не отработав установленный договором срок, П***о А.А. уволился из ОАО «Р***Д» 04.12.2013 года. При увольнении между сторонами подписано соглашение, в котором П***о А.А. признал задолженность, возникшую в результате понесенных работодателем затрат на его обучение по специальности осмотрщик-ремонтник вагонов, в сумме 37 549 рублей, обязался до 01.03.2014 года перечислить на счет ОАО «Р***Д». Однако свои обязательства ответчик не исполнил. Истец просил взыскать затраты на обучение, пропорционально отработанному времени в размере 37 549 рублей 53 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5 769 рублей 66 копеек и уплаченную госпошлину в сумме 1 499 рублей 58 копеек, а всего 44 818 рублей 77 копеек.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что между Эксплуатационным вагонным депо Октябрьск ОАО «Р***Д» и П***о А.А. 27.07.2012 года заключен Ученический договор № *** на профессиональную подготовку, переподготовку, повышение квалификации по специальности осмотрщик-ремонтник вагонов. Срок обучения установлен п. 1.1 договора с 31 июля по 27 ноября 2012 года.

В силу 2.1 договора ответчик обязан отработать в Эксплуатационном вагонном депо Октябрьск по вновь полученной специальности не менее трех лет.

В соответствии с п. 2.2 договора в период обучения работодатель выплачивает работнику среднюю месячную заработную плату.

П***о А.А. в период с 31 июля по 27 ноября 2012 года отучился в Дорожном учебном центре и получил свидетельство № *** от 04.12.2012 года с присвоением ему квалификации осмотрщика-ремонтника вагонов.

Ответчик отработал в вагонном депо Октябрьск после окончания учебы один год и 04.12.2013 года уволился по собственному желанию.

04.12.2013 года между начальником Эксплутационного вагонного депо Октябрьск и П***о А.А. подписано соглашение, в котором ответчик признал задолженность, возникшую в результате понесенных работодателем затрат на его обучение по специальности осмотрщик-ремонтник вагонов в сумме 37 549 рублей, обязался добровольно возместить до 01.03.2014 г., перечислив на счет ОАО «Р***Д».

С 11.12.2013 года П***о А.А. работает в Эксплутационном локомотивном депо Октябрьск в должности помощника машиниста тепловоза.

Суд первой инстанции, установив, что П***о А.А. выплачивалась не стипендия, а оплата обучения по повышению квалификации, посчитал обоснованными расходы по обучению ответчика, во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ — отказал, ссылаясь на то, что между сторонами имели место не гражданско-правовые, а трудовые отношения.

Судебная коллегия Самарского областного суда не согласилась с указанным выводом об определении размера расходов на обучение работника и решение суда изменила на основании ст. 204 ТК РФ, согласно которой (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) ученикам в период ученичества выплачивается стипендия, размер которой определяется ученическим договором и зависит от получаемой профессии, специальности, квалификации, но не может быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Работа, выполняемая учеником на практических занятиях, оплачивается по установленным расценкам.

Из пояснений истца, условий договора, заключенного между сторонами, был сделан вывод, что в период обучения работодатель выплачивает работнику стипендию в размере средней месячной заработной платы (п. 2.2 договора). Согласно представленному истцом расчету, стипендия за период с 31 июля по 27 ноября 2012 г. составила: в июле – 464,32 рублей, в августе – 8 357,76 рублей, в сентябре – 9 286,40 рублей, в октябре – 12 710,25 рублей, в ноябре – 10 949,28 рублей. Кроме того, работодателем понесены расходы по обучению работника в сумме 15 101, 61 рублей. Судебная коллегия пришла к выводу о том, что истец понес расходы по обучению ответчика в общем размере 56 869, 62 рублей. В связи с тем, что П***о А.А. обязан возместить затраты, понесенные работодателем на обучение, исчисленные пропорционально фактически неотработанному после окончания обучения времени, из расчета истца следует, что такие затраты составили 37 549, 53 рублей.

Судебная коллегия, с учетом фактических обстоятельств дела, принимая во внимание, что П***о А.А. продолжает работать в ОАО «Р***Д», имеет на иждивении малолетнего ребенка и жену, руководствуясь ст. 250 ТК РФ, снизила размер, подлежащих взысканию с ответчика, до 10 000 рублей.

Также судебная коллегия пришла к выводу, что выводы суда первой инстанции в части взыскания госпошлины основаны на неправильном применении и толковании норм материального и процессуального права.

Со ссылкой на ст. 393 ТК РФ, предусматривающую, что при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов, судебной коллегией был обоснован вывод о том, что в целях предоставления дополнительных гарантий по обеспечению судебной защиты работниками своих трудовых прав, трудовое законодательство предусматривает освобождение работников от судебных расходов, что является исключением из общего правила, установленного частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ и в данном случае с работника не подлежит взысканию расходы по оплате государственной пошлины.

17. Каким образом разрешались судами споры о привлечении работника к материальной ответственности за причинение ущерба организации после расторжения с ним трудового договора? В каких случаях требования о привлечении таких работников к материальной ответственности судом удовлетворялись и в каких выносились решения об отказе в их удовлетворении?

В большинстве случаев иски работодателями подавались после расторжения трудового договора с работником, причинившим вред. Факт расторжения трудового договора на дату обращения с иском ни в одном случае не являлся основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, судами применялись положения абз. 3 ст. 232 ТК РФ, в силу которого расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Так, например, решением Автозаводского районного суда Самарской области от 11 ноября 2015 года исковые требования ООО «А***Т» к Б***у А.И., В***е Д.Н., К***у А.В., К***у С.В. о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей удовлетворены, с каждого из них в пользу ООО «А***Т» взыскан материальный ущерб в размере 63 507 руб. 60 коп. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 435 руб. 07 коп.

В обоснование исковых требований было указано, что Б***в А.И. работал в ООО «А***Т» старшим менеджером торгового зала, В***а Д.Н., К***в А.В., К***в С.В. работали в ООО «А***Т» менеджерами по продаже, с каждым из работников был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

12.01.2015 г. указанные работники были уволены по собственному желанию на основании заявления.

Также с Б***м А.И., В***й Д.Н., К***м А.В. и К***м С.В. был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 31.01.2014 г. с последующими изменением коллектива (бригады) 20.05.2014 г. на основании приказа № 13 от 20.05.2014 г. и заключением нового договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 20.05.2014 г.

С 30.12.2014 г. по 20.05.2015 г. в ООО «А***Т» проводилась инвентаризация запасных частей и материалов на основании приказа № 57 от 26.12.2014 г., с которым истцы были ознакомлены под роспись.

В результате инвентаризации был выявлен факты недостачи на сумму 861 261руб. 77 коп. и излишки товарно-материальных ценностей на сумму 607 231 руб. 34 коп., хранящихся на складе, соответственно, окончательная сумма недостачи с учетом обнаруженных излишков составила 254 030 руб. 43 коп.

На основании акта № 0615-05 от 23.06.2015 г. «О результатах проведения служебного расследования» созданная комиссия сделала вывод о том, что общая сумма ущерба, нанесенного организации материально ответственными лицами Б***м А.И., В***й Д.Н., К***м А.В. и К***м С.В., составила 254 030 руб. 43 коп. Данный ущерб образовался в виду халатного отношения к переданному имуществу, вверенному ответчикам для осуществления деятельности по продаже запчастей на коммерческий транспорт, что является нарушением п. 4.3 должностной инструкции и п. 2.1.4, 2.1.5 трудового договора. До настоящего времени ответчики ущерб, нанесенный организации, не возместили.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, истец просил суд взыскать в равных долях с Б***а А.И., В***а Д.Н., К***а А.В. и К***а С.В. в пользу ООО «А***Т» сумму материального ущерба в размере 254 030 руб. 43 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 740 руб. 30 коп.

Судом первой инстанции установлено, что 04.06.2013 г. Б***в А.И. был принят на работу в ООО «А***Т» старшим менеджером торгового зала и с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, что подтверждается его заявлением о приеме на данную должность 04.06.2013 г., трудовым договором № 3 от 04.06.2013 г. и приказом о приеме работника на работу от 04.06.2013 года. Впоследствии Б***в А.И. был переведен на должность руководителя отдела продаж запасных частей (приказ от 01.05.2014 г.), а 20.10.2014 г. был вновь переведен на должность старшего менеджера торгового зала (приказ от 20.10.2014 г.).

04.12.2013 г. К***в С.В. был принят на работу в ООО «А***Т» на должность менеджера по продаже и с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, что подтверждается материалами дела.

06.02.2014 г. В***а Д.Н. был принят в ООО «А***Т» на должность менеджера по продаже и с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, что подтверждается материалами дела.

06.03.2014 г. К***в А.В. был принят в ООО «А***Т» на должность менеджера по продаже и с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, что подтверждается материалами дела.

Также судом было установлено, что с Б***м А.И., В***й Д.Н., К***м А.В. и К***м С.В. был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 31.01.2014 г. с последующими изменением коллектива (бригады) 20.05.2014 г. на основании приказа № 13 от 20.05.2014 г. и заключением нового договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности от 20.05.2014 г. В Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденный Постановлением Правительства от 31.12.2002 года № 85, входит должность специалиста, осуществляющего операции по кассовому и иному финансовому обслуживанию клиентов, по подсчету, пересчету или формированию денежной наличности.

В связи с поступившими от Б***а А.И., К***а С.В., В***ы Д.Н., К***а А.В. заявлениями от 12.01.2015 г. об увольнении по собственному желанию, работодателем издан приказ № 57 от 26.12.2014 г., о проведении в период с 30.12.2014 г. по 20.05.2015 г. в ООО «А***Т» инвентаризации запасных частей и материалов, с которым ответчики были ознакомлены под роспись.

30.12.2014 г. ответчиками к началу проведения инвентаризации все расходные и приходные документы на товарно-материальные ценности (далее — ТМЦ) сданы в бухгалтерию и все ТМЦ, поступившие в их ответственность, были оприходованы, а выбывшие списаны в расход, что подтверждается распиской истцов.

Ответчики были уведомлены о дате увольнения — 12.01.2015 г., а также им было разъяснено, что в связи с большим объемом запасных частей закончить инвентаризацию до дня их увольнения не предоставляется возможным и ООО «А***Т» настаивало на их присутствии, что подтверждается уведомлениями с подписью ответчиков об их получении.

12.01.2015 г. приказом № 1 был утвержден состав инвентаризационной комиссии, с которым ответчики были ознакомлены, о чем расписались в данном приказе, в последующем на основании приказов № 2 от 14.01.2015 г., № 6 от 10.02.2015 г. и № 15 от 31.03.2015 г. комиссия была увеличена в связи с большим объемом пересчета и в связи с приемом новых работников, о чем ответчики были извещены посредством почтовых отправлений.

Ответчикам также было устно озвучено уведомление «О проведении инвентаризации» о сроках, времени и месте проведения инвентаризации и предупреждение о ведении непрерывной видеозаписи (отказались от подписи об ознакомлении), после чего данное уведомление было направлено ответчикам по почте.

По результатам инвентаризации был выявлен факт недостачи на сумму 861 261руб. 77 коп. и излишки товарно-материальных ценностей на сумму 607231 руб. 34 коп., хранящихся на складе (зафиксировано в сличительных ведомостях результатов инвентаризации ТМЦ от 30.12.2014 г. № 27, 29, 31), соответственно, окончательная сумма недостачи, с учетом обнаруженных излишков, составила 254 030 руб. 43 коп.

29.05.2015 года ответчикам были направлены уведомления «О необходимости предоставления объяснения» в срок до 22.06.2014 г. с изложением причин и обстоятельств возникновения недостачи, что подтверждается квитанциями об отправлении ценных писем и описями вложения.

В связи с тем, что от ответчиков объяснения не поступили, были составлены акты от 23.06.2015 г. №№ ***, ***, ***, *** об отказе работников предоставить объяснение по факту недостачи и излишков ТМЦ.

Из акта № *** от 23.06.2015 г. «О результатах проведения служебного расследования», следует, что созданная комиссия сделала вывод о том, что общая сумма ущерба, нанесенного организации материальноответственными лицами Б***м А.И., В***й Д.Н., К***м А.В. и К***м С.В. составила 254 030 руб. 43 коп. Данный ущерб образовался в виду халатного отношения к переданному имуществу, вверенному ответчикам для осуществления деятельности по продаже запчастей на коммерческий транспорт, что является нарушением п. 4.3 должностной инструкции и п. 2.1.4, 2.1.5 трудового договора.

Принимая во внимание, что договор о полной материальной ответственности заключен с ответчиками правомерно, факт причинения работодателю ущерба подтвержден исследованными в ходе судебного разбирательства допустимыми доказательствами, размер ущерба определен проведенной инвентаризацией в предусмотренном законом порядке, обстоятельств, исключающих материальную ответственность работников, при рассмотрении дела не установлено, при этом ответчиками в соответствии со статьей 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих отсутствие их вины в причинении ущерба, суду не представлено, судом первой инстанции требования ООО «А***Т» были удовлетворены.

17.2. Исковые требования работодателя АО «С***т», заявленные к Ф***у А.А. после увольнения работника, были удовлетворены и решением Куйбышевского районного суда г. Самары.

В обоснование исковых требований было указано, что между АО «С***т» и Ф***м А.А. был заключен трудовой договор *** от 11.09.2013, в соответствии с условиями которого Ф***в А.А. был принят на работу на должность инженера-механика. Согласно требованиям должностной инструкции инженера-механика АО «С***т» в функциональные обязанности инженера-механика входит ведение учета поступления, движения, выбытия имущества, ТМЦ и расходных материалов, относящихся к автотранспорту и являющихся его принадлежностью.

Согласно положениям «Перечня должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности за недостачу вверенного имущества», утв. Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 31.12.2002 № 85, поскольку работник выполнял работы по учету, отпуску (выдаче) материальных ценностей, в целях обеспечения сохранности материальных ценностей АО «С***т», с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Приказом от 19.08.2015 № 1090 в связи с предстоящим увольнением ответчика была назначена инвентаризация основных средств и ТМЦ, числящихся за работником. По результатам инвентаризации была обнаружена недостача трех объектов основных средств. В связи с обнаруженной в результате инвентаризации недостачей от работника были получены объяснения от 20.08.2015, где он указывает, что не принимал Репитер GSM сигнала Vector R-400, что опровергается подписью на указанном акте формы ОС-1 за № 446 от 03.09.2013 года. Также ответчик указывает, что Автомобильный видеорегистратор и Антирадар были выданы водителю Б***у С.В., но Б***в С.В. не является ни водителем, ни иным сотрудником АО «С***т», доверенность на получение материальных ценностей на имя Б***а С.В. не выдавалась.

Истец, в соответствии с требованиями ст. 248 ТК РФ, предложил работнику добровольно возместить ущерб в сумме 17 121 руб. 08 коп. В адрес работника было направлено письмо *** от 28.08.2015. Сумма недостачи не погашена. Учитывая, что материальный ущерб истцу нанесен вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей, определенных должностной инструкцией, просили суд взыскать с Ф***а А.А. сумму материального ущерба в размере 17 121 руб. 08 коп. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 700 рублей.

Ответчик Ф***в А.А. в судебном заседании исковые требования признал частично в части возмещения ущерба в стоимости репитера. В остальной части иск не признал, указав, что видеорегистратор и антирадар он передал водителю ООО «А***с» для установки на автомобиль Тойота Прадо.

Судом первой инстанции установлено, что между АО «С***т» и Ф***м А.А. был заключен трудовой договор *** от 11.09.2013. 31.12.2014 года с ответчиком был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности ***.

Согласно требованиям должностной инструкции инженера-механика в функциональные обязанности инженера-механика входит ведение учета поступления, движения, выбытия имущества, ТМЦ и расходных материалов, относящихся к автотранспорту и являющихся его принадлежностью.

В период работы ответчику были вручены материальные ценности, что подтверждается его подписью на актах формы ОС-1 и инвентаризационных описях, в том числе: Репитер GSM сигнала Vector R-400; Автомобильный видеорегистратор ARIA AVR 807 FULL HD; Антирадар BELTRONICS RX65RU blue.

Приказом от 19.08.2015 № 1090 в связи с предстоящим увольнением ответчика была назначена инвентаризация основных средств и ТМЦ, числящихся за ответчиком, по результатам которой была обнаружена недостача трех объектов основных средств: Репитера GSM сигнала Vector R-400, стоимостью 467,76 руб.; Автомобильного видеорегистратора ARIA AVR 807 FULL HD, стоимостью 3053,32 руб.; Антирадара BELTRONICS RX65RU blue, стоимостью 13600 рублей, а всего на сумму 17121 рубль 08 копеек.

От Ф***а А.А. были получены объяснения от 20.08.2015, где он указывает, что не принимал Репитер GSM сигнала Vector R-400, а автомобильный видеорегистратор ARIA AVR 807 FULL HD и Антирадар BELTRONICS RX65RU blue были выданы водителю Б***у С.В.

Между тем, указанные обстоятельства опровергается подписью ответчика на акте формы ОС-1 за № 446 от 03.09.2013 года, Б***в С.В., на которого ссылается ответчик, не является ни материально-ответственным лицом, ни водителем, ни иным сотрудником АО «С***т», доверенность на получение материальных ценностей на имя Б***а С.В. не выдавалось.

Помимо этого, доказательством получения ответчиком спорного имущества подтверждается результатами предыдущей инвентаризации, оформленной протоколом заседания рабочей инвентаризационной комиссии от 28.10.2014 и инвентаризационной описью от 28.10.2014, где указанное имущество имеется в наличии. При этом, Ф***в А.А. участвовал в инвентаризации, подпись его на документах инвентаризации имеется.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено доказательств в обоснование своих доводов.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами дела доказан факт передачи вышеуказанного имущества материально-ответственному лицу – Ф***у А.А. и вины работника в необеспечении его сохранности. На основании изложенного, исковые требования были удовлетворены, с работника взыскана сумма ущерба 17121 руб. 08 коп. и расходы по оплате государственной пошлины — в размере 700 рублей.

Справку составила судья Самарского областного суда п/п А.Х. Хаирова

Чтобы записаться на бесплатную консультацию позвоните по круглосуточному номеру +7 (846) 212-99-71 или оставьте заявку ниже

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» — юридическая помощь в Москве, Самаре
Если Вам необходима консультация адвоката - не оттягивайте решение данного вопроса, просто перезвоните нам по номеру в Москве +7 (499) 288-34-32 или в Самаре +7 (846) 212-99-71
К каждому клиенту гарантируем индивидуальный подход и гибкую ценовую политику, конфиденциальность и поддержку в течении 24 часов в сутки!
Добавляйтесь в друзья
Подписывайтесь на мой канал
Наша практика
КонсультантПлюс: "Горячие" документы
ПРАВО.RU
ГАРАНТ: Новости
Свежие комментарии