Включение П.В. Дурова в перечень Росфинмониторинга: правовая природа меры и риски связанные с этим событием

29 июля 2026 г. ФСБ России сообщила о предъявлении основателю мессенджера Telegram Павлу Дурову обвинения по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ (содействие террористической деятельности) и о начале процедуры объявления его в международный розыск. 30 июля 2026 г. в разделе «Физические лица» перечня организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, появилась запись № 6895 с персональными данными обвиняемого.

Событие немедленно породило практический вопрос, адресованный редакциям, и рядовым пользователям социальных сетей: влечёт ли включение физического лица в перечень Росфинмониторинга какие-либо ограничения на упоминание этого лица — и нужна ли «маркировка» по аналогии с иностранными агентами?

Правовая природа перечня

Перечень ведётся Росфинмониторингом на основании п. 2 ст. 6 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма»; порядок формирования определён постановлением Правительства РФ от 06.08.2015 № 804.

Основания включения физического лица (п. 2.1 ст. 6 Закона № 115-ФЗ) не сводятся к обвинительному приговору. Достаточно процессуального решения — постановления о привлечении в качестве обвиняемого либо решения о признании подозреваемым — по составам террористической или экстремистской направленности. Именно поэтому в реестре применяется отметка «звёздочкой», отделяющая лиц, включённых до вступления приговора в законную силу, от осуждённых.

Отсюда принципиальный вывод: включение в перечень не является ни мерой уголовной ответственности, ни констатацией виновности. Это административно-превентивная (обеспечительная) мера в системе ПОД/ФТ, действующая параллельно уголовному процессу и не отменяющая презумпцию невиновности (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ). Юридическая корректность требует именовать такое лицо обвиняемым, а не террористом.

Материально-правовые последствия

1. Замораживание (блокирование) денежных средств и иного имущества — пп. 6 п. 1 ст. 7 Закона № 115-ФЗ. Обязанность возникает у организаций и ИП, перечисленных в ст. 5 и 7.1 Закона (банки, профучастники, страховщики, ломбарды, нотариусы, адвокаты, риелторы, операторы платёжных систем), незамедлительно, но не позднее одного рабочего дня со дня размещения сведений на официальном сайте Росфинмониторинга.

2. Сохраняемый минимум (п. 2.4 ст. 6 Закона № 115-ФЗ): получение и расходование заработной платы в пределах 10 000 руб. в месяц на себя и на каждого члена семьи, не имеющего самостоятельного источника дохода; пенсии, стипендии, пособия; уплата налогов, штрафов и иных обязательных платежей; возмещение причинённого вреда.

3. Сопутствующие ограничения, установленные отраслевым законодательством, в частности запрет выступать организатором публичного мероприятия (п. 1.1 ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ).

4. Механизмы защиты: обращение в межведомственный координационный орган об отмене замораживания, исключение из перечня по основаниям п. 2.2 ст. 6 Закона № 115-ФЗ (в том числе при прекращении уголовного преследования), а также оспаривание решения в порядке гл. 22 КАС РФ.

Применительно к лицу, не имеющему активов и счетов в российской юрисдикции, экономический эффект меры минимален; её реальная функция — сигнальная и репутационная. Это обстоятельство заслуживает отдельного осмысления: превентивный инструмент ПОД/ФТ всё чаще используется как способ публичной маркировки статуса до приговора.

Ключевой вопрос: является ли упоминание правонарушением?

1. Общего запрета нет

Российское законодательство не содержит запрета на упоминание физического лица, включённого в перечень Росфинмониторинга, и не устанавливает обязанности сопровождать такое упоминание какой-либо пометкой. Ни Закон № 115-ФЗ, ни Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ, ни Закон РФ «О средствах массовой информации» подобной обязанности не предусматривают.

2. Часть 2 ст. 13.15 КоАП РФ толкуется буквально

Единственная норма, которая на первый взгляд может показаться применимой, — ч. 2 ст. 13.15 КоАП РФ. Она наказывает распространение информации «об общественном объединении или иной организации», включённых в опубликованный перечень, без указания на то, что объединение или организация ликвидированы либо их деятельность запрещена.

Субъектный состав нормы очерчен исчерпывающе: обязанность указания статуса возникает только применительно к объединению или организации. Физическое лицо диспозицией не охватывается. Расширительное толкование недопустимо в силу ст. 1.5 и 1.6 КоАП РФ и конституционного требования правовой определённости (постановления КС РФ о критерии формальной определённости закона, устанавливающего ответственность). Следовательно, упоминание гражданина, включённого только в перечень Росфинмониторинга, без каких-либо пометок состава административного правонарушения не образует.

3. Сопоставление с иными реестрами

4. О практике «звёздочки»

Проставление СМИ сноски «внесён в перечень террористов и экстремистов» — проявление правоприменительной перестраховки, а не исполнение нормы права. Такая практика не влечёт негативных последствий и допустима как элемент редакционной политики, однако редакциям следует чётко разграничивать юридическую обязанность и добровольно принятый стандарт. Смешение этих категорий постепенно формирует квазиобязательное правило, не имеющее законодательной основы, — тенденция, заслуживающая критической оценки.

Где риски действительно возникают

Правовое значение имеет не сам факт упоминания, а содержание высказывания и характер совершаемых действий.

Публичное оправдание и пропаганда терроризма (ст. 205.2 УК РФ; ч. 2 — с использованием сети «Интернет»). Согласно примечанию 1 к ст. 205.2 УК РФ оправданием признаётся публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании. С учётом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 № 1 состав образует одобрение самой террористической деятельности, а не критика уголовного преследования конкретного лица. Правовой анализ обвинения, выражение сомнения в его обоснованности, утверждение о невиновности обвиняемого и профессиональная дискуссия о пределах ответственности владельцев информационных сервисов под действие нормы не подпадают.

Призывы к экстремизму и возбуждение ненависти (ст. 280 УК РФ, ст. 20.3.1 КоАП РФ) — по общим правилам, вне связи со статусом упоминаемого лица.

Финансирование (ч. 1 ст. 205.1, ст. 282.3 УК РФ). Здесь риск реален, но требует установления специальной направленности умысла: перечисление средств должно быть предназначено для финансирования терроризма либо экстремистской деятельности. Организация публичных сборов в пользу лица, включённого в перечень, — очевидная зона риска. Одновременно любые операции с таким лицом фактически парализованы обязанностью замораживания.

Использование мессенджера и оплата его услуг. В перечень включено физическое лицо, а не юридическое лицо — владелец сервиса. Telegram не признан террористической или экстремистской организацией, не включён в единый федеральный список и не заблокирован. Пользование мессенджером, оплата подписки и размещение в нём контента остаются правомерными; квалификация таких действий как финансирования терроризма лишена правовых оснований.

Для СМИ. Интервьюирование обвиняемого и цитирование его заявлений не запрещены. Ограничение ст. 4 Закона РФ «О средствах массовой информации» касается распространения материалов, содержащих публичные призывы к террористической деятельности или её оправдание, а не факта цитирования как такового.

Выводы

1. Включение в перечень Росфинмониторинга — превентивная мера финансового контроля, а не наказание; она не преодолевает презумпцию невиновности.

2. Упоминание физического лица, включённого в перечень, в социальных сетях, СМИ или ином публичном пространстве правонарушением не является; обязанность маркировки законом не установлена.

3. Ответственность может наступить исключительно за содержание высказывания (оправдание терроризма, призывы, возбуждение ненависти) либо за финансовые операции со специальной целью — то есть по основаниям, не связанным с самим фактом упоминания.

4. Статус мессенджера Telegram включением его основателя в перечень не изменён.

Вместе с тем следует честно обозначить разрыв между доктринальной ясностью и правоприменительной практикой: по делам террористической направленности оценка высказываний нередко опирается на экспертные заключения с широкой трактовкой одобрения. Рекомендация для практикующих юристов и редакций состоит не в отказе от обсуждения темы, а в фиксации фактов со ссылкой на официальные источники, в разграничении обвинения и установленной вины и в отказе от оценочных суждений, которые могут быть интерпретированы как одобрение инкриминируемых деяний.

С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры». (Г)

Адвокатское бюро «Антонов и партнеры» готово оказать юридическую помощь по всем категориям дел в любых регионах России. Эффективно и качественно решаем возникшие у Вас юридические задачи любой сложности.